Work Text:
Они проходили мимо огромной кучи опавших гинкговых листьев, когда Цзин Юань игриво посмотрел на него, а затем резко потянул за руку и уронил вместе с собой.
- Тепло, - с удивлением отметил он, проваливаясь вглубь желтеющей листвы.
- Тепло выделяется из-за гниения. Можно сказать, что сейчас они очень медленно горят, - объяснил Инсин. Он загреб пару листочков и в отместку за падение насыпал на лицо Цзин Юаня.
- Как звезда? – улыбнулся Цзин Юань, и Инсин закатил глаза.
- И зачем ты тогда удивлялся, если и так всё знаешь?
- Мне нравится, когда ты умничаешь, - он рассмеялся на деланно скисшее Инсиново лицо. Инсин как раз был в процессе придумывания какой-нибудь колкости, когда Цзин Юань прижался к нему так, что его губы практически касались чужих губ. Его глаза на фоне листьев казались совсем золотистыми. – Как и всё в тебе.
Инсин не стал ждать и первым углубил поцелуй.
- А что если звезда тоже гниет? И вся ее жизнь – как бесконечный процесс разложения, - где-то между поцелуями спросил Цзин Юань, любивший немного пофилософствовать.
- Тогда, наверное, она с нетерпением ждет, когда погаснет.
В этот момент пронесся слабый, еле уловимый гул. Одновременно с ним на светлом небе едва различимо, но заметно начали вспыхивать синие огни.
- Что происходит? – тихо спросил Цзин Юань, сжимая руку Инсина.
Сяньчжоу оглушило сиреной.
- Сэррр, - прозвучал голос, как из динамиков.
С резким пробуждением осознание реальности болезненно прошлось вдоль позвоночника. В такие моменты Блэйду хотелось схватиться за верхний позвонок и потянуть со всей силы, чтобы выдрать его из-под кожи всеми звеньями.
- Сэээррр, - настойчиво повторили, и Блэйд открыл глаза. Над ним нависал робот номер какой-то там. – Вы уснули.
Блэйд схватил железяку и проломил искусственный череп.
- Жесть, - прокомментировал Цыц. – Кто-то не в духе.
- Хочешь быть следующим?
- Молчу и уношу ноги.
Блэйд поднялся с кресла, чтобы выбросить сломанного им же робота в кучу других, и вернулся обратно к рабочему столу. Голограммы давно ушли в спящий режим. Он смотрел на потухшие изображения и чувствовал свою жизнь такой же обесцвеченной. Погаснуть-то он погас, а разлагаться не перестал. Бесконечное гниение.
- Сс..сэ…р, - заскрипело в углу. Блэйд обернулся, с удивлением отмечая, что робот номер какой-то там продолжал функционировать, несмотря на предположительно поврежденный мозг.
- Нанук с тобой, - проворчал он и пошел доставать чудо техники обратно. Было любопытно. При осмотре выяснилось, что позитронный чип действительно остался цел, как-то удачно выскользнул из черепа с не отсоединённым проводом наружу. Блэйд осторожно протолкнул чип в несмятое место в черепной коробке, чтобы не закоротило.
- Вы починили меня, сэр, - без запинки доложил робот.
- Ладно, лейтенант – очевидность, прогуляйся где-нибудь, пока я снова тебя не сломал.
Робот завис на пару секунд, словно пытаясь обмозговать направление, в которое его отправили прогуляться.
- Спустись на первый этаж, - подсказал ему Блэйд. В конце концов, это было его виной, что он не доработал робота как следует.
Оставшись наконец один, Блэйд вытащил из сейфа кейс с ампулами R41.3. Серая жидкость, переливающаяся на свету, напоминала ртуть. С последней дозы не прошло и пары недель. Кафка настоятельно рекомендовала не колоться чаще, чем раз в месяц. «Блэйдик, ты ведь взрослый мальчик. - Говорила она, как героиня из нуарного фильма. - Ты же не хочешь скопытиться раньше, чем какой-нибудь Хулэй». Если бы она только знала… Блэйд встряхнул одну ампулу и только приготовил шприц, как его опять отвлекли. Да ёб твою Нанук.
