Work Text:
— Я заметила, — сказала МакКанарейкл, окидывая взглядом
бесконечные ряды
магических
войск. — Только ты могла втянуть в свое личное дело столько народу.
(с) Личное дело Мергионы
Эйден привык, что Рэй непостоянен, появляется в особняке по собственному желанию и исчезает по необходимости, поэтому когда тот пропал на несколько дней, не придал этому особого значения. Когда Рэй не вернулся и через неделю, Эйден заволновался и на всякий случай отправился проверять его последнюю обитель — маленький заброшенный дом с потайным ходом на территории Света. Рэя не оказалось и там, что еще страннее: дверь оказалась не заперта, хлипкий стул — опрокинут и расколот, а несколько ваз черепками валялись на полу. Вода в них успела высохнуть, а судя по стеблям — Рэй ставил в них какие-то цветы — опрокинули все это довольно давно. Еще больше насторожили Эйдена следы крови. Он сомневался, что в случае нападения Рэй просто сдался бы, значит, кровь могла принадлежать как ему, так и нападавшим. Никаких ценных вещей Эйден не нашел, и самое ужасное — пропали записи исследований. Уж что-что, а их Рэй, оставшийся в состоянии хотя бы дышать, ни за что бы не бросил.
Что-то определенно стряслось. На Рэя напали, да так, что он не сумел ни дать отпор, ни поднять тревогу. Хотя честно говоря, Эйден несколько сомневался, что тот стал бы беспокоить остальных, если бы полагал, что справится сам.
Дальнейшие поиски помогли обнаружить несколько перьев на высокой полке с подушкой, должно быть, Отца, и вот тут-то Эйден и струхнул всерьез. Кому могло прийти в голову напасть на сову? Зачем? Если Рэй мог быть ценен сам по себе, то Отец годился только в коллекцию, достаточно сомнительную, — потому что сова жизни и смерти, как правило, приводила людей в трепет, а не в восторг.
Эйден на всякий случай обшарил все окрестные кусты и укромные углы, но обнаружил только следы кареты, которая проломилась прямо в чащобу между деревьями, сломав ветви и проложив в грязи две глубокие колеи. Это обнадеживало: если бы Рэя убили, Эйден нашел бы тело. А до тех пор сохранялась надежда. На этом идеи у Эйдена закончились, поэтому он собрал перья, кое-какие обрывки с пола и бросился на поиски Квинси.
Тот воспринял рассказ Эйдена совершенно серьезно, бережно забрал улики, повертел в руках и окликнул:
— Топпер?
Зверек с готовностью пискнул. На той части истории, которая касалась Отца, он порядком занервничал, судя по всему, не хотел потерять друга, и Эйден его прекрасно понимал.
— Найди Гару, — велел Квинси и исчез в доме, потом показался снова и заметил: — Тебе следует переодеться. Ты собрал всю пыль в том доме.
Эйден спохватился и бросился за ним, подхватил вещи, которые швырнул ему Квинси, и принялся споро раздеваться.
— Там настолько грязно? — задумчиво уточнил Квинси. — Рэя не было настолько долго?
Эйден впервые задумался об этом, замер, хмуря лоб и пытаясь вспомнить, в каком состоянии была комната.
— Цветы в разбитых вазах успели подсохнуть, — наконец заметил он и натянул одежду. — То есть да, видимо, это случилось довольно давно.
Квинси помрачнел, и Эйден сразу вспомнил, что они с Рэем в своем роде старые друзья. По всей видимости, Квинси хотелось лишаться дружбы с Рэем ничуть не больше, чем Топперу — Отца.
— Я не нашел тела, — напомнил Эйден, пытаясь утешить, и Квинси помрачнел еще больше.
— И ценностей тоже, не так ли? Сомневаюсь, конечно, что это ограбление, с точки зрения любого грабителя с него совершенно нечего взять, но… — он прервал речь, потому что снаружи дома донесся писк Топпера. Квинси и Эйден поторопились туда. Взлохмаченный Гару, явно потеряв толику привычной беспечности, немедленно поинтересовался:
— Что случилось?
— Ты… только не волнуйся, — Эйден сообразил, что по Гару новость ударит сильнее, чем по кому-либо другому, но без помощи волка они бы железно не справились. — Вдохни поглубже, хорошо? Хочешь, я тебе сначала принесу что-нибудь поесть?
От его утешений Гару заволновался еще больше и отчаянно замотал головой, что уже было делом невиданным: обычно ёкай никогда не отказывался от возможности перекусить. Квинси, явно устав наблюдать за ними, коротко рубанул:
— Рэй исчез.
Гару охнул и округлил глаза.
— Что?!
Квинси невозмутимо протянул Топперу кусочек пеммикана:
— Молодец. Быстро отыскал.
Топпер восторженно пискнул и принялся за угощение, сразу забыв про прежнее волнение.
Гару перевел взгляд с Эйдена на Квинси:
— Как это случилось?
— Мы не знаем, — пояснил Эйден, и Квинси поторопился добавить:
— Ты можешь помочь его найти?
Гару яростно закивал, готовый ради Рэя хоть землю носом рыть. Эйден и ему пересказал суть произошедшего, уже догадываясь, что следовало просто с самого начала собрать весь клан. Тогда все искали бы ответ в пределах своих сил, и ему не пришлось бы повторять одно и то же раз за разом…. С другой стороны, они делали это ради Рэя. Во имя этого Эйден готов был и на гораздо большее.
Честно говоря, Эйден надеялся, что Квинси быстро сообразит, что делать, кроме как позвать на помощь Гару, ведь Рэй исчез в лесу. Квинси знал лес лучше всех.
