Chapter Text
Как это обычно бывает, день начинается с утра. Блэйд ждёт его на веранде, пиксели в уголках его губ дёргаются вверх в неуловимой улыбке, но Дань Хэн пожирает её взглядом, как и слегка опустившиеся плечи. Блэйд часто бывает напряжён, но чуть расслабляется, когда Дань Хэн попадает в его поле зрения.
— Поделишься? — Дань Хэн прислоняется к перилам, и Блэйд протягивает ему сигарету.
В реале он, конечно, не курит. Сколько бы ни пробовал Мальборо, так любимые Блэйдом, всё же не смог понять этого пристрастия, но здесь — совершенно другое дело. Здесь Блэйд сам щёлкает зажигалкой и прикрывает огонёк ладонью от ветра, вскользь касаясь прохладными пальцами его щеки.
Дань Хэн хочет прижаться к его руке и попросить — постой, давай вот так постоим, мне так нужно твоё тепло — но не просит. Только втягивает горький воздух и жадно смотрит, как Блэйд достаёт себе новую сигарету и затягивается сам.
Блэйд умопомрачительно красивый. Чёткая копия оригинала — игра сделана так хорошо, что лишь пиксели в градиентах волос выдают отсутствие в этом всём правды.
— Какие планы на вечер? — Дань Хэн кутается в плащ, хотя в этом надобности никакой — полноценные ощущения температуры требуют серьёзной разработки и до сих пор нереализуемы. Даже тепло чужой кожи и короткий жар затяжки кажутся чудом — только недавно добавили. — Завтра у тебя, кажется, выходной.
— М, — Блэйд опирается локтями на перила и можно целую секунду любоваться, как напрягаются и затем расслабляются мышцы на его плечах. Сегодня он в майке. — Нужно пойти закупиться, кофе закончился. В остальном не думал. А что?
Собранные в растрёпанный пучок волосы с новым фильтром пасмурной погоды становятся темнее, чем должны быть. Дань Хэн сглатывает, отмечает это у себя в голове и не удерживается от того, чтобы прикоснуться к выбившейся пряди, пропустить сквозь пальцы, а хочется поцеловать её и —
и он не знает, что было бы тогда.
— Думал, может, сходим куда-нибудь вместе? Или посмотрим тот сериал, который советовала Март, хотя я бы не стал доверять её вкусу, — ком в горле появляется внезапно и перекрывает дыхание со скоростью, не прописанной в геймплее, и тем не менее. — А продукты заказать можно...
Блэйд смотрит на него со сложным выражением алых глаз, а Дань Хэн не знает, на что надеется. Не знает, зачем пытается вызвать ответы, отсутствующие в скрипте; в конце концов, живой настоящий Блэйд никогда не отвечал на его приглашения провести вместе время, потому что Дань Хэн никогда его не приглашал. Данных для создания соответствующих реакций недостаточно, а выдумывать он не стал, потому что по отношению к Блэйду это нечестно.
— Скажи что-нибудь, — шепчет Дань Хэн, и всё ломается.
Не игра, и не Блэйд. Ломается он сам — внутри что-то разрывается от боли, он сгибается пополам и опускается на колени, хватаясь за джинсы Блэйда и не зная, чего хочет от него добиться. Ведь Блэйда здесь нет. Блэйд покончил с собой два года назад, в период, когда они не общались и Дань Хэн не знал, хватит ли его гордости сломать лёд и позвать Блэйда на кофе.
Сигарета падает на доски, разбрызгивая пепел. Он задыхается, а слёзы всё не идут, потому что это игра и в коде не прописать, как больно, больно, больно—
Когда Блэйд к нему наклоняется и пиксели в уголках его губ дёргаются вверх в неуловимой улыбке, какой Дань Хэн её запомнил — и Дань Хэн неизменно её замечает.
Он ведь сам её программировал.