Archive of Our Own ^beta

Вокруг было черным-черно.

В ушах все еще отдавался бешеный стук сердца. Он ослеп? Или просто очутился где-то в кромешной тьме? Шэнь Цинцю вытянул руку, проверяя. Точнее, попытался: пальцы сразу уперлись в твердый камень. И лежал он тоже на голом камне, и сбоку были какие-то стены... Его что, блядь, замуровали?!

От панического всплеска ци камень хрустнул, и Шэнь Цинцю немного пришел в себя. Он заклинатель, а не беспомощная жертва! Он может прощупать стены ци, определить, где они тоньше всего... Ха, да тут везде тонко! Только внизу сплошная масса камня — но вниз он и не пойдет. А так можно собрать побольше ци и ударить: вверх и немного вбок, чтобы не засыпало осколками.

Камень послушно треснул, открывая доступ к воздуху и свету. Ура! Шэнь Цинцю огляделся и без особого удивления понял, что сидит в гробу. Расколотая крышка валялась снизу. Его похоронили? Похоже на то.

Судя по отклику ци, он находился в своем старом, не растительном теле. Или в хорошей копии: в старом-то после Хуаюэ ни одного меридиана не уцелело, а тут энергосистема живая-здоровая. Мог ли кто-нибудь восстановить его тело за прошедшие пять лет? Ло Бинхэ вон что-то делал, раз оно не сгнило и не рассыпалось в прах...

Ну, это нетрудно проверить. Если в самый неподходящий момент его скрутит Неисцелимым, значит, тело то самое, а если нет — копия или клон. Очередной, ага. Шэнь Цинцю невольно развеселился: сколько же тел он сменил за свою жизнь? Сначала оригинального Шэнь Цинцю, потом растительное, теперь вот это непонятное... Кожедел обзавидовался бы.

В любом случае, это значило, что бесконечного запаса ци у него теперь нет, относительной неузнаваемости — тоже, а быстро отрастить-прилепить бороду больше не выйдет. И одежда... увы, одежда оказалась классическим похоронным облачением. Красиво, богато, бесполезно. Ни защитной вышивки, ни бездонных рукавов. Даже на ногах не сапоги, а легкие туфли.

Паршиво, но все равно лучше, чем оставаться в объятиях Ло Бинхэ.

От воспоминаний аж передернуло. Еще чуть-чуть - и его бы просто-напросто изнасиловали. И кто! Его же собственный ученик!..

Нет, его милый белый лотос, прошедший по вине Шэнь Цинцю через ад. Шэнь Цинцю сам был виноват в случившемся, сколь бы ужасным оно ни было. Тем более, ничего ведь и не случилось. Растительное тело, оставшееся без души, в руках Ло Бинхэ должно было просто рассыпаться. Любопытно было бы глянуть, какое у него было лицо в тот миг! Но, любопытно или нет, пока что наблюдать Шэнь Цинцю мог лишь странное место, в которое его перенесло.

Больше всего это было похоже на облагороженную пещеру. Грубый камень, тусклый свет непонятно откуда... Гроб — точнее, каменный саркофаг на платформе в центре комнаты. По углам — в беспорядке сваленные вещи: от оружия и драгоценностей до свитков, бутылей и кувшинов. Мерцание драгоценных камней и холодные отсветы от металла проникали даже сквозь толстый слой пыли.

Ага, пыль. Он здесь недавно, а приношения – давно. Значит, эти погребальные дары предназначались не ему. 

Шэнь Цинцю судорожно подскочил, выметнулся из гроба и с облегчением выдохнул: нет, под ним не лежал скелет прежнего владельца саркофага. И, кстати, пыли внутри тоже не было. Кто-то не только освободил ему местечко, но и оказался так любезен, что почистил лежанку под нового постояльца. Что ж, спасибо, неизвестный благодетель!

Вокруг было мрачно, помпезно и паршиво с точки зрения фэншуя: мощно фонило демонической энергией. На стенах виднелись полустертые фрески с застывшими в неистовой пляске демонами. В мастерски, кстати, пойманных ракурсах: они будто бы надвигались на зрителя.

