Work Text:
По правде говоря, Ван Цаню очень бы хотелось утверждать, что он понятия не имеет, как дошел до жизни такой.
К сожалению, он прекрасно помнил каждое принятое им плохое решение.
Это началось с У Се, конечно же, как почти все в их судьбах. (Можно было отмотать дальше в прошлое, скинуть вину на Чжан Цилина, ведь, в конце концов, именно Чжан Цилин был причиной всех их проблем, но если начинать издалека, то почему бы тогда не обвинить Большой Взрыв или что-то такое? Нет уж.)
Все началось с появления У Се на базе, потому что, как выяснилось, Ли Цу все еще был шпионом. Ну надо же, какой сюрприз. А потом все покатилось к чертям собачьим.
Вань Цань не думал, что переживёт схватку с Су Нань и Ли Цу.
Но он выжил, не без помощи Ван Ценя, который вытащил его из-под обломков с группой других ребят.
Так что хорошие новости – он выжил.
Плохие новости… тут сложнее, с какой лучше начать?
У них больше не было аналитики, связей, ресурсов, у них не осталось выбора кроме как стать простыми наемниками. Ван Цень утверждал, что это лишь временно, пока они не станут на ноги. Ван Цань же считал такой план дерьмом собачьим.
Так всё начиналось.
Но сейчас всё опять сместилось, и даже жизнь наемника осталась позади.
Квартиру, в которой он жил, было сложно назвать роскошной, но и крохотной конуркой она не была. Это было хорошее чистое место, без скрипучего паркета, потому Ван Цань мог перемещаться по нему босиком совершенно бесшумно, зажав в руке отвертку.
Не самое элегантное оружие, конечно, но его цель находилась на кухне, и чтобы поменять отвертку на нож следовало сначала пробраться на эту самую кухню. В квартире было спрятано много другого оружия, но для этого пришлось бы ковыряться в ящиках и шкафах. Трата времени, и шумно в придачу.
Потому задача была возложена на отвертку.
Его цель напевала что-то себе под нос, работая на кухне, пока Ван Цань проскользнул ближе, стараясь контролировать дыхание. Нельзя было торопиться. Тише едешь – дальше будешь. Все следовало рассчитать.
Он поднял руку с отверткой и…
Его цель мгновенно развернулась, перехватывая запястье, и в следующий момент Ван Цань уже валялся на полу, оглушенный ударом, без отвертки, с чужой ногой на груди.
Его цель лениво взяла палочками пельмень с тарелки, подула, чтобы остудить прежде, чем заткнуть пельменем рот Ван Цаня.
— Ну-ка скажи, вкусно? Давай, только правду.
Ван Цань зло прожевал пельмень.
— Пресно.
— Блин, — мужчина разочарованно взмахнул рукой. — Бесит. Что тогда заказать на ужин? Пиццу? Мне бы хотелось пиццу.
— Тебе хочется пиццу, но ты все равно налепил пельменей?
— Ну, мне хотелось пельменей, но не таких пресных. Поэтому лучше пицца, -- мужчина наконец убрал ногу с груди Ван Цаня. — А ты себе на ужин сам что-нибудь выбери, хорошо?
Ван Цань ворча поднялся на ноги и отправился выполнять поручение.
Как же он ненавидел Чжан Хайкэ.
* * *
Ван Цань не хотел жить вместе с Чжан Хайкэ. Он не хотел, чтобы жизнь его свела с ним в принципе.
Сначала он думал, что просто наткнулся на У Се на одной из миссий — небольшая ошибка, с кем не бывает. Он видел фото и видео с У Се, правда, никогда не встречался с ним лично. Но стоило увидеть Хайкэ вживую, разница была налицо — они с У Се были почти точными копиями друг друга, разве что Хайкэ казался его более молодой версией.
А еще он был очень быстрым, и, с широкой ухмылкой на губах, мгновенно разоружил Ван Цаня, прижав к стене и приставив два длинных пальца к его шее.
В одном Ван Цань был уверен на все сто процентов: Чжан Хайкэ мог убить его в тот момент.
Прижатый к стене и с пальцами у горла, Ван Цань ощущал на себе его силу, и той точно хватит, чтоб не только придушить его, но и сломать шею.
Но Чжан Хайкэ этого не сделал.
Он просто вырубил Ван Цаня, а когда тот пришел в себя, то понял, что не связан. Даже не заперт в камере, и вообще, не похоже было, что его взяли в плен. Он лежал в постели, накрытый одеялом, а Чжан Хайкэ заваривал на кухне лапшу.
По крайней мере, лапшу быстрого приготовления испортить было трудно.
* * *
Ван Цань мог уйти в любое время. Чжан Хайкэ ясно дал это понять. Ни двери, ни окна не были заперты.
— Ты волен уйти на все четыре стороны, — пожал плечами Хайкэ. — Но если ты уйдешь, я тоже уйду. Не хватало еще сидеть и ждать тебя тут с подкреплением.
— Недооцениваешь меня, значит? Думаешь, я в одиночку с тобой не справлюсь? — огрызнулся Ван Цань, а Хайкэ лишь ухмыльнулся.
— Ну так попробуй.
И Ван Цань попробовал, кинувшись на Хайкэ, и в следующую секунду растянулся на полу с чужим коленом на своей груди.
А самое отвратительное было то, что этот Чжан ни на миг не переставал ухмыляться.
* * *
Вот как проходили его дни. Ван Цань бродил по квартире, выжидая наилучшей возможности. Он мог бы уйти, но упустить такой шанс казалось непозволительным. Чжан Хайкэ был прямо здесь. Да, сейчас у Ван Цаня не имелось никаких преимуществ, но все могло измениться в любой момент, пока он продолжает пытаться. Может, Хайкэ не был главной целью семьи Ван, хоть он носил фамилию Чжан и выглядел как У Се, но он не был ни Чжан Цилином, ни У Се.
Что было более важным, так это не выпускать его из виду. И потому Ван Цань продолжал свои попытки. Он надеялся победить в этой битве - если не в лоб, то каким-нибудь хитрым способом. Оставалось только этот способ найти.
* * *
Одной ночью он выбрался из комнаты на кухню и добыл себе нож, а дальше целью была спальня с отдыхающим Хайкэ. Пробраться туда бесшумно оказалось просто. Ван Цань хотел поначалу просто перерезать ему горло, но Хайкэ по самый подбородок был укутан в одеяло.
Значит, он просто пырнет его.
Ван Цань перехватил нож поудобнее, приблизился и ударил…
Хайкэ в один миг сбил его запястье в сторону, но не стал останавливать инерцию удара, и нож вонзился в подушку прямо рядом с его лицом. Затем он рванул Ван Цаня за руку на себя, вынуждая завалиться на постель всем телом.
Ван Цань попытался вырвать руку, но ножа в его ладони уже не было, оставалось попытаться дотянуться до горла Хайкэ хотя бы голыми руками. Вот только все тело Чжан Хайкэ превратилось в капкан, и Ван Цань был пойман в ловушку без малейшей возможности пошевелиться.
После недолгой возни, Ван Цань сдался, лежа на боку, пока Чжан Хайкэ продолжал обнимать его со спины, крепко сжимая его оба запястья.
— Если тебе так одиноко, мог просто попросить.
— Ой, заткнись, — прошипел Ван Цань. — Отпусти.
— Непременно. И тогда ты снова потянешься за ножом и попробуешь меня ударить. Сам заткнись и засыпай.
Ван Цаню очень захотелось огрызнуться и сказать, что он в жизни не заснет в таком положении. Но он заснул.
А на утро почувствовал себя по-дурацки одиноким, когда понял, что Чжан Хайкэ в постели уже нет.
Кухонный нож по-прежнему валялся на полу, Ван Цань поспешил подобрать его и вышел ровно в тот момент, когда Чжан Хайкэ почти исчез в ванной.
Их взгляды пересеклись, и мерзавец подмигнул ему.
— Очень скоро я буду полностью голым и беззащитным. Если хочешь, мы можем воссоздать сцену из Психо. Я довольно шумный, знаешь ли.
— Фу, — Ван Цань закатил глаза и решил, что сейчас проще уйти на кухню, чем иметь дело Хайкэ. — Надеюсь, ты поскользнешься и сдохнешь.
* * *
Вот так и проходили их дни. Чжан Хайкэ искусно выводил Ван Цаня из себя, а последний не терял надежд застать его врасплох.
Но между попытками убийств, Ван Цань находил себе и другие занятия, например, следил, чтобы навыки Чжан Хайкэ в кулинарии улучшились. Может, тот и умрет к концу их совместного проживания в этой квартире, но, по крайней мере, научится придавать еде хоть какой-нибудь вкус, и Ван Цаню не придется питаться его унылой стряпней.
— Неужели есть что-то, в чем семья Чжан совершенно бездарна? Как мило. Но в этот раз у тебя получилось не так пресно.
— О, тебе понравилось?
— Я такого не говорил, — Ван Цань ткнул в сторону Чжан Хайкэ палочками. — Я просто сказал, что это не так пресно.
Хайкэ с оскорбленным выражением на лице стал ковырять свои пельмени.