- К вам посетитель, - предупредил голографический помощник.
- Я же запре… - Блэйд чертыхнулся, тут же вскакивая на ноги, чтобы спрятать кейс. Ни одному посетителю не было позволено заходить в мастерскую Блэйда без его разрешения, но по какой-то причине пару человек охранная система Цыца пропускала вопреки запретам создателя. Ладно, причина была известна, но он не мог на это повлиять. Конечно, был вариант переформатировать Цыца, но при всей ненависти к прошлому Блэйд так и не смог избавиться от своего первого робота, который знал его (их всех) еще до катастрофы.
- Надеюсь, я не отвлек вас от важных дел, - мягко проговорил новоиспеченный глава корпорации Синтела, заходя в помещение вслед за Цыцем.
- Вы зря пришли. Мой ответ не изменился, - намеренно грубо ответил Блэйд. Он ненавидел незваных гостей, настырных клиентов и непослушных роботов.
- Тем не менее я не собираюсь отступать, - улыбнулись в ответ. – Мистер Цыц, если вас не затруднит, приготовьте, пожалуйста, чай.
- Разумеется, сэр, почту за честь, - Цыц проплыл мимо Блэйда, не реагируя на обещание хозяина поправить его чипы. У этой железяки было слишком много свободы.
- Почему вы отказываетесь сотрудничать с государственной корпорацией, когда война в самом разгаре?
Всего на секунду, но в голове возникла четкая картина, как Блэйд схватился пальцами за череп молодого главы. Это было бы так просто. Еще проще, чем сломать стальную коробку робота. Обуздав порыв, Блэйд сжал пальцы в кулак и надавил большим на костяшку указательного. Послышался отчетливый хруст. Он крутанулся на кресле, чтобы посмотреть на ошеломленное лицо главы Синтелы. Ухмыльнулся и, не отводя взгляд, проделал то же самое со средним, безымянным пальцами, а затем мизинцем. В первую их встречу Блэйд сломал себе запястье, тоже намеренно показушно, со всей силы размахнулся и ударил об стол. Парень хоть и был напуган, но не убежал сразу же и даже допил чай, принесенный им любезным Цыцем. В этот раз он тоже не шелохнулся, хотя на лице отражался весь спектр эмоций – от испуга до неверия.
- Я ничем не обязан вашему государству, - повторил Блэйд то же самое, что сказал в прошлый раз. Боль в сломанных пальцах чуть-чуть отрезвляла, но, увы, недостаточно. Надо было скорее заканчивать эту встречу. К тому же Блэйд должен был отвадить главу Синтелы так, чтобы тот никогда не возвращался снова – ради его же блага в первую очередь. Эта мысль и подстегивала действовать. В три шага Блэйд сократил между ними расстояние и припечатал главу Синтелы к стене. В золотистых глазах застыл ожидаемый страх.
- Вы пришли, хотя я достаточно ясно высказался о своем нежелании работать на любые государственные структуры. Так может быть, вас интересует что-то другое? – ядовито выплюнул Блэйд, сразу же теряя самообладание от их близости. Как же горело яростным желанием что-то сломать, уничтожить, растоптать. Доломать все пальцы, вытянуть из себя позвоночник, выдрать сердце и раздавить его подошвой сапога. Выдавить себе глаза, чтобы не видеть этого лица, расплавить мозг, чтобы ничего – ничего, блядь – не помнить.
- Меня интересует ваш талант робототехника, - сипло проговорил глава Синтелы, казалось, ему было тяжело дышать, тем не менее он не пытался вырваться.
- У меня есть и другие таланты, - Блэйд вжался носом в его шею, затем скользнул губами вниз к вороту куртки. Он мог бы с легкостью прокусить сонную артерию, оставляя парня истекать кровью, только это не решило бы его проблему.
Глава Синтелы под ним застыл. Блэйд намеренно не произносил его имя даже мысленно. В голове всё перемешалось – обрывки воспоминаний, недавний сон. Как же от всего этого было больно, горело так, словно весь ад развернулся в грудной клетке. Зря он не вколол себе R41.3. Временная амнезия была бы кстати.
Будь Блэйд безумнее, он трахнул бы его. Не столько из желания, сколько из-за злости. Поставил бы на колени, потянул грубо за хвост, унизил бы главу Синтелы, наивно верящего в то, что у войны был конец. Сознание всё сильнее путалось, словно кто-то невидимый прошелся по мастерской с кадилом, из которого развивался дым галлюциногенных благовоний. Раздробленные кости по помещению, словно разбитый раритетный сервис. И, конечно, много крови – больше, чем имелось в человеке. Картинки вспыхивали и затухали, голос науськивал «ломай, ломай, ломай». Много желаний Блэйда было связано с членовредительством, но одно единственное было почти невинным – как во сне. Хотелось прижаться губами к его губам и целовать, валяясь в куче листвы гинкго. Как несколько столетий назад.
Золото стало холодным, и Блэйд вдруг пришел в себя. Он переборщил, позволяя некоторым мыслям превратиться в действие. Глава Синтелы смотрел на него с отвращением, его ледяной взгляд задевал что-то внутри, там, где когда-то, возможно, была душа. Из его прокушенной губы сочилась кровь. Пелена безумия уже рассеялась, но Блэйд всё равно слизнул пару капель, чтобы закрепить свой образ сумасшедшего.
- Не возвращайтесь. Или в следующий раз я найду другое применение своим пальцам. - Блэйд сделал шаг назад, и парень тут же покинул мастерскую, практически вылетел из нее.
Цыц держал в стальных руках поднос для чайной церемонии. Он идеально сымитировал печаль своим голосом:
- Почему господин Цзин Юань убежал?
Потому что я урод, подумал Блэйд, но не стал отчитываться перед роботом. Как же было тошно от себя. Он сел у стены, закрыл глаза и позволил на краткий миг окунуться в прошлое. В то самое, где над мирным небом Сяньчжоу он целовал Цзин Юаня, а его единственной проблемой была неопределенность – поступить в академию пилотирования, как его друзья, или в университет робототехники. А потом прозвучала сирена, и блаженная жизнь закончилась. Блэйд со всей силы ударился головой об стену, затем еще пару раз, пока не почувствовал, как кровь стекает вниз по шее.
Когда он очнулся, наступил новый день. Скорее всего Цыц выключил затемнение на окнах, поэтому Блэйд ощущал жар от Солнца, которое лучом легло на раскрытую ладонь. Он размял плечи, покрутил головой. Засохшая кровь неприятно стягивала кожу.
- Вы умерли, сэр, - отчитался вчерашний робот. Провод из позитронного чипа опасно свисал наружу. Как и многих других ранее, Блэйд соорудил его от скуки, планируя сразу же пустить на утиль, но почему-то теперь от этого робота было жаль избавляться.
- Захвати паяльник и подъезжай ко мне, - приказал Блэйд. Через пару минут позитронный мозг робота был в безопасности в выправленной стальной коробке.
- Но сейчас вы живы, сэр, - добавил робот с большим опозданием.
- Да, жив, - Блэйд вздохнул.
К сожалению.
Надо было смыть кровь.
Опустив голову, Блэйд наблюдал, как в слив душевой стекала бледно-красная вода. В этом водовороте он видел свое лицо – лицо монстра, который был в шаге от того, чтобы причинить вред человеку, которого он любил. И, главное, в тот момент он действительно этого хотел. Злость, скопленная за столетия, никуда не девалась: не выпускалась ни с кровью, ни с кишками.
- Да что за блядская херня, - раздраженно проворчал Блэйд, когда вылез из душевой.
Хотя внезапный гость не совсем был внезапным, Блэйд знал, что она объявится, когда впервые увидел нового главу Синтелы. Блэйд не сильно вдавался в подробности, как в светских новостях объяснили внезапное появление наследника. Наверняка, основатели корпорации, по совместительству родители Цзин Юаня, продумали и этот момент тоже. Цыц, разумеется, пропустил Цзинлю в мастерскую, словно она по-прежнему, даже спустя двести одиннадцать лет, была Блэйду другом. А не виделись они вроде лет пятьдесят. Блэйд плохо помнил ту встречу; тогда Цзинлю обезумела настолько, что разрубила его на кусочки.
