Work Text:
Объявление на стене расплылось, словно его затянуло пленкой скользящей теплой воды; Джонсон почувствовал, как веки, смыкаясь, на долю секунды прикрыли зрачки, но и в мгновенном мраке горели буквы:
АО «САФАРИ ВО ВРЕМЕНИ»
ОРГАНИЗУЕМ САФАРИ В ЛЮБОЙ ГОД ПРОШЛОГО
ВЫ ВЫБИРАЕТЕ ДОБЫЧУ
МЫ ДОСТАВЛЯЕМ ВАС НА МЕСТО
ВЫ УБИВАЕТЕ ЕЕ
— Так вы, хм, тот парень Экельса? — спросил мистер Тревис.
— Я его двоюродный п-п-племянник,— ответил Джонсон. — А в-в-вы уверены, что это безопасно? В-в-в смысле, путешествие в-в-в прошлое?
— Мы ничего не гарантируем, — сказал служащий. — Только то, что вы можете выстрелить в то, за что заплатили.
— Я сегодня руковожу сафари. По моей команде застрелите, кого я укажу, — сказал мистер Тревис. — Если вы этого не сделаете, здесь у вас будут серьезные неприятности. Так что будьте умницей и не облажайтесь.
— Невероятно, — пробормотал Джонсон. — Настоящая Машина в-в-времени. — Он тряхнул головой.— П-п-подумать только, если б-б-бы Чехию не захватила Словения, эта Машина б-б-бы не существовала.
— Да,— сказал служащий. — Кто бы поверил, что чехи прятали чертежи Машины времени. Но сейчас она здесь. Теперь о вашей охоте.
— Да?
— Вы хотите поохотиться на беглого раба в 1850-х годах?
— Да, сэр.
— Порядочек. Мы отправимся в 1852 год, чтобы застрелить беглого раба по имени Саймон.
— Только не напортачьте,— вставил мистер Тревис.
Джонсон рассердился:
— Что? Хотите сказать, что я не в состоянии это сделать, а?
— Ну, да. Мы вовсе не желаем отправлять в прошлое таких, что при первом же выстреле ударяются в панику.
— Ни пуха, ни пера, — сказал человек за конторкой.
Неся ружья в руках, они молча прошли через комнату к Машине, к серебристому металлу и рокочущему свету.
Сперва день, затем ночь, опять день, опять ночь; потом день — ночь, день — ночь, день. Неделя, месяц, год, десятилетие! 2055 год. 2019, 1999! 1957! Мимо! Машина ревела.
Они надели кислородные шлемы, проверили наушники.
Джонсон начал дрожать, чувствуя, что слегка нервничает. В Машине кроме него еще были Тревис — руководитель сафари, его новый помощник Лесперанс и два охотника — Биллингс и Кремер.
Машина стала замедлять темп и остановилась.
Когда они вышли из Машины времени, мистер Тревис показал на металлическую тропу, которая вела к дому посреди фермы.
— А это, — объяснил он, — Тропа, проложенная здесь для охотников Компанией. Она парит над землей на высоте шести дюймов. Не задевает ни одного дерева, ни одного цветка, ни одной травинки. Сделана из антигравитационного металла. Ее назначение — изолировать вас от этого мира прошлого, чтобы вы ничего не коснулись. Держитесь Тропы. Не сходите с нее. Повторяю: не сходите с нее. Ни при каких обстоятельствах! Если свалитесь с нее — штраф. И не стреляйте ни в какое животное без нашего разрешения.
— Почему? — спросил Джонсон.
— Разве вы не знаете, что сделал ваш, как там его, дядюшка? Он сошел с Тропы и изменил Будущее. Мы несколько недель исправляли его ошибку! — крикнул Биллингс. — Мы не хотим снова менять Будущее. Здесь, в Прошлом, мы незваные гости. Правительство не одобряет наши экскурсии. Приходится платить немалые взятки, чтобы нас не лишили концессии. Машина времени — дело щекотливое. Сами того не зная, мы можем убить какое-нибудь важное животное, пичугу, жука, раздавить цветок и уничтожить важное звено в развитии вида.
— Мне по-прежнему неясно, как один маленький шаг с Тропы может повлиять на будущее.
И Тревис рассказал то, что обычно рассказывал клиентам — про гибель мыши и королеву Елизавету.
— И откуда мы знаем, кого убивать? — нахмурился Джонсон.
— Мы следили за Саймоном. Он умрет здесь сегодня около восьми часов вечера — его подстрелит охотник за рабами. Поэтому его убийство никак не повлияет на временную линию. Главное, не промахнитесь.
***
— Отдал я тебе письмо или нет? — спросил старик.
— Какое письмо? — отозвалась сидящая рядом с ним за столом женщина.
— Да то, что я получил вчера на почте?
— Нет, ты мне никакого письма не давал.
— Забыл, должно быть.