Эйден проводил взглядом исчезающий среди деревьев волчий хвост и обернулся:
— У тебя есть какие-нибудь предположения?
Квинси помолчал, подсовывая Топперу кусочки повкуснее, и уже это настораживало.
— Про то, что он жив, знают очень мало людей. Еще меньше тех, кто мог отыскать его в глуши…
— И тем более тех, кто мог бы с ним справиться, по всей видимости, очень быстро, да? — грустно подытожил Эйден. Квинси кивнул. — Ты начинал говорить, что с точки зрения любого грабителя с него нечего взять?..
Лицо Квинси отобразило нежелание продолжать начатую фразу.
— Но пропали никчемные для любого воришки записи, — вкрадчиво продолжила незамеченная ранее тень у ближайшего дерева. — Для того чтобы продать такую добычу, в ней надо разбираться, и я очень сомневаюсь, что случайные грабители обладали такими талантами.
Квинси тяжело вздохнул и обернулся:
— Ты мог бы прекратить прятаться, еще когда мы переодевались
.
— А вдруг вы бы все-таки занялись более интересными вещами? — у тени прорезалась хищная, клыкастая улыбка. Лис подошел ближе. — Я, честно говоря, только ради этого и потащился сюда.
«А никак не потому, что услышал имя Рэя и решил послушать», — скептически подумал Эйден, но озвучивать не стал. Он не очень-то стремился получить порцию лисьего огня на макушку. Судя по выражению лица Кьюи, тот был готов применить любимое умение в любой момент.
Впрочем, учитывая его привычки, Кьюя мог совмещать приятное с полезным и прийти по обеим причинам сразу. Эйден поморщился и поспешил переключиться на более важные вещи:
— Так ты думаешь, те, кто на него напал, охотились именно за ним и его выкладками?
Кьюи мрачно глянул на Топпера, так, словно размышлял, не отобрать ли у того лакомство, чтобы чавканием не портил атмосферу. Топпер пискнул и на всякий случай спрятался за Квинси.
— Я не хочу делать скоропалительные выводы, — наконец сухо сказал Кьюи. — Потому что если я прав, нам придется очень нелегко.
— Кьюи… — Эйден потянулся к нему, но его прервало появление Гару.
— Топпер! — сходу закричал тот. — Мне нужна твоя помощь!
Эйден всегда полагал, что Гару достаточно хорошо лазит по деревьям, но теперь он своими глазами видел, как ёкай отчаянно пытается руководить Топпером, не рискуя забираться выше, на тонкие ветви самой вершины. Топпер метался, пытаясь удержаться на дереве под ветром и достать крохотный, едва заметный с земли комок перьев. Комок время от времени издавал низкие, недовольные звуки, и только по ним Эйден догадался, что это Отец. Сова жизни и смерти, вероятно, никогда в жизни еще не была в таком глупом положении. Судя по всему, Отец ухитрился запутаться и время от времени предпринимал попытки вырваться, отчего ветки вздрагивали, и бедолаге Топперу приходилось несладко. Кьюя наблюдал за спасением со скептическим выражением лица, Квинси – с обеспокоенным. Эйден совершенно ничем не мог сейчас помочь, поэтому просто разложил под деревьями свою куртку и притащил из дома Квинси подушки на случай, если Топпер или Отец сорвутся. Кьюя фыркнул и заметил:
— Молодой господин, кажется, рогатка пригодилась бы больше. Во всяком случае это значительно ускорило бы процесс, ты так не думаешь?
— У нас нет отца Оливина, чтобы... Эй!
Топпер, видимо, испугавшись перспективы рогатки, прыгнул исключительно неудачно и с писком полетел вниз.
Квинси моментально метнулся к нему, подхватил и прижал к себе, успокаивая. Из могучих ладоней торчал только дрожащий пушистый хвост.
— Старый лис, — очень спокойно, но тем более внушительно сказал Квинси. — Будь добр, придержи язык.
Кьюи хмыкнул:
— Во-первых, с ним ничего не случилось, во-вторых, я всего лишь обдумываю способы ускорить спасение этой птахи и Рэя. Мало ли, что с ним сейчас делают?
С дерева, на котором сидел Гару, донесся отчетливый всхлип. Эйден нахмурился и посмотрел на Кьюи:
— Мы все переживаем за Рэя, но раз его увезли живым, значит, он зачем-то нужен, и убивать его просто так в любом случае не станут. Мы придем к нему на помощь так быстро, как сможем. У тебя есть какие-нибудь другие идеи?
— Есть, — Кьюи осклабился. — Выдать ему ракетницу и потребовать запускать фейерверк каждый раз, когда на него нападут!
Судя по выражению лица, Квинси сомневался, что Рэй станет это делать, так же, как и Эйден.
— Топпер, – крикнул бледный Гару, который с явным трудом взял себя в руки. – Ты еще полезешь или перерыв?
Хвост между широкими ладонями сменился на мордочку. Топпер пронзительно пискнул, и Квинси без единого возражения отдал ему еще кусочек пеммикана. Зверек прижался мордочкой к щеке Квинси, потерся довольно, уничтожил угощение и помчался к дереву, в несколько прыжков снова оказался наверху.
Кьюи продержался без комментариев целых пять новых попыток Топпера, потом предложил:
— Как насчет лисьего огня? Тут все равно разложено столько подушек, что можно уронить без последствий даже молодого господина, если мы пережжем ветки вокруг пташки, его даже не заденет.
Отец забился с новой силой, встряхивая ветки, явно не одобряя эту затею, Топпер запищал и отчаянно вцепился в кору.
Квинси мрачно предложил:
— Старый лис, может ты сам туда слазишь? У тебя так много предложений!
