Work Text:
В жизни Тсукишимы было не так много моментов, когда она была на сто процентов хоть в чем-то уверена. Постоянные сомнения преследовали ее всю жизнь – тот ли вид спорта она выбрала? По тем ли предметам ходила на спецкурсы? В тот ли универ поступила, на ту ли подработку устроилась, в ту ли компанию пошла работать – сделала ли она правильный выбор? Не окажется ли потом, что альтернатива оказалась бы лучше? Ей тяжело не наполняться сожалениями, когда вариант, на который она поставила, обыгрывается не так, как она планировала. Стоит чему-то пойти не по плану, и она начинает раздумывать, что стоило выбрать другой вариант. Что она поддалась неправильному импульсу и выбрала не ту дорогу.
Но принять решение сойтись с Ямагучи было так, так легко.
Конечно, было тяжело решиться и попросту раскрыть рот, в ужасе думая, что она разрушит их дружбу своим неуместным вопросом. Но после этого… Тсукишима ни разу не думала – а что, если бы… Она никогда не видела других вариантов. Она не представляет, как можно быть еще – более смешной, более отзывчивой, более красивой, поддерживающей, доброй, умной, вдохновляющей и потрясающей, чем ее девушка.
И она – единственная, глядя на кого она понимает, что Боги благословили ее и помогли сделать правильное решение.
Поэтому Тсукишима не удивляется, когда приходит к этому. Она наблюдает (конечно, не в стороне, а принимая участие в процессе) за тем, как Ямагучи помогает их пожилой соседке помыть пушистую собаку, чихая и сопливя из-за своей аллергии, но упорно отказывая сдаваться и сложить всю работу на неё одну, и её простреливает сразу несколькими чувствами. Смехом из-за нелепого вида красного веснушчатого лица рядом со своим. Капелькой раздражения из-за принципов этой дурочки и ее любви к собакам, которую не разделяет ее аллергия. Нежностью от одного взгляда на ее упорное лицо, которое смягчается, стоит собаке задорно подать свой голос.
И уверенностью в том, что с ней она хочет провести всю свою последующую жизнь.
Это неожиданное, но вместе с тем – довольно ожидаемое ощущение наполняет ее целиком, и она не может сдержать мягкой улыбки. И Ямагучи, на мгновение отвлекаясь на нее, задерживает недоуменно-раздраженный взгляд, жалуясь, что она пялится на нее в такой некрасивый момент.
И потом Тсукишима не может избавиться от этой мысли вовсе.
Она преследует ее и во время игры, и на работе, и на обеде, и когда они готовят ужин на двоих. Она думает только о Ямагучи – обычно эти мысли плавают фоном ее будних дней, но в этот раз затмевают все остальное и мешают ее обыденным делам. Ее производительность страдает, на тренировке ее точность падает процентов так на пятьдесят, и другим людям она ненароком отвечает слишком на отвяжись, чтобы не вызвать подозрений.
Она не знает, как успокоить себя и свое сердце. Тсукишима начинает иррационально паниковать, и эта паника абсолютно случайно сменяется эпизодами абсолютного спокойствия и уверенности в завтрашнем дне. Мысль о Ямагучи, об их будущей жизни заставляет что-то внутри нее ослабнуть – и вместе с тем наполняет ее силами двигаться вперед. Она чувствует себя глупо, но вместе с тем – на самой вершине.
И к концу этого выматывающего дня она начинает чувствовать себя круглой дурой. Она наблюдает за Ямагучи, которая болтает про свой прошедший день, потягивая вместе с ней ароматный свежезаваренный чай, и не понимает, почему она вдруг испугалась глубины своих чувств. Ямагучи улыбается, с понимаем и в глазах, и в каждом жесте встречая ее внезапную молчаливость, и поддерживает разговор на двоих, и Тсукишиму пронзает – и признательностью, и любовью к девушке, что сидит напротив ее. Она плавает в этом моменте домашнего уюта и спокойствия, уголка нежности, в который она спешит возвращается каждый вечер, и все страхи тут же пропадают. Она делает глоток чая и через секунду фыркает, когда Ямагучи несдержанно хрюкает, наблюдая за ее запотевшими очками. И мягко улыбается ей, видя такую же улыбку в ответ.
Решение сделать ей предложение также приходит удивительно легко. К концу первого дня, когда эта мысль впервые возникает в ее голове, она уже принимает решение, что сделает это в ближайшее время. И понимает, что никогда раньше она не осознавала что-то так быстро и легко.