И он начал рыться в карманах, потом вспомнил, куда его положил, пошел и принес — и отдал ей. А она и говорит:
— Да ведь это из Сент-Питерсберга от сестры!
Вдруг у дома появилась толпа людей. Впереди мужчина, представившийся доктором, нес на руках белого мальчика, за ними шёл чернокожий в ситцевом платье, со связанными за спиной руками.
— Он умер, умер, я знаю, что умер! — закричала женщина.
Белый мальчик немного повернул голову.
— Он жив, слава богу! Пока довольно и этого.
Толпа пошли в дом, ругая чернокожего на чем свет стоит.
После того, как все оказались внутри, доктор попытался уговорить всех быть к чернокожему подобрее:
— Не обращайтесь с ним строже, чем следует, потому что он неплохой негр. Когда я приехал туда, где лежал этот мальчик, я не мог вынуть пулю без посторонней помощи, а оставить его и поехать за кем-нибудь тоже было нельзя — он чувствовал себя очень плохо; и ему становилось все хуже и хуже, а потом он стал бредить и не подпускал меня к себе, грозил, что убьет меня, если я поставлю мелом крест на плоту, — словом, нес всякий вздор, а я ничего не мог с ним поделать; тут я сказал, что без чьей-нибудь помощи мне не обойтись; и в ту же минуту откуда-то вылезает этот самый негр, говорит, что он мне поможет, — и сделал все, что надо, очень ловко. Я, конечно, так и придумал, что это беглый негр и есть, а ведь мне пришлось там пробыть весь тот день до конца и всю ночь. Я никогда не видел, чтобы негр так хорошо ухаживал за больными; а ведь он рисковал из-за этого свободой, да и устал очень тоже, — я по всему видел, что за последнее время ему пришлось делать много тяжелой работы. Мне это очень в нем понравилось. Я вам скажу, джентльмены: за такого негра не жалко заплатить и тысячу долларов, и обращаться с ним надо ласково.
— Похоже, этот черный парень стал моим героем, — прошептал Биллингс Лесперансу.
— Стоп, — сказал Тревис. — Если Саймон должен умереть сегодня около восьми, почему солнце так высоко?
Биллингс и Крамер подошли к Машине времени.
— Мы установили Машину на семь дней раньше! — заорал Биллингс.
— Возвращаемся! — добавил Крамер.
Путешественники поплелись к машине.
— Выпороть бы тебя, — сказал Тревис Крамеру.
Они зашли в Машину и отправились на неделю вперед.
Покинув её, они медленно побрели к ферме.
Лесперанс посмотрел на часы:
— Через шестьдесят секунд Саймон пересечет Тропу.
Джонсон поднял оружие и направил на ведущую к дому дорогу.
Чернокожий появился ниоткуда. Он мчался так быстро, как только мог.
Джонсон выстрелил.
Человек упал. Он был мертв.
Раздался крик.
Два мальчика, женщина и мужчина подбежали к телу.
— Чёрт тебя побери, Джонсон! — закричал Трэвис.— Тебя и всё твоё чёртово семейство! Да что с вами такое? Саймон там!
Среди низких кустов, росших вдоль дороги, бежал мужчина, его преследовали трое.
— Знаешь, кто это был? Освобожденный раб по имени Джим. Он был прадедом основателя новой космической программы 2051 года! Если он исчез, чёрт-те что произошло!
Джонсон в страхе побежал к Машине времени. Остальные, крича, последовали за ним.
— Молись, чтобы ты не испортил всё слишком сильно, или я просто убью тебя, как Экельса! — воскликнул мистер Тревис.
Он кивнул Лесперансу. Тот набрал дату возвращения, и они полетели назад в будущее.
После остановки мистер Тревис вышел из машины и нерешительно сказал:
— Всё выглядит так же.
— Повезло ублюдку, — пробормотал Лесперанс.
— Хотя он и подстрелил этого чувака,— сказал Крамер.
Он двинулся к Джонсону, и тот помчался так быстро, как только мог.
Джонсон споткнулся и упал лицом вниз:
— Нет! Пожалуйста, не делайте этого! Прошу! — молил он, а с его лба капала кровь.
И грянул гром.
Джонсон закричал от боли, а рядом со зданием раздался низкий гудящий звук.
— Что на Земле может так звучать? — спросил Биллингс, подойдя к выходу.
Низкое гудение перешло в грохочущий взрыв. Внезапно вспыхнул яркий свет.
Когда он погас, и у всех восстановилось зрение, люди увидели, что от здания осталась только половина. На развалинах лежали два обугленных трупа.
— Что это? — закричал Лесперанс.
Вдали летели дирижабли, стреляя вниз гигантскими лучами света. В лучах виднелся рассеивающийся столб пыли.
Мистер Тревис подошел к лежащему без сознания Джонсону:
— Что ты натворил?!
Они исчезли в следующей вспышке света.