Если сложить все это вместе и добавить тот бесспорный факт, что душу Шэнь Цинцю перекинуло в другое тело, вывод прямо-таки напрашивался. Он оказался в Священном Мавзолее демонов. Только там было можно не просто воскресить мертвеца — для этого сгодились бы еще десяток легендарок и пяток ритуалов на праведной ци, — но и призвать душу откуда угодно, из любой ловушки и даже из нового перерождения. Демонов убивают обычно гораздо тщательнее, чем людей, вот им и пришлось постараться.

Кто-то возродил здесь его. Сначала спер с Цанцюна тело – вот, значит, куда оно пропало в разгар штурма! Затем понял, что трофей чуть-чуть ни на что не годен, и то ли скопировал образец, то ли вообще клонировал. А потом самым наглым образом перетащил в него Шэнь Цинцю! Выдернув из-под носа у Ло Бинхэ, н-да. Несмотря на все сочувствие к ученику, вынужденному снова наблюдать смерть учителя, Шэнь Цинцю не мог не испытывать благодарности к этому неизвестному благодетелю. Все же находиться во власти Ло Бинхэ было страшновато. Особенно последние минуты. Пусть мальчик всего лишь собрался его напугать, добиться хоть какой-то реакции взамен вежливого равнодушия, пусть он не всерьез…

Или всерьез? К моменту внезапного переселения Ло Бинхэ уже завалил его на спину и начал рвать одежду. Что случилось бы еще через несколько минут?

Додумать не дал сигнал Системы, внезапно раздавшийся в голове.

 [Обратите внимание: вы только что вступили в новую высокоуровневую локацию «Священный мавзолей». Запущена миссия «Восполнение сюжетных дыр». Пожалуйста, отнеситесь к ней с должным рвением и инициативностью!]

Вот так всегда. Только сядешь спокойно поразмышлять - и на тебе. Новое задание.

[Пожалуйста, отнеситесь к ней с должным рвением и инициативностью!] – продолжала настаивать Система.

Интересно, с должным рвением - это как? И какие тут найдутся сюжетные дыры? Впрочем, для начала он может просто исследовать Священный Мавзолей как компьютерное подземелье. В такой трактовке задание выглядело вполне неплохо, куда приятнее, чем обычные пакости от Системы с баллами непонятно за что. Особенно если вспомнить последнее начисление, фу-у… Уж лучше он по некрополям полазает.

Правда, некрополь тут высокоуровневый, а у него ни оружия, ни защиты нормальной. Так что заполнение сюжетных дыр Шэнь Цинцю начал с того, что внимательно перебрал погребальные подношения. В пыльных кучах по углам нашлись не только кувшины и сундуки с драгоценностями, но и куда более полезные вещи. Несколько мечей и алебард, удобные наручи, странного вида щит… Сапоги бы еще! Увы, таких полезных подношений неведомому владыке демонов не оставляли.

[Предупреждение: обратите особое вни…]

– Да понял я, понял, – пробурчал Шэнь Цинцю, придирчиво взвешивая в руке приглянувшийся меч. – Уже и подготовиться нельзя!

Что такое Священный мавзолей, он помнил довольно неплохо. По очень простой причине: главы, в которых Ло Бинхэ преодолевал всяческие опасности, были беззастенчиво слизаны с приключений Индианы Джонса и потому вполне читабельны. Особенно первая половина, когда главный герой нес в направлении «туда» мертвое тело, то есть трахаться на каждом шагу не мог по уважительной причине.

Но вообще получалось странно. В Священный Мавзолей мог войти только владыка демонов - то есть Ло Бинхэ. Своих подчиненных, случись у них нужда в пышных похоронах родича, тоже пропускал он. Без позволения императора сюда не пробрался бы и портальщик вроде Мобэй-цзюня, куда уж говорить о прочих. Но Ло Бинхэ уже знал, что он ожил, уже даже заполучил его себе. Ему не было нужды что-то менять. Так кто воскресил Шэнь Цинцю?