- Цзин Юань очнулся раньше времени. - Цзинлю перешла сразу к делу. Ее глаза были скрыты за повязкой, но сжатые губы выдавали недовольство.
- Я не имею к этому никакого отношения, - спокойно ответил Блэйд. Он сел за рабочий стол, включил паяльник и поджег окурок, который валялся в тарелке еще с прошлой недели.
Цзинлю стояла, как изваяние. Маленькая и хрупкая на вид, но с нечеловеческой силой.
- Если у тебя есть какие-то догадки, поделись ими, - добавил Блэйд, на самом деле надеясь, что у Цзинлю имелись догадки. Возвращение Цзин Юаня было странным и тревожным.
Оба знали, что Цзин Юаня собирались вывести из стазиса, но по задумке его родителей это должно было произойти еще только через восемьдесят девять лет. Помимо того, что он вышел из стазиса раньше положенного срока, беспокоило еще то, что он откуда-то узнал о Блэйде.
- Сюэи и Ханья исчезли. Я нашла лишь поврежденное механическое тело Сюэи, но без позитронного чипа.
Сестры-андроиды были созданы родителями Цзин Юаня, чтобы они присматривали за их сыном, пока тот был в стазисе.
- Тогда на повестке дня два вопроса: кто вывел его из стазиса и кто рассказал ему обо мне. – Блэйд докурил сигарету и прожевал оставшуюся часть. Цыц охнул, но остался проигнорированным.
- Есть кое-что, о чем я тебе не рассказывала. – Цзинлю стянула повязку с глаз и повязала вокруг запястья. Ее глазницы были пустыми. Блэйд давно подозревал, что именно так она контролировала свое безумие. Наверняка, тоже чем-то кололась, чтобы замедлить регенерацию. – Родители Цзин Юаня ввели одно исключение, при котором его должны были вывести из стазиса. В случае если в Лане появятся серьезные баги, угрожающие безопасности Сяньчжоу.
Губы Блэйда скривились. Он никогда не любил родителей Цзин Юаня, впрочем, это было взаимно, хотя они и ценили его, как ученого. То, что Блэйд сотворил, в том числе и с собой, невозможно было обратить вспять, но родители Цзин Юаня даже в этом нашли для себя выгоду. Погрузили сына в стазис, чтобы он мог поправить ошибки в искусственном интеллекте под названием Лань, который, по их прогнозам, не должен был сбоить еще три-четыре столетия. А триста лет стазиса были необходимы для того, чтобы нанороботы поработали с памятью Цзин Юаня – стерли его прошлое, не задевая при этом всех остальных навыков. Но Цзин Юань проснулся раньше. Это значило, что угодно могло стать триггером для воспоминаний. А главным триггером являлся Блэйд.
- Почему ты вернулся в Сяньчжоу? – резким голосом спросила Цзинлю. Она выглядела настолько угрожающе, что Цыц позабыл о своей гипервежливости и смотался из мастерской, не предложив чай.
- Думаешь, это я вывел его стазиса? – Блэйд сжал горячий паяльник в кулак. - Зачем мне это делать?
- Чтобы он мог вспомнить тебя.
- Я не настолько эгоистичен.
- Тогда ты должен покинуть Сяньчжоу. Если он продолжит к тебе приходить, то рано или поздно к нему начнут возвращаться обрывки воспоминай. И когда память полностью к нему вернется, он станет таким же, как мы. Ты ведь не хочешь этого?
Блэйд посмотрел на Цзинлю – долго, тяжело. Конечно, она была права.
В мастерской пахло расплавленной кожей. Цзинлю не дождалась ответа, ушла. Блэйд почувствовал огромное сожаление от того, что она оставила его живым.
Цзинлю была права, но он не мог покинуть Сяньчжоу, не теперь. Цзин Юань хоть и являлся генетическим ключом к Ланю, но ни черта не разбирался в тонкостях искусственного интеллекта. Блэйд должен был ему помочь – не напрямую, чтобы случайно не разворошить память, а иначе – через посредников. И собирался это сделать.