Work Text:
До Рождества оставалась неделя. Вейзи еще раньше укатил в Лондон на пир к принцу Джону, и казалось, что в замке стало легче дышать. Слуги говорили свободнее и громче, и даже стражники выглядели расслабленными. Все ждали праздника.
Гай с Аланом ушли в город, и Мэриан воспользовалась моментом, чтобы осуществить одну задумку. Поправив гирлянду из остролиста и хвойных веток на каминной полке, она отступила, любуясь своим творением. Да, так гораздо лучше. Комната сразу преобразилась, приобрела почти домашний вид. Похожая гирлянда, но поменьше, обрамляла окно.
Теперь можно пойти к себе. Мэриан тихонько выскользнула в коридор. Собственную комнату она украсила еще утром. Зал совета тоже получил свою долю нарядных гирлянд и букетов из омелы, и больше не казался таким мрачным.
Она успела вовремя. В конце галереи послышались голоса Гая и кого-то из стражи.
Закрыв за собой дверь, Мэриан вздохнула. Как ей хотелось провести эти дни с отцом, в Найтоне! Готовить комнаты к праздникам, просто быть с ним рядом. К счастью, Гай смог убедить Вейзи позволить отцу вернуться домой. Шериф согласился, но при условии, что она останется в замке под надзором. Так что теперь отец был под защитой родных стен, и, благодаря заботам Матильды, шел на поправку.
И очень скоро она его увидит! Гай обещал отпустить ее на все Рождество.
Настроение снова улучшилось. Подбросив в камин поленьев, Мэриан потянулась к кувшину с водой. Увы, он оказался пустым. Значит, придется сходить на кухню.
***
Робин торопливо шел по оживленным улочкам Ноттингема. Скоро три недели, как он не видел Мэриан. То одно мешало, то другое. С наступлением зимы им с ребятами пришлось перебраться в пустующую хижину на краю Бончёрча. Лесное убежище не годилось для сырых и холодных дней, сколько ни изводи дров. И еще волки разгулялись — того и гляди, сам станешь добычей, стрел не хватит отбиться от стаи. А в деревне сейчас спокойнее, Вейзи не тревожит, и крестьяне не выдадут.
Робин плотнее запахнул толстый шерстяной плащ и глубже надвинул капюшон. Ему всего лишь хотелось увидеться с Мэриан и поговорить. И возможно, окончательно заслужить ее прощение. Он даже просить ни о чем не собирался.
Мэриан все еще была на него немного обижена со дня осады, это чувствовалось. Пусть позже они и помирились, трещина оставалась. Робин сам понимал, что был неправ тогда. И повел себя, мягко говоря, некрасиво. Не по-рыцарски. Ноттингему грозила беда, Гисборн обратился за помощью, а он тратил драгоценное время, унижая давнего врага.
Робину казалось, что одним этим поступком он обесценил все прежние заслуги. В собственных глазах, прежде всего. И от этого на душе делалось паршиво.
Вот и замок. Слуги сновали по двору взад-вперед, входили и выходили за ворота, и Робин без особого труда попал внутрь. Скудное освещение галерей тоже было на руку. Добравшись до комнаты Мэриан, он прислушался. Тихо. Приоткрыл дверь и заглянул — никого. Но камин разожжен, значит, она скоро вернется. Робин вошел и улыбнулся, представив, как Мэриан ему удивится и обрадуется.
За дверью послышались шаги и чьи-то голоса. Мэриан. И Гисборн? Оглядевшись, Робин быстро нырнул в закуток за широкой длинной портьерой. Подставлять Мэриан в его планы не входило. Ну, ничего. Гисборн наверняка не задержится надолго. А он не торопится. В нише обнаружился табурет, на который Робин сел и затаился. Но ожидание затянулось.
***
Впустив Мэриан, Гай вошел следом. Его взгляд тут же упал на гирлянды из хвойных веток и остролиста на каминной полке, и букет омелы над окном.
— Мэриан, — окликнул он.
— Да? — поставив кувшин на место, она повернулась к Гаю.
— Это же вы украсили мою комнату? — спросил он. — Почему?
Мэриан растерялась.
— Чтобы было красиво! Вам не понравилось? — она уже почти расстроилась.
— Понравилось. Очень, — поспешно ответил Гай. — Просто... этого уже давно никто не делал. Конечно, в замке украшали зал совета, особенно к приезду гостей. А в Локсли — большой зал и входную дверь. Но личные комнаты... — он покачал головой и улыбнулся. — Спасибо.
— В замке так мрачно и уныло, — вздохнув, Мэриан села в кресло перед камином. — Вот я и решила украсить комнаты. И отвлечься немного.
— А еще вам здесь скучно, — добавил Гай, усаживаясь в соседнее кресло.
— Скучно, — не стала отрицать Мэриан.