Нет, ну еще один знакомый небесный демон у него был. Но они ведь расстались, скажем так, не самым лучшим образом. Вряд ли Чжучжи-лан захотел бы трудиться ради человека, который отравил его реальгаром и всласть покатался на нем верхом. Да и мог ли он? Императором-то он тоже не был…

Ладно, об этом он подумает позже. Сейчас ему предстояла запутанная и сложная для прохождения локация. Священный Мавзолей, помимо множества ловушек, кишел разнообразнейшими демоническими тварями, только и поджидающими беспечного вторженца. Если бы не Система, Шэнь Цинцю никто и на аркане не затащил бы на такую прогулку! Разве только в составе надежной пати… Из-за спин Лю Цингэ с Юэ Цинъюанем он бы, наверное, посмотрел на легендарное место. Но пока что придется справляться самому.

В коридоре было темно, однако вызвать хотя бы искорку огня Шэнь Цинцю не решался. И не зря: вскоре обострившийся слух выцепил из тишины неровные протяжные вздохи. Первые монстры? Шэнь Цинцю застыл, нервно тиская рукоять меча. Вроде бы он выбрал самый совместимый по ци, вроде бы и клинок был не против его компании – вполне охотно толкнулся в руку... Но все равно он чувствовал себя отчаянно беззащитным. Лучше бы спрятаться, да только куда?

Во тьме постепенно проступили очертания худощавой фигуры, словно бы покачивающейся под собственным весом. За ней виднелись вторая и третья – казалось, они плыли по воздуху. Не меняясь в лице и замедлив дыхание до предела, Шэнь Цинцю принялся покачиваться им в такт. Вот, значит, кто здесь. Незрячие остовы, самые низкоуровневые из местных противников. Тупые, медленные, почти безопасные в темноте, при самом тусклом освещении они мгновенно преображались в жаждущих крови тварей. Проблема в том, что Мавзолей охраняли не только они.

И верно: в дальнем конце коридора слабо-слабо замаячил зеленоватый отблеск. Шэнь Цинцю, мысленно выругавшись, что есть силы рванулся вперед. Воздух будто загустел, пропуская его с неохотой, и меч рассек надвое маленькую мерцающую свечку.

Свеча последнего вздоха, она же наводчик-симбионт. Незрячие остовы реагировали на ее свет быстро, но все же не мгновенно: у бессмертного мастера реакция была лучше. Нарастить скорость и схватить Шэнь Цинцю стремные твари не успели, а сейчас и вовсе недоуменно возились, сбившись в кучу.

Уф! Сработало. Хорошо, а то иначе от этой дряни было бы не отвязаться: Свеча последнего вздоха наводилась на дыхание живого человека. А не дышать...

Хм, вообще-то не дышать хотя бы несколько минут бессмертному мастеру вполне по силам. А если Шэнь Цинцю не скрутит Неисцелимым в самый неподходящий момент, он, пожалуй, и полчаса продержится. Стоит отложить этот вариант на будущее. Пока, впрочем, путь назад был закрыт, да и не осталось там ничего интересного. Шэнь Цинцю поудобнее перехватил меч — спасибо, родной, не подвел! — и зашагал по коридору дальше.

Впереди снова замерцал свет, и навстречу Шэнь Цинцю кинулись Незрячие остовы. И вела их, что самое паршивое, не свеча: свет лился из приоткрытых дверей следующего зала. Да вашу ж мать! Самую шуструю тварь Шэнь Цинцю разрубил надвое, остальных раскидал вспышкой ци и огромным прыжком прорвался в зал. Только бы не сквозной, только бы пустой, не думать о логике компьютерных игр, не думать…

Тяжелая каменная дверь с грохотом захлопнулась, отсекая уже тянущиеся к Шэнь Цинцю костлявые лапы. Еще одна волна ци, вслепую пущенная вперед, никого не отшвырнула: зал и правда оказался пустым. Ага, отлично. Пока что он в безопасности.

Как бы еще выбраться из этого Мавзолея? Даже если он доберется до условного «края», нужен будет император демонов, чтобы открыть ему дорогу назад. Если только за ним придет Ло Бинхэ?

Почему-то эта мысль отзывалась в душе Шэнь Цинцю не надеждой, как следовало бы, а зябкой дрожью в спине. Ведь если Ло Бинхэ за ним придет, то только чтобы забрать обратно. В тот же плен, в ту же жуткую копию бамбуковой хижины, в те же стальные объятья, из которых не вывернешься…

[Пользователь, вы получили новую миссию! Пожалуйста, отнеситесь к ней с должным рвением и инициативностью!] – на этот раз звучание Системы было до того противным, что аж в голове загудело. Ну точно как сирена-предупреждение в самые первые дни.