Если бы это произнес кто-нибудь другой, Кьюи бы уже опалил его, но старым друзьям он позволял чуть больше. Поэтому небрежно отмахнулся:
— Ну я же не предложил спилить деревья вместе с ними!
На этот раз ловить струхнувшего Топпера кинулся Гару. Перехватил в прыжке, сиганув прямо со ствола, шлепнулся в подушки и глухо зашмыгал, прижимая зверька и пытаясь не разреветься. Спасатели переглянулись и поспешили к нему — утешать. Эйден запоздало предложил, поглаживая его по голове:
— Ну что, перерыв?
Квинси кивнул и неохотно поднялся, чтобы набрать хвороста. Перерыв подразумевал чай и поиск новых идей. По крайней мере, пока они были здесь, они могли защитить Отца от любой опасности.
— Меньше всего я хочу звать сюда еще и вампира, — скривился Кьюи, в качестве компенсации за моральные страдания подгребая к себе еще ягод в меду. — Мы можем обойтись как-нибудь без этого?
— Ты можешь попросить кого-нибудь из своих ёкаев, — Эйден рискнул утянуть ягодку из его припасов и получил за это многозначительный взгляд.
— У меня нет никакой уверенности, что они что-нибудь не выкинут в процессе, но рассказать об этом вампиру — все равно, что оповестить весь клан и парочку самых влиятельных семей в придачу, если он сочтет, что он имеют к этому отношение или могут вложиться. Мне кажется, мы можем снять с дерева сову с меньшим шумом.
Гару поднял на него глаза, явно собираясь что-то сказать, но Квинси его опередил:
— Только если ты полезешь сам.
Кьюи мгновение выглядел так, словно готов был согласиться, потом фыркнул и заметил:
— Мы все еще можем сломать ветки рядом из рогатки!
— Нет, — твердо ответил Эйден. — Мы не будем по нему стрелять. Гару?
Ёкай покачал головой и опустил глаза в чашку. По выражению его лица можно было предположить, что он переживает бурный внутренний диалог, но вслух Гару так ничего и не произнес.
— Тогда нам придется обратиться к Астеру. Он превратится в летучую мышь, поднимет Топпера повыше и поможет высвободить Отца, — заключил Эйден и сделал вид, что не заметил щипка Кьюи.
Лучшего варианта никто предложить так и не смог.
— Вам надо было сразу позвать нас, — поучительно заметил Астер и гордо сложил руки на груди, аж сияя от ощущения собственного героизма. Помятый Морвэй, на которого в итоге шлепнулись и Отец, и Астер, и Топпер, его воодушевления не разделял и все еще ощупывал себя.
— И известить об это половину Клейна? — хмыкнул Кьюи. Астер скорчил рожицу:
— И найти наиболее быстрый и экономный способ решить проблему!
— Все-таки стоило просто созвать весь клан, — вздохнул Эйден, осторожно оглядывая ворчащего Отца. На лапках у него оказались ленты с колокольчиками, как у охотничьих птиц. Эти ленточки и запутались в ветвях, удерживая Отца и накручиваясь все больше с каждым рывком. Перья кое-где оказались изрядно прорежены, а лапки потерты, но в целом он выглядел совершенно здоровым. Эйден принялся освобождать его от пут. Гару притащил воды, орехов и несколько мелких птичек, и Эйден предпочел не спрашивать, где он их взял. Отец одобрительно клекотнул и принялся хватать все по очереди, видимо, правда очень сильно оголодал.
— Ничего, — успокоил Астер. — Просто ты еще недостаточно освоился в роли Верховного Мага. Но к твоему счастью, я уже здесь и могу дать тебе пару-тройку дельных советов!
Эйден добрался до ленты на лапках и всерьез задумался, что с ней делать: развязать настолько мелкие и тугие узлы не получалось, разрезать он боялся, чтобы не задеть Отца.
— Это какие же? — рассеянно поинтересовался он.
Квинси, который все еще утешал взволнованного Топпера, отвлекся от своего занятия и щелкнул пальцами, выпуская малую толику эссенции. Лента распалась сама, и Отец поторопился перевернуться, блаженно потянулся. Топпер немедленно ткнулся мордочкой, потерся об него. Сова отодвинулась и с деланным негодованием тряхнула перьями.
— Тебе следует позвать сэра Эдмонда, у него при расследовании будут максимальные полномочия, и нам никто не помешает обыскать что угодно, — Астер без всякой осторожности помог Морвэю отряхнуться от пыли и шлепнул по ягодице. Инкуб издал протяжный звук, который можно было трактовать как угодно. Члены клана дружно сделали вид, что ничего не слышали. По крайней мере, реакция Морвэя говорила о том, что он правда серьезно не пострадал, иначе бы он издавал совершенно другие звуки.
— Но мы же еще не знаем, где и что мы расследуем, — растерялся Эйден. Астер пожал плечами и ткнул наманикюренным пальчиком в Отца:
— А это он нам сейчас расскажет.
Дослушав расширенный рассказ Эйдена с дополнениями от всех, включая довольного Отца, Эдмонд побледнел так, что слился оттенком с униформой. Он даже позабыл отколупнуть еще кусочек нежнейшего бисквита со взбитыми сливками, что говорило о многом.
— Где вы виделись с ним в последний раз? — интонация у Эдмонда стала острохарактерно деловитой, профессиональной. Отец издал трель, более всего похожую на «идиот!». Эдмонд спохватился:
— Прошу прощения, конечно же... Нам нужна карта. У кого-нибудь она есть?
— Конечно! — кивнул Квинси. — Дома.
Эдмонд вздохнул, обвел взглядом кафе в поисках идей, будто карта Клейна могла висеть прямо на стене.