— А что не скучно? Носиться по округе в поисках приключений, с невнятными идеями по спасению Англии, и рисковать жизнью?
— Почему это с «невнятными»?! — возмутилась Мэриан.
— Что вы будете делать, когда король вернется?
— Король... что?
Гай так резко сменил тему, что она сбилась с мысли.
— Однажды же он должен вернуться? — пояснил Гай. — Наведет долгожданный порядок, и вам больше не надо будет избавлять крестьян от злодеев вроде меня и шерифа.
— Я не считаю вас таким уж...
— Полноте, Мэриан. Так что? Чем вы займетесь?
— А вам зачем? — осторожно спросила она.
— Просто интересно.
Мэриан ненадолго задумалась. И поняла, что не знает.
— Не знаю, — честно ответила она. — Раньше все было просто и понятно. Моя жизнь не так уж отличалась от жизни других молодых леди.
— Раньше? Это когда?
— Пока Робин не ушел на войну. — Мэриан отвернулась к огню. — После его ухода я заболела. Матильда за мной ухаживала и говорила, что это пройдет. А потом папа потерял должность, и всем начал заправлять этот мерзкий Вейзи. Тогда я поняла, что не могу просто сидеть и жалеть себя. Из-за того, что Робин ушел, и прежняя жизнь изменилась. Теперь папа нуждался в поддержке, и я не могла быть слабой. А кому-то было еще хуже, чем нам. Мне хотелось хоть чем-то помочь этим людям, а не служить украшением гостиной. И...
— Я понял, — Гай серьезно кивнул. — Но неужели не нашли более... безопасного способа?
— Не нашла, — просто ответила Мэриан.
В камине на поленьях играли огненные сполохи. Некоторое время оба молча смотрели в пламя.
— У меня тоже есть для вас кое-что, — вновь заговорил Гай. — Я думал подарить ее на Рождество, но хочу сделать это сейчас.
Мэриан повернула голову. На ладони Гая лежала изящная брошь. Букетик купальницы — три золотистых шарика на зеленых стебельках с ажурными листиками.
— Знаю, живые цветы вам нравятся больше, — губы Гая тронула улыбка. — Но сейчас даже дрок и вереск под снегом.
Приняв украшение, Мэриан осторожно погладила изящные головки цветов.
— Очень красивая, — улыбнувшись в ответ, она приколола брошь к платью. — Спасибо.
— Мама говорила, что их называют цветами троллей, — неожиданно продолжил Гай. — В лунные весенние ночи тролли выходят из холмов, чтобы сварить в маленьких горшочках эликсир жизни. А утром на этом месте люди находят цветы. Она знала много легенд и историй.
В глазах Мэриан мелькнуло удивление. Без своей извечной «каменной маски» Гай был совсем другим. Но такое случалось редко.
— Знаете, Гай, — сказала она после недолгой паузы. — Таким вы мне больше нравитесь.
— Таким? Это каким?
— Когда просто разговариваете о разных вещах. Вы становитесь похожи на человека, а не...
— А не на дуболома и цепного пса шерифа, — невозмутимо закончил за нее Гай.
Мэриан слегка покраснела от смущения. Ей показалось, или в голосе Гая прозвучала едва заметная ирония? Или что-то другое, чему она не могла подобрать определения.
— Вы сами это сказали! — сердито отозвалась она. Немного помолчала, стараясь подобрать слова, и не ляпнуть что-нибудь не то. Нужные слова не находились, и она решила говорить, как есть.
— Я имела в виду, безо всех этих планов, что будет, когда вы получите титул и земли. Когда я очередной раз слышу о них, то... чувствую себя вещью, которую хотят купить. Это не очень приятно.
— Я просто хотел, чтобы вы понимали, что я могу вас обеспечить, — теперь растерялся уже Гай. Он не думал, что Мэриан воспринимает его слова таким образом. — Мужчина должен уметь защитить семью, от нужды в том числе. А если у него ничего нет, ни связей, ни высокого положения...
— И поэтому вы служите Вейзи? Он обещал вам землю и титул?
Гай молчал.
— Неужели вам хочется стать одним из тех, кто приезжал летом к шерифу? Вы же сами их видели! — запальчиво продолжала Мэриан. — Они готовы предавать и выслуживаться ради выгоды. Хотя у них есть все! Они знатны и богаты, но им мало!
— Мэриан... — Гай покачал головой. Как он мог ей объяснить, что не все так просто? Пусть даже его самого тошнит от «дорогих друзей» шерифа.
Мэриан погрустнела. Беседа, которая так замечательно начиналась, свернула совсем не туда. Какое-то время она глядела на язычки пламени. Яркие и живые, они словно подбадривали, помогая найти нужные слова.
— Если хотите знать, — вновь заговорила она, — мне нет разницы, будете вы бароном или останетесь простым рыцарем. Важно не это, а сам человек. А титул и должность — сегодня есть, а завтра их нет. Мой папа тому пример.