Несмотря на свою уверенность в своем решении, она все равно не может не испытывать уверенность в самой себе. Она беспокоится – вдруг она налажает? Как люди вообще делают это самое предложение? Она не любит красивые романтические жесты, но Ямагучи-то их просто обожает. Будет ли это предложение искренним, если кто-то из них будет поступаться собой в этот момент?
И – ее пронзает паника в этот момент – ответит ли вообще Ямагучи согласием? Тсукишима знает, что ее, по каким-то невообразимым причинам и несмотря на ее сложный характер, любят. Но хочет ли Ямагучи связать их жизни навсегда? Сделать такой серьезный шаг?
И… что Тсукишиме делать, если ей откажут?..
«Сначала хотя бы сделай это предложение, а потом паникуй», – фыркает она же на себя и старается унять панику, мешающую заниматься повседневными делами.
Она украдкой смотрит свадебные каталоги на работе с режима инкогнито, чтобы Ямагучи с их общего ноутбука случайно не увидела эти сайты в истории. Ставит пароль на телефоне, чтобы та так же случайно не увидела лишнего. Задерживается в ювелирных магазинах, подолгу рассматривая обручальные кольца и безбожно опаздывая к ужину. Она с иронией думает, что таким образом Ямагучи может подумать что-то не то, и пытается успокоить ее нежными улыбками и не менее нежными прикосновениями.
И все равно неделями не может ничего решить.
«Если бы Ямагучи занималась этим – все было бы уже в порядке», – в раздражении думает она и в бессильной злости стучит по столу, когда идеальное кольцо, которое она находит спустя месяц поисков, бронируют и уводят прямо из-под ее носа.
А потом их зовут на свадьбу общие знакомые, и Тсукишима покрывается нервным потом, ловя на себе внимательный взгляд чужих глаз.
– Пойдем? Я как раз платье купила недавно.
– Да ну, – отвечает Тсукишима, не отрываясь от своего планшета, пытаясь всеми силами показать незаинтересованность. – Ненавижу свадьбы. Особенно публичные. Кому и что они пытаются доказать?
Ямагучи хмыкает.
– Тогда скажу, что ты заболела, ничего, если я схожу одна?
Тсукишима машет головой. И мысленно облегченно выдыхает, когда Ямагучи отворачивается и возвращается к своим делам, больше не возвращаясь к этому вопросу.
Этот диалог и этот взгляд невольно заставляют Тсукишиму задуматься. Насколько она очевидна в том, что она что-то скрывает? И насколько очевидна… свадебная тематика этого чего-то? Может ли Ямагучи догадаться – по ее взглядам, по ее участившимся расспросам («Тебе больше нравится молочно-белый цвет или цвет слоновой кости?» - «Тсукки… я дальтоник, и тебе об этом прекрасно известно» – «А драгоценные камни какие любишь? Сапфиры? Топазы?» – «Что? Тебе– тебе зачем вообще»), что Тсукишима что-то задумала?
Скрываться от человека, перед которым она всегда обнажала всю душу, оказывается неожиданно тяжело. Вскоре Тсукишима понимает, насколько импульсивным было ее решение сделать предложение, насколько самоуверенной она была в тот момент. Ее пугает масштабность и количество деталей, что ей надо учесть, и половину всего времени она тратит на успокоение своих нервов.
– Какой отстой, – бормочет она, когда на экране телевизора показывают свадебный эпизод их с Ямагучи любимой пары в одном сериале, а Ямагучи внезапно переводит на нее свой взгляд. Тсукишима продолжает: – Такое позерство. Зачем так наряжаться? В чем смысл вообще этой свадьбы?
– Они любят друг друга и хотят запомнить этот день, – аккуратно возражает ей Ямагучи, и почему-то ее голос отдает дрожью в конце. Тсукишима хмыкает. Ямагучи не развивает эту тему.
И без слов позволяет ей переключить канал.
Кольцо она, в конце концов, подбирает. После того, как сдается и идет плакаться Акитеру. Ее сестра воспринимает новость с невероятным восторгом, что, с одной стороны, радует, а с другой – не на шутку пугает, особенно когда Акитеру всего за неделю становится экспертом в свадебных украшениях и заваливает ее кучей предложений. И почему ее сестра оказывается воодушевлена ее помолвкой больше, чем некогда – своей?
По итогу именно сестра находит идеальное решение ее дилеммы. Она приводит ее в магазинчик, в котором их родители некогда купили свои первые кольца. И с мягкой улыбкой показывает ей украшения, с блеском в глазах рассматривая ассортимент.