- Да помню, помню я, - проворчал Шэнь Цинцю. - Заполнение сюжетных дыр, все такое. И где ты тут видишь сюжетные дыры, а? Тут одна нежить!

И гроб на платформе — точно такой же, как в камере Шэнь Цинцю. Кажется, эти залы строили под копирку. Только что пропыленных сокровищ здесь не валялось и вообще было довольно чисто. Хм, а что в гробу? Хотя вообще-то лезть туда - не лучшая идея, Шэнь Цинцю когда-то читал… или видел…

Попытка вспомнить, почему в посторонние гробы лучше не заглядывать, внезапно отозвалась болью в висках. На ум пришла только дурацкая западная сказка про отравленную принцессу, спящую в гробу и ждущую своего принца. Он разбудит ее поцелуем, в некоторых версиях - папапа. Ло Бинхэ так делал раз десять.

Шэнь Цинцю передернул плечами и не без труда сдвинул тяжеленную крышку. Не надо ему думать лишнего, надо выполнять задание Системы. То есть проходить подземелье — а это автоматически означает осмотр всех гробов, урн и сундуков.

В гробу действительно лежал человек.

То есть демон: на лбу его пламенела алая метка. Черты величественного лица были расслаблены, когтистые руки скрещены на неподвижной груди, а волосы бездонно-черной волной заполняли гроб мало не целиком. Сколько ж он тут лежал, что так отросло? И почему не истлел, как полагается приличному трупу? Что здесь вообще случилось?

Красавец в гробу, непонятно когда и кем сюда положенный, вполне мог быть искомой сюжетной дырой. Но с той же вероятностью он мог быть позабытым реликтом прошлых эпох, еще одним врагом-на-неделю, припрятанным для Ло Бинхэ. Тогда трогать его было смертельно опасно. Возможно, Шэнь Цинцю и вовсе уже запустил механизм, просто открыв саркофаг.

Шэнь Цинцю задумчиво любовался незнакомцем и никак не мог определиться. В голове упорно вертелась сказочка про волшебный поцелуй. С одной стороны, чушь. С другой… Вот перед ним лежит человек. Гм, демон то есть. Словом, некто, попавший не в самую лучшую ситуацию, - потому что вряд ли демоны идут в Священный Мавзолей, чтобы хорошенько выспаться после пьянки. Шэнь Цинцю мог бы попробовать ему помочь. Причем довольно легко, без каких-либо жертв и разрушений. Да хотя бы определить для начала, жив пациент или мертв!

[Пользователю следует быть осторожным и не допускать ошибок], - внезапно проснулась Система.

- Да, да, конечно, - рассеянно отозвался Шэнь Цинцю и провел пальцем по руке демона. Холодная. Но не как у трупа, ощущается по-другому. Пульс... нет пульса. Или есть, но у демонов его нужно щупать не в этих точках.

А если передать немного ци? Шэнь Цинцю слегка раздернул богатые одежды, положил руку демону на грудь и толкнул ци вперед. Это демоническая энергия опасна для людей - а духовная всем полезна, ее даже нежить жрет с урчанием.

Тело демона тоже охотно впитало в себя ци, но больше ничем не отреагировало.

Мертвое тело энергию не впитывает, если только оно не нежить. А оно не нежить, иначе уже кинулось бы. Значит, человек в гробу действительно жив? Анабиоз, кома, стазис – чего только не бывает в сянься. Ло Бинхэ таких пачками спасал…

…Ло Бинхэ спасал девушек. А его найденыш – мужчина. За ним не придет никто. Кроме Шэнь Цинцю, который уже здесь.

Так почему бы и не попытаться помочь?

Он ведь может. Он и пару медицинских печатей знает, и, гм, более подходящие миру способы. Поцелуй… или не только – Самолет, бывало, в угоду читателям вставлял в очередную главу и кинки на сомнофилию. Неотредактированные версии сказок - зло.

- Учти, до самого конца я не пойду, - пробормотал Шэнь Цинцю. - Я готов спасать первых встречных, но не настолько любой ценой.