— Я могу принести из особняка! — предложил Гару, но Эдмонд остановил его:
— Минуточку. Возможно, Отец вообще не умеет их читать.
Отец одарил его очередным недовольным «ку-кууу», но Эдмонд уже решительно поднялся:
— Идем. Ты мне покажешь. Возможно, стоит взять с собой отряд рыцарей на случай, если на нас попытаются напасть?
— Помощник капитана, — мурлыкнул Кьюи. — Уверяю, если неведомые злодеи увидят отряд королевских рыцарей во главе с тобой, они нападут в любом случае. Мы же ведем расследование и излишний шум нам ни к чему. Особенно обидно будет перепачкаться, уничтожая их логово, и так никого и не найти.
— Мы с Морвэем слетаем, позовем помощь, если что, — великодушно предложил Астер, и Эйден тут же предположил, что за помощью отправится Морвэй. Морвэй это тоже явно заподозрил, потому что отвлекся от десерта и заныл:
— Зачем я вам там вообще нужен? Давайте я останусь в городе, вы всегда будете знать, где меня найти, и…
— Глупый инкуб! — моментально вспыхнул Астер, но Квинси его остановил.
— Не самая худшая идея, если это ловушка. Тогда хоть кто-то сможет поднять тревогу и привести помощь, если мы не вернемся, скажем, к завтрашнему утру. Люди, укравшие Рэя, видимо, способны на многое.
На лице Морвэя золотым пионом расцвела надежда. В глазах Астера — лютая досада, но он только хмыкнул и тоже поднялся, готовый следовать за Отцом. Тот принялся пояснять, расхаживая по столу туда-сюда и время от времени негодующе потряхивая хвостом. Топпер как наилучший переводчик с совиного на доступный Квинси тут же запищал, и Кьюи нахмурился, соскользнул со стула рядом. Ему, кажется, вообще не требовался переводчик:
— Ты уверен? На них были серые маски? Рэй не хотел идти с ними и подчинился, только когда они сцапали тебя? А кровь тогда чья? Как они обращались к нему? Что ты сказал?
Кьюи замер и встретился взглядом с Квинси. Тот кивнул, и Гару заволновался:
— Это что-то значит? Вы знаете, где Рэй?
Кьюи отвел глаза первым:
— Я ни в чем не уверен до конца. Пойдем сначала осмотрим место, где выпустили Отца.
— Когда и зачем его отпустили, если Отец в руках похитителей вынуждал Рэя слушаться? — озадаченно пробормотал Эйден.
Отец неуверенно протянул:
— Куу-кууу!
— То есть ориентировочно позавчера, и все обошлось только потому, что он ёкай, — пересказал Кьюи.
Эдмонд свел тонкие брови:
— Это важная деталь, которую следовало бы зафиксировать. Пока я не могу собрать все преступление воедино, но у нас уже достаточно много улик.
— Тут нам бы пригодился Блейд, — заметил Эйден. — Идеальная память и любовь к расследованиям по его части.
— К тому же он силен, — словно невзначай заметил Квинси, и Эйден окончательно пришел к выводу, что они с Кьюи уже вычислили злодеев, просто по какой-то причине не хотят их называть.
— Этот е-дроид вносит только излишний шум и хаос, — поморщился Кьюи. — Давайте обойдемся без него.
— Нам нужен кто-то, умеющий выяснять, куда испаряются люди и совы посреди леса, — заметил Астер, изучая абсолютно пустую поляну.
— Ку-у! — угрюмо отозвался Отец, вертя головой и не обнаруживая ничего подозрительного. Даже клетки, в которой его держали.
— Здесь пахнет Отцом, — поторопился уточнить Гару. — Он здесь был! Так что все правильно!
Он еще раз принюхался, обошел поляну кругом и удивленно заключил:
— А еще здесь был господин Якумо!
Эдмонд, который пытался найти хоть что-нибудь подозрительное в траве, резко встал, обернулись даже Квинси и Кьюи.
— Якумо? — повторил изумленно Эйден. — Ты уверен?
Гару звучно шмыгнул носом и посмотрел на Кьюи в ожидании подтверждения. Тот только хмыкнул, не подтверждая, но и не отрицая.
— Выходит, нам следует наведаться к нему и поинтересоваться, что он делал посреди леса три дня назад вместо того, чтобы готовить песчаного фазана, как я просил? — почти промурлыкал Астер и хищно пошевелил пальцами. Эйдену даже стало жалко бедного Якумо. И, видимо, не ему одному, потому что Эдмонд его опередил:
— Прошу вас, не стоит на него излишне давить. В конце концов, возможно именно с ним связано освобождение Отца.
— Ку-кууу, — сумрачно откликнулся Отец. Он, видимо, не то что не гордился своей героической вылазки, но и чуточку стыдился.
— Ну, это зависит от того, что он нам расскажет, — заметил Кьюи. — Может, он приходил сюда раньше или позже. Запах довольно слабый.
— Он мог видеть похитителей или их сообщников, — суховато сказал Квинси. — Это главное. Идем к нему.
— Возвращаемся в особняк? — у Эйдена сложилось ужасное ощущение, что они не приближаются к Рэю, а ходят кругами, словно на экскурсии по лучшим местам Клейна. Астер брезгливо поморщился:
— Он отпрашивался у меня навестить родителей.
— Значит, идем в деревню, — заключил Эдмонд и с явным облегчением вернулся на дорогу. Сражаться им не пришлось, к счастью, но с другой стороны, у них не появилось новых зацепок. При этом они спасли Отца! Как расценивать положение дел, Эйден так и не определился, так что предпочел сосредоточиться на грядущем и попытаться собрать в голове воедино все полученные факты.
