Work Text:
Солнечные лучи ощупывали пушистыми лапами длинные окна особняка, искали малейшую брешь в деревянных ставнях, чтобы проникнуть внутрь. Особняк уже должен был утонуть в тишине, но вместо этого торопящиеся неспокойные шаги эхом ударялись об стены, заполняя коридоры тревогой.
Как обычно Хьюго заглянул в детскую, чтобы убедиться, что его маленькие клыкастики спят и что чья-то безалаберность не превратит их дневной сон в трагедию. С появлением этих сорванцов Хьюго и Вивиан пришлось усилить меры предосторожности, чтобы любопытные детские ручки не навредили сами себе. Ставни в детской были плотно заколочены и никогда не открывались, завешаны плотным бархатом, чтобы ни один луч солнца не проник внутрь. Вместо кроватей два маленьких гробика на высоких ножках, чтобы дети не могли из них легко выбраться. Крышка обязательна. Гробик Вайза чуть строже, из тёмного дерева, края окантованы серебряными узорами, а на крышке вырезанная в дереве стая летучих мышей тянулась к лунному диску. Дизайн для Белль был из светлого дерева с узором винограда и инкрустированными сапфирами в лозе. На подушках детей красовались узоры алых роз и семейного герба Влада. Бельё всегда пахло свежестью и маслами с нотками цитруса. А на полу лежал толстый ковёр глубокого оттенка, приглушающий шаги, так что комната казалась почти беззвучной. Каждую ночь перед рассветом Хьюго лично укладывал Вайза, целовал его в лобик и, тепло улыбаясь, говорил:
— Не бойся, твоя летучая мышь будет оберегать тебя до восхода луны.
Это было заклинание, которое Хьюго произносил каждый раз, надеясь, что оно подсластит пилюлю строгого режима сна, успокоит и даст мальчику чувство безопасности.
Хотя Хьюго не был уверен нужно ли это мальчику вообще. В отличие от своей сестры Вайз был тихий, молчаливый, закрытый от всех, хотя и послушный. Тяжело было понять, что у него на уме или какие чувства он испытал, было ли ему комфортно, нравилось ли ему жить в особняке? Единственное, что Хьюго знал так это то, что Вайз не возражал, не просил, не бунтовал, не пытался сбежать... И не шел на контакт. В отличие от своей сестры он мало разговаривал, не смеялся открыто и громко и не дал имя своей плюшевой летучей мыши — их первая игрушка, которую для них специально сшила Вивиан в качестве подарка, когда они пересекли порог этого дома. Несмотря на всё это, Вайз, как и его сестра, повсюду таскал свою летучую мышь с собой. Он с ней спал, ел, гулял и даже купался. Но Хьюго не мог сделать однозначного вывода делал ли он это, потому что подражал сестре или потому что действительно дорожил ей.
Как обычно Хьюго зашёл в детскую, чтобы убедиться, что его малыши мирно сопят в своих гробиках. Но вместо этого увидел, что гробик Вайза стоял открытым и пустым. Хьюго выдохнул тихо и устало, потирая переносицу. Фонарь в его руке сочувственно качнулся:
— Эх, третий раз за неделю...
Третий раз за неделю они теряли Вайза из виду. В одно мгновение он сидел и играл со своей сестрой в саду, собирал ягоды в лесу или пил чай в гостиной, а в следующую его уже и след простыл. Слуги носились как угорелые по округе, беспокоясь за свою голову, которую не станут жалеть, если юный герцог поранится. Через несколько часов он сам объявлялся как ни в чем не бывало, будто никуда не пропадал. Видимо он нашел какое-то укромное место, где прятался от назойливых служанок и новой семьи, в которую, как он считал, он не вписывался. Хьюго с Вивиан пытались разговорить даже подкупить Белль, но на все вопросы она отвечала с самой солнечной и жизнерадостной улыбкой:
— Не знаю.
К своему сожалению, Хьюго вынужден признать, что он тоже не знает. И это осознание больно било под дых, больнее чем он хотел. Даже если они добились большого прогресса в общении с Вайзом, вампир до сих пор не понимал его полностью. В такие моменты особенно. Он наблюдал за ним украдкой, когда Вайз возвращался из своих таинственных исчезновений. Он всегда был чист, цел и невредим, ни царапины, ни пятнышка на одежде. Но в его глазах Хьюго видел несвойственный ему счастливый блеск. Где-то там в своём укромном месте, он прожил весёлое приключение и спрятал это подальше ото всех. Хьюго в такие моменты одолевали смешанные чувства. С одной стороны, он радовался. Видеть Вайза счастливым было необычно приятно, когда этот малыш искренне улыбался у Хьюго тепло разливалось по груди, и он невольно вспоминал Вивиан в её раннем возрасте. Но с другой его терзал холод ревности и тревоги. Это счастье рождалось в месте, куда ему не было доступа, где для него не нашлось места. Вместо того, чтобы влиться в семью, стать настоящей её частью Вайз находил радости за её пределами. Это приносило болезненные воспоминания о его собственном детстве. Мальчик внутри него капризно топал ножкой, крича:
— Неприемлемо!