Теперь Тсукишиме остается только решиться. И, желательно, не испортить момент предложения, который случается единожды и запоминается на всю жизнь. Она пытается подгадать идеальный момент, и ей постоянно кажется, что все идет не так. На ужине в ресторане, на который она зовет Ямагучи одним вечером, та проливает на себя вино; дома, сидя на кровати и читая книгу, в тот самый момент, когда Тсукишима тянется за сумкой, чтобы достать оттуда кольцо, она смачно чихает и со страданием уходит мыть руки; утренний момент пробуждения, когда они смотрят друг на друга, обмениваясь улыбками и теплом друг друга, она подскакивает в туалет ровно в тот момент, когда Тсукишима начинает говорить фразу: «Выходи…».
В какой-то момент Тсукишиме хочется заорать. И схватить Ямагучи за плечи, чтобы остановить ее суматошные жизненные движения и сделать момент предложения хоть чуть-чуть романтичным.
В какой-то момент она даже решается. Они готовят ужин, Тсукишима замешивает соус, пока Ямагучи чистит картошку, и они в уютном молчании слушают музыку, раздающуюся по радио. Тсукишима утопает в этом моменте, представляет, что их будет ждать еще много, много таких вечеров, когда они, нежные и любящие, будут готовить еду, чтобы разделить ее друг с другом, и улыбка трогает ее губы. Она хочет сохранить этот момент. Хочет растянуть его на многие-многие годы вперед.
И именно тогда, когда она открывает рот, Ямагучи говорит:
– У меня коллега в декрет ушла, представляешь? Только недавно с мужем расписались. А раньше говорила, что брак – это ненужная вещь. Никогда не знаешь, куда жизнь приведет.
– Глупости все это, – фыркает Тсукишима, с досадой чувствуя, что момент упущен. И, почти не вдумываясь, добавляет: – Брак – это вообще патриархальный конструкт, закрепляющий угнетение женщины, и любой здравомыслящий человек должен выступать против него. Только жалкие и глупые люди тянутся к этой форме рабства, связывая себя им на всю жизнь. Знаешь, кстати, какая статистика разводов в Японии? Вот и думайте.
Тсукишима замолкает, погруженная в чересчур яростные для ситуации помешивания соуса.
И испуганно дергается, когда слышит неожиданный вскрик.
– Дурочка, будь осторожнее, – ворчит она, когда обрабатывает порез на пальце Ямагучи. Она очень потерянно смотрит на свои руки, безропотно позволяя ей ухаживать за собой. И со слезами на глазах поднимает голову, когда Тсукишима бережно поглаживает ее ладонь, держа в своих руках. – Ну ты чего плачешь? Сильно болит?
Ямагучи машет головой и шмыгает носом. И молчит все время, пока она заклеивает ее ранку, и со слабой улыбкой благодарит ее, когда под конец «процедуры» Тсукишима скрепляет пластырь поцелуем, чтобы все точно зажило.
К концу месяца она почти решается. В момент, когда она переодевается в раздевалке своего волейбольного клуба, Коганегава случайно переворачивает ее сумку, и из нее под шквал извинений и долгого вздоха самой Тсукишимы медленно вываливается и раскрывается коробочка с кольцом. После этого повисает звенящая тишина, сокомандницы медленно переводят на нее взгляд, Тсукишима прячет свой…
И раздевалка взрывается вопросами.
Тсукишима теряется. И оказывается удивлена, насколько, на самом деле, Ямагучи любят среди ее команды. Иногда она помогает их девочкам между матчами, а также работает в компании, являющейся их спонсорами, но Тсукишима всегда думала, что на ее девушку всем немного все равно. Но ее начинают поздравлять, говорить, что лучшего варианта она найти не могла, что они идеально друг другу подходят и что Тсукишиме очень и очень повезло.
– Я же буду подружкой невесты, да? Да?! – кричит Коганегава ей под ухо, пока Тсукишима всеми силами старается ее игнорировать.
– Нет, ею будет Кьетани, – отбивает Тсукишима, кивая в сторону Кьетани, всеми силами старающейся их игнорировать.
Коганегава надувается. Кьетани вздыхает. Но на ее губах тоже появляется улыбка, когда остальные девочки воодушевляются и начинают обсуждать дресс-код будущей свадьбы («Тсукишима, запомни, никакого зеленого!»). И под этот шум, шутки и разговоры, Тсукишима неожиданно чувствует себя так, будто сейчас она находится именно там, где и должна быть.
Таким образом, ее команда узнает о помолвке раньше, чем, собственно, ее потенциальная невеста. И у Тсукишимы не остается выбора, кроме как сделать ей предложение на следующих же выходных, потому что в понедельник будет матч, на который Ямагучи придет. И, зная ее команду, этот момент точно не обойдется без лишних расспросов.
У Тсукишимы сохнет в горле, а ладони, наоборот, чересчур намокают. Она пытается поймать момент покоя, когда они занимаются своими делами, но находятся рядом, делясь теплом, и каждое такое мгновение безбожно упускает сквозь пальцы. Суббота медленно проходит, пока Тсукишима продолжает паниковать.
А потом Ямагучи достает чемодан из шкафа, и Тсукишима спрашивает:
– Куда-то собралась? Командировка, что ли?
– Нет. Просто… я думаю, есть ли смысл затягивать переезд?
Тсукишима застывает, переставая печатать сообщение на полуслове. Она медленно поднимает голову и вперяет взгляд в спину Ямагучи, которая упорно отказывается поворачиваться к ней.
– Извини? Я что-то пропустила? Что за переезд?
– Если мы не собираемся и дальше жить вместе… – глухо говорит Ямагучи, вцепившись в свой чемодан. Сердце Тсукишимы барабанит с такой силой, что она практически прослушивает ее тихое: – …то смысл нам это все продолжать?
Тсукишима медленно, очень медленно встает с кровати. Неторопливо подходит к Ямагучи и встает рядышком-рядышком. И пусто спрашивает:
– Мы не собираемся жить вместе?
– Ты мне скажи, – хмыкает Ямагучи. И, наконец, поворачивает к ней лицо и смотрит глазами, полными слез. Она смотрит на нее болезненным взглядом и пытается улыбнуться, но у нее это не получается, и истерика раздается в каждом слове, что она произносит: – Ты… ты так упорно повторяешь, что у нас нет никакого будущего. И настолько ненавидишь одну идею о совместной жизни. Так зачем… нам мучить друг друга?
– Стой-стой, погоди, – судорожно проговаривает Тсукишима, сердце которой разбивается все сильнее с каждой слезинкой, вытекающей из чужих глаз. – С чего… с чего ты это взяла?! Я никогда не…
– Вчера, – сопливым голосом перебивает Ямагучи, давясь слезами. – Вечером. Когда мне– когда мне попались свадебные платья в пинтересте. Ты тут же завела речь о том, что люди никогда не задумываются, что могут разойтись с теми, для кого так наряжаются. И уже– уже давно ты так говоришь. О том, как все бессмысленно. И я– я поняла, что ты не– что ты не видишь в этом смысла, хотя я хотела– я думала– я хотела тебе…
– Пожалуйста, не плачь, – чувствуя только невыносимые страдания, чуть ли не кричит Тсукишима, панически садясь рядом с Ямагучи и поддаваясь вперед. Она притягивает ее к себе в объятья и стискивает со всей силы, чувствуя сплошную вину и боль за то, что вызвала слезы у своего любимого человека. – Я не говорила о нас! Я– я просто дура! Ты моя самая любимая, самая близкая мне девушка, и я счастлива, что могу каждый день просыпаться рядом с тобой! Я… – она судорожно отстраняется от Ямагучи и, спотыкаясь и чуть не падая, подбегает к своей сумке и достает из нее коробочку с кольцом. – Видишь? Я хочу провести с тобой жизнь! – она трясущимися руками вкладывает ее в ослабевшие ладони Тадаши. – Пожалуйста, возьми это и больше никогда, никогда не думай меня покидать!
Слезы высыхают. Ямагучи пораженным, по-настоящему ошеломленным взглядом смотрит на эту коробочку. И нерасторопными пальцами с трудом открывает ее.
При виде кольца она издает вздох.
– Оно… оно точно такое же, как у твоей мамы и Акитеру…
– Да, – мягко говорит Тсукишима и сжимает ее ладонь в своих. – Пожалуйста… возьми его и сделай меня самой счастливой девушкой на свете.
«Красиво», – думает Тсукишима после, когда отходит от потрясений и размышляет над всем произошедшим в тот вечер. – «Нет, конечно, все произошедшее до этого было безумно глупым, но само предложение… было красивым».
Конечно же, Ямагучи говорит «да». И в момент, когда она несмело, неверующе улыбается, словно этот момент мог произойти с ней только в самых счастливых снах, и в уголках ее глаз виднеются морщинки, и нос чуть приподнимается, и виднеются кончики зубов – Тсукишима думает, что никогда в своей жизни не видела Ямагучи красивее и счастливее, чем в это мгновение.
(Она ошибается. Потому что от того, как месяцами позже сияет Ямагучи в свадебном платье, встречая ее у алтаря, у нее попросту перехватывает дыхание – как и каждый раз, когда после она видит свадебное кольцо, сверкающее на ее пальце).