Work Text:
Близился июнь. А значит, вместе с этим прекрасным летним месяцем придут и экзамены. Всё это приводило к тому, что Кастиэль был обречён просиживать последние майские деньки в библиотеке Хогвартса. Мальчик хорошо знал лишь уход за магическими существами да травологию, поэтому свободное время обычно проводил в окрестностях Запретного Леса и не вспоминал об учёбе. Там он гулял с Клювокрылом, иногда брал с собой учебники, чтобы хоть что-нибудь прочитать из курса по зельеварению.
Но ничего не усваивалось, впрочем, такая же ситуация была и с остальными предметами. «Ничего, потом зайду в библиотеку и всё выучу», — всякий раз думал пуффендуец и откладывал учёбу на лучшее время. В итоге пришлось всё делать в самые последние дни.
Утро выдалось на редкость холодным и дождливым. Даже погода будто говорила: «Иди, учи уроки! Ты ведь не хочешь вылететь из школы?» Тяжело вздохнув, Новак встал с кровати и ещё раз взглянул в окно в надежде, что ему всё это показалось и на улице сияет солнце, гуляют по окрестностям школы ученики, облетают её территорию совы. Ага, конечно. Размечтался. Убедиться в суровой и мрачной реальности мальчику помогли дождевые капли, медленно стекающие по оконному стеклу. Смотреть дальше на хмурые очертания школьного двора не было никакого смысла. Только настроение испортится. Немного подумав, ученик перевёл взгляд на соседние кровати, которые пустовали. Видимо, все уже давно завтракали в Большом Зале, а он, как всегда, проспал. Была пятница. Причём самая последняя в этом месяце. Пора было уже браться за ум, а то действительно можно было и с Хогвартсом распрощаться.
Стараясь не терять ни минуты свободного времени, Кас быстро оделся и побежал на завтрак. Оказавшись в зале, он первым делом стал внимательно разглядывать гриффиндорский стол. Наверное, его единственный настоящий друг был на тренировке по Квиддичу и поел рано утром. Что ж, придётся сидеть в одиночестве. Опять.
С Кастиэлем практически никто, учившийся на его факультете, не общался. И только Дин мог понять его правильно и поддержать в трудную минуту. Остальные просто даже не пытались. Им было достаточно и своей компании, сформировавшейся за последние четыре года и принявшей Новака за изгоя. Винчестер был не из тех гнилых людей, которые обманывали, льстили, предавали.
Не доев яичницу с беконом, пуффендуец встал из-за стола и направился в библиотеку, оставив заполненным лишь на половину стакан с молоком, которое вместо всяких чаёв и тыквенных соков посоветовал ему юный загонщик с пятого курса. Оно, мол, «хорошо влияет на организм».
Оказавшись в месте, в которое направлялся, ученик пробежался глазами по книгам. Среди них были всякие: и по истории Хогвартса, и по Квиддичу, и по всем предметам, к которым нужно было готовиться синеглазому. Кас даже заметил пару книжек, относящихся к маггловедению, которое любили не все. Но мальчику очень нравился этот предмет. Он не столько смешил, сколько увлекал. Новаку всегда было интересно, как люди могут работать, делать дела по дому, учиться, да и вообще существовать без использования магии. К сожалению, сейчас, как бы ученику не хотелось полистать этот учебник, вновь почувствовать чудный запах новых маггловских книг и забыться, ему нужно было готовиться к экзаменам. Тут уже ничего не поделаешь. Либо сейчас возьмëшься за ум, либо потом придëтся очень несладко.
Огонëк в синих глазах размечтавшегося Кастиэля пропал, а взгляд вновь сменился на хмурый. Пуффендуец, в который раз тяжело вздохнув, достал с полки учебник по зельеварению и, усевшись за библиотечным столом, уткнулся в книгу. Похоже, что Новак настолько всё запустил, что придётся прочитать всё от корки до корки.
