Work Text:
— Кто?
Сандэй не сразу понимает, что происходит. Пальцы сжимают бокал чуть сильнее, он морщится, борется с желанием прикрыть лицо крыльями.
— Бросьте, мисс Шивон. Со мной можно не играть в это.
— Нет, мистер Сандэй, я вполне серьёзно, — барменша отмахивается. — Кто такой Галлагер? Вы говорите, что я его знаю?
В этот момент Сандэй понимает, что она звучит до поразительного искренне. Поднимает взгляд и видит в глазах Шивон неподдельный вопрос.
Здесь что-то не так.
***
За следующие дни Сандэй общается, кажется, с каждым, кто был связан с Галлагером. И приходит к однозначному выводу. На всей Пенаконии про его существование помнит только он. Он даже опускается в Риф, чтобы встретиться с Михеем — и тот тоже смотрит на него с удивлением, когда Сандэй упоминает Галлагера.
Может, это трюки Энигматы? Может, Фикциологи стирают свои создания из истории, когда их жизнь заканчивается? Но пусть это даже звучит логично, остаётся вопрос. Почему тогда Сандэй помнит Галлагера? Помнит абсолютно всё, даже больше, чем хотелось бы.
Кулаки невольно сжимаются. Кто бы это ни сделал, он определённо хотел мучить конкретно Сандэя, поскольку он был бы первым волонтёром на стирание Галлагера из своей памяти.
***
— Мисс Блэк Свон, — идея подсесть к ней появляется так же внезапно, как Сандэй видит её в баре. Перед ней только бокал воды и карты. Что она вообще тут делает? — У меня вопрос, и мне кажется, только вы можете помочь мне с ответом.
— Мистер Сандэй, — Свон улыбается одними уголками губ и поворачивается в его сторону. — Мне кажется, нам так и не удалось пообщаться за всё моё время на Пенаконии. Учитывая то, что мы вместе отправимся на Амфореус, немного узнать друг друга явно не помешает. Какой вопрос вас беспокоит?
Сандэй секунду колеблется. Точно ли стоит об этом говорить? Хочет ли он вообще знать правду? Может, это вообще дело рук самой Свон, это наверняка что-то, на что способны Хранители памяти. Но в чём смысл? Он выдыхает и садится на соседний стул.
— За последние дни я обнаружил странную вещь, — пальцы начинают хвататься за воздух, словно хочется что-то взять в руки. — Все вокруг забыли про существование одного человека, но я его помню. Но он был созданием Фикциолога истории, и может, это связано с этим, но я не понимаю…
— Вы говорите про мистера Галлагера? — Свон резко перебивает объяснения Сандэя. Впервые за эти дни на такое знакомое имя удивлённо поворачивается уже он.
— Вы его помните? — слова звучат удивительно тихо, но внутри чувствуется некое облегчение. Всё-таки Сандэй не сошёл с ума окончательно. Но в следующую секунду камень вновь начинает давить изнутри, когда Свон хмурится. Он даже не знал, что она способна на такие эмоции.
— Поверить не могу, что он это сделал, — бормочет Свон больше себе под нос, но Сандэй моментально цепляется за эту ниточку.
— Он? Кто он? Про кого вы говорите? — Сандэй невольно приближается и замечает, как бездонные глаза бегают из стороны в сторону.
— Мистер Сандэй, простите, но дайте мне пару минут. Это очень серьёзный вопрос, который напрямую касается Сада Воспоминаний, и я рада, что вы пришли ко мне, — Сандэй уже хочет продолжить расспрашивать, но Свон переводит взгляд к столу и быстро раскладывает карты. Он пытается понять, на что она смотрит, но видит только разнообразные картинки, которые та стремительно меняет местами.
А потом резко останавливается. Смотрит некоторое время на карты, после чего собирает их и встаёт.
— Думаю, лучшим вариантом будет, если мы разберёмся с этим вместе, мистер Сандэй, — Свон убирает карты и скрещивает руки на груди. — Знакомы ли вы с мистером Река?
На этот раз хмурится уже Сандэй.
— Мистер Река? Режиссёр? Мне Робин говорила, что он приехал на Пенаконию.
Свон вздыхает. Всё ещё абсолютно не походит на саму себя, кажется, её действительно беспокоит эта ситуация.
— Видимо, вам пришло время познакомиться.
***
Свон не говорит Сандэю ни слова, пока они добираются до Академии оригами. И резко останавливается только перед дверью в студию.
— Мистер Сандэй, мне нужно вас предупредить, — она поворачивается в его сторону. — Внешность мистера Река может вас удивить.
Сандэй не успевает задать уточняющий вопрос. Удивить? Чего он в этом мире не видел? Да и Робин не говорила ни о каких странностях режиссёра. Но Свон уже толкает одной рукой дверь. Та открывается без всяких сложностей.
