Work Text:
Коннор вздрагивает, резко открывает глаза. Рука вцепляется в одеяло, натягивая его повыше, практически скрывая лицо.
Сердце колотится так, будто вот-вот отсоединится от проводов и трубок. Бьётся о грудную клетку.
Кошмар не отпускает разум. Перед лицом всё ещё мелькают устрашающие картины изуродованных тел, преследовавших Коннора несколько мгновений назад. Всё происходило будто взаправду. Тьма обволакивает, не позволяет расстаться со страхом. Парень боится даже пошевелиться. Сенсоры системы сбились, кажется, что кто-то до сих пор бродит по квартире. Или около кровати. Прямо у него за спиной. С губ срывается непроизвольный тихий стон сквозь плотно сомкнутые губы.
Инстинкт самосохранения, наверное, был самой неприятной вещью в девиации.
Вечно один и тот же сон. Он бежит по коридорам от полумёртвых андроидов и одного существа, которое хочет его деактивировать. В ушах до сих пор раздаётся их шёпот, топот ног позади, вскрики. И собственное частое дыхание.
Коннор рвано выдыхает, прикладываясь к прохладной стене лбом. Снова едва уловимый стон. Совершенно случайно.
Революция произошла очень давно, он пробудил девятисотого много-много лет назад. Но ему очень страшно. До сих пор.
Вдруг за спиной слышится щелчок, и в комнате становится чуть светлее. Кажется, это включился ночник.
Механизм RK800 передёргивает, когда на плечо ложится чужая рука. Парень резко переворачивается и сталкивается взглядом с Ричардом. В глазах того нет ни капли былого сна (если Девятый вообще спал до этого). Диод скачет с жёлтого на голубой и обратно.
— Тебе кошмар приснился? — Даже слово кошмар заставляет пробежаться по телу волну судорог.
Коннор… не кивает, скорее, дёргает несколько раз головой в знак согласия. Нервоз заставляет его сесть. Паника не разрешает лечь обратно и расслабиться. Вместе они превращают разум RK800 в нечто хрупкое. В мелкий лист, дрожащий даже при слабом дуновении ветра.
Нельзя думать. Ни о чём нельзя думать. Мозг всё сводит к воспоминаниям, превратившимся в кошмар.
Рука схватила за горло, вдавила в мёртвое тело, принадлежащее отключившемуся андроиду. Коннор вцепился пальцами в кулак, который так и норовил сжаться сильнее, раздавить. Система постепенно нагревалась из-за недостатка воздуха. Восьмой не мог толком упереться во что-либо, потому что трупы под ним продолжали смещаться из-за давления. Пустые глаза. Слезший скин. Пучки торчащих проводов на местах оторванных конечностей.
Они бежали за ним. Во сне или наяву?
— Очнись! — хрипит Коннор из последних сил, оголяя ладони, и тут же получает серьёзный удар тока в ответ. RK800 вскрикивает от боли, скалится.
— Да очнись же ты! — вырывается из горла снова.
Ричард приподнимается на локтях и подползает ближе, переключая внимание на себя. Рассеивая ужас, маячивший перед глазами.
— Сможешь заснуть? — Почти что риторический вопрос.
— Вряд ли, — вздыхает Коннор. Коробит даже от одной мысли о соприкосновении с подушкой. Она и Восьмой будто стали двумя одноимёнными полюсами магнитов. Отталкиваются друг от друга без единого шанса на сближение.
— Что мне для тебя сделать? Окно, может, открыть? — Ричард явно растерян. Неуверенно действует, опираясь на анализы своей программы.
Коннор кивает, и Девятый без промедления покидает кровать, чтобы выполнить просьбу.
В комнату проникает свежий воздух. Он проникает в искусственные лёгкие, касается кожи своими прохладными потоками. Давящую на процессор тишину разрезают звуки с улицы. Шум машин. Голоса гуляющей молодёжи. Тихий лай собак. Город продолжает жить, как жил всегда. Это немного успокаивает.
— Может, попить налить?
Коннору хочется утвердительно кивнуть. Это помогло бы системе охладиться. Но паника позволяет сделать только одно.
— П-пожалуйста, Рич, останься, мне страшно! — RK800 с трепетом проговаривает это, словно скороговорку. Его брови устало сдвигаются вместе, а лицо принимает такое выражение, будто Девятый только что сообщил, что вдруг решил переехать в другую страну, а не сходить в соседнюю комнату.
— Конечно, — неуверенно кивает RK900. Ему дико жалко Коннора. Это видно и по грустному взгляду, и по по розоватому диоду, по движениям губ, которые Рич изредка покусывает.
Он опускается обратно на кровать, чуть поднимает свою подушку, чтобы можно было облокотиться на неё. Садится, прислоняясь к спинке кровати. Коннор по-прежнему комкает в руке край одеяла.
Девятый чуть сгибает ноги, разводя колени в стороны. Он делает лёгкий взмах рукой на себя, приглашая.
Однако разум не позволяет Коннору двигаться, будто бы даже один шаг сулит падение в бездну. Страх. Мысленно парень уже тысячу раз оказался рядом с Ричардом. Но в реальности он просто сидит, разглядывает андроида напротив. Тот смотрит выжидающе, медленно склоняет голову вбок. Рука сжимает отслоившийся пододеяльник, впиваясь ногтями в тонкую ткань.
Нужно двигаться дальше. Они так всю ночь просидят.
Коннор пересиливает себя приподнимается, нехотя сбрасывая одеяло. RK800 передёргивает теперь уже от того, что ночной воздух вполне себе прохладный. Но наконец-то лишившийся преград холод помогает переключиться с одной проблемы на другую, будто бы говоря мозгу «эй, я тоже существую, забей ты на эти кошмары уже». Парень на четвереньках перемещается к Девятому, устраиваясь между его раздвинутых бёдер. Ледяные руки ложатся на плечи, отчего Ричард неосознанно выпрямляется.
Серые глаза долго рассматривают лицо напротив. Оно будто бы каменное. Внутри диода полыхает настоящее пламя. Во взгляде читается тихая мольба поскорее избавить от кошмара. Они уставшие. Несчастные.
Коннор готов сознаться во всех своих грехах. Готов поклясться измениться в лучшую сторону, хотя, кажется, меняться уже некуда. Что угодно. Что угодно, во имя rA9, только бы не падать в тот сон снова и снова.
Восьмой убирает одну руку с плеча и ложится Ричарду на грудь. Веки тяжелеют, но он упорно не поддаётся. Нельзя.
Зубы стучат друг о друга. Судороги сводят с ума. Иногда встряхивает так, что Коннор немного выгибается, сжимая свободную ладонь в кулак. Делает глубокий вдох. Кажется, ситуация начинает выходить из-под контроля (а она вообще была под контролем?). Он не может унять дрожь, прижимается к Ричу, прячет лицо в его шее. Цепляется за него, как за отвесную скалу над пропастью.
Девятый осторожно обнимает парня, будто тот сделан не из металла, а из тонких-тонких сухих разветвлённых веток, которые может сломать любое лишнее нажатие. Он ждёт, надеется, что Восьмому станет лучше. Успокаивающе гладит его несколько молчаливых минут, пытается согреть своими прикосновениями. Анализирует каждый вздох, веря, что показатели должны изменяться. Но парень лишь сильнее жмётся к RK900. Вместе с воздухом с губ слетает едва уловимый стон.
— Модель RK800 подлежит деактивации. — Металлический тон.
Тишина давит. Она сейчас будто ближе Ричарда. Закрадывается в самую душу, блокируя всё, кроме ужаса, застывшего перед глазами.
— Расскажи мне что-нибудь. — Казалось бы, Коннору нужно просить о подобном. Это ведь ему плохо. Но эта фраза звучит из уст Ричарда. Нужно прогнать тишину. И сделать это должен RK800. Сам.
Парень судорожно щекочет шею RK900 своим горячим дыханием.
— Как дела у Сумо? — Ричард не сдаётся. Старается придумать что-нибудь, чтобы разговорить Коннора.
Девятый аккуратно берётся за запястье чужой руки и поднимает её со своего плеча. Он слышит дыхание в темноте, чувствует слабый пульс среди тонких кровеносных сосудов.