Увы, он снова приходил к тому же выводу. Для того чтобы все правильно сопоставить, им явно требовался Блейд.
Якумо ужасно нервничал и переводил блестящий от слез взгляд с Астера на Эйдена, вздрагивая так, точно лично ему уже предъявили какие-то обвинения. Он, несомненно, очень рад был их всех видеть, когда компания ввалилась в сад его родителей с большой дороги, запыленная, шумная и взбудораженная, но чем дальше продвигался разговор, тем меньше он Якумо нравился. Это читалось по тому, как распахнулись сначала в шоке глаза, как задрожали губы и выпала из пальцев корзинка. Спелые, блестящие яблоки уберегло от печальной участи только появление Блейда, который, как выяснилось, помогал ему их собирать.
Эйден воспринял это как знак благословения судьбы. Блейд, разумеется, ввязался в расследование с огромным энтузиазмом, соскучившись по сложным задачкам, и с удовольствием записал все, что услышал. Следующей его задачей было разобрать разговор с Якумо, и к этому он тоже подошел со всем вдохновением. Вопросы, которые задавал Блейд, отличались исключительной оригинальностью, но поскольку более-менее касались предмета обсуждений, его не прерывали.
— Как именно ты готовил песчаного фазана для господина Астера? — спросил Блейд, разглядывая Якумо сквозь лупу. Видимо, для ускорения процесса расследования, он достал свой прежний костюм сыщика, и Эйден даже не решился уточнять, где тот его взял в чужом доме.
Якумо моргнул и с трудом выдавил из себя:
— Я-а купил п-птицу на р-рынке и п-п-пошел за нужными травами в лес…
Блейд поправил очки и одобрительно кивнул, вальяжно развалился на стуле, словно его нисколько не интересовало, что говорит допрашиваемый. Кьюи скривился: фарс немыслимо затянулся, но ускорить процесс не представлялось возможным. Напуганный Якумо, в отличие от всех других его жертв, становился еще более немногословным и нервным.
— Т-там увидел к-к-клетку, ее п-прит-тащили к-как-кие-т-то люди… — Якумо сглотнул и наконец заговорил ровнее: — Птица показалась мне похожей на Отца, но было уже достаточно темно, так что я не был уверен… Я слышал, что люди далеко не ушли, и поторопился открыть клетку, пока меня не заметили, надеясь, что если это Отец, то он узнает меня и не станет далеко улетать. Ну или сначала поговорит со мной, а птица рванула из клетки так быстро… Я не стал окликать, потому что люди могли услышать, попытался его догнать, а он улетел так быстро… Я пытался его найти! — голос у него надломился так, словно он собирался зарыдать.
— Так вот почему ты тогда ничего толком не успел сделать на ужин, — Астер недовольно нахмурился, и Якумо побледнел. Отец посмотрел на него без капли сочувствия и стащил кусочек яблока, принялся уплетать, только невнятно курлыкнул.
— Он не успел тебя увидеть, — озвучил Квинси после стенограммы Топпера. — Как только он заметил, что клетка открылась, рванул в сторону моего дома, — Квинси поколебался и вполголоса добавил: — Еще он спрашивает, почему не остановил этих людей, если знал, что он всегда рядом с Рэем.
Якумо потупился:
— Они были вооружены и я… я подумал, что они птицеловы или вроде того, если они поймут, что я испортил им все дело…
— Короче мы должны радоваться, что ты не явился к ним с повинной, — оборвал исповедь Кьюи. — Ты хоть что-нибудь особенное в них разглядел?
Эдмонд налил воды и поставил рядом с Якумо. Тот бросил на него теплый благодарный взгляд и попытался вспомнить:
— Серые одежды, какие-то странные значки… Какой-то «Зеро», который доставляет проблемы…
Гару, который до этого просто сверлил хищным взглядом недосягаемую миску с фруктами, не пытаясь, впрочем, взять ломтик, внезапно выпрямился и уставился на Якумо. Квинси и Кьюя из расслабленных поз одновременно приняли гораздо более напряженную, чем-то напоминающую стойку. Квинси торопливо встал, переключая всеобщее внимание на себя:
— Мы все устали, я думаю, нам нужен небольшой перерыв…
— Эй, это я веду расследование! И допрос тоже! — возмутился Блейд. Эйден поневоле с ним согласился. Квинси медленно опустился обратно. Блейд польщенно кивнул и объявил: — В заседании объявляется перерыв. После перерыва наша детективная группа тщательно изучит место событий и перейдет к следующему этапу расследования, – он гордо хлопнул лупой по столу и поднялся. — Что у нас сегодня на ужин?
Якумо длинно выдохнул с облегчением. Эдмонд утешительно похлопал его по плечу и отвернулся, направляясь за всеми на кухню. Якумо спохватился и встроился за ним.
— Итак, — с важным видом начал Блейд. — Насколько нам известно, птичьи клетки не растворяются в воздухе, даже если в них сидят совы жизни и смерти!
Отец посмотрел на Блейда так, словно мечтал клюнуть его в ухо, но сдержался во имя давней дружбы.
— Поэтому я считаю необходимым еще раз внимательно изучить грунт, дерн, покрытие…
— Господин Блейд, — поторопился вмешаться Эдмонд. — На дворе уже поздно, быть может, мы отложим продолжение следствия до утра, поскольку многие из нас, увы, не обладают умением видеть в темноте?
Блейд насупился, но раньше, чем ответил он, вмешался Астер:
— Если мы не вернемся к утру, Морвэй в городе поднимет тревогу и притащит сюда рыцарей и кого только найдет. У нас не очень-то есть возможность перебирать.