В голове было неприятно тяжело, и почему-то упорно вспоминался Ло Бинхэ, заваливающий его на кровать. Он-то не хотел ничего дурного, просто увлекся - но Шэнь Цинцю и на такое не был готов, совсем нет…

[Пользователь должен быть осторожен при заполнении сюжетных дыр!]

Шэнь Цинцю отмахнулся от уведомления и наклонился над гробом, припоминая нужные печати. Ага, стандартная снимающая со смягчением по вектору… Ого, а заклинать-то легче стало! Может, Неисцелимому конец?

Печать вспыхнула, накрывая гроб, и погасла. На первый взгляд ничего не изменилось. По-хорошему, тут стоило бы провести полную диагностику, и Шэнь Цинцю ее даже знал - но большого толку в ней не было бы. Демон же, не человек! У них энергетика отличается. Может, на нем вообще любая печать не сработает?

Значит, оставались принципиально иные способы - и Шэнь Цинцю решился. Никакой сомнофилии, разумеется, но волшебный поцелуй он все же попробует. А если ничего не получится, хотя бы будет знать, что пытался. Ну и… интересно ведь, как это — целоваться по-настоящему?

[Пользователь, остановитесь!] - благим матом взвыла Система.

В ушах оглушительно завыла сирена, перед глазами замелькали тревожно-красные блики. Голова затрещала так, что Шэнь Цинцю не удержался на ногах и повалился прямиком в гроб. Каменный край больно ударил по ребрам, под лицом очутилось что-то мягкое - и внезапно сделалось немного легче.

Он что, прямо на спящего демона прилег? И губами в него ткнулся нечаянно. То есть нет, специально, он именно это и собирался сделать! Просто потом непонятно с чего заистерила Система — и запланированный жест перешел в падение.

Демон, конечно же, не проснулся. Понятно почему: это дурацкое тыканье за поцелуй любви сойти никак не могло, да и просто за поцелуй - тоже. Зато оно почему-то чуть притушило вой в голове и мелькающую перед глазами дрянь. Шэнь Цинцю не без труда сфокусировал взгляд на лице демона — красивый, зараза! — и поцеловал его уже нормально.

Как же это оказалось восхитительно! От касания теплых и мягких губ боль почти мгновенно ушла, а в теле поселилась удивительная легкость. Вместо мучительной судороги в висках - текучее тепло, ласкающее меридианы в ритме биения сердца. Вместо ора сирены, ввинчивающегося в мозг, - благословенная тишина. Да, этот поцелуй точно будет лучшим в его жизни! Даже если не останется единственным – все равно будет…

Чужие губы шевельнулись, отвечая. Шэнь Цинцю безотчетно приоткрыл рот, впуская теплый язык и ласково его посасывая, подался вперед - и только тут додумался до очевидного.

Лечение сработало!

Конечно, Шэнь Цинцю немедленно отодвинулся.

- Этот ничтожный приносит свои извинения уважаемому демону, - торопливо пробормотал он. - Этот не имел никаких дурных намерений, лишь желал снять наведенный сон единственным способом из доступных ему.

Демон смотрел ошарашенно и, кажется, не очень-то понимал, на каком он свете. Бедняга! Наверное, последнее, что он помнит, - это бой, проигрыш, какая-нибудь просыпавшаяся пыльца или вообще собственная смерть. А тут Священный Мавзолей и незнакомый мужик целует.

- Все хорошо, - проговорил демон. На Шэнь Цинцю он таращился, как на редкостную вымершую зверушку. - Вы действительно хотели... мне помочь?

- Скажем так, я попытался, - Шэнь Цинцю пожал плечами: ему вдруг стало очень неловко. - Вам повезло, что помог поцелуй, потому что никаких лекарств у меня при себе нет. Да и не целитель я – так, выучил кое-что, и только.

- А почему? - демон подался вперед, с жадным интересом вглядываясь Шэнь Цинцю в лицо. - Почему вы это сделали?

Потому что Система проела весь мозг насчет сюжетных дыр. И еще стало немного жаль бедолагу, лежащего в вечном сне. Обреченного спать до конца мира или проснуться только ради арки «главный герой побеждает врага недели»…

- Какая разница? - передернул плечами Шэнь Цинцю. - Главное, что получилось. Допустим, мне стало любопытно, насколько правдивы старые сказки. Это ни к чему вас не обязывает, господин демон.

