Chapter Text
Существует в мире, где-то в уголке СНГ, городке N общежитие номер сто двенадцать. Там живут невероятные создания, которые зовутся студентами. И живут студенты в своём, отдельном ото всех, мире, спокойствии и…
— Эй, что ты делаешь? Выйди из кухни!
— Я тебе не розбiйник! — таким же тоном отвечает Поперечный.
Парни учатся вместе уже два курса, но Арсений так и не может понять, откуда во втором столько энергии и почему она идёт совсем не туда, куда нужно. Он не привык к таким «громким» людям, как Данила. Казалось, он может абсолютно всё, что не может любой адекватный человек. Принести бутылку вина в университет и уронить её прямо перед входом в лекционную, вливать в себя тонны алкоголя и на следующий день чувствовать себя огурцом, да и даже в этот момент он вытворяет то, что не может прийти в голову ни одному нормальному человеку.
— Да, Дань, жарить картошку фри без сковородки – так себе идея, — Шастун облокачивается на дверной косяк, и хоть старается выглядеть серьёзно, у самого, гада, глаза смеются, создавая паутинки в уголках.
— Ты его ещё и поддерживаешь? Друг, бля, называется, — Поперечный скорчивает рожу в ответ, будто обижается, пока держит на вилке уже чёрный замороженный ломтик картошки.
— Вот почему нельзя сделать всё в сковороде? — ругается Арсений и открывает дверь на балкон, пытаясь хоть как-то выветрить ужасный запах горелого в помещении.
— Так не интересно, Пóпов, — смеясь, протягивает Даня, вытирая руки об, уже грязную, серую толстовку.
— Закрой-ка ты рот, Поперечный.
— Ой-ой, так страшно, как же ты интересно это сделаешь? — активно жестикулируя, передразнивает он.
— Идиот, — бессильно бросает Попов, проходя мимо Антона и направляясь подальше от этого рыжего клоуна. Найдёт же он приключения на жопу, даже тут!
— Ну, друг, ты совсем, — лишь смеётся Шастун, на что получает фак, и уходит, оставляя Даню со сгоревшей едой наедине.
Эх, а это мог бы быть отличный ужин. Раз не получилось с этим, то пойдёт-ка он лучше к другим просить еды. Да, роль попрошайки не такая элитная, но что теперь, не есть ему что ли?
И вот он стучит в, наверное, сотую комнату и слышит:
— Войдите!
Он заходит и видит парня, лежащего на кровати и едящего мороженое. Поперечный оглядывает его с ног до головы: блондин, татуировки на руках, бородка под линеечку. Настолько идеально, что аж блевать тянет.
— Привет, соседушка, будь лапочкой, поделись едой, — произносит милейшим образом Даня, надеясь на то, что у парня завалялось второе такое или что-то посущественнее.
— Сорри, чувак, у меня больше нет.
— Тогда хоть откусить дай, — подходит вплотную Поперечный и, не дожидаясь разрешения, отбирает стаканчик, надгрызая его снизу вместе с вафлей. — Ну что, знакомиться будем? Как тебя зовут?
— Ты дурак? Отдай, — возмутился он и привстал на колени, чтобы забрать своё.
— Эй, не так быстро, — рука с мороженым взлетела вверх, — сначала ответь.
— Ответить на что?
— Имя твоё как?
— С чего это, ты забрал мой ужин!
— Как тебя зовут? — отдельно, по слогам повторяет он свой вопрос.
Поперечный пристально наблюдает, как недовольно закатываются голубые глаза.
— Егор, Егор Крид, теперь доволен?
— Теперь, да, — Даня растягивает, как довольный кот, улыбку, отдавая обратно несчастную мороженку.
— Идиот, — бросает Егор, когда незваный гость уходит восвояси, также быстро, как и пришёл.
Даниле абсолютно не хочется возвращаться в свою спальную и умирать с голоду, но кто его спрашивает? Дверь открывается и упирается об ковёр, сворачивающийся гармошкой, потому что оказался слишком большим. Но Даня не хочет его убирать, потому что он придаёт ощущение уюта и лучше варианта он не нашёл, хотя целую неделю пробыл в разных магазинах и ему стало влом. Ложится на постель и ударяется о матрас головой.
Осматривает пространство вокруг: письменный стол, стул, подушка, чужая сторона комнаты.. О, подушка! Кажется, он сам утром кинул ею в Антона, который не желал просыпаться. Ну, ладно, и без неё спать можно.
***
После года обучения Егор устаёт от родного дома. Ссор, криков и разбитых тарелок, конечно, нет. Только неспособность передвигаться без расспросов «куда, зачем, с кем», невозможность заниматься любимым делом и (гипер) контроль убивает. Итог: Егор заселяется в общежитие.
В глубине души он боялся, что будет сложно ужиться с постоянным нахождением рядом такого количества людей.
Студенты — не люди, — как мантру повторял он, когда впервые перешагнул порог общежития.
С того момента прошло уже несколько месяцев и, кажется, он привык. И к постоянному недостатку денег, и к присутствию другого человека в комнате, и к общему душу. И всё его устраивало.
Ничего необычного не случается, будни текут своей мармеладной рекой, не сладкой, как думается, а вязкой и медленной. Когда в один день к нему врывается парень. Рыжий, как чёрт, в растянутой толстовке и домашних штанах. Егор лежит и пытается осознать, что вообще сейчас произошло нахуй. У него откусили стаканчик, заставили назвать имя и теперь он пытается вспомнить, где видел, видимо, однокурсника.
Фамилия всплывает сама собой, когда на ум приходит один прошлогодний случай. Арсений пошёл в душ, а возле него разбилась бутылка. После он долго кричал и оскорблял всеми возможными ругательствами её носителя. Оказывается, Поперечный спрятал виски в поднимающуюся клетку потолка. Все гадали под чем он и, в конце концов, посчитали его просто конченным.
Воспоминания ничего не дали. Егор обратно ложится и мигом засыпает.
Ясно одно:
Поперечный — тип интересный, надо узнать его поближе.