— Мистер Река, — её голос звучит сдержанно, но от напряжения сразу чувствуется холод, — нам нужно поговорить.
Ответ следует не сразу. А потом Сандэй слышит кваканье, которое прерывается лёгким смешком.
— Мисс Свон, чем обязан… — мистер Река выходит из прилегающей комнаты, но не договаривает предложение, встречаясь взглядом с Сандэем. А сам Сандэй и вовсе забывает, как дышать.
Это лицо… Нет, это невозможно. Но он…
Он слишком похож на Галлагера. Об этом страшно даже думать, но да. Слишком. Более молодая версия Галлагера, но это определённо его черты.
Сандэй невольно отступает назад. В этом всём нет никакого смысла.
В чувство его приводит только мягкое прикосновение Свон к спине.
— Всё хорошо, мистер Сандэй, — спокойно говорит она, после чего поворачивается в сторону мистера Река и резко меняет тон. — Вы должны нам обоим много объяснений, мистер Река. Вы меня очень разочаровали, я всегда считала вас надёжным коллегой.
В этот момент Сандэй теряет сознание.
***
— …почему вы…
— …важно для него…
— …эгоист…
— …не должны были встретиться…
Сандэй приходит в себя под звуки ожесточённого спора. Уловить смысл отдельных слов не получается. Он с трудом открывает глаза и видит разгневанную Свон. А потом и мистера Река. И Эоны, у него действительно это лицо.
Либо же Сандэй ещё не до конца очнулся.
— Мистер Сандэй! — мистер Река первый замечает, что тот проснулся. А может, просто хочет избежать разговора со Свон. Быстро подходит к дивану, наклоняется. Такого знакомого запаха перегара нет, и это пока главное отличие наравне с отсутствием морщин. — Как вы себя чувствуете?
Он тянет руку, чтобы прикоснуться к плечу, но Сандэй резко отталкивает его.
— Кто вы такой? Мисс Свон, что здесь происходит?
— Предлагаю начать вам с ответов на эти вопросы, мистер Река, — Свон берёт ближайший стул и ставит его напротив дивана. — А я послушаю, — продолжает она, садясь перед Сандэем.
Мистер Река не сводит глаз с Сандэя. Даже они такого знакомого алого оттенка, пусть и со странными треугольниками. С каждой секундой желание вжиматься в диван только сильнее, пока он не сольётся с ним, только растёт.
— Я не хотел, чтобы наша встреча проходила так, — в словах слышится нотка сожаления, но мистер Река быстро откашливается. И будто бы входит в совершенно другую роль. — Перед вами мистер Река. Режиссёр, приглашённый преподаватель Академии оригами и, — он делает паузу, словно до последнего обдумывая свои слова, — Хранитель памяти из Сада Воспоминаний.
— Поэтому вы назвали его коллегой, мисс Свон? — обращаться к мистеру Река всё ещё сложно, и Сандэй поворачивается в сторону девушки, которая кивает. — Но почему тогда…
— Вы хотите спросить про мою внешность? — мистер Река перебивает, и Сандэй вновь смотрит на него. Внимательно изучает, прежде чем кивает и опускает глаза. А в душе не уверен, что хочет слышать причины. — Вы знаете про Энигмату, но знаете ли вы о противоречиях преступников, что следуют этому пути, с Памятью? Именно для того, чтобы избегать коррозии Энигматы, мы, Хранители, отказываемся от своих физических тел. Но в моём случае что-то пошло не так, предполагаю, из-за того, что я веду относительно публичную деятельность. Так, то создание, которое вы знаете под именем Галлагер, получило мою внешность, на которую наложились черты всей Пенаконии.
— Если Хранитель памяти всё-таки подвергается коррозии Энигматы, он сам должен стереть её из Памяти. И отсюда мой вопрос, мистер Река, — Свон встаёт со стула и подходит к нему. — Почему мистер Сандэй всё ещё помнит мистера Галлагера?
В этот момент разрозненные куски информации собираются в картину. И каждая деталь этого пазла наконец-то идеально подходит. Крылья на голове слегка расправляются, и Сандэй хмурится.
— То есть, действительно из-за вас никто не помнит Галлагера, кроме меня.
Сандэй не даёт и шанса ответить, быстро подскакивает с дивана и выбегает из студии.
***
Первое желание — убежать, уехать с Пенаконии прямо сейчас, но вместо этого Сандэй задумчиво идёт в сторону центра кампуса и садится на ближайшую скамейку. Голова после таких резких движений начинает кружиться, и он на пару секунд закрывает глаза.
— Мистер Сандэй, — голос мистера Река заставляет сморщиться, — всё в порядке?
Сандэй отрицательно качает головой, даже не пытаясь притворяться. Пальцы хватаются за скамейку сильнее, но он всё-таки открывает глаза. И видит такое искреннее беспокойство в знакомых алых оттенках, что хочет в него верить. Нет, наверное, это всё из-за его схожести с Галлагером.
— Я попросил Свон дать нам время наедине, — мистер Река тяжело вздыхает и садится рядом. На некотором расстоянии, но ощущается всё равно слишком близко, и крылья невольно начинают прикрывать лицо. — Я уже это говорил, но я не хотел, чтобы так всё получилось.
— Зачем, — тихо говорит Сандэй. — Зачем вы сделали так, что его все забыли, кроме меня?
Пальцы впиваются в скамейку с каждым словом только сильнее, пока мягкое прикосновение не заставляет немного расслабиться. От фантомных ощущений, что это Галлагер, с каждой секундой только сложнее избавиться, и Сандэю опять хочется проморгаться.
— Я никогда не хотел сделать этим вам плохо. Напротив, я не хотел, чтобы ваши воспоминания теряли такую значительную часть того, кем вы являетесь сегодня. Мне самому это неприятно признавать, но Галлагер сыграл слишком большую роль в фильме вашей истории. Стереть его — это создать дыру внутри вас.
Сандэй качает головой. Мистер Река звучит так убедительно и так по-настоящему, но вопросов от этого становится только больше. Откуда он всё это знает? Почему он это знает?
— Но вы создали дыры даже внутри его друзей. Чем я отличаюсь? — Сандэй наклоняет голову, а крылья слегка подрагивают. И начинают дрожать только сильнее, когда мистер Река усмехается, и от этой ухмылки в животе что-то сворачивается.
— Вы очень особенный, — на мгновение кажется, что чужие пальцы начинают сжимать его, но в следующую же секунду становится невыносимо пусто. Как будто чего-то не хватает, и Сандэй опускает глаза. — Я не хочу этого делать, но Свон настаивает, поэтому мне придётся стереть Галлагера из вашей памяти. Но если вы скажете, что вы этого не желаете, даже Свон меня не заставит это сделать. Я не дал вам выбор прежде, но даю его сейчас.
И Сандэй забывает, как дышать. Всё это время он был уверен: стереть, он хочет стереть Галлагера, если все его забыли, то и он должен. Но именно в момент, когда он стоит перед реальным решением с реальными последствиями, он мешкается. На самом ли деле это то, чего он хочет? Или это очередные отголоски Гофера Вуда не отпускают, заставляют стыдиться всей их истории с Галлагером? У него не будет никакой возможности отменить это решение, и Сандэй это понимает.
А потом вспоминает, нет, не все те моменты с Галлагером, а ту опустошённость, которую почувствовал, когда спустился в Риф и обнаружил только статуэтку собаки. Он даже не оставил ему чёртово письмо, никаких объяснений, ничего. Забыть Галлагера — это забыть не только минутное счастье, это забыть и горечь утраты и осознания, как в момент обретения свободы тот единственный человек, к которому Сандэй хотел прибежать, исчез.
Кажется, он думает над этим целую вечность. Мистер Река не торопит, терпеливо ждёт.
— Я хочу его забыть, — одними губами произносит наконец-то Сандэй. И чувствует, как по щеке течёт слеза.
***
***
— Мистер Сандэй?
Крылья на голове подрагивают, и он моргает. Вокруг незнакомое помещение, а перед глазами сидящая на корточках Блэк Свон. Сандэй приподнимается на диване и чувствует резкую головную боль.
— Возьмите, — незнакомый мужчина протягивает ему бокал воды с какой-то таблеткой. Доверять ощущается полной глупостью, но в алых глазах чувствуется что-то невесомо настоящее. Да и Свон рядом, и Сандэй покорно берёт таблетку. Глотает, запивает, и голове будто бы тут же становится легче.
— Простите за странный вопрос, мистер Сандэй, — говорит Свон, когда он отставляет бокал, — но помните ли вы этого мужчину?
Сандэй хмурится, не сразу понимая суть вопроса. Переводит взгляд на незнакомца перед ним, отмечает лёгкую грусть в его глазах. Осматривает тёмные волосы, хаотичный костюм, лягушку на плече, прежде чем качает головой.
— Я должен помнить?
Мужчина тяжело вздыхает, быстро смотрит в сторону Свон, а потом опять поворачивается на Сандэя. От цветов алого заката внутри будто бы что-то начинает колоть, но он списывает это на последствия потери сознания.
— Мы познакомились перед тем, как вы отключились в моей студии. Мистер Река, к вашим услугам.