Work Text:
— Мне все объяснит... кто? — тупо переспрашивает Сквало.
Он надеется, что ослышался. Немудрено было бы после такой выматывающей дороги: сперва самолетом с пересадкой, потом в совсем какую-то глушь вертолетом, а в конце — джипом. Жара, с которой редкие кондиционеры не справляются, влажность, от которой уже напрочь взмок. Голова гудит, так что да, наверняка ослышался. Но наниматель его, африканец по имени Адэ, вальяжно рассевшийся на некоем подобии трона, уверенно повторяет:
— Колдун. Мой колдун.
Сквало очень хочет сказать «да ну нахуй» и свалить. Он терпеть не может работать с заказчиками, у которых поехала крыша, а этот однозначно из таких. Причем худшего пошиба — из тех, что, пока рот не откроют, выглядят вменяемыми: ни слюней до подбородка, ни выпученных глаз. Шмотки чистые, усы и борода аккуратно подстрижены, ничего не предвещает проблем. И на тебе, человек, который у него ведает информацией об устранении противников, — колдун.
Логичнее всего уйти прямо сейчас, пусть даже добираться до Сицилии придется своим ходом, затратив на возвращение куда больше времени, чем на полет сюда. Вместо этого Сквало не спеша достает из кармана резинку. Прихватывает ее губами и, встряхнув головой, собирает волосы в хвост. Становится немного легче: слабый холодок скользит по шее.
Кто бы знал — рожденный на Сицилии и большую часть жизни там проживший Сквало жару ненавидит. Не зря, похоже, флегматично думает он, босс его подкалывает предложениями поискать родню в Норвегии.
Наниматель смотрит на него снисходительно, как у мелких шишек заведено, но не без интереса. Сквало чуть щурится. По идее, он от наемников, что здесь попадаются, отличается не особо: те же штаны-камуфляж и черная футболка, правда, сверху еще и куртка камуфлированная накинута, чтобы протезом не светить. Перчатки, но тут такое тоже в ходу, даже по жаре, разве что пальцы не обрезаны, как местный шик предписывает... А, вот оно что — волосы. Ну да, такую гриву редко где увидишь.
Сквало нарочито внимательно оглядывает кабинет, в котором заказчик организовал встречу. Броская безвкусная роскошь, не подходящие друг к другу предметы интерьера и мебель, тоже собранная без понимания: кресло с резьбой ручной работы, золотая, мать его, чаша с фруктами, а вот китайская высокая ваза династии Мин в углу наверняка подделка. Стащено все это барахло из разных мест, прежних хозяев, Сквало уверен, в живых нет. Да и само здание перешло от менее удачливого владельца: Сквало готов поставить протез, что выцветшее пятно на стене — след от портрета как раз бывшего такого же вождя. Теперешний со временем закажет себе свой — если успеет, конечно.
Жизнь в здешних местах непредсказуема и коротка.
Никуда Сквало не уходит по одной простой причине — деньги. Псих там Адэ или нет, но часть аванса уже на счете, Маммон перед отъездом подтвердила. Еще две трети Сквало должен получить на месте — равными частями до выполнением заказа и после него.
Вария в деньгах всегда нуждается: старик держит практически на сухом пайке, ничего лишнего не выжмешь. Боится, что едва у них появятся свободные деньги, они тут же устроят новую Колыбель. Чушь, конечно. У членов Варии слава элитных убийц, вполне заслуженная. Вот только чтобы оставаться элитой, приходится платить: за информацию, оружие, исследования.
А для Колыбели как раз деньги не требовались, лишь вера в собственные силы и правду. Вот с этим у них теперь проблемы, но старому хрычу Сквало такое, конечно, говорить не собирается.
Заказы он не выбирает. Будь его воля — точно не взял бы этот. Кроме жары, Сквало, без всяких на то оснований, ненавидит Африку. Африка отвечает ему взаимностью. Варийские хваленые проценты успешных операций, с небольшой погрешностью стремящиеся к сотне, конкретно при сочетании двух факторов — Сквало и Африки — выдают цифру намного, намного более низкую. Настолько, что о его заданиях на черном континенте стараются даже не упоминать. И все равно босс упрямо посылает сюда Сквало.
Впрочем, ничто из этого не позволяет заказчику смотреть на него так, будто он ему одолжение делает. Сквало откидывается на спинку кресла, ухмыляется и вперивает в Адэ взгляд, под которым тот моментально тускнеет и начинает ерзать. Вспоминает наконец о своей роли гостеприимного хозяина:
— Вы проделали долгий путь, — говорит он. Быть любезным ему непривычно, но ничего, пусть постарается. — Может, отобедаете со мной?