Хьюго хотел пресечь вылазки Вайза, но не знал как это сделать, чтобы не потерять ту хрупкую связь, что только-только начала зарождаться между ними. Мужчина тяжело вздохнул: "Быть отцом так хлопотно." И в то же время, сейчас он жалел, что не является настоящим отцом Вайза. Если бы он был тем, кто обратил его, они бы разделяли естественную кровавую связь, тогда Хьюго бы легко нашёл этого сорванца опираясь лишь на свои внутренние ощущения. Но этого не случилось, вместо этого он должен исправлять ошибки других и сдавать экзамен по вайзологии. Хьюго бросил взгляд в сторону занавешенного окна. В коридоре стоял здоровый для ночных существ полумрак, он не был способен навредить им. Но снаружи бил настойчивый солнечный свет, стремящийся изничтожить всё чего касается, и старый вампир молился всем богам, в которых не верил, чтобы это был не побег, чтобы схрон Вайза находился где-то в доме, где-то, где темно и не достанет солнечный свет. Чтобы он нашёл Вайза, а не его пепел.
Хьюго сделал глубокий вдох, заставляя себя успокоится, очистить разум и наконец подумать. В доме было не так много комнат, к которым у детей был быстрый и лёгкий доступ. Мысль мелькнула внезапно, как искра. Книги. Этот ребёнок очарован ими. Каждый раз, когда Хьюго открывал том, чтобы скоротать несколько часов за чтением, он чувствовал на себе пытливый взгляд красных глаз. Вайз не задавал вопросов, но следил за каждым его движением, будто пытался разгадать тайну страниц, доступную только взрослым. Сначала он наблюдал изо косяка двери, периодически прячась за ним и снова выглядывая, полный уверенности, что Хьюго его не замечает. Затем он стал робко приближаться, нервно сжимая и теребя подол своей сорочки, его взгляд бегал от пола к книге, к Хьюго и обратно в пол.
"Он похож на хомяка, хочет взять зернышко, но боится," — весело подметил про себя Хьюго.
— О… о чём эта книга? — наконец, почти шёпотом спросил Вайз. Его голос дрогнул.
Хьюго медленно поднял взгляд от страниц. Он внимательно смотрел на мальчика, на его лице лёгкая улыбка и мягкий тон в голосе. Мужчина всем видом пытался излучать добродушие, чтобы не испортить такой редкий для них момент. Он повернул книгу, чтобы Вайз мог увидеть ровные буквы на пожелтевших страницах.
— Это хроники древних вампиров, — ответил он низким, спокойным голосом, переворачивая страницу, — О том, как они разрушали города, подчиняли себе правителей и захватывали власть.
Вайз сделал шаг ближе. Теперь между ними оставалось всего несколько метров. Он вытянул шею, чтобы разглядеть чернильную зарисовку.
— И… они победили? — робко спросил он, не отрывая взгляда от рисунка в книге.
Хьюго прищурился и постучал длинным пальцем по странице.
— Кто-то победил, кто-то проиграл. Но всё это теперь не более, чем просто история, — он мягко закрыл книгу, без резкого звука.
Вайз перевёл взгляд на него, словно слова Хьюго были важной истиной, сложной неведанной ему тайной мироздания, которой владел только старый вампир. Сердце мужчины дрогнуло от того с каким вниманием и восхищением на него смотрели эти невинные алые глаза. И он решил пойти дальше. Хьюго откинулся в кресле и задорно произнёс:
— Не особо интересное чтиво для такой маленькой летучей мышки, как ты. Но если хочешь мы можем сходить в библиотеку и выбрать что-то более весёлое. Я почитаю тебе вслух. Что скажешь?
Мысленно Хьюго уже праздновал триумф, после того как они закончат он обязательно побежит к Вивиан хвастаться. Но реальность сильно ударила, разрушив его воздушные замки в один миг. Что-то внутри маленького вампира дрогнуло. Восхищение уступило место настороженности, а на лице проскользнула тень воспоминаний, которые напоминали ему, что он не должен подходить так близко.
— П-простите, — пробормотал он, развернулся и убежал прочь в темноту по длинному коридору, исчезнув так же внезапно как и появился. Хьюго ещё долго сидел неподвижно в своём кресле, вел пальцем по замысловатым узорам на корешке. В глубине души он надеялся, что Вайз вернётся, снова выглянет из-за двери может уже с книгой, которую он наобум выбрал в библиотеке. Но этого не случилось. Хьюго был рад, что Вайз постепенно выходит к нему из своей прочной скорлупы. Пусть маленький, но это был шаг. Он не должен винить ребёнка за то, что тот не пошёл до конца. Нужно лишь ещё немного подождать, ещё немного терпения...
Но он не мог обманывать себя, что рядом с надеждой, не пульсировало болезненно что-то ещё. Отчаяние. Бессилие. Чувство, что они просто топчутся на месте, будто каждый раз Вайз выскальзывает из его рук, когда Хьюго оказывается в одном движении от того, чтобы ухватить его нить.
— С Виви так не было...
