Work Text:
Начался сезон, когда студенты оксфордского факультета английского языка и литературы стали сильно романтизировать свою жизнь. Осень. Настало время кардиганов от «Polo Ralph Lauren», время тыквенного латте и бессонных ночей, проведённых за разбором произведений английских классиков.
Время это совершенно прекрасно и для влюбленных. Они чаще наведываются в городские парки, где теперь сияют не только ослепительные улыбки студенток и обручальные кольца на руках пожилых дам, но и золото клёнов. Осень прекрасна. Но осень в Оксфорде еще прекраснее. Она украшена словами поэтов, писателей, овеяна эстетикой фильмов и книг. Но коронует именно эту пору именно в этом университете только одно: Шекспир. Шекспир в стенах этого заведения — молитва любви, красоте и достоинству. Он объединяет людей, связывает их между собой прочнейшей нитью. Отношения, построенные на субъективном мнении друг о друге разрушатся значительно быстрее, чем отношения, построенные на сильнейшей любви к общему делу. Особенно, если это общее дело — литература. Мнения меняются, а книги, слова в стихотворных сборниках, театральных постановках застывают в веках и подкупают пылкие молодые сердца своей извечностью. Шекспир, сам по себе, — предчувствие чего-то великого. Ощущение того, что ты не жалеешь о прошлом.
Абель была чистокровной британкой из титулованной семьи. Она носила твидовые юбки с гранатовыми гольфами выше колена, туфли в стиле «Mary Jane» и свитеры с высоким горлом. Тёмные волосы по плечи укладывала или собирала в хвост, выправляя передние пряди. Она коллекционировала эксклюзивные шекспировские издания и писала стихи. Попасть в «Лигу плюща» не было её мечтой, ведь её интеллект и родительские деньги обеспечили Абель университетским местом. Она планировала (и, прошу заметить, искренне хотела) отучиться и стать литературным критиком. Но кое-что в планы не входило. Одногруппник Хавьер.
Когда они встретились, в душе поселилось предчувствие большой любви. И интуиция не подвела. Этот холодный, умный виконт с тёмными кудрями и уставшим взглядом запал в самое сердце романтичной поэтессы. Они хорошо ладили, много разговаривали о литературе, гуляя вблизи Черуэлла или Темзы. Прекрасно им давались и совместные проекты. Поэтому когда преподаватель литературы дал весьма необычное задание «Выбрать цитату из любой пьесы Шекспира и сформировать на её основе лучшую (по вашему мнению) способность человека», они не растерялись.
Хавьер отдёрнул старые тяжёлые портьеры, впуская в просторное помещение пустого актового зала лучи закатного солнца. Оно билось в окна, подсвечивая витающие в воздухе пылинки. Обстановка была располагающая. Абель читала вслух вторую сцену второго акта пьесы «Ричард II».
— ...Королева: Пусть так. И всё же больно сжалось сердце, предчувствуя недоброе. Так тяжко, так тяжко и тоскливо на душе! Предчувствие моё — ничто? Быть может. Но страшное ничто гнетет и гложет.
— То, что нам надо.
— Предчувствие?
— Именно оно, Абель. — Хавьер запрыгнул на сцену. — Подумай: что для человека есть это странное предчувствие? Пустое слово или знак?
— Мы думаем, что оно является пустым словом. Но в действительности, предчувствия способны вызывать табуны мурашек, способны заставлять сердце колотится, а ноги подкашиваться. Королева предполагает, что её переживания беспочвенны, но мы ведь знаем, что это не так, верно?
— В точку. И в этом человеческая сила. Лучшая человеческая способность. — Парень развел руками, намереваясь показать серьезность своих слов и масштаб человеческих возможностей.
— Человек награжден возможностью чувствовать. Душой, телом ощущать, когда что-то идет не так. Мы можем предчувствовать сильную боль или катастрофу. Можем не предчувствовать ничего и из этого понимать, к чему совсем безразлична душа. Наша интуиция — инструмент, который пылится на задворках и пыльных мансардах сознания. Мы не пользуемся им, потому что считаем, что простое ощущение не имеет права на то, чтобы быть услышанным. Предчувствие — основа нашей беспокойной души.
Почему? Потому что оно напрямую влияет на наши решения, поступки, на нашу безопасность и на людей, с которыми мы общаемся. Оно способно изменить нашу жизнь кардинально, если человек научиться доверять самому себе.
Абель устало захлопывает книжку. Она тепло улыбается, когда видит, что Хавьер спрыгивает со сцены и направляется к ней. Он берёт её холодную бледную руку и касается её теплыми губами. У них было предчувствие одно на двоих. Предчувствие того, что всё будет хорошо. Они покинут стены университета, оставят заумные слова и позволят себе быть искренними друг с другом. Отпустят своих водителей, купят облепиховый чай и будут слушать шелест опавших листьев, далекий лай собак и собственные сердца.
Они богаты. Но совсем не испорчены деньгами. Материальные ценности улетучиваются, когда есть старая шекспировская книжка и крепкая, настоящая любовь.