- Старые сказки о поцелуе любви? - демон заулыбался. - Ах, как романтично! А дальше что? Господин заклинатель женится на этом скромном?

Шэнь Цинцю невольно вздрогнул. Да в гробу он видал такие последствия благодеяний! Да-да, именно в гробу, каменном таком и резном. Нет уж, никаких свадеб, он вообще натурал!

- Дальше нам стоило бы выбраться отсюда, - решительно ответил он. - Священный Мавзолей - не лучшее место для жизни. Господин демон, вы помните себя? Понимаете, где находитесь? Что с вами произошло?

Лицо демона застыло в короткой неподвижности, как будто он что-то внезапно осознал и теперь спешно пытался не выдать произошедшего озарения. Шэнь Цинцю деликатно сделал вид, что ничего не заметил. Что бы там ни скрывал этот демон, союзник из него вышел бы сильный. Если наладить с ним отношения, глядишь, и Мавзолей получится пройти без проблем. Да и заполнение сюжетных дыр предполагает разговоры.

Хотя когда он честно попытался выполнить задание, Система заорала, как потерпевшая, и чуть не вырубила его напрочь. Почему? Если бы не закалка, которую ему любезно организовал Ло Бинхэ в Водяной Тюрьме, Шэнь Юань мог бы и вовсе отключиться от боли. Странно это все. Система?

[Критическая ошибка 4229, критическая ошибка 00.18.32, нарушение ключевых условий роли! Нарастание несоответствия роли! Нарушение 0031! Ошибка!]

[Идет загрузка параметров, ждите]

А, понятно. Сглючило ее. Шэнь Юань в тот момент ничего особенного не делал – значит, что-то натворил Ло Бинхэ. С него сталось бы! Добыча опять ускользнула из рук, события Хуаюэ повторились практически под копирку… Страшно подумать, как это отразилось на его покореженном Синьмо разуме. Вдруг он опять решит, что Шэнь Цинцю сбежал на Цанцюн? Ох, лучше не надо! И ведь даже трупа, чтоб обнимать его и кашей кормить, на этот раз не осталось, паршиво-то как…

Надо срочно выбираться отсюда.

И что-то делать с Ло Бинхэ, пока его ученик не свихнулся окончательно.

- Я не вполне уверен, - медленно произнес демон. - Но если мы в Священном Мавзолее, следовательно, я умер и был возрожден? Вами, господин заклинатель?

- Нет, вовсе нет! Меня тоже кто-то здесь воскресил, - отверг дурацкое предположение Шэнь Цинцю. - Я очнулся в соседнем зале, отправился искать выход и, спасаясь от Незрячих остовов, попал сюда. Здесь хорошая дверь, знаете ли. Я решил чуть-чуть отсидеться…

- Увидели меня и спасли! - радостно перебил демон.

Шэнь Цинцю смущенно отвернулся. Ну, было. Ну, допустим, спас. Чего сразу припоминать-то?

- Я посчитал, что совместно мы сможем выжить с большей вероятностью, - осторожно попробовал он. – Мне… не помешал бы союзник, чтобы выбраться отсюда. Я кое-что читал о Священном Мавзолее, но мои знания далеки от совершенства, силы не беспредельны, и праведная ци неизбежно будет привлекать здешних обитателей. А жить хочется.

- Это правда, жить хочется, - погрустнел демон. - Даже когда все совсем скверно, хочется... Конечно, я помогу вам, господин заклинатель.

Он взялся за борта гроба и неуверенно начал вставать. И только тут Шэнь Цинцю заметил: тело демона было сплошь покрыто шрамами, свежими и старыми. Некоторые тянулись вдоль мышц, очерчивая их, некоторые шли поперек суставов. Самые жуткие выглядели уже как гангрена, только что гнилью не тянуло.

Стоп, но это неправильно! Священный Мавзолей воскрешает качественно!..

Или нет? Самолет описывал сам момент воскрешения и пару дней после. Жена номер какой-то там воскресла, потрахалась с Ло Бинхэ и вернулась в гарем. А что потом? А больше она по тексту не возникала. Долго ли она жила после этого, какими побочками маялась?