— Вы правда так считаете? — Гай вновь улыбнулся.
— Правда, — искренне ответила Мэриан.
Ей хотелось спросить Гая, не боится ли он возвращения короля. И что будет делать, когда Ричард вернется. Но справедливо решила, что не стоит. Хватит с них разговоров о политике. Во всяком случае, на ближайшие дни.
***
Сидеть на одном месте все же утомительно. Особенно если нет возможности встеть и размяться. Робин прочувствовал это сполна. И когда стало невмоготу, попробовал потянуться. Очень осторожно. Но табурет предательски скрипнул. Робин замер.
— Что это? — Гай прислушался к странному звуку.
— Не знаю. Может, сквозняк? — предположила Мэриан.
Поднявшись, она плотнее задвинула деревянный ставень. Подошла к двери и выглянула — никого. Гай тоже встал.
— Я прикажу, чтобы смазали петли и осмотрели ставень, — сказал он. — И Мэриан...
— Да?
— Знаю, вам хочется домой. Думаю, после полудня вы сможете уехать.
— Правда? — просияла Мэриан.
Гай кивнул.
— Алан вас проводит, — и тут же добавил: — Скоро обед. Составите мне компанию?
— Конечно, — она легко согласилась, радуясь, что тень, омрачившая их разговор, исчезла. — И я обязательно буду вас навещать.
Они вышли вместе.
***
Дождавшись, пока шаги стихнут, Робин выбрался из убежища. И вновь поблагодарил скудное освещение (и скупость шерифа), за возможность незаметно покинуть замок. Лишь жалел, что не смог увидеться и поговорить с Мэриан.
Но вот ее беседа с Гисборном... Робин чувствовал, что узнал нечто очень важное. Но что? Он не мог понять. Ничего, вот доберется до дома и спокойно подумает.
Сидя в закутке, он не видел лиц Гая и Мэриан, но слышал каждое слово. Удивительно, но ему неожиданно захотелось присоединиться к ним и просто поболтать. Конечно, ревность к Гисборну никуда не делась, но тем не менее.
А если бы не давние ошибки и трагедия, может, они с Гаем и сейчас бы дружили, — пришла другая мысль. Да, тогда он был ребенком, и вряд ли мог что-то сделать. Но сэр Эдвард, вскоре назначенный его опекуном и шерифом Ноттингема, мог! Например, разыскать Гая. Или что-то выяснить. Вот только он, Робин, сам предпочел забыть о друге.
Задумавшись, он и не заметил, как добрался до дома. Его друзья с увлечением готовились к праздникам. Притащили можжевеловых и сосновых веток, остролиста и омелы. В другое время Робин с радостью присоединился бы к веселью, но сейчас хотел немного побыть один и принять решение.
Встревоженные друзья засыпали его вопросами, но он лишь отшутился. В конце концов, даже настырный Мач оставил его в покое и занялся стряпней. Устроившись на лежанке, Робин наблюдал за предпраздничной суматохой и вспоминал невольно подслушанную беседу.
Решение пришло само, очевидное, как ясный день. Он должен поговорить с Гисборном. Конечно, это надо было сделать раньше, но и сейчас еще не поздно. И он обязательно постарается найти нужные слова. В любом случае, его предложение будет гораздо лучше сомнительных обещаний Вейзи.
Робин улыбнулся. Он пойдет в замок завтра же. А может, даже сегодня. Зачем ждать?
И на душе сразу стало легче.
***
Робин помирится с Гаем. И они договорятся действовать сообща. А через три дня в Ноттингем прилетит весть, что король вернулся в Англию.
Позже будут рассказывать, как в разгар пира, когда один из баронов-заговорщиков произносил тост во славу будущего короля Джона, в зале неожиданно появился король Ричард. Оказалось, он тайно высадился на побережье Кента и прибыл в Лондон под охраной верных рыцарей. Переполох вышел знатный. Принц плакал, невнятно оправдывался и просил прощения. Заговорщики получили по заслугам: кто отделался большим штрафом, кто — изгнанием или иным суровым наказанием.
Правда, Вейзи со свойственной ему изворотливостью удастся ускользнуть. Но, так или иначе, больше о нем никто не услышит.
После праздников король нагрянет и в Ноттингем, где ему окажут достойный прием. Робин с друзьями получат прощение. Улучив момент, он обратится к Ричарду с некой просьбой. В итоге Гаю будет возвращен Гисборн-манор.
Перед отъездом король назначит нового шерифа — Робина Локсли. Гай останется на прежней должности помощника шерифа и командира стражи. И сочтет ее вполне достаточной. А спустя еще неделю они с Мэриан обвенчаются. Но это все — дела будущих дней.
А пока близилось Рождество.
ГЛОССАРИЙ
1. Мама говорила, что их называют цветами троллей
Купальница на латыни Trollius.