— Господин Эдмонд, — тихо позвал Якумо. — Держитесь рядом со мной, я… вижу в темноте. Или я могу взять лампу.
Эдмонд благодарно кивнул. Выход пришлось отложить еще ненадолго, но по крайней мере теперь они не рисковали переломать ноги.
Кьюи недовольно фыркал, пока ждал, но не спорил, предпочитая потратить немного больше времени сейчас, нежели потом кого-то нести. Рядом с ним, видимо, чтобы справиться с его недовольством, пошел Квинси, Блейд радостно побежал вперед. Эйден старался держаться рядом с Гару: с тем творилось явно что-то не то. Гару притих, замкнулся и, кажется, снова впал в глубокий внутренний диалог, ничего не объясняя окружающим. Похоже, допрос Якумо здорово его потряс.
Отец, крылья которого еще не восстановились полностью, сел на плечо Квинси и подозрительно озирался оттуда.
— Прежде всего, какой должна быть клетка, способная удержать такую необычную птицу? — продолжал вещать Блейд. — В Сай существовала особая материя, которая скверно влияла на эссенцию. Могло ли…
— Е-дроид, — окликнул Кьюи. — Не увлекайся.
В его голосе опять прозвучала безотчетная угроза, но Эйден пока не понимал, в чем дело. Какая разница, из чего состояла клетка?
— Тут, — глухо произнес теперь уже явно Кару. — Это было тут. Я… чую.
Якумо высоко поднял лампу, чтобы осветить поляну. Как и следовало ожидать, за несколько часов, потраченных на путешествие, допрос и ужин, свежие клетки на поле не выросли. Вместо того, чтобы выглядеть разочарованным, Блейд воодушевился, снова достал лупу и практически на цыпочках двинулся по ночной росе, вглядываясь в каждую травинку. Эйден наблюдал за ним с опасливым любопытством, потому что не понимал, что тот делает, но Блейд наконец-то остановился.
— Там что-то есть, — наконец произнес он. — Структура почвы не соответстветствует естественному лесному дерну.
Квинси и Кьюи резко переглянулись. Кару втянул воздух носом и присел на корточки, прижав уши, его хвост нервно дернулся.
— Они называли его «Зеро», — произнес он. Голос звучал чуждо, пугающе монотонно. — Люди в серой одежде. Они владеют странными приспособлениями, способными удержать сильного ёкая вроде Отца, могут справиться с самим Рэем в рукопашной, моментально прячут всякие подозрительные штуки и на месте, где они были, судя по всему, подземные ходы. — Кару поднял злые янтарные глаза на Квинси и Кьюи. — Вы ведь почти сразу поняли, да?
— Не поняли, а предположили, — возмущенно отперся Кьюи. Квинси вздохнул и отвел взгляд:
— Я не хотел, чтобы ты расстроился. Но раз мы уже пришли сюда, нам нужно найти вход. Откуда-то же они выносили клетку с Отцом.
В этот момент Эйден понял, что как-то пропустил момент всеобщего озарения, и поторопился вмешаться:
— Подождите-подождите, о чем вы говорите?
— Рэй у Совета магов, — хмуро пояснил Кьюя, стараясь не смотреть на него, что было само по себе странно. — Они все-таки догадались, что всю необходимую им информацию можно попытаться добыть напрямую из Рэя? Их новые исследования опять соприкоснулись как-то с его выкладками?
— Или им кто-то дал заказ на что-то этакое, — предположил Квинси.
— И-извините, — тихо произнес Якумо. — Но что это значит? Это что-то плохое?
Квинси, Кару и Кьюи переглянулись. Кьюи отмер первым:
— Этот идиот бы сказал: «Не ворошите эту ерунду», — хмыкнул он. — Но если вкратце…
К моменту, когда Кару закончил свою часть рассказа, Эдмонд разозлился настолько, что его лицо буквально заледенело, а Якумо окаменел, пытаясь переварить новые детали. Астер хмыкнул с видом существа, которому это все отнюдь не казалось чем-то необычным, и окликнул:
— Эй, е-дроид, есть что-нибудь новенькое?
Блейд кивнул.
— Там, внизу… какая-то драка. Благодаря расхождению звука я могу примерно определить границы коридора и, соответственно, предположительно обозначить место входа…
— Короче, открывай быстрей, — рыкнул Кьюи и прищурился. — Эйден, останься тут!
— Я иду с вами! — немедленно уперся он, и Кьюи не стал спорить. Пожал плечами и обернулся к Блейду. Тот провел кончиками пальцев по мокрой траве и почти шепотом произнес:
— Примерно здесь. Драка продолжается, они очень громко ссорятся.
— Значит, мы вовремя, — осклабился Кару. У него был вид человека, который смертельно боится, но так же смертельно хочет отомстить.
— Тебе не обязательно ходить, — заметил Квинси, и Кару помотал головой, ощетинился.
— Рэй говорил, я вырос гораздо более сильным, чем он представлял себе. Я думаю, пришло время показать им это!
— Кару… — тихо начал Якумо, но в этот момент Эдмонд и Квинси дружно впились пальцами в дерн там, где показал Блейд, дернули — и обнажили длинный уходящий вниз проход. Дерн только прикрывал толстый металлический люк, к их счастью почему-то незапертый. Совершенно темно в тоннеле не было: откуда-то издалека долетали отблески света и шум драки. Кару, Блейд и Квинси бросились в проход первыми, Эдмонд, Якумо, Эйден и Кьюи последовали за ними.
Недовольный Астер потоптался на краю, пытаясь по цвету неба понять, сколько у них времени, и спустился следом.