Может, смысл возрождения через Мавзолей не в том, чтобы жить потом долгую и счастливую жизнь? А, скажем, вернуться на пару дней, отомстить обидчикам и торжественно помереть обратно. Это логично объясняло бы, почему к императору никогда не тянулась очередь из подданных, желающих воскресить родича или друга. Хотя где Самолет, а где логика…

В любом случае помочь его союзник, кажется, сможет только добрым советом. Паршиво.

- Я готов, господин заклинатель! - движения демона были осторожными, скованными и наверняка причиняли боль. Эх, точно не боец. Ладно, если хотя бы знает, в какой они части Мавзолея и куда тут идти на выход, уже неплохо.

- Тогда пойдемте, - кивнул Шэнь Цинцю и осторожно прислушался.

Так и есть: за каменной дверью по-прежнему возились Незрячие остовы. Стоит открыть дверь, они кинутся на свет. Причем их будет много, поднакопились за прошедшее время. А у него еще и некомбатант за спиной…

- Лучше отойдите в сторонку, - велел Шэнь Цинцю. - За дверью нас ждут.

Демон, вот балбес, не послушался. Пока Шэнь Цинцю корячился, пытаясь сдвинуть цуней пять монолитного камня, он только что через плечо не заглядывал. А потом сам решил помочь, уперся - и у него с хрустом оторвалась рука!

- Блядь! – не выдержал Шэнь Цинцю.

- О, простите, господин заклинатель, неловко вышло, - безмятежно улыбнулся демон. - Сейчас приделаю.

Обратно рука приросла с тем же мерзким звуком, смесью хлюпанья и щелчка. У локтя проявился еще один свежий шрам.

- Так жить нельзя, - решительно заявил Шэнь Цинцю. - Что это вообще за дрянь, если ее даже Священный Мавзолей не взял?

Демон посмотрел на него со странным весельем.

- Это не дрянь, это прекрасное новое тело! Оно двигается, ощущает, даже чаровать может. Просто оно не для демона. Несовместимость энергий, увы, - он философски пожал плечами. – Но, поверьте, это гораздо лучше, чем ничего!

Звучало странно. Допустим, несовместимость энергий – причина весомая. Демоническая энергия разрушает тело человека, этот факт здешней науке известен очень давно. В романе Ло Бинхэ убил немало сильных заклинателей, сливая в них избытки демонической энергии…

...как и в жизни. По человеку-другому в месяц. Или больше, если месяц тяжелый выдался. Только в Пути Гордого Бессмертного Демона Ло Бинхэ раньше совладал с Синьмо и раньше перестал нуждаться в такой отвратительной практике.

Да. Отвратительная практика. И его ученик делал это. Спокойно, как в туалет ходил. Ему надо - значит, кому-то умирать. Еще и удивился, что неузнанный тогда Шэнь Цинцю выдержал процедуру без особых последствий. Его ученик! Его невинный белый лотос!

Его невинный белый лотос был готов уничтожить целый город, лишь бы заманить в ловушку ненавистного — и желанного — учителя. Спокойно напал на собственную школу, шантажировал Шэнь Цинцю жизнями близких людей. Вероятно, если бы некий благодетель не вытащил его душу из растительного тела, дальше были бы и темница, и оторванные конечности, и все прочие удовольствия.

Ло Бинхэ, кажется, нисколько не изменился от того, что его воспитывал добрый учитель вместо злого. Шэнь Цинцю не сумел ничего исправить. Да, ориентацию ему поменять умудрился — но какой с этого толк? Ну, будет еще одна пытка в дополнение к прочим…

- ...господин заклинатель, господин заклинатель, вам плохо? - пробился через гул в ушах голос демона.

- Все в порядке, - пробормотал Шэнь Цинцю. - Я лишь внезапно кое-что осознал.

Что он провалился как учитель. И что Ло Бинхэ… вырос в злодея. Точнее, в героя - ровно такого, как в оригинале. Смешно! И ведь Система в последнее время была довольна, назначала баллы невесть за что - как будто ее вполне устраивал результат. Ну да, книге-то он соответствовал! А Шэнь Цинцю был слеп и малодушен, до конца не желая видеