Chapter Text
— Джейк! — Гэвин реагирует моментально, отвлекаясь от планшета с открытым документом и бросаясь к непослушному мальчишке, который в этот самый момент сидит на мягком ковре и даже не подозревает, что делает что-то неправильное. — Быстро выплюнь! — голос Рида явно обеспокоенный. Взгляд распахнутых зелёных глаз устремлён в чужие, что напротив. Слегка перепуганные. Джейк долго смотрит на своего отца, после чего подносит руку ко рту и выпускает изо рта батарейку.
Гэвин немного расслабляется, хотя сердце всё ещё продолжает биться в бешеном ритме. Колени горят от того, что пришлось проехаться ими по махровой ткани. В голове пустота. Но зато он успел.
— И откуда ты её только взял… — вздыхает после долгой минуты тишины Рид, провожая взглядом слюнявую капсулу и слегка качая головой от напряжения, когда злосчастный предмет отправляется на пол. Подальше от детского пищевода. — Джейк, Боже! Сколько раз тебе говорил! — Тон на самом деле ничуть не строгий. Скорее, молящий.
Звонкий голос партнёра доходит через коридор аж до кухни и привлекает внимание Ричарда. Тот приостанавливает процесс готовки и, отложив нож в сторону, вскоре оказывается на пороге гостиной. Вопросительно скрещивает руки на груди, но ничего не произносит. Лишь умилённо улыбается — не может сдержаться — при виде того, как спокойно Гэвин старается подобрать слова.
Как оказалось, он общается с детьми совершенно по-другому, не так, как со взрослыми. И в первые дни знакомства с сыном Ричард очень поразился, как изменился его человек, стоило им переступить за порог детского дома. Программа выдала ошибку. Даже она такого развития событий не ожидала. Наш детектив сменил свою хмурость лучами счастья, исходящими от его лёгкой улыбки. Этот эпизод прокручивается перед глазами снова и снова, пока эти окуляры изучают двух человек. Родных человек.
Правда, нельзя не улыбаться. Видно, как Гэвин осторожно открывает рот, то закрывает его обратно, то что-то произносит после паузы. Что-то краткое. Тихое. Будто это не тот взрывной детектив, способный вытрясти правду из кого угодно своим адским языком. Он даже смотрит по-иному. С пониманием и маленьким укором. Старается выровнять дыхание. Пусть сердце по-прежнему колотится в груди. Пусть колени всё ещё болят. Пусть он и повысил тон — хоть немного — несколько секунд назад.
Гэвин старается. Унимает внутренний огонь. Не сейчас. Не дома. И не при нём.
— Джейк, — тихо выдыхает Рид. Вновь на автомате качает головой, а потом замечает Девятку и поворачивается уже к нему. Андроид расслабленно опирается на дверной косяк и неспешно поглядывает то на своего партнёра, то на сына. — Он ест батарейки! — Стоит этому предложению закончиться, как мальчик подаёт голос:
— Я хочу быть, как папа! — И оба отца обращаются к нему после не столь продолжительной игры в гляделки.
— Твой папа не ест батарейки! — возражает Гэвин. Такой забавный тон. То ли возмущённый, то ли… программа не может определить.
— Неправда! — Джейк говорит невозмутимо. В глазах нет ни капли сомнения. А вот на лице Рида читается явное недоумение.
— Я не могу это есть, ты же… — Господи, какой же он спокойный сейчас. Анализ запускается случайно снова и снова, но ответ всегда один: это действительно детектив. Его детектив.
— Роботам же надо что-то есть, — с серьёзным лицом выдаёт мальчик, и Гэвин проглатывает язык. А Ричард, прыснув, мило улыбается в зубы и ловит взгляд с укором теперь уже на себе. Так вот в чём дело.
Гэвин принимается что-то долго и муторно объяснять, наконец-то пуская в ход жесты. Плавно показывает то на себя, то на RK900. То на свою область грудной клетки, вычерчивая там чёткий круг. Потом выводя круг поменьше указательным пальцем на виске. Джейк наблюдает молча, продолжая непонятливо рассматривать отца. Видимо, тот усердно пытается донести про анатомическую разницу между андроидами и людьми.
Великий rA9, даже не верится, что действия человека настолько смелые. Ведь когда-то давно, когда он с трудом принимал то, что андроиды теперь имеют права, всё было совершенно иначе. Конечно, всё крутилось не вокруг уравнивания статуса роботов и людей, а вокруг одного-единственного… одной-единственной консервной банки, которую поставили в пару одному-единственному несчастному детективу. Поначалу было непросто. Вполне ожидаемо от такой личности, как Гэвин Рид. Но как-то они всё-таки докатились (или скатились? Прямо в бездну.) до момента, когда Ричард ощутил человеческие ладони на своей коже. Он вспоминает про это именно сейчас, потому что тогда смущённый детектив, сидя на коленях напарника, обращался со всем слишком плавно и аккуратно. Проходился пальцами по гладкому, чуть теплому от свечения, диоду, выводил округлый узор в области тириумного насоса. Делал всё настолько неуверенно, будто бы Девятка мог взорваться от одного прикосновения.
— Смелее, детектив, вы так… — чуть приподняв уголки губ, начал было андроид.
— Не торопи меня, — буркнул человек, на секунду подняв глаза на напарника и тут же опустив взгляд обратно на его грудную клетку.
Сейчас руки двигаются намного увереннее. Система даже немного зависает, следя за ними и сбиваясь с улавливания сути диалога. Голос человека спокоен до такой степени, что не заставляет переключаться на него снова и снова. Во взгляде нет ни капли гнева. Как же сильно ты сдерживаешься рядом с ним. Волшебство какое-то.
— Ты это, поосторожнее с ним будь, хорошо? — без тени осуждения прошептала офицер Чэнь Ричарду на ухо, когда тот наклонился к ней. — Он у нас такой. Взрывной, да. — Они проводили отдалявшегося от них хмурого детектива взглядом. Несколько секунд назад Гэвин благополучно пролил на себя горячий чай и вспыхнул адским пламенем. Мягко говоря. Тина выдержала недолгую паузу, а после, снова улыбнувшись, чтобы это не выглядело, как оскорбление, добавила, покачав головой: — Неисправимо взрывной.
Неправда. Очень даже исправимо, офицер.
Джейк не сдаётся. Задаёт всё новые и новые вопросы, которые даже суперкомпьютер, наверное, сгенерировать бы не смог. Гэвин тоже не отступает и продолжает усердно парировать. Сын изредка переводит взгляд на второго отца, будто тот способен его защитить. Нет, Девятке приходили в голову мысли о том, что можно было бы сейчас взять в рот ту батарейку раздора, но тогда это повлечёт за собой крах воспитания и нагоняй от человека. Однако чертовка на ковре так и манит. Но андроид не поддаётся. Сейчас не время для шуток.
Нет смысла помогать Риду-старшему с объяснениями. Всё равно Ричарда заткнут и не дадут ничего сделать. Гэвин слишком увлечён сейчас. Что ж, остаётся лишь смотреть на всю эту картину и понимать, что иной жизни и не надо. Нужно продолжать качать тириум по механизму для того, чтобы слышать их счастливые голоса, ловить их живые взгляды. Укутываться в тёплые объятия человеческих рук. Просыпаться каждое утро и понимать, что ты не один.
Нужны только двое: его человек и его ребёнок. Их ребёнок.