— Мне любопытно, умеешь ли ты сам готовить. Уверен, кулинарные способности семье Ван также неважны, как и нам.
— Боевые умения и знание противника важнее готовки.
— Ты забыл упомянуть еще навыки расхищения могил. Очевидно, между нашими семьями не так много различий. И вот что любопытно…
Чжан Хайкэ не стал продолжать, вместо этого сунув в рот очередной пельмень.
— Любопытно что? — спросил Ван Цань, но Чжан Хайкэ вдруг скривился.
— И правда безвкусно.
— Не уходи от ответа!
Прежде, чем Чжан Хайкэ заговорил, прошло несколько слишком долгих секунд.
— Ты знал девушку по имени… Хм, в вашей семье ее могли звать Ван Хайсин. Или как-то так.
— Нет. Но я и не могу знать всех и каждого. К чему вопрос?
— Она была моей сестрой.
— И что? — Ван Цань покрутил палочками пельмень в тарелке. — Хочешь, чтобы я назвал причины, по которым она могла сменить лагерь?
— Мне кажется, ей просто осточертела наша семья и все её правила.
— Тебе как будто всё равно.
Чжан Хайкэ лишь пожал плечами.
— Не могу её винить.
Он замолчал, и это было… странно. Странно видеть Хайкэ таким, не желающим продолжать разговор. Это уже интересно.
— Ты же сам не из главной ветки семьи? — Ван Цань определенно не собирался слазить с этой темы. О нет, только не в этот раз.
— Сложно сказать, какая конкретно ветвь была на тот момент главной. Но, скорее всего, нет. Моя семья родом из Гонконга.
— Вот как, — Ван Цань склонил голову к плечу. — Ни дня без нового факта о материковых Чжанах.
— У нас было больше свободы, чем у остальной семьи Чжан, но…
— Но пальцы у вас одинаково длинные и у тебя лицо другого человека.
Чжан Хайкэ ухмыльнулся и потянулся вперед, чтобы этими самыми пальцами убрать рисинку из угла рта Ван Цаня.
— Можно и так сказать. Не то чтобы у тебя самого жизнь была сильно проще. У Се рассказал мне много разного о вашей семье.
— Но твоя сестра все равно предпочла нас, — насупился Ван Цань.
— Ненависть моей сестры к семье Чжан была куда больше, чем ненависть к пережитому у Ван. Я подобных сильных чувств не испытывал. А что насчет тебя?
— И что насчет меня?
— Ваша семья проиграла, — напрямую сказал Хайкэ. — И ты все равно цепляешься за её остатки?
— Может и так, — не стал спорить Ван Цань. — Но сейчас ты бесишь меня настолько сильно, что убить тебя уже дело принципа.
Хайкэ засмеялся, запрокинув голову и открыв свою длинную шею.
— Что ж, ладно.
И да, это было приглашение к действию. Ван Цань не стал медлить, бросившись через стол к Хайкэ в попытке выколоть ему глаза палочками. И его тут же отбросило назад.
Пофиг. Он хотя бы попробовал.
* * *
Следовало отдать должное, что в этой ситуации были и свои плюсы. Ван Цань так и не ушел и не собирался. Хайкэ то и дело пропадал, по большей части закупить что-нибудь или решить другие мелкие проблемы, и это время Ван Цань использовал, чтобы устроить засаду.
Конечно, ловушки против закоренелого расхитителя гробниц не срабатывали, более того, Ван Цань провалил все свои попытки. В конце концов, у Чжан Хайкэ в этом деле на пару десятков лет опыта больше, так что ничего удивительного.
— А правда, что вы жжете пальцы в огне, чтобы сделать их такими крепкими и длинными?
— А правда, что вы постоянно деретесь, пока вас не начнет рвать кровью?
— Если ты достаточно хорош, то блевать кровью не придется.
— Мерзость.
— Сказал тот, кто для растяжки сует пальцы в огонь.
Чжан Хайкэ скривил губы в усмешке, а затем резко ухватил Ван Цаня за подбородок крепкими пальцами.
— Зато они стали очень полезными.
— Как и мои боевые навыки после черных уроков.
— Неужели? Я ведь всё ещё жив.
Ван Цань зло клацнул зубами, как если бы хотел откусить Хайкэ пальцы, но тот лишь засмеялся и отпил вина из своего бокала.
Это была уже не первая открытая ими бутылка, Хайкэ то и дело подливал ещё. У Ван Цаня промелькнула мысль, что если сейчас Хайкэ расслабится достаточно, чтобы потерять бдительность, у него может всё получиться. Но вместо активных действий Ван Цань просто продолжал пить и наблюдать как Хайкэ потягивает вино и выкуривает одну сигарету за другой.
— Но почему именно это лицо? — наконец, спросил Ван Цань, и Хайкэ засмеялся.
— Долгая история. Тебе ли не знать, что я не единственный, у кого возникла такая же идея.
— В смысле?
— Интересно, ваша семья за этим стоит или, может, кто-то еще? А может есть несколько разных вражеских сторон, — Хайкэ пожал плечами. — Уже не важно. Во время своих поисков я нашел и убил семь двойников У Се. Наверное, где-то бродят еще.
— А почему ты до сих пор носишь это лицо?
— Я уже и сам не помню, как на самом деле выглядел, — сказал Хайкэ, убирая последнюю сигарету с некой тоской. — Теперь у меня такое лицо. Ничто не избавит меня от этой маски, даже смерть.
Ван Цань убрал в сторону бокал и придвинулся ближе, усаживаясь Хайкэ на колени. Тот ощутимо напрягся в попытке понять мотивы Ван Цаня.
А Ван Цань уложил обе ладони на лицо Хайкэ и стал крутить его, разглядывая, из стороны в сторону, вверх и вниз, проверяя шею, скользя пальцами по гладкой коже.
По ощущениям все было более чем настоящим. У Хайкэ даже пробивалась щетина.
Ходили слухи, что маски могут врасти в кожу, и тогда их уже нельзя будет снять, но здесь…
Ван Цань потянулся вперед и прижался губами к шее Хайкэ, а затем мягко прикусил.
— Теперь мы ищем маску, да? — мягко рассмеялся Хайкэ.
Ван Цаню показалось или голос его стал более хриплым?
Но он не ответил, и заскользил губами выше по коже, покусывая подбородок Хайкэ, ухо, и тогда, наконец, отстранился и снова взглянул на лицо напротив.
На это чертово раздражающее лицо, которое выглядело таким похожим на У Се, вот только его взгляд, обычно острый как бритва, сейчас казался затуманенным. Ван Цань потянулся и мягко прихватил зубами его нижнюю губу.
Хайкэ негромко зарычал и подался вперед, целуя Ван Цаня. Мир перевернулся с ног на голову. Прикосновение губ Хайкэ на вкус было как вино и сигареты, а целовался он так, будто давно этого ждал и хотел. Руки Ван Цаня обвивали шею Хайкэ, а мимолетная мысль, что он мог задушить его прямо сейчас развеялась сразу же, стоило Хайкэ сжать ладонями задницу Ван Цаня и потянуть на себя. Все остальное уже не имело значения, лишь Хайкэ под ним и желание, чтобы поцелуй не кончался.
Казалось, что эту плотину прорвало. Они целовались, Хайке прижимал его крепче к себе, а Ван Цань раздраженно думал о всех тех слоях одежды, что была между ними.
И в этот момент зазвонил дверной звонок.
Наступила очередь Ван Цаня зло зарычать и впиться губами плотнее. У Хайкэ вырвался стон, вибрацией отдаваясь во всем теле Ван Цаня.
Звонок снова разнесся по квартире, настойчиво, агрессивно.
— Твою мать, я… — Хайкэ отстранился, хотя по голосу было понятно, что это последнее, чего он сейчас хочет. — Кто вообще…
— Забей, — потребовал Ван Цань, надеясь вновь поймать губы Хайкэ.
Но звон не прекращался.
— Я разберусь, — Хайкэ зло зашипел, мягко толкая Ван Цаня в сторону. — Но если это не дело жизни и смерти, кто-то сегодня точно умрет.
Щеки Хайкэ раскраснелись, а на коже вокруг шеи проступила татуировка.
Ван Цань завалился спиной на диван и уставился в потолок в попытках вернуть себе дыхание и успокоить сердцебиение. Когда Хайкэ вернется, ему конец, без сомнений. Он его определенно убьет.
Ван Цань понятия не имел, кто трезвонил им в дверь, но когда Хайкэ вернулся, на его лице застыло серьезное и собранное выражение. Как будто он в один момент протрезвел.
— Что случилось? — спросил Ван Цань, наблюдя за идущим к шкафу Хайкэ.
— Мне нужно уйти.
— …Сейчас?!
— Меня не будет несколько дней, — Хайкэ даже не смотрел в его сторону, просто вытащил сумку, в которой, Ван Цань знал точно, тот хранил оружие. Он знал это, потому что стащил кое-что раньше. — Еда в холодильнике, где деньги ты знаешь. Не пропадешь.
— Погоди…
Хайкэ замер на пороге, не оборачиваясь.
— Береги себя.
И ушел.
Вслед ему полетел пустой бокал от вина.
* * *
Он знал, что нужно было сделать. Нужно было сбежать, собрать всех здесь и устроить засаду Хайкэ, если он вернется. Так следовало поступить.
Но он не стал.
Он решил не убираться в гостиной, правда, на следующий день бардак стал раздражать, так что Ван Цаню все же пришлось его разгрести. Он оставил одну лишь пустую бутылку от вина.
А еще он попробовал остатки еды из холодильника. Каким-то образом разогретая еда показалась еще безвкуснее, тогда Ван Цань сделал заказ на дом.
И просто ждал.
Что бы там ни требовало незамедлительного вмешательства Чжан Хайкэ, не могло же оно занимать так много времени? Он сказал, что уедет на несколько дней, это ведь значит, что он вернется, так?
Он должен.
Чжан Хайкэ был как надоедливый паразит, и никто, кроме Ван Цаня, не должен был его убить.
Как жаль, что у него не было телефона, чтобы связаться с Хайкэ. Ведь оставалась одна важная вещь, которую Ван Цань должен был сказать. Так что лучше бы ему поскорее вернуться.
* * *
В один из дней входная дверь, наконец, открылась. Ван Цань мгновенно подорвался, схватил пустую бутылку от вина и уставился на возникшего на пороге Хайкэ.
Хайкэ будто из ада вернулся. Волосы в полном беспорядке, лицо осунулось, будто он не спал все эти дни, а одежда была изорвана и помята. Хайкэ уронил на пол свою сумку, он выглядел… удивленным?
— Ты не сбежал.
Это не было вопросом, он констатировал факт. Ван Цань усмехнулся:
— Мы с тобой не закончили. И я должен тебе кое-что сказать.
— Неужели? Любопытно.
Чжан Хайкэ прошел в комнату, сбросив на пол пальто. Вся его одежда также оказалась изорвана, и Ван Цань не выдержал:
— Какого черта с тобой случилось?
— Просто мелкая неприятность. Все уже окончено. На какое-то время. Но мне нужно вернуться в Гонконг как можно скорее.
Ван Цаня будто под дых ударили.
— И что? Стало скучно со мной, убьёшь и кинешь меня здесь? Или просто кинешь, не убивая? — нахмурился он.
Настала очередь Хайкэ усмехаться, он полностью развернулся к нему.
— Почему ты не ушел, Ван Цань?
— Не меняй тему!
— Ты мог сбежать. И не только сейчас, ты мог уйти в любое время. Ты знаешь это, я знаю это. Так почему не ушел?
Ван Цань зло зарычал, разбил бутылку о стену, зажав в руке острую розочку, и направил в сторону Хайкэ.
— Я всё ещё должен тебе сказать одну вещь. Так что слушай. Я запрещаю тебе умирать. Тебе можно умереть только от моей руки.
Они так и замерли на несколько долгих мгновений: Ван Цань с протянутой в руке розочкой, и Чжан Хайкэ… пока последний резко не начал смеяться, согнувшись пополам.
— Вот дерьмо, что за излишний драматизм? Мы что, в дораме?
— Я серьезно! — рявкнул Ван Цань. — Я буду тем, кто тебя убьёт. Так что не смей подохнуть раньше.
— Ну и как же ты мне помешаешь? — задорно поинтересовался Хайкэ. — Будешь следовать за мной, чтобы убедиться, что я не умру?
— Да, — выплюнул Ван Цань. — И если я не смогу убить тебя, пока ты здесь, то я отправлюсь с тобой.
Хайкэ задорно ухмыльнулся и подошёл ближе, как раз когда Ван Цань дёрнулся вперёд в попытке порезать его стеклом. Он уже перестал удивляться, что Хайкэ каждый раз оказывался быстрее, вот и сейчас тот мгновенно выкрутил остатки бутылки из его руки и рывком вжал Ван Цаня в стену. Хайкэ вплотную притерся своим телом к нему, прижимая запястья Ван Цаня на уровне его головы.
И вновь Чжан Хайкэ поцеловал его первым, и вновь он был на вкус как сигареты, но Ван Цаню было плевать, когда он отвечал на поцелуй, лишенный воли и желания бороться.
— Тебе теперь следует быть осторожнее, — Чжан Хайкэ проговорил это ему прямо в губы. — В Гонконге живёт вся моя семья, знаешь ли.
— Тогда я надеюсь, что готовят они получше тебя. Я всё равно найду способ тебя прикончить, — упрямо сказал Ван Цань, а Чжан Хайкэ лишь опять рассмеялся.
— Жду с нетерпением, — прошептал он, и вновь поцеловал Ван Цаня.
.