— Неплохо. — на душе становится легче. Наконец-то хоть что-то сказал.
Ричард скользит кистью немного выше, проводит большим пальцем по ладони. Убирает свой скин.
Коннор ощущает голый пластик на своей коже, но не может ответить на этот жест. В голове сейчас крутится лишь одно — как, чёрт возьми, выкарабкаться.
— Вчера он, правда, переел… — Интонация уходит вверх, но предложение обрывается. Восьмой долго молчит.
— Продолжай. — Ричард вырывает его из лап нарастающей паники. Прижимает к себе, чтобы показать ей, что Коннор ей не принадлежит. Он вообще никому не принадлежит. Девятый не пытается быть собственником. Никогда не пытался. Он просто хочет помочь тому, к кому приковано его металлическое сердце.
— Ему стало нехорошо. С-сидел с ним весь день. — Очередная волна сотрясает тело, и Коннор утыкается лбом в изгиб шеи Ричарда.
Девятый трогает его пальцы, ласково водит по ним своими. Не прекращает движения ни на минуту, чтобы у искусственной кожи был постоянный раздражитель. Это отвлекает оперативную память от фантомной нагрузки.
— Надеюсь, ему лучше. — Слова рассекают пережитый кошмар.
Ричард целует в запястье, практически неуловимо скользит губами дальше по поднимающейся руке RK800 к локтю.
Ощущается как маленькие приятные разряды тока, бегущие по коже. Коннор немного расслабляется. Дрожит теперь в основном от сквозняка. Но это не тревожит. Лучше уж спокойствие в холоде, чем паника в давящем тепле.
— Д-да, — наконец-то звучит ответ, — к вечеру уже просил поиграть с ним, — Восьмому хочется улыбнуться, но лицо немеет. А вот уголки губ Ричарда чуть приподнимаются. Он вдыхает запах Коннора, прижимаясь щекой к его предплечью.
В этот самый момент с другого конца комнаты слышится звук падения. RK800 нервно вздрагивает, выпрямляется, вырывая руку из ладони Девятого. Цикл тириумного насоса замедляется. Линзы всматриваются в темноту.
— Скиттлс, — шепчет RK900.
К кровати, принюхиваясь, подходит чёрный кот. Запрыгивает наверх, усаживается рядом и выжидающе смотрит на андроидов. Он тихо обрывисто мявкает, щурясь.
Коннора всё ещё трясёт. Но это уже практически не ощущается. Дрожащая кисть тянется к животному, запускает пальцы в его гладкую мягкую шерсть. Скиттлс мгновенно реагирует, подставляя морду ласкам. Но взгляд RK800 вдруг устремляется куда-то сквозь кота. Новая волна. Брови Коннора подрагивают, пожелтевший несколько минут назад диод снова моргает красным. Грудь вздымается, рот жадно захватывает новый поток свежего воздуха, занесённый в окно ветром.
— Я нашёл тебя! — Победный крик за спиной растворяется в нечеловеческих звуках. Рябящие механические микрофоны отдаются эхом по всему помещению, и сердце бьётся быстрее. Коннор срывается с места и бежит дальше по коридору, не успев отдышаться и охладить систему.
Все трубки сгорают от жара внутри, он сам еле дышит.
Бесконечный. Узкий. Тёмный. Коридор.
Он должен бежать, если не хочет, чтобы его сердце вырвали снова.
Снова.
Ричард вдруг подаётся вперёд, отталкиваясь от стены.
— Коннор.
Обвивает руками Восьмого, притягивает к себе. Покачивается из стороны в сторону.
— Вернись ко мне.
Теплота Ричарда потихоньку выжигает тревогу. Восьмой немного приходит в себя. Устало прикрывает глаза. Пусть это будет конец приступа, а не просто пауза, пожалуйста.
— Я здесь, я с тобой. Всё хорошо. — Ричард проводит рукой по взъерошенным волосам Коннора.
RK900 ложится, утягивая за собой RK800. Не отпускает, ласково гладит по голове и шее, спине. Коннор кладёт голову на плечо Рича, растворяясь в объятиях.
— Когда ты проснёшься, я буду рядом. Я всегда буду рядом.