Вампир потёр лицо руками, стараясь прогнать мрачные мысли, но внутри всё ещё звучали быстрые отдаляющиеся шаги Вайза. Из его груди вырвался тяжёлый вздох, полный тоски и разочарования:
— Ещё немного...
Массивная дверь библиотеки поддалась с глухим скрипом. Привычный запах старой бумаги и пыли ударил в нос, но к этому запаху добавилось что-то ещё… Нотки цитруса едва уловимые, как дыхание ребёнка. Лёгкие и быстрые, будто он изо всех сил старался, чтобы его не нашли. Но по неопытности всё равно оставил след. Хьюго ступал тихо, грациозно, словно призрак плыл между высокими рядами, вглубь библиотеки, в давно забытые закоулки. Повернув за очередной угол, он остановился. В тупике между стеллажами стоял стул, накрытый тканью, из-под неё выглядывала пара детских ножек, что беззаботно болтались туда-сюда. Шепот Вайза заполнил пространство, он лежал на полу между ножек стула, в своём импровизированном шалаше, а перед ним несколько больших наугад взятых с полок книг: алхимический трактат, кулинарная книга, сборник сказок. Он с интересом разглядывал их, листал то в одну, то в другую сторону, указывая на что-то своим пальчиком. Маленький вампир умело вплетал разные элементы в общую канву его собственной истории. А рядом, под боком, его верный слушатель и напарник — плюшевый летучий мышонок.
Хьюго долго стоял, не смея нарушить магию этой сцены. И в какой-то момент поймал себя на том, что не может перестать улыбаться. Он колебался, он не хотел грубо вмешиваться в его воображаемый и уютный мирок, но солнце неумолимо поднималось всё выше и вместе с этим нарастала усталость, которая так или иначе должна была настичь маленького вампира.
— Вайз, — наконец произнёс он мягко, негромко, словно боялся спугнуть. Шепот оборвался. Из-под ткани показалось испуганное лицо мальчика, его красные глаза блестели во мраке, в них ещё остались эмоции от только что пережитого приключения.
— Ты снова сбежал. — продолжил Хьюго уже более живо, — Но хоть не на солнце и на том спасибо.
— Ты меня накажешь? — спросил Вайз, прижимая к себе мышонка, будто тот мог защитить его от вампира.
Мужчина покачал головой, заявил в своей озорной манере, театрально положив руку на грудь, будто он глубоко обижен этим вопросом:
— Наказать тебя? Да у меня рука не поднимется. Разве я могу встать между великим исследователем и тайнами здешней пыли?
Хьюго тепло рассмеялся, а затем подошёл ближе, опустился на одно колено, чтобы поравняться с Вайзом.
— Максимум что я могу сделать, это велеть тебе марш в постель. Днём маленьким вампирам нужно спать, чтобы у них были силы на новые открытия.
— Я не хочу спать, — пробурчал Вайз, возвращая своё внимание к одной из книг, — Здесь интереснее.
Хьюго накрыл книгу своей рукой. По сравнению с маленькой рукой Вайза, его была словно у великана.
— Книги подождут. Они вечные, как и ты. Но тебе, маленькому упрямцу, нужны силы, чтобы завтра снова отправиться в свои приключения.
Вайз прикусил губу, не поднимая взгляда. Было видно, что в нём борется желание остаться и знание о необходимости подчиниться. Хьюго начал медленно поглаживать спину ребёнка, как бы уговаривая его принять неизбежное.
— Я распоряжусь, чтобы твой шалаш никто не тронул. Когда ты проснёшься он будет ждать тебя здесь. Это простое обещание, но мужчина был серьёзен, возможно именно это было последним, что окончательно убедило маленького вампира. Вайз неохотно закрыл книгу, прижав к себе плюшевую игрушку, он всё ещё не осмеливался встретиться с Хьюго взглядом.
— Только если ты… если ты не уберёшь мои книги.
— Клянусь, — ответил Хьюго не задумываясь, улыбка не сходила с его лица на протяжении всего разговора.
Через несколько минут Хьюго нёс маленького вампира на руках сквозь длинные коридоры. Размеренный ритм шагов эхом отдавался в темноте. Несмотря на упрямство Вайз сонно утыкался в его шею, обхватив её руками. Его голос тихий и слабый, вот-вот и мальчик заснет.
— Как ты меня нашёл? Я думал, я хорошо спрятался.
— Я всегда найду тебя, где бы ты ни был, — сказал Хьюго, поправляя чепчик на серебряной голове.
— Даже если я буду очень очень далеко?
— Даже если ты будешь очень очень далеко.
Вайз ответил что-то невнятное и его дыхание стало ровным и тихим. Хьюго остановился, желая ещё ненадолго продлить этот момент. Даже заснув Вайз продолжал цепляться за ворот его рубашки. Вампир чуть сильнее сжал хрупкое тело в своих руках.
— Даже если ты будешь очень очень далеко, — повторил он шёпотом, как тихую клятву, уже не для Вайза, но для самого себя, надеясь, что куда бы не забросило их будущее, он будет помнить о ней.