Отблесками света оказались огненные шары, которые зажатый в угол рыжеволосый мужчина отчаянно метал во все стороны, пытаясь отбиться. У его ног мрачно сгорбился второй, со связанными за спиной руками, худощавый, высокий и пепельноволосый, с более темными прядями. спадающими на лицо.
— Эй, ты сказал, что придешь его выкупать! Выкупать, а не отбивать! — возмутился кто-то из нападавших.
— Ну так вы же на него напали, Кольт, — хрипловато заметил пепельноволосый и кашлянул.
— Заткнись, Зеро, — огрызнулся тот. — Не в твоем положении выделываться… Эй, вы еще кто такие?
Нападающие в сером отвлеклись, и ровно в этот момент рыжеволосый пальнул еще раз, за что на него бросились сразу несколько человек. Пепельноволосый попытался пнуть их ногами, без особого воодушевления, но один нападавший упал. И в этот момент новые незваные гости окончательно разобрались в происходящем и ринулись в общий замес.
— Рэй! Данте! — отчаянно крикнул Эйден, работая локтями и пытаясь протолкнуться поближе. — Рэй, ты в порядке?
Рэй посмотрел на него бесконечно усталым взглядом и растянул губы в вялой ухмылке, но тут же побледнел.
— Зачем вы привели сюда его?
Эйден обернулся. Кару как раз цапнул противника, почти добираясь до своего главного врага, отшвырнул тело, прижал уши и зарычал. Кольт, занятый попытками оглушить Данте, обернулся и осклабился.
— Ух ты. Зеро, ты всю неделю упрямился, как мельничный осел, не желая говорить, куда ты дел мальчишку, а он вот, сам пришел?
Рядом с Кару возник Кьюи, окруженный огнями. Члены Совета Магии понятливо попятились, не желая связываться с древним ёкаем, особенно возникла толпа каких-то еще типов, которые вообще не выглядели как нормальные люди.
Особенно их почему-то пугал молодой рыцарь в униформе с настолько отрешенно ледяным лицом, как будто он пришел сюда исключительно казнить, не интересуясь деталями.
— Я сам с ним поговорю, — фыркнул Кару и топнул ногой. — Эй, ты мог творить, что вздумается, с беззащитным волчонком, но волчонок вырос и желает потолковать с тобой! Я, Могучий Кару, разберусь с тобой раз и навсегда!
Кольт хмыкнул.
— Только после того, как отдашь мне свой ка… ох!
Кару не стал дожидаться окончания монолога и метко пнул его под ребра. Кольт взвыл и ринулся на него, и Кару с величайшим удовольствием пустил в ход зубы и ножи.
Эдмонд приблизился к застывшей в проходе толпе, которая никак не могла решить, что делать дальше, и максимально любезно, насколько мог, порекомендовал:
— Господа, я настоятельно рекомендую вам как следует обдумать, что сказать на суде, поскольку вы обвиняетесь в ряде тяжких преступлений. Для вас же будет лучше, если вы сдадитесь на волю королевского правосудия.
— Эй, — крикнул кто-то из толпы. — Мы представляем Совет Магов!..
Эдмонд обвел их тяжелым взглядом и гораздо более ледяным тоном отозвался:
— А я вице-капитан рыцарей Его Величества, и у меня есть прямые свидетельства о том, что вы занимались похищением и пытками.
— Мы всего лишь проводили исследования и нам потребовался камень какого-то ёкая! С какой стати королю заниматься такой мелочью? И можно подумать, ему есть дело до каждого бродяги!
— Возможно, Его Величество не всевидящ, — согласился Эдмонд. — Но я давал клятву помогать всем его подданным. И кроме того, этот ёкай и этот, как вы изволили выразиться, «бродяга» – мои друзья!
Лица у представителей Совета Магов повытягивались, они переглянулись и понятливо принялись пятиться. За спиной у Эдмонда громыхнуло, вынуждая обернуться. Все-таки исчерпавший силы Данте рухнул рядом с Рэем, зато Кольт в руках очень мрачного Кару уже перестал подавать признаки жизни. На лице Кьюи читалось сдерживаемое желание испепелить его на месте, но кажется, Кьюи опасался облегчить тем самым страдания Кольта. Квинси и Блейд добивали слабые очаги сопротивления по углам, Якумо отчаянно пытался подлечить Рэя, Астер, судя по выражению лица, пытался прикинуть стоимость увиденных вокруг предметов и переводил их в стоимость компенсации своего нервного потрясения.
Эйден ужом проскользнул к Данте и принялся нащупывать пульс. Якумо бросил на него несчастный, но благодарный взгляд, потому что разрывался между ними двумя. Пульс у Данте оказался вполне приличным для его состояния, и Эйден вздохнул с облегчением.
— Ты действительно очень вырос, — уважительно прохрипел Рэй, наблюдая за Кару и даже не пытаясь вмешаться. — Но я бы предпочел, чтобы вы с ним больше никогда не встречались.
— Он тебя похитил! — всхлипнул уже Гару и присел рядом с Рэем, заглянул в глаза. — Тебе очень плохо?
Рэй так беспечно пожал плечами, что Гару заволновался вдвойне и вскочил на ноги, но тут толпа из коридора, которая отступала ко второму выходу, неожиданно заволновалась и ринулась обратно. Сбежать ей, естественно не позволили, зато с другой стороны донеслось:
— Я явился на зов всевидящего ока, я знаю, что друзья мои здесь, и не лгите мне…
— Оливин! — крикнул Эйден. — Мы здесь! У нас раненые!
— О Господи, – потрясенно донеслось от входа. И вот теперь зажатые между святым отцом и толпой воинов маги почему-то синхронно стремительно побледнели и бросили оружие.