Сквало коротко поводит головой из стороны в сторону.
— Тогда напитки, — настаивает заказчик, растерявший всю свою спесь.
Сжимает пальцы на ручке кресла — похоже, там у него кнопка для вызова прислуги, автоматически отмечает Сквало. Вряд ли эта информация ему пригодится, хотя кто знает, вдруг следующим будет заказ на устранение нынешнего нанимателя. Случалось в его жизни и такое.
Кофе в турке и воду в запотевшем графинчике им приносит высокая негритянка с точеной фигурой, в коротком черном платьице и белом фартучке. Сквало невольно скользит по всему этому великолепию сальным взглядом: ножки уж больно хороши, но быстро вскидывает ладонь, предупреждая заказчика: не стоит. А то еще решит порадовать гостя.
Ни к кофе, ни к воде он не притрагивается. Демонстративно достает бутылку из рюкзака, отхлебывает. И, едва за девчонкой прикрывается дверь, роняет уже совсем стушевавшемуся Адэ:
— Деньги.
Ну, если он и доверяет своему колдуну сообщать детали устранения врагов, то нал все же хранит при себе. Достает пачку из внутреннего кармана камуфлированной куртки и вежливо кладет на стол. Сквало берет ее и неспешно пересчитывает, листая купюры.
Запихивать деньги в карман без проверки Сквало себе позволял, только выигрывая их на ставках в боях на мечах. Давно это было, такой ерундой он уже лет пятнадцать не мается.
Но иногда по тем временам все же скучает.
— Ну так что, где твой колдун?
Пачку Сквало убирает в рюкзак.
— К нему нужно поехать. Тут недалеко. Я организую, — торопливо лепечет Адэ, и Сквало снова хочет послать его вместе с колдуном: выходить лишний раз в пекло совсем не улыбается.
На улице уже ожидает машина: потрепанный открытый джип с, надо же, сопровождением. Три человека в пятнистой форме и с автоматами лениво переругиваются, прислонившись к стене, но, заметив Сквало, моментально замолкают и вытягиваются в струнку. Даже интересно, кем они его считают; точно не тем, кто он есть на самом деле — что-то Сквало подсказывает: наемный убийца, пусть даже экстра-класса, вряд ли способен вызвать у них такое уважение.
— Долго ехать? — интересуется Сквало, залезая в машину после сухого приветствия. Надевает темные очки — больше чтобы направление взгляда по привычке не показывать, хотя и от пыли сгодятся. Солнце уже клонится к закату, от него как раз можно и не прятаться.
— Не, — машет курчавой головой самый молодой, садясь за руль. — Быстро домчу.
Дом, который занимает его заказчик, основательный, кирпичный, отгорожен от прочих высоким забором. Большое начальство, не перепутаешь, усмехается своим мыслям Сквало. А окружают его трущобы, где ветхие хижины не построены даже, а собраны из подручного материала. Ну или плохо лежавшего где-то. Шифер, ветки, куски поликарбоната и листья пальм причудливо соседствуют в этих налепленных чуть ли не друг на друге домишках. Дорога забита, но не машинами, а людьми — кто с тележкой, кто с велосипедом, они спешат по своим делам. Водитель истошно сигналит, а не дождавшись реакции, высовывается из окна и начинает разгонять пешеходов криками, сопровождая их энергичными взмахами свободной руки — другой он крутит руль.
Сквало поглядывает на хижины, прикидывая, где может обосноваться колдун. Впрочем, любая выглядит по представлениям Сквало как жилье для переселенцев из позапрошлого века: человек, раскладывающий птичьи кишки по горячему камню, тут идеально впишется. А смешно будет, думает он, пока машина со скоростью дряхлого осла ползет по узкой улице, если тот живет поближе к центру, где вполне приличные европейского вида многоэтажки. Или, того хлеще, в одном из крупных городов, и везут Сквало сейчас на вертолетную площадку, чтобы полететь туда.
И офис у колдуна на пятидесятом этаже здания из стекла и бетона, продолжает Сквало фантазировать. А там не старик с костяными бусами на шее, а вполне молодой, в костюме-тройке, сидит у компьютера, печатает лихо на клавиатуре. И вывеска на двери: колдун, часы приема. Ну вот должность такая у мужика — колдун.
Но, судя по тому, что к центру они не направляются, на цивилизованного колдуна рассчитывать не приходится. Машина уже трясется по дороге за городом, есть еще небольшая надежда, что тут у его нанимателя личный аэропорт или, на худой конец, вертолетная площадка, но увы.
Водитель тормозит аккуратно и указывает на узкую тропку, ведущую между увитыми лианами деревьями.
— Прямо, с левой стороны будет небольшой домик. Не ошибешься, он там один, — сообщает он, и Сквало, усмехнувшись несбывшимися надеждам, вылезает наружу.
Ну тут хотя бы потом от сопровождающих не воняет, но запахи все равно не из приятных: тянет гнилью и болотом.
Чертова влажность. Чертова жара. Чертова Африка. Сквало закидывает рюкзак на плечо и топает по тропинке. Над головой вьются то ли комары, то ли москиты — редкостная дрянь.
Воняет прелыми листьями, сырой землей и тиной: где-то недалеко река, хотя отсюда ее не видно. Орут макаки, на высокой ноте перекликаются птицы. Злость горчит на языке. Бля, в следующий раз упрусь и пусть босс сюда сам едет, решает Сквало. Может вместе с креслом, как раз в пару к заказчику — будут сидеть друг против друга и испепелять взглядами. Впрочем, с босса станется и не взглядом. Эта мысль поднимает настроение, и дальше Сквало идет уже бодрее.
И резко тормозит.
На одном из деревьев, почти рядом с тропкой, обломана ветка снизу. Тут, конечно, полно животных, которые могли ее повредить, с сомнением думает Сквало, но уже сворачивает с тропы. Ну да, ножа у обезьян с собой точно не будет, решает он, соединяя лиану и изучая ровный срез. И вот здесь протопал человек в тяжелых ботинках...
И почему-то Сквало не нравится, что кто-то тут ходил совсем недавно. Казалось бы, мало ли по какой нужде забрели по тропинке в джунгли, может, и к тому же шаману шли... Но зачем при этом лезть наверх?
Обдумывает это Сквало, уже повторяя маршрут неизвестного. Выискивает следы, свежие повреждения на коре, примятые листья. Старается не шуметь, хотя вряд ли его здесь можно услышать. Судя по количеству задетых веток и лиан, тот, за кем он следует, не самый большой мастер лазить по деревьям, значит, не так много времени проводит в джунглях и наверняка не вычленит шум, который мог бы издавать человек, пролезая сквозь густые ветки. Но Сквало аккуратен и предельно собран: просто не умеет по-другому.
И метров через сто убеждается: не подвела интуиция. На соседней кроне расположился мужик в пятнистой форме, с разрисованной черно-зелеными полосами рожей и с винтовкой, которую он пристроил между веток. А внизу как раз домик: действительно, не перепутаешь и мимо не пройдешь, он тут один.
Меч в рюкзаке, доставать долго, да и не планировал Сквало его в этом задании применять; для здешних мест огнестрел лучше подходит. Меч — искусство, тут или бой с тем, кто возомнил себя равным и бросил вызов, или демонстрация без слов: этот человек перешел дорогу Варии.
Сквало аккуратно достает беретту из-за пояса, держит так, чтобы при взгляде ее заметить нельзя было. Надо удостовериться, вдруг не по его душу тут с винтовкой зависают, места здесь небезопасные, всякое может быть. Так что он отходит немного назад, спрыгивает на землю и идет по тропинке.
Чуда не случается. Пуля ложится ему под ноги. Попал бы, конечно, если бы Сквало не откатился кувырком в сторону — чтобы выстрелить самому. На землю неудачливый снайпер валится с треском; тело его ломает ветки и рвет лианы. Птицы, вспугнутые шумом, поднимаются с криками в небо.
Сперва Сквало проверяет, не выжил ли случайно стрелок: с этой Африкой стоит убедиться, мало ли что здесь может пойти не так (примерно все). Но нет, даже в Африке Сквало стреляет отлично. Качнув голову трупа носком армейского ботинка, он некоторое время изучает дырку во лбу. Босс справился бы лучше, признает он, но тут красоты не требовалось.
Киллер-неудачник наверняка должен был не дать Сквало попасть к колдуну. Теперь вопрос: он на стороне врагов его заказчика или… самого заказчика? Второй вариант выглядит странно, но Сквало привык проверять все версии. У снайпера уже не спросишь — надо было стрелять ему в ногу, запоздало анализирует Сквало свои действия, но кто знает, не попытался бы тот прибить его, наплевав на раны. А так, по крайней мере, точно не оставил ему возможности.
В любом случае есть еще колдун, успокаивает он себя. Уж из него Сквало планирует выжать все что можно.
Но не выходит.
Домик пуст, и пуст давно. Неказистая обстановка — стол, лавка, грубо сколоченный ящик — покрыты пылью. Сквало на всякий случай ногой двигает ящик, выглядывает в окно.
Ну что ж, в итоге верным оказался именно второй вариант. Устранить его хотел заказчик — почему? И зачем таких сложностей наворотил, можно было расстрелять в своей резиденции, ну или по пути к ней или от нее...
Любопытство — не его основная черта, но тут и правда становится интересно: что ж за хрень такая?
Сквало не в первый раз пытаются уничтожить, но, пожалуй, впервые в жизни он не имеет понятия — а за что, собственно говоря?
С нынешним нанимателем Сквало раньше не пересекался, его сторонников или членов семьи не уничтожал: это он перед отъездом пробивал на всякий. Насолить за то время, что здесь был, не успел — если бы Адэ всерьез обиделся на поведение Сквало, то сам бы за оружие схватился. Ну уж устранил бы наверняка публично, а не в лесу.
Уж очень необычная ситуация, настолько, что у Сквало злость и раздражение даже не появляются. Впервые эта поездка начинает казаться заслуживающей внимания — после того, как его попытались устранить.
Ждут ли еще те трое на джипе, с которыми добирался сюда? У них могло быть задание спрятать труп, например. Хотя в этих местах проще в воду к крокодилам сбросить. Но вполне могут ждать снайпера, чтобы услышать от него подтверждение, что заказ выполнен.
Сквало надеется, что ждут. Размяться хочется, да и на джипе отсюда быстрее будет, чем пешком, не выпускать же Ало среди бела дня.
Он стаскивает куртку — протез можно больше не прятать, — убирает ее в рюкзак. Досадливо морщась, коротко прижимает тыльную сторону ладони к скуле — поцарапался, пока Тарзана изображал.
Возвращается он снова поверху. Джип на месте, сопровождающие хохочут чему-то своему. Сквало выскакивает перед ними внезапно, так, что все трое в первую минуту обмирают. А во вторую вскидывают на него дула автоматов, лишая последних иллюзий — если бы таковые еще существовали — относительно заказчика его устранения.
Сквало вырубает их — кулаком в горло одного, локтем второго, третьему прилетает прикладом его же автомата в висок. Сдувает прядку волос, настырно лезущую в рот, и скатывает неудачников с дороги пинками.
На все — меньше минуты.
Машина несется, подпрыгивая на ухабах, Сквало вглядывается сквозь пыль, стоящую столбом, сбрасывает газ, въезжая на окраину. Дальше улицы становятся оживленнее, и ему, как и прежде тому военному, что вез к колдуну, приходится ползти с черепашьей скоростью. Тут недалеко до нужного адреса, проще пешком, но тогда могут заметить, а портить сюрприз не хочется. Так что он, скрипя зубами, бьет по клаксону, сгоняя с дороги то мужика с тачкой, то неспешную бабку, волокущую куда-то кусок шифера.
Во двор запускают спокойно: наверняка нет по его персоне никаких указаний, на что и был рассчет. Сквало залихватски проносится по двору, паркуется за поворотом, а убедившись, что никто его не видит, подпрыгнув, цепляется за карниз и взбирается на второй этаж. Толкает коленом приоткрытое окно, возле которого сидел пару часов назад, и влетает в комнату.
Адэ, в задумчивости сидящий на кресле, ошарашенно на него пялится несколько секунд, потом подскакивает, протянув руку за пояс. Вытащить оружие Сквало ему позволяет, а выстрелить, естественно, нет. Бьет по запястью и, когда пистолет со стуком валится на пол, откидывает его в сторону.
Времени у него не так много, наверняка засранец успел нажать кнопку, но Сквало хватит. Адэ бежит к двери, однако Сквало оказывается там раньше. Приемная большая, так что тут есть, где поиграть в догонялки. Адэ мечется, пытаясь укрыться то за креслом, то за столом. В отчаянной попытке спастись мчится к окну.
Но Сквало его везде опережает. Если бы целью было устранение, давно бы справился, но ему надо задать несколько вопросов, так что он позволяет уклоняться, прыгать, бежать — и раз за разом опережает, заставляя запыхавшегося уже Адэ переживать волнами надежду и панику. Сговорчивее будет после таких эмоциональный качелей.
Решив, что достаточно, он зажимает его в углу, хватает за шею и цедит, склонившись к уху:
— Кто меня заказал?
Адэ пыхтит, отчаянно пытаясь отбиться, но пальцы Сквало сжимает медленно и уверенно.
— Колдун! — наконец выдает он.
Да чтоб тебя.
— Почему?
Адэ снова начинает брыкаться — воздух заканчивается в легких. Сквало милостиво разжимает ненадолго пальцы, давая вдохнуть.
— Сказал, это обеспечит мне удачу!
— Убийство меня?
— Человека с длинными белыми волосами! Принести в жертву в джунглях, у места силы!
— И ты сразу обо мне подумал? Кто сказал, как я выгляжу?
— У вас там все такие, — сипит, задыхаясь, его наниматель, теперь уже бывший.
— Ну да. Сицилия переполнена блондинами, — скалится Сквало. — Где найти твоего колдуна?
Их конструктивную беседу, если так можно назвать общение с полным психом, невежливо прерывают. По лестнице слышен тяжелый топот: человек пять минимум, и Сквало прыжком уходит в окно.
Вслед ему даже пытаются стрелять, но куда им. Он скрывается в трущобах раньше, чем преследователи успевают выбежать из здания.
Колдун, значит, думает Сквало, спокойно спрыгивая с крыши в паре кварталов от покинутого им большого дома.
Надо тебя найти и пообщаться.
Сквало и самого, конечно, ищут, но не слишком настойчиво: решают, видимо, что он подался назад в Европу. Здравая мысль, любой на его месте так и сделал бы, зачем оставаться там, где за тобой начата охота. Сквало и сам бы подался домой, но любопытство не дает, зудит, не давая спать... Или это москиты жужжат над ухом.
Ночует он в паре кварталов от дома, где находится резиденция Адэ. За деньги можно решить все, а у Сквало они есть. Те, кто его ищет, за поимку платить не собираются, а он за свое укрытие — да. Так что вопрос решается легко. Сквало не остается больше чем на день в одной хижине, конечно, но все равно не слишком отдаляется от места, где обитает тот, кто хотел его убить.
Впрочем, нет. Адэ и самого использовали. Сквало уверен, что заинтересованное лицо — именно колдун. Он быстро находит знакомого одного из тех, кто поставляет еду в резиденцию Адэ, и после недолгих разговоров узнает, что колдун у того и действительно есть. В большом доме он не живет, а где живет, никто не знает. Но Адэ ему и правда очень доверяет, советуется с ним — все так говорят.
Впрочем, спрятаться здесь совсем не сложно, было бы желание — и деньги, а раз колдун у Адэ в почете, то и проблем с деньгами у него быть не должно. Да и джунгли рядом, домишек типа того, что Сквало видел, можно хоть десяток понаставить. Не знаешь, где свернуть — не найдешь и за сотню лет.
Потратив на поиски тех, кто не возражает пообщаться об Адэ, и на разговоры несколько дней, Сквало признает — нет, это тупик. И начинает все сначала: садится и долго думает, анализируя ту информацию, что успел получить.
Адэ не местный, с большой долей вероятности и колдуна он притащил с собой, вряд ли его здесь знают. У самого Сквало, правда, есть некоторые мысли по поводу того, кто это может быть. Несмотря на несколько не особо удачных заказов, выполненных неподалеку, Сквало не верит, что ему взялся мстить кто-то из приближенных тех, кого устранял. Зато вспоминает: лет так шесть назад приезжал в Африку к одному чуваку на бой. Который, конечно же, закончился победой Сквало — и проигравшего он оставил в живых. Выходит, зря.
Сквало вытягивается на низкой лежанке, закидывает руки за голову и пристраивает ноги на спинку: сделана постель под ребенка. Тот его противник был лет пятидесяти, низкорослый, темнокожий, явно злопамятный, по морде видно было. Сквало его, в общем, потому в живых и оставил, как ни странно: чтобы помнил проигрыш и бесился.
Противник тогда собрал едва ли не всю деревню на бой. Хотел, видимо, поразить всех своими навыками мечника, но вышло наоборот. Сквало немного подержал напряжение на публику, но потом в несколько ударов отправил идиота на землю. Под хохот и улюлюканье зрителей — не сильно его и любили в той деревне — Сквало провел лезвием по шее поверженного и отошел, смеясь, сопровождаемый ненавидящим взглядом.
И нашел его этот мужик сам. Смог это сделать один раз — значит, вполне мог и второй. А учитывая, что, как все уверяли, Адэ колдуну своему очень верил, то и подпихнуть аккуратно под придуманную необходимость жертвоприношения его кандидатуру мог. Обида там могла тлеть годами и проявиться вот в такой мести.
Сквало фыркает пренебрежительно: мечник, который не смог его победить и решил устранить чужими руками, уважения не заслуживает. Доберусь — убивать буду долго и унизительно, обещает он себе. Осталось найти его, и тут, пожалуй, один вариант сгодится: следить за резиденцией Адэ.
Проще было бы подкупить кого-то в том самом доме (Сквало невольно вспоминает обладательницу красивых ножек), но есть риск, что человек спалится, зачем лишние проблемы. Сквало идет по иному пути: местной детворе, которая носится везде, обещано вознаграждение, если они дадут знать, когда колдун появится у большого дома.
Ждать Сквало ненавидит. Безделье для него невыносимо; размяться бы, но увидят, а ему как раз сейчас никак нельзя этого допустить. Людей Адэ он не опасается, а вот колдун, будь он неладен, если узнает, может скрыться.
Интересно, думает Сквало, изучая потолок, состоящий из двух накинутых друг на друга кусков пластика, синего и зеленого: а колдун действительно что-то умеет по части колдовства?
Это, как минимум, объяснило бы хроническое невезение Сквало в Африке. Как-то же этот мечник-неудачник втерся в доверие к Адэ? Или просто настолько эффектно раскладывает птичьи потроха, выкрикивает заклинания под бой барабана и таинственно закатывает глаза: духи дадут тебе ответ, когда сочтут нужным?
Сквало засыпает, и снится ему всякий бред — танцующий у огня Луссурия в юбке из пальмовых листьев, босс на фоне портрета старого шамана, птицы, кружащие стаей вокруг и требовательно вопящие: где-где-где?
Он подхватывается, сообразив, что голоса раздаются не во сне, но быстро успокаивается: похоже, на этот раз ему повезло и ждать долго не пришлось — детвора толкается у порога, споря, кто увидел колдуна первым и кому теперь причитаются деньги.
Жадность — не порок Сквало, так что всем перепадает по купюре: часть аванса, полученную от Адэ, он еще не до конца спустил. Лишь бы на обратную дорогу хватило, а то Маммон сожрет. Впрочем, она его по-любому сожрет — и за траты, и за сорванный заказ, так что чего мелочиться.
Закинув на плечо рюкзак, Сквало перемещается ближе к резиденции Адэ, втискивается между хижинами, готовясь ждать. Если понадобится, то до ночи, да хоть до утра. Следующий визит колдуна неизвестно когда состоится, а ему все же пора на Сицилию, там своих проблем хватает.
Тот появляется скоро — не пешком, к сожалению. Проносится мимо на заднем сиденье открытого джипа, то ли того, на котором Сквало в прошлый раз возили в джунгли, то ли его копии. Не слишком большая проблема — водитель опять не может проехать из-за неспешно бредущих туда-сюда пешеходов. Сквало бодро их обгоняет пешком, успев даже глянуть на колдуна внимательнее. Лицо у того разрисовано в некоем подобии белой маски с черным оскалом, так что проверить свою догадку о его личности нет возможности, но Сквало это не смущает: скоро убедится, при встрече.
Дальше становится сложнее: хижины заканчиваются, прятаться особо негде, дорога поворачивает на центр. Если джип поедет туда, придется срочно позаимствовать у кого-то машину, а их в этом районе не то чтобы много, мягко говоря. Но на его счастье тот сворачивает на разбитую колею, ведущую за город.
Кажется, колдун до сих пор не снимает офис в небоскребе, усмехается своим мыслям Сквало. По стоящей столбом пыли направление считывается прекрасно, потерять машину из виду невозможно, ну уж точно не для Сквало. Он, прикинув маршрут, несется в сторону джунглей, в которые упирается райончик. И снова, уже в третий раз за свой нынешний, не особо долгий визит в Африку, лезет по лианам на крону первого же подходящего дерева.
Дальше перемещается, прыгая с ветки на ветку, лишь изредка взбираясь повыше, убеждаясь, что движется в верном направлении. Пока он достигает нужного места, джип успевает развернуться и поехать обратно. Сквало, подобравшись ближе, оценивает увиденное: ну да, не небоскреб. Такой же домишко, как и тот, к которому прошлый раз привозили. А подле него — вот незадача! — толкутся, похоже, пришедшие просить помощи. Семья с двумя детишками, мужик с костылем... Какую-то известность, выходит, колдун здесь имеет.
Хотя, кажется, не очень хорошую: присмотревшись, Сквало видит, что мужик на того замахивается, а мать с детьми истошно вопит и потрясает кулачком. Колдун пятится к двери и быстро ныряет в нее, избежав удара костылем.
Убивать случайных свидетелей Сквало не планирует, приходится отступить на время.
Он возвращается к жилым районам, успевает даже перекусить лепешкой, горячей и оттого одуряюще аппетитной. Уже темнеет, и он прикидывает, есть ли смысл снова изображать Тарзана или удастся пройти по дороге, когда слышит треск автоматных очередей. Народ оживляется, но не паникует — им такое, похоже, не впервой.
— Как думаешь, Думаха или Чатха? — спрашивает один старик другого.
— Рехнулся, откуда у Чатхи столько воинов? Думаха, конечно!
— Чатха! — возражает второй, вытягивая голову и щурясь.
— Нет, Думаха! — трясет седыми патлами первый. — Вот увидишь завтра!
И Сквало понимает, что Адэ, похоже, не удалось найти другого беловолосого для жертвоприношения — стрельба идет в большом доме.
Времени на то, чтобы понаблюдать за развитием событий, у Сквало нет: существует риск, что кто-то решит устранить и колдуна или тот сам, узнав, что власть сменилась, быстро смоется. А искать его после этого можно очень долго, Занзас не простит, если Сквало тут застрянет. Так что, отступив от увлеченно обсуждающей штурм толпы, он уводит у одного из зевак мотороллер.
Домик в джунглях Сквало находит быстрее, чем рассчитывал: в окнах горит свет, и, судя по треску, электричеством его запитывает стоящий неподалеку генератор. Тоже мне, колдун, снисходительно усмехается Сквало, вставляя меч в крепление протеза, даже свет себе наколдовать не может.
Заглядывает в окошко: колдун что-то ищет в подвесных ящиках над плитой. Здесь обстановка чуть лучше, чем в заброшенном домике, но ничего от шика, с которым обставлял свои хоромы Адэ, мир праху его.
Дверь открывается без скрипа, и Сквало, пригнувшись, чтобы не задеть притолоку, быстрым движением проскальзывает внутрь, в два тихих шага приближается к колдуну со спины и очень невежливо тыкает его мечом в жопу. Тот ойкает, и Сквало наконец замечает то, что должен был заметить сразу: слабенькое Пламя Тумана.
С колдуна слетает иллюзия, он поворачивается, испуганно таращась, и они хором со Сквало произносят:
— А ты, черт побери, кто такой?
Потому что колдун не похож на того человека, которого Сквало рассчитывает увидеть. Перед ним стоит парень примерно его роста, курчавый, круглолицый и белокожий, и смотрит с таким искренним недоумением, что становится понятно: они никогда не встречались.
— Так какого хрена ты хотел меня убить? — интересуется Сквало неуверенно, опуская меч.
Парень таращится все также удивленно, и Сквало поясняет:
— Этот, король обезьяньей горы. Который твой начальник. Сказал мне, что ты ему предложил принести в жертву белого с длинными белыми волосами.
— Так я просто брякнул, чтобы максимально усложнить задачу. Он тот еще параноик, надо было его как-то успокоить. Убедить, что на него не нападут. Я и не думал, что он правда кого-то найдет, — виновато шепчет парень. — Сам посуди, где тут беловолосые... Еще и с длинными волосами... Я не хотел тебя убить. Я и не знаю, кто ты...
— Супербия Сквало. Слушай, а ты всегда так... — он делает неопределенный жест, обводя пальцами лицо, но тот понимает:
— Ну да. Не рисовать же каждый раз.
Колдун немного успокаивается, сообразив, что прямо сейчас его никто не собирается устранять.
— Может, сбор травяной заварить? — указывает он на висящие под потолком пучки.
— Лучше кофе.
Просьба, кажется ставит колдуна в тупик. Он долго шарится по полкам, наконец, извлекает банку:
— Вот! Помнил же, где-то был!
Потом так же суетится, разыскивая чайник.
