Work Text:
нозель привык во всём быть лучшим. положение обязывает - он принадлежит к высшей знати, к царской семье, его уровень маны и владение им совершенны, как и подобает капитану “серебряного орла”. вкупе с утончённым вкусом, воспитанием и достижениями всё это ставит между ним и остальными практически непреодолимую стену, но нозеля это не волнует - каждому своё место и его место на вершине, как и немногих избранных. даже к своим родственникам он относится с тщательно дозированным равнодушием, скрывая за ним, впрочем, немалую заботу об их благополучии. это всяким придуркам типа ями сукехиро не хватает ума вести себя прилично что в обществе, что на поле битвы, а у нозеля к подобной расхлябанности отвращение с детства. тем более, что его детство прошло по большей части в компании вермиллионов и если мерео всегда делала, что хотела, и сам черт ей не указ, то фуэго с его гиперответственностью, кодексом чести и поистине королевским благородством был для нозеля примером. не сосчитать, сколько раз они дрались на тренировках и всерьёз, сколько раз, повзрослев, сталкивались мнениями на заседаниях во дворце и расходились, не достигнув согласия, но каков бы ни был итог этих тренировок, драк и встреч, какими бы родственными связями не обосновывали светские сплетники удачи одного или неудачи другого, место фуэголеона в жизни нозеля не смог бы занять никто.
тем глупее он себя чувствует, когда новость про полумёртвого фуэго разносится по двору и всей столице за считанные минуты. что значит, лежит в луже крови? что значит, оторвало руку? что значит, никто ничего не видел и не знает? как так вообще получилось, что с капитаном отряда королевских рыцарей не было никого не то что на подхвате, а просто, рядом?
- это невозможно, - бормочет нозель, стоя у залитого целебной маной ложа, на котором с трудом можно разглядеть фуэголеона. - это просто невозможно.
- да что ты говоришь, - хмыкает с другой стороны мерео. - а террористы-то, блять, и не знали об этом.
а если бы ты не сидела по своим сраным лесам, хочется заорать нозелю, с такими-от запасами силищи, ничего этого бы, может, и не случилось. вслух, конечно, ничего подобного не говорит, но мереолеона, даром что бешеная, думает примерно в том же направлении, потому что невозмутимо сообщает, что пока её бестолковый (сама ты дура, снова мысленно орёт нозель) братец будет тут отлёживаться, она берёт его не менее бестолковых “багровых львов” под своё временное командование, и так же невозмутимо уходит. нозель позволяет себе постоять в растерянности и бессильной злости ещё минуту, после чего уходит следом. проблем дохрена, дел дохрена ещё больше, мерео бесит своей непрошибаемой манерой поведения, но она права - только так сейчас и можно выдержать, потому что если поставить на первое место чувства, то ничего хорошего не получится. чувства нозель привык держать взаперти, справится. а фуэго выживет, он не может.. он просто обязан выжить.
террористы, в итоге, оказываются непросты настолько, что даже нозелю с его прекрасным знанием истории нелегко принять такое за правду. ладно бы только соперничающее королевство, на клевер постоянно кто-то да нападает, но эльфы, о которых сотни лет никто и не слышал? хаос, который накрывает столицу и двор, а потом и всю страну, не оставляет времени на долгие размышления. нозелю приходится принимать решения на ходу, буквально переламывать себя, идя на контакт с простолюдинами, оставляя важные сражения всякому сброду типа ями с его неотёсанным быдлом ради помощи тем, кто нуждается в ней прямо здесь и сейчас, и даже объединяться с ноэль, которая, хоть и отстранённая от милостей семьи, всё-таки остаётся его младшей сестрой и обладает силой рангом выше, чем у многих рыцарей. кругом происходит форменный бред, всё рушится к ебеням (нозель пытается не думать в таких выражениях, зато мерео, когда он её слышит, выражается ещё крепче) и, в общем-то, даже ещё глубже, когда, несмотря на все усилия и жертвы, эльфы активируют свою чёртову печать и призывают в мир нечто запредельное. где-то среди этого крушения происходят две вещи, которые нозель отмечает с запозданием в несколько минут. во-первых, ноэль не просиживала в быках задницу и теперь всё больше напоминает и характером и магией их мать, чем нельзя не гордиться. во-вторых, фуэго совсем недалеко, его ману нозель научился чувствовать ещё лет в пять, а потом он и видит его воочию - и на мгновение сердце даёт сбой.
- наконец-то, - выдаёт нозель, умудряясь держать каменное лицо. - сражаться в состоянии?
- несомненно, - фуэго улыбается ему посреди хаоса и смерти, как будто ничего не случилось. - могу немного подпалить, имей ввиду.
от этой улыбки всё внутри крошится в хлам. да я сгорел ещё лет двадцать назад, думает нозель. воздух рядом с фуэго искрит от маны, готовой вспыхнуть ярче солнца, а на месте оторванной руки вьётся тугими жилами живое, опаляющее само пространство пламя.
разбираться с последствиями всего сразу тоже приходится без должной подготовки. государственные дела требуют, как кажется, немедленного участия, но спустя пару дней нозель, тщательно скрывая облегчение, сваливает из дворца в свои покои. нахрен политику, нахрен придворных, нахрен ванжанса с его страданиями, нахрен шумных придурков и демонические мечи, всех нахрен. жаль, самого себя нахрен не пошлёшь, ощущать неуверенность нозель не привык и она ему не нравится. стук в дверь, когда он только приготовился качественно отрефлексировать все прошедшие события, а заодно и своё слабое, страдающее сердце, ему тоже не нравится, но отказать в посещении он не успевает.
- так и знал, что ты будешь здесь прятаться.
вообще-то, никто и не прячется, но вот конкретно фуэго видеть сейчас нозель не готов. он собирался поговорить с ним, пока тот был в отключке (тупо, но все тогда были немного не в себе), собирался поговорить сразу после окончания сражения (пока не растерял боевой запал), да ещё вчера вот собирался вызвать на тренировку (нечего расслабляться, враг никогда не дремлет) и поговорить хотя бы про новую руку, а там, может, и про всё остальное. но вокруг фуэго постоянно вертелись лео и шумный безмагичный пацан, лекари и члены отряда “багровых львов”, маги-учёные, мерео, юлиус и снова лео с шумным пацаном.
- чего тебе? - хмуро спрашивает нозель.
- хотел узнать, как ты, - ничуть не смущается фуэго. правда, и границ - то бишь в саму комнату - не переступает, стоит на пороге. - столько всего случилось.
- действительно, столько всего, - нозель надеется, что его глубокий вздох и не менее глубокий сарказм не очень заметны. - я прекрасно, через минуту ухожу на задание, поэтому если у тебя всё, то закрой за собой дверь.
на долю секунды кажется, что дверной проём сейчас полыхнет до самого ада, но умение владеть собой в членах царской семьи воспитывается с малых лет - дверь даже не хлопает. внутри у нозеля скребут все кошки мира и это в сто раз хуже неуверенности или чего он там себе напридумывал.
фуэголеон вермиллион - его давняя, тайная страсть. для всех фуэго герой, пример, образец, всё лучшее, что должно быть в человеке, маге и рыцаре. для нозеля фуэго - не просто всё вот это вот и старший кузен впридачу, а единственный человек, которому он мог бы довериться и чьим доверием дорожит он сам. единственный, с кем он хотел бы быть до скончания веков. единственный, кому в фантазиях нозеля отводятся все неприличные, жаркие, на грани пошлости роли - и ради которого совершаются подвиги, приносятся жертвы и кладётся к ногам весь мир. детское соперничество давно переросло в дружбу, дружба в уважение, нозель всегда был готов за кузена в огонь и воду и фуэго отвечал ему тем же, они проводили вместе столько времени - и как братья, и как действующие рыцари, и как капитаны своих отрядов - что особо безбашенные товарищи иногда рисковали неприлично пошутить и огрести проблем. фуэго на подобное никогда не реагировал, будто совсем не замечал, а нозель, искренне желая перевешать всех шутников, внешне хранил невозмутимость и никто, даже его родная мать, будь она жива, никогда бы не узнал, как сильно способен полюбить старший сын семьи сильва. да нозель и сам не знал, не думал, насколько сильно это чувство, пока чуть всё не потерял. поэтому признавать, что только что классически облажался, очень неприятно. к тому же, жизнь вдруг стала такой бурной и изменчивой, что неизвестно, каким будет их завтра и будет ли вообще - так стоит ли по-прежнему изображать неприступность? всё равно худшее, что фуэго может с ним и его признаниями сделать, это принять к сведению и перешагнуть, в конце концов, в их кругу не принято открыто проявлять подобные чувства.
до вечера время то растягивается как резиновое, то скачет молнией через минуты и часы, и сердце у нозеля, и так измученное сомнениями, дурит не меньше. это невыносимо, он тоже для многих пример и образец и сходить с ума ему не пристало. несколько дыхательных упражнений и показательно равнодушных аудиенций приводят в норму, но только до той минуты, когда нозель стучится к фуэго, слышит негромкое “открыто” и заходит.
- невелико задание было, судя по всему, - замечает фуэго.
от его вида - бледный, в помятой одежде и с пустым правым рукавом рубашки - сердце снова ухает в бездну.
- не было никакого задания, - признаётся нозель. - и я повёл себя, как мудак.
его взгляд, кажется, намертво прикипает к этой пустоте. неприлично так пялиться, но нозель смотрит и понимает, что отдал бы всё, лишь бы отмотать время назад и не позволить этому случиться, лишь бы быть рядом и защитить, пусть даже фуэголеон объективно сильнее и раз не справился тогда сам, то и вмешательство нозеля мало бы чем помогло. но ведь и слабаки иногда делают невозможное, и он бы тоже смог.
- ты хотел обсудить, сколько всего случилось, - нозель с усилием всё-таки переводит взгляд с рукава и останавливается на незастёгнутых верхних пуговицах. пауза. дураку понятно, что то был просто предлог, но вот нозель не дурак, а всё равно сразу не понял. - я бы тоже хотел обсудить.
паузы бесят, но без них впервые сложно сформулировать, что же он хочет сказать. откуда у тебя стихийный дух вместо руки? почему ты себя не бережёшь? можно, я тебя обниму? почему не на постельном режиме, казнить твоего врача, нахрен, сам за всем прослежу? с чего начать?
- я заметил, - прерывает его ступор фуэго, - что вы с ноэль неплохо сработались, учитывая масштабы... ээ... случившегося.
- да, - соглашается нозель, - она становится похожа на маму, это пугает, но и воодушевляет не меньше.
- приятно видеть, что ты больше не бегаешь от этой ответственности, - судя по голосу, фуэго действительно этому рад. - из неё выйдет толк.
чистая правда, работать с мелкой неудачницей нозелю почти понравилось, и перспективы у самой младшей из сильв вырисовываются огого какие, если она, конечно, выдержит прибабахнутые тренировки быков и тяжесть собственной силы, но он здесь по другой причине. фуэго подходит, чтобы закрыть дверь, поскольку нозель так же соблюдает правила приличия и стоит на пороге, не нарушая личное пространство без прямого приглашения, да так и остаётся рядом. вопреки всему от него не пахнет лекарствами или слабостью - это по-прежнему тот фуэголеон, которого нозель знал всю жизнь, уверенный в себе, несмотря ни на что.
- от этой нет, и от другой больше не хочу, - хоть бы одна сволочь в его окружении хоть бы раз намекнула, как сложно говорить на такие личные темы. - это касается только меня и тебя. я должен был предусмотреть предательство ванжанса. должен был быть на шаг впереди.
ладонь фуэго (левая - живая) касается его щеки и от её тепла предательски щиплет глаза.
- нозель...
- я должен был быть рядом с тобой, чтобы ничего этого не случилось! - магия нозеля сталь и он сам, как он справедливо считает, должен быть стальным, нерушимым, не сомневающимся, но всё это теряется в волнении, которое само по себе для нозеля в новинку. - я виноват перед страной и перед многими людьми, но перед тобой особенно, потому что... потому что я... я тебя...
люблю? чуть не потерял? должен был спасти? предал своим бездействием и теперь хочу умереть?
- нозель сильва, которого я знаю, - негромко говорит фуэго, так и не убирая ладони, - никогда не сомневается.
на месте правой руки фуэголеона начинает виться пламя и воздух вокруг заметно накаляется.
- нозель сильва, которого я знаю, - слова звучат всё тише, а фуэго наклоняется всё ближе. - надёжен, как и его магия, и никто бы не посмел сказать обратного.
жарче становится и внутри, нозель чувствует, как горят его скулы.
- нозель сильва, которого я знаю, - за грохотом сердца слова скорее угадываются, чем слышатся, - единственный человек на свете, который никогда меня не подведёт.
нозель наконец-то смотрит фуэго в глаза, тут же обжигаясь об ответный горящий взгляд. некоторым людям их магия, ещё и усиленная стихийным духом, подходит настолько идеально, что другим рядом физически плохо. я хочу быть с тобой всегда, думает нозель, хочу гореть в этом пламени вечно.
- а есть нозель сильва, которого ты мог бы полюбить? - в конце концов, именно за этим он и пришёл, и всё равно, что они братья, соперники, ответственные члены общества, не последние лица страны. - есть, может, хотя бы небольшой шанс...
фуэго делает такое же лицо, как мерео, когда считает, что все вокруг охренительно тупят.
- нозель сильва, которого я знаю, - медленно, как дурачку, повторяет он (и можно почувствовать горячее дыхание на своих губах), - и нозель сильва, которого я мог бы полюбить, вообще-то, один человек. думаю, двоих нозелей земля бы не вынесла.
- не делай из меня идиота, фуэголеон вермиллион.
- извини, плохой пример заразителен.
от передоза чувств хочется ему врезать, но поцеловать хочется больше, что нозель и делает.
и плавится, будто и так немаленькая температура внутри и снаружи разом подскочила на тысячу градусов. их магии плохо сочетаются, зато они сами подходят другу так идеально, что от этого тоже немного плохо. нозель думает: почему я столько ждал? думает: кто научил его так охренительно целоваться? думает: если они спалят тут всё, то ему ни разу не жалко, лишь бы фуэго не переставал вот так его целовать, вот так трогать, вот так прижимать к себе. живое, чуть кусачее пламя гладит его спину, мельком обжигает шею и уши, и нозель понимает, что фуэго сейчас действует обеими руками.
- я не очень хорошо пока ей владею, - извиняется фуэго, отстраняясь. - я постараюсь лучше контролировать.
его длинные волосы цветом как закатное солнце и нозелю, всегда такому холодному и сдержанному, хочется зарыться в них пальцами, хочется прижаться так тесно, чтобы было не вздохнуть, хочется сгореть и стать частью того огня, что всегда носит в себе фуэголеон.
- да плевать, - выдыхает нозель, - ты не сделаешь мне больно.
сделаю хорошо, соглашается ему на ухо фуэго и уточняет в деталях свои будущие действия. и это образцовый капитан, охает нозель, святые небеса, кто тебя такому научил?! фуэго смеётся ему в губы, обещая рассказать потом (если, конечно, нозель правда хочет знать) всё-всё, но сейчас - когда в цейтноте свалившихся на клевер проблем у них есть какие-то жалкие мгновения покоя - лучше всё-таки потратить эти мгновения не на подобные разговоры.
- к тому же, скоро придёт мерео, - напоминает фуэголеон. - не уверен, что у меня или у тебя есть силы выслушивать её мнение, ну, про что угодно.
- на это сил точно нет, - соглашается нозель.
спустя пару часов мерео с ходу превращает дверь в кучку пепла гневным “не дам вам больше ни минуты, сраные вы засранцы”. нозель, расслабленный и при этом парадоксально полный сил, не отпуская ладони фуэго, показывает ей средний палец. бояться мерео всё равно бессмысленно, а болтать лишнего она не будет - обоих своих братьев, и мелкого и среднего, она очень любит. возможно, думает нозель, с удивлением наблюдая, как мерео отвечает ему точно так же средним пальцем, только пылающим огнём, и громко смеётся, его она в каком-то смысле любит тоже.
- и кто мне будет ставить новую дверь? - интересуется фуэго.
- ой да похрен, - отмахивается мерео, - не думаю, что ты часто будешь тут бывать.
нозель сам не замечает, как улыбается.