Видимо, Божие слово в руках Оливина было воистину страшным оружием.
— Значит, Оливин с самого начала знал, где нас найти, потому что повесил отслеживающее заклинание, — радости Эйдену эта информация не прибавляла. Оливин чуть смутился:
— Я прошу прощения, если тебе это неприятно, могу его снять…
Эйден вяло отмахнулся, пытаясь держать глаза открытыми. Не он один пребывал в таком состоянии. Весь клан, собравшийся в гостиной, клевал носом, но стоически пытался обсуждать произошедшее.
Кьюи в подушках, впрочем, кажется, все-таки спал, лишь прикидываясь внимательно слушающим.
— Я так надеялся обойтись ну одним, ну двумя, но не собирать снова весь клан, — пробормотал Эйден, ни к кому конкретно не обращаясь, но оглядывая всех участников расследования. — И вот мы здесь.
— Дорогой, но ведь это было так весело! — с энтузиазмом откликнулся Блейд.
— И нас даже не станут судить за вторжение на частную территорию, — тихо заметил Якумо.
— Его Величество счел похищение достаточным основанием для нападения, тем более Солнечный Лорд Данте пострадал, и формально, мы предотвратили международный скандал, — Эдмонд даже с полузакрытыми глазами ухитрялся держать спину ровно.
— Я еще не сказал, что я всех простил, — огрызнулся Данте, который отчаянно пытался имитировать гордую осанку, но синяк под глазом порядком портил впечатление. — Я приходил туда сначала совершенно по другому делу, но в коридорах заорала какая-то птица, и ее голос показался мне похожим на эту вашу сову. Они как с цепи посрывались и имели наглость вытолкать меня прочь!
— Видимо, тогда они и унесли Отца, чтобы не выдавал, — понял Эйден. — Но ты все-таки спросил у них про Рэя, да?
Данте скривился так, как будто предпочел бы вообще не отвечать на этот вопрос.
— Я договорился с ними о выкупе, но когда пришел, они почему-то напали.
— Потому что только дурак отдаст информатора, если может получить и деньги, и информатора, и подопытного, — безжалостно пояснил Рэй. Данте поморщился и бросил на него недовольный взгляд:
— Эй, ты мог бы быть и поблагодарнее!
— Я тебе очень благодарен, — подтвердил Рэй. — Спасибо за то, что ты попытался меня вытащить, но лучше бы ты перед этим сходил к Эйдену.
Данте возмущенно фыркнул что-то о том, что он не настолько слабак, чтобы по каждой мелочи ходить к Великому Магу, но без особого энтузиазма.
— Зато и тебя, и Рэя в итоге спасли! — Гару обернулся на Рэя. Тот на правах самого пострадавшего развалился в кресле, и честно говоря, выглядел скорее задумчивым, чем несчастным, хотя весь клан успел увидеть следы на его теле, и в ответ на взгляд слабо улыбнулся.
— И твой камень все-таки остался при тебе.
— Почему они попросту не отобрали твой? — буркнул сквозь подушки Кьюи, и Рэй принял еще более беспечный вид:
— Потому что когда они попытались это сделать, у меня начался приступ. Они испугались, что я помру прямо там, и оставили мой камень в покое.
Эйден понял, что боится узнавать детали и с надеждой покосился на Квинси, но тот только всхрапнул, поверженный сном и не видящий оснований это скрывать.
— Что ж, — подвел итог Астер. — Теперь нам всем срочно пора отдыхать. Святой отец?..
— Я присмотрю за Рэем, – твердо отозвался тот. — Я пришел последним и меньше всех устал.
— Не переусердствуй, Оливин, — напомнил Эйден, и священник мягко кивнул ему.
— Я хотел бы поблагодарить Морвэя, который зашел за мной столь вовремя. Мне кажется, если бы мы пришли чуть раньше, мы бы не застали никого из вас, чуть позже — и большая часть негодяев бы сбежала, — Оливин чуть поклонился Морвэю. Тот довольно хмыкнул:
— Ну вот, а говорили — бесполезный, глупый…
— Это потому что ты — бесполезный глупый инкуб, — с пол-оборота завелся Астер, но тут Эйден с некоторым трудом встал и широко зевнул.
— Я спать, — пробормотал он. — Чего и вам желаю. Рэй… поправляйся, хорошо? Я бы послушал еще про некоторые детали, но я сейчас тоже засну прямо так.
— Не думаю, что они тебе настолько уж понравятся, — отозвался Рэй, но поднялся следом, опираясь на Гару и Оливина. — Но ты прав, утром голова у меня будет посвежее, и я смогу записать пару любопытных наблюдений…
«Все-таки Рэй — это Рэй», — подумал Эйден с незнакомой долей умиления. Только тот мог в первую очередь после пережитого думать об исследованиях.
— Честно говоря, я не ожидал, что вы все придете за мной. В конце концов, это всего лишь мое личное дело, — Рэй хмыкнул. Блейд возмутился:
— Нет-нет-нет, Маленькая Птичка, никакое дело, которое касается кого-то из нас, не маленькое! Это было такое восхитительное расследование!
— То есть ты все записал, — понял Рэй. Восторга эта мысль у него явно не вызвала.
— Конечно! — просиял Блейд. — И я превращу это в полноценную книгу! Я принесу ее в книжный, и все-все-все смогут почитать про наши приключения!
Эйден предпочел отправиться в свою личную спальню до того, как Блейд изложит альтернативную версию событий или Рэй все-таки рухнет, несмотря на усилия Оливина и Гару. Блейд был прав. В их клане никакое дело, касающееся любого члена клана, не было маленьким.
За это он и любил свой клан.