А Сквало все пытается сообразить, кто же навел на него Адэ. Знакомый с другого континента, которого сюда случайно занесло? Если прямо сейчас вернуться, то можно застать трупы сторонников Адэ, глядишь, удастся кого опознать... Да и мотороллер заодно поставить где взял.
— Не стоит, — бросает Сквало, вставая из-за стола. — Не буду я задерживаться. И тебе не советую. Там штурм идет...
— О! — понимающе кивает колдун.
Сквало уходит, не слушая летящих вслед благодарностей. У мотороллера притормаживает. Случайность, значит. Но что-то не дает ему покоя, что-то... Он вытаскивает из нагрудного кармана фонарик, осматривает дорогу, сам не понимая, что ищет. Идет по тропке мимо домика, пытаясь считать следы. Машина заворачивала, решает он, присаживаясь. Отпечатки протекторов достаточно четкие. И пятно размазанное. Он отводит луч фонарика в сторону деревьев.
Труп в темноте не особо заметен, да он и на свету не сразу бросился бы в глаза. Сквало пролезает под веткой, смотрит покойнику в лицо, покрытое белой краской с черными полосами.
Рост, понимает он, и бегом мчится назад. Его давний противник, неудачливый мечник, был невысоким. Тот колдун, который стоял возле входа в домик, пока с ним ругались посетители, едва головой до притолоки низкой двери доставал.
А парень высокий, с него самого ростом. На лицо иллюзию накинул, но рост не менял, значит, днем точно видел не его.
Когда Сквало распахивает дверь, сквозняк из открытого окна с шумом встряхивает пучки разнотравья под потолком.
Туманника, который его одурачил, уже и след простыл.
***
Сквало искренне пытается забыть эту историю. Даже с учетом вечного невезения, преследующего его в Африке, налажал он капитально. Иногда, конечно, прилетает в голову непрошенная мысль: да кто же был-то этот парень, какого хрена забыл в домике колдуна? Но он отмахивается от нее — не важно, и в конечном итоге перестает вспоминать о нем и о той поездке.
Спустя почти полгода после неудачной африканской миссии, один из рядовых окликает Сквало:
— К вам пришли, капитан!
Он молча сбегает по ступеням, пытаясь сообразить, кто к нему пожаловал.
И застывает, глядя на смущенно улыбающегося того самого туманника.
— Ну ты наглец, — говорит он ему вместо «здравствуй».
— Тебя сложно было найти, Супербия Сквало, даже зная твое имя, — не смущается тот.
Я должен был догадаться, когда он искал кофе и чайник, что он не в своем доме, думает Сквало. Но как уверенно действовал, сучонок...
— И зачем явился?
— Попроситься в Варию.
У Сквало от такой наглости глаза на лоб лезут.
— Ну вы же берете людей с Пламенем, я знаю. Нет, если ты на меня так сильно обижен, могу податься к кому-то еще...
Блефует наверняка, кого он на Сицилии знает, он Варию-то искал полгода — если, конечно, опять не врет.
— Расскажи, как оказался в том домике, — сдается Сквало собственному любопытству.
— Засек этого колдуна, когда он от Адэ выезжал. Думаю, наверное, доверенное лицо, может деньги вытянуть из покровителя. Хотел под видом него проникнуть к Адэ... Но нужно же было не пересечься случайно, понимаешь? Вот я крутился около его домика, и тут машина подъехала. Колдун выскочил им навстречу, а они автомат достали и...
Он пожимает плечами.
— Я в дом зашел, начал искать, может, есть чем поживиться. Думал, сперва проверю, а после подамся к Адэ, теперь-то точно не пересечемся. А тут ты. Пришлось импровизировать. Побыл немного колдуном. Надо сразу тебе объяснить было, но я сперва испугался, а потом вроде как в роль вошел и… Нормальный такой колдун из меня вышел, вон, даже ты купился!
— Пойдем, — машет ему Сквало, разворачиваясь к замку.
Из этой смеси наглости и способности мгновенно реагировать вполне может что-то выйти. Маммон вечно жалуется на нехватку туманников, вот он ей и подгонит человечка.
— Эй, так я принят? — радостно улыбается парень.
— Принят, колдун. Сейчас я тебя в твой отряд определю.
— Меня Жак зовут, если что.
— Забудь. Я сказал колдун — значит колдун.
Сквало представляет себе, как говорит клиенту: несложное дело. Думаю, наш колдун с ним справится.
И хохочет так, что рядовой у входа в замок подпрыгивает от испуга.