Осилив с трудом несколько глав, мальчик отвёл взгляд от пыльных, старых страниц. Неподалёку лежал потрёпанный учебник, название которого прочитать было трудно. Видимо, этой книге было уже около одной, а то и двух-трёх сотен лет. Но отвлекаться было нельзя. Ни в коем случае. Любопытство с каждой секундой становилось всё сильнее и сильнее.
Ещё глава. Ещё рецепт. Ещё одна перевёрнутая страница.
«Всё. Больше не могу, — пронеслось в голове у Каса, и он потянулся к заветному писанию. — И что такая книга тут забыла? Должно быть, она из запретной секции». — Догадки синеглазого подтвердились, в тот момент, когда он заметил медленно опускающуюся на деревянный пол бумажку с пометкой «Запретная секция».
— Ух ты, а я думал, ты к экзаменам готовишься! — перед Новаком возник зеленоглазый парень и протянул ему листок. Появление друга было настолько внезапным, что пуффендуец даже вздрогнул. — Делать больше нечего? А как же уроки?
— Ди-ин, — протянул он, — нельзя же так пугать…
— Да ладно тебе! — отмахнулся пятикурсник. — И всё же, что за книжка? — Он выхватил из рук Кастиэля ветхий переплёт и всмотрелся в обложку, стараясь разобрать название. — Заклинания? Так вот чем ты занимаешься! Решил стать мракоборцем, небось?
— Я… Я даже не заглядывал в этот учебник, — неуверенно ответил синеглазый, отводя взгляд в сторону.
— Как?! Даже в содержание?! — изумился Дин и посмотрел по сторонам. — Слушай, может, встретимся после занятий и почитаем его? — В глазах загонщика заплясали весёлый искорки изумрудного пламени. Друг был настроен очень серьёзно, будто бы он Феликс Фелицис выпил.
— Ну, давай. — Ученик был рад провести время с гриффиндорцем. Рядом с ним становилось как-то тепло на душе. Этот человек стал Новаку больше, чем другом, за последние четыре года. Поэтому Кас хотел как можно дольше побыть с уже сроднившимся с ним Винчестером.
— Вот и отлично, — улыбнулся Дин. — Тогда жду тебя на опушке Запретного леса в пять. Думаю, к этому времени мы оба освободимся.
— Ага, — кивнул пуффендуец и покраснел. Он просто не мог выдержать этого взгляда. От него всё внутри сжималось, хотелось прижаться к другу.
«Что же это? Любовь? Не может быть. — Кас пришел в ужас от этой догадки. — Лучше мне сейчас отойти от Дина, что бы не показаться ему странным, и хорошенько во всем разобраться».
Но тем не менее стоило задуматься.
Следующие два урока были свободными, и Кастиэль, проведя их в библиотеке, выучил несколько рецептов по зельеварению, из-за чего был доволен сегодняшним результатом.
Вот и настали те долгожданные пять часов. К этому времени пуффендуец уже шёл бежал по тропинке, ведущей к месту встречи. По слухам, где-то поблизости должны водиться существа, которых мог видеть только тот, кто видел смерть собственными глазами. Их, как вычитал четверокурсник из учебника по уходу за магическими существами, называют фестралами. Но сейчас даже не смотря на всю любовь и интерес к лесным обитателям Новаку было не до них. Ведь там, под высоким раскидистым дубом стоял тот, за кого синеглазый мог и душу продать.
— Наконец-то. Я уж думал, что ты передумал. Или ты предпочёл прогуляться с каким лесным созданием, нежели со мной? — с вечным сарказмом своеобразно поздоровался Дин, улыбнувшись. — Пойдём? — Он кивнул в сторону чащи. — Там нас никто искать не станет.
Немного подумав, черноволосый кивнул. Он доверял другу. Если Винчестер сказал, что их не хватятся и не пойдут вслед за ними в Лес, то, значит, так и будет.
Вскоре двое набрели на поляну, сплошь покрытую опавшей, пожелтевшей хвоей. Опустившись на колкую поверхность, пятикурсник открыл книгу и вопросительно посмотрел на стоявшего, словно статуя, товарища:
— Кас? — Услышав своё имя, пуффендуец вздрогнул и, ответив что-то невнятное, уселся рядом.
Темнело, а ученики всё ещё читали. Заклинания были слишком сложными, но желание друзей заставляло их двигаться вперёд и переворачивать страницу за страницей.
— О, смотри-ка. Кажется, нашли. «Экспекто Патронум» же? Я правильно прочитал? — Загонщик передал книжку Кастиэлю. Тот, тоже пробежавшись глазами по тексту, ответил:
— Ага. Нам нужно лишь вспомнить что-либо счастливое? И всё? Странно, что это заклинание вообще есть в таком учебнике. Ладно… — произнёс он, помедлив. — Попробуем?
— Почему бы и нет? — Гриффиндорец поднялся с хвои и, отряхнувшись достал палочку из английского дуба.
Оружие пуффендуйца же было намного светлее и сделано было из сосны. Дин всегда говорил, что его товарищу стоит гордиться, ведь такое дерево достаётся не каждому. Новак повторил движения Винчестера.
Теперь они оба стояли, взявшись за руки, и пытались вспомнить самое счастливое воспоминание из их жизни. Так прошло несколько секунд, как вдруг зеленоглазый резко взмахнул палочкой, прокричав:
— Экспекто Патронум!
Но ничего не вышло. «Так и знал, — усмехнулся четверокурсник, глядя на еле видимый дымок, исходящий из конца оружия. — Дин, ты правда думал, что всё будет так просто? Ага, конечно».
Загонщик попробовал ещё несколько раз взмахнуть палочкой, но результата всё равно не было.
— Не стоит пытаться. Ты скорее Лес спалишь, чем научишься какому-либо заклинанию, — вздохнул синеглазый. — Лучше просто собираться здесь иногда и тренироваться, когда время свободное будет, если тебе так хочется овладеть Патронусом.
— А ты? Разве у тебя нет желания тоже попробовать сейчас? — Во взгляде Винчестера промелькнула еле заметная грусть.
— Нам не стоит играть с такими опасными вещами, Дин, — отрезал Новак, но когда понял, что произнёс данную фразу слишком грубо, добавил: — Прости, но я серьёзно.
— Ладно, — вздохнул загонщик. — Будь по-твоему. У нас должно быть достаточно времени на уроки, да и у меня тренировки. Поэтому давай будем встречаться на этой поляне… Скажем так, через день-два. Сегодня понедельник, а значит, в следующий раз мы сможем встретиться… Так. Завтра я не могу, у меня тренировка, да и тебе ещё над штрафной работой о Дыбоволосом зелье для Снегга пыхтеть, ты ведь не забыл? — вопросительно глянул на Каса парень.
— Да нет, я помню, — грустно протянул Пуффендуец, вспомнив свое «О» по зельеварению, а потом добавил, с надеждой взглянув на друга. — Ну, может, тогда в среду?
— Та-ак… Если я успею подготовиться к проверочной по трансфигурации, поработаю над заклинанием «Силенцио» для Флитвика и забью на астрономию, то, думаю, да! Давай встретимся в четыре?
— Хорошо, тогда договорились, в четыре у выхода из замка, — обрадованно подвёл итог Кас.
— Нам пора. Вон, кто-то приближается, еще заметят… Давай, до встречи!
С этими словами Винчестер, оглядываясь по сторонам, побежал в сторону замка. Новак тоже поспешил последовать его примеру. На пути к пуффендуйской гостиной Каса преследовали мысли о Дине. Парень раньше часто думал о их дружбе, но в этот раз что-то изменилось. Само отношение к гриффиндорцу было не таким, как прежде. Кас понимал это, но не мог уловить причину перемены.
В среду ребята вновь встретились, но их усилия опять не дали результатов. То же повторилось в следующий раз. И в следующий за ним.
Парни усердно тренировались на протяжении нескольких месяцев. Но, хоть дым, выходивший из палочек, стал более густым и оформленным, им даже близко не удалось приблизиться к описанному в книге эффекту. Однако Дин не унывал, и его решимость передавалась Касу.
Но между встречами на опушке Запретного леса Новака всё чаще посещали мысли о Дине. Дело было в чувствах. Они изменились. Кас сам себе не хотел в этом признаться и задвигал эту тему куда подальше, стараясь и вовсе забыть.
Однако в этот промозглый декабрьский вечер, когда на землю с неба валила смесь мокрого снега с дождем, пуффендуйцу некуда было деться от этих размышлений. Их тренировка патронусов была сорвана плохой погодой и тем, что Дин отсиживал наказание за попытку ночью пробраться в подземелье и подложить в котёл профессора навозную бомбу.
Кас был расстроен, не знал, чем себя занять, ну уж точно не уроками! Парень сидел в уютном зелёном кресле, глядя на огонь, и вдруг понял, что вот она — возможность разобраться во всем. Так что же он всё-таки чувствует к Дину? После нескольких минут наблюдения за языками пламени, ответ пришел сам собой. Это любовь. Осознав это, Кас сперва страшно перепугался. «Нет, этого не может быть! Это не правда. Просто глупая мысль. Какая чушь! — думал Новак, от волнения вскочивший с кресла. — Да даже будь это правдой, это не может быть взаимно. Дин перестал бы со мной общаться, скажи я ему об этом. Лучше запретить себе даже думать о таких вещах», — продолжал рассуждать Кас, входя в свою комнату и садясь на пол у единственного окна в спальне, из которого открывался вид на край озера, лес, который едва можно было разглядеть в тумане, сопровождавшем дождь. Новак ещё долго сидел так, вглядываясь в безрадостный пейзаж, и думал обо всём, что осознал сегодня и пытался решить для себя, как быть дальше. Безрезультатно.
На следующее утро пуффендуец проснулся, всё ещё ощущая вчерашнюю грусть на душе. «Скоро я опять встречусь с Дином. Надо же, я уже успел соскучиться! Так. Стоп, — тут же одернул сам себя Кас. — Нет. Нельзя давать ЭТОМУ волю. Ни в коем случае. Лучше даже не разговаривать, не смотреть на него. Может, после этого все встанет на прежние места». — Парень замер, пытаясь принять жестокие правила, поставленные им самим, хотя он и понимал правильность своих действий, но всё равно не мог свыкнуться с мыслью, что Дина не будет рядом. Это значило, что Кас останется совсем один, так как больше друзей у него не было.
Но и такой ситуации можно было выделить плюс. Новак наконец-то сможет, не отвлекаясь ни на кого, подготовиться к итоговым экзаменам. И что тогда? Ну выучит он предмет, ну сдаст. А дальше? Самым близким «другом» станет учебник по зельеварению? От одной мысли о таком бросало в дрожь. Нет. Тем более, парень не решил полностью разорвать отношения. Он просто принял решение избегать друга некоторое время. Вот и всё. Синеглазый не намерен покидать Винчестера. Никогда.
Но пока что следовало всё-таки задуматься об уроках. Ведь работа о расчёте движения Урана для профессора Синистры сама себя не напишет. «Астрономия»… В ней Кас мало что понимал, поэтому обычно на помощь ему приходил Дин. «Даже не думай об этом!» — Четверокурсник был очень зол на себя. Ему надо уроки делать, а он тут сидит и мечтает. Хватит с него!
Встряхнув головой и что-то нервно пробормотав, синеглазый полез в чемодан за свитком пергамента и пером. Аппетит у Новака внезапно пропал, а поэтому он решил не идти на завтрак. Зато больше времени на учёбу будет. Первые три сантиметра из назначенной половины метра были написаны кое-как, а дальше Кастиэль и вообще зашёл в тупик.
«А может, ну её, эту астрономию? — подумал Кастиэль. — Лучше прогуляюсь по замку, пока есть свободное время. Заодно и в библиотеку загляну. Возьму ещё пару книжек, чтобы уж точно не ошибиться в вычислениях. — Следующая мысль возникла прямо перед входом в библиотеку: — Главное — не столкнуться с…»
— Заткнись! — чуть ли не крикнул сам себе четверокурсник, отчего проходившая мимо пара учеников шарахнулась от него в другую сторону.
— У тебя что, воображаемый друг появился? А, Касик? — послышалось у парня за спиной.
Как же бесило это слово. «Касик». Так исковеркать имя Новака мог только Кроули. Пуффендуец обернулся и нервно взглянул на слизеринца, решив не отвечать на насмешливые вопросы.
— Что злишься? Неужели я прав? — продолжал издеваться парень.
— Отстань… — прошипел синеглазый и прошел мимо. Он хотел всего лишь зайти поискать книжки, а не выяснять отношения с какими-то гадкими задирами, которые только и ждут того момента, когда он наконец-то сорвётся.
Ты что, действительно хотел вот так просто уйти? Ага, конечно. Размечтался.
— Ты куда собрался, Касик? — Старшекурсник резко дёрнул Новака за руку, развернув к себе. Слизеринец до боли сжал запястье парня и прошептал: — Слабак. — С этими словами он пошёл прочь от библиотеки, ведя за собой обречённого на страдания Кастиэля.
Никто не пытался заступиться за синеглазого. Всем было плевать. Учителя все разом исчезли куда-то, что было очень печально. Теперь помощи ждать неоткуда. Остаётся только отдаться судьбе.
Дождавшись, когда коридор опустеет, и стихнут последние шаги, разговоры учеников, Кроули открыл дверь. Кас даже не сопротивлялся. А что он может сделать против такого сильного шестикурсника? Ничего.
«Но ведь можно вмиг сорваться и убежать, да? Ты ведь ни разу так не делал, почему бы не попробовать? Так что же ты медлишь, трус?» — произнёс внутренний голос ученика, и тот, не задумываясь о последствиях, высвободился из рук задиры и побежал в другой конец коридора настолько быстро, насколько мог.
Как и ожидалось, за поворотом его уже поджидала так называемая «свита» Кроули, которая схватила пуффендуйца и притащила четверокурсника к чулану для мётел.
— Вот и сиди тут. Тебе всё равно делать нечего. — Парень толкнул пуффендуйца в подвал и хлопнул дверью.
Новак вздохнул. Как бы синеглазый не старался, у него никогда не получалось победить свой страх перед тем, кто сильнее его. Ученик стыдился того, что был так слаб. И всё это из-за каких отбросов, которые унижают человека за его личные качества. В таком случае, почему же ему должно быть неловко благодаря своему характеру? И из-за того, что он симпатизирует к Дину? Это ведь он, неповторимый оригинал, который не должен ни в коем случае стать копией.
Но дверь в чулан уже заперта, и с этим ничего не поделаешь. Кругом — тьма. Где-то в дальнем углу копошились мыши. В помещение проникал только один тусклый лучик света, попадавший внутрь через бывшее чуть ли не у самого потолка маленькое окошко. Кастиэль хотел было подойти к нему, но, сделав шаг, споткнулся о какую-то швабру и упал. Колено пронзила едва терпимая боль.
Ну и пожалуйста. Сам виноват, что оказался в такой ситуации.
Поднявшись на ноги и отряхнувшись, парень всё-таки подошёл к старой стене, поросшей плесенью, и взглянул на розовевшее небо. Там, где-то в облаках парила сова. Как же Новак ей завидовал! Птица была свободна, ей никто не управлял. Четверокурсник на момент представил себя с крыльями в небе, но тут же встряхнул головой, чтобы изгнать оттуда столь глупые мысли. Глупые, глупые мечты! Но всё-таки оторвать свой наивный взгляд от полёта совы он не мог.
Солнце уже почти село, когда Кас наконец-то осознал, что пора выбираться из чулана.
Дурень. Опять отвлёкся. Так можно и всю жизнь тут просидеть, смотря в окно.
К счастью, снаружи послышался знакомый голос. Сердце пуффендуйца радостно затрепетало. Чарли! Пусть эта девушка была не настолько близка парню, как Дин, но отношения у них были более дружелюбные, нежели с другими однокурсниками. Брэдбери всегда была открытой. Она также помогала Кастиэлю освоить историю магии, которая казалась ему сущим адом.
— Чарли, — прошептал парень, — ты меня слышишь?
Шумок в коридоре стих, и было слышно, как кто-то подошёл к двери.
— Кас? Ты как там оказался?!
— Потом объясню, — ответил черноволосый, хотя в голове промелькнула мысль: «А ты сама-то не догадываешься?» — Сначала вытащи меня отсюда!
Снова возня, невнятное бормотание. Но одно слово прозвучало чётко:
— Алохомора! — В замочной скважине на момент загорелся синий огонёк, но тут же погас.
И вот синеглазый наконец-то на свободе.
— Спасибо тебе, — произнёс он, улыбнувшись. — А то сидел бы я там до конца дней своих. Теперь нам лучше вернуться в гостиную. Не очень мне хочется стычек с Филчем.
Рыжеволосая кивнула.
— Но всё же как ты попал в этот чулан? — спросила она, когда двое оказались у входа в гостиную.
— Кроули. Как всегда.
— Боже, сколько ж можно издеваться над другими? Вот вечно он ко всем лезет!
— А мне вечно не везёт… — вздохнул Кас.
— Да ну. — Девушка положила ему руку на плечо. — Просто ты мыслишь по-иному. Ты ещё не испорчен этим миром, вот и всё.
В ответ Новак лишь снова слабо улыбнулся. Хоть кто-то с его факультета с ним общается. Уже хорошо. Попрощавшись, пуффендуйцы разошлись по спальням.
«Странно. Даже к Чарли не испытываю таких чувств. Может, это всё же простая, глупая юношеская любовь? Ну и пусть. Вот возьму завтра и всё ему расскажу…» — Решив закончить на сей позитивной ноте свои размышления, четверокурсник заснул. И плевать уже, что он напрочь забыл про астрономию.
Утром Кастиэль быстро оделся и пулей вылетел из гостиной, понёсся в Главный Зал в надежде встретить там своего друга. Но оного там не оказалось. «Странно. У него вроде бы не должно быть никаких тренировок, насколько я помню. Он, что, проспал? — думал парень за завтраком. — Надо на всякий случай в библиотеку сходить. Может, он там».
День начинался слишком хорошо, и не хотелось портить его мыслями о пропаже товарища. Но даже на уроках голова была забита только Дином, и никем больше. Кастиэль, как ни старался, не мог выкинуть у себя из головы этот образ. На перерыве синеглазый всё-таки решился проверить в библиотеке. Но там вообще никого не было.
Огорчённый пуффендуец поплёлся обратно на занятие. Хоть одна мысль радовала: это был уже последний урок.
Как же быстро пролетело время! Прошла уже почти что половина дня, а его всё нет.
И тут ученика осенило:
— Сегодня же у нас встреча… — еле слышно сказал он сам себе.
Тут же улетучился весь негатив.
Он придёт. Точно придёт.
Вот и закончился этот ужасный урок зельеварения, и Новак, оставив свою сумку в гостиной, побежал к Запретному лесу. И никто не испортит ему этот день. Даже этот противный слизеринец Кроули.
Внутри всё разрывалось от счастья.
«Сейчас я всё ему расскажу. Я чувствую, что удача на моей стороне. Всё получится. Он поймёт». — Мысли переполняли парня.
Но на опушке никого не было.
Он забыл?
«Нет. Не может быть! — Сердце Каса оборвалось. — Он не мог забыть про нашу встречу! Он просто опаздывает! Вот и всё!»
Ученик решил подождать ещё пару минут. Дин мог опоздать. Он не был из тех людей, которые приходили всегда во время, поэтому, скорее всего, черноволосый был прав. Может, его просто задержали после уроков.
Но вот прошло уже около пяти минут, а гриффиндорца всё нет.
Всё-таки забыл…
Хмурый пуффендуец уже собрался сделать шаг во тьму Леса, чтобы потренироваться там в одиночку, и тут его окликнул голос, от которого внутри вновь загорелся приятный огонёк.
— Кас! — Новак обернулся. Это был Винчестер. — Прости. Мне пришлось задержаться у Макгонагалл.
— Ничего, — радостно произнёс черноволосый. — Пойдём? — он кивнул в сторону чащи.
— А зачем мы сюда пришли тогда, если не за тем, чтобы попрактиковаться с этим заклинанием? — с сарказмом спросил зеленоглазый.
В который раз они стоят, схватившись за руки. В который раз Кастиэль краснеет от того, как крепко держит его друг.
Они пытаются вызвать патронусов уже несколько месяцев, сегодня должно что-нибудь получиться. Пусть даже маленький синеватый пар. Парни и тому были бы рады.
— Экспекто Патронум! — Дин, как всегда, пробовал первым.
Получилось!
Из ниоткуда возникло голубое свечение, в котором можно было разглядеть животное, похожее на пуму. Через некоторое время силуэт окончательно прорисовался, и перед парнями кружил тот самый зверь, о котором изначально подумал Кас.
Что ж, теперь его очередь. Раз… Два…
— Экспекто Патронум… — нежно произнёс пуффендуец, крепко сжав кисть товарища от нервоза, и из его палочки тоже вырвался голубой туман, из которого медленно, словно призрак, выпорхнула пустынная лиса.
— Та-а-ак… Теперь главное — не отвлекаться, — не спуская глаз со своего патронуса, сказал пятикурсник.
— Ага-а-а… — так же растянул слово синеглазый.
Ещё некоторое время потренировавшись, ученики решили закончить. Нельзя было тратить слишком много сил на заклинания, которые не были в школьной программе, да и время поджимало. Пора было возвращаться в гостиные. Но, тем не менее, день прошёл не зря.
Вот и замок показался, вот уже ученики подошли к его воротам.
— Подожди, Кас… — Новак уже хотел прощаться и идти к себе, но Дин схватил его за рукав. — А каким было твоё воспоминание? — неуверенно спросил он.
— А что? — недоумённо произнёс пуффендуец. И чего это его друг так на него уставился? Что-то с этим взглядом было не так. Он был другим. Это уже не тот Винчестер.
— Просто… Ну-у-у… — зеленоглазый долго не мог подобрать слова. — П-просто интересно…
— Моя первая встреча с единорогом, — выпалил четверокурсник. Он соврал. Это понятно. Остаётся только надеяться, что пятикурсник ему поверит.
— Понятно, — улыбнулся гриффиндорец. — А моё — победа по Квиддичу на втором курсе. Как же скучно мы живём. — Последняя фраза прозвучала с усмешкой на губах. — Ладно, нам с тобой пора, а то мне не особо хочется иметь дело со старостой.
— Да, время уже позднее. Действительно, — протянул Кастиэль. — Пока.
— До завтра. — С этими словами Дин пошёл по лестнице в Гостиную Гриффиндора.
А Новак ещё долго стоял, размышляя над своими чувствами и решил, что сейчас или никогда.
— Дин! — крикнул он и побежал вслед за другом. — Стой!
Нагнав друга прямо перед портретом Полной Дамы, которая, слава Мародёрам, спала, синеглазый развернул к себе Винчестера и неумело впился в его губы. Можно было почувствовать, как тот, ответив, слабо улыбнулся сквозь поцелуй. Загонщик провёл ладонью по чёрным непослушным волосам пуффендуйца и опустил руку ему на плечо.
— Ох-х, Ди-и-ин, — отстранившись, прошептал четверокурсник. — Прости меня, пожалуйста…
— Ничего, — ответил «друг», приподнимая голову Кастиэля за подбородок и заглядывая в бездонные лазурные глаза.
— Дин, я соврал тебе про воспоминание… — не унимался Новак.
— Спокойно, я тоже, — в который раз ухмыляясь, произнёс гриффиндорец. — На самом деле я думал о…
— Купе…
— Где мы впервые встретились, — закончил Винчестер и вновь утянул «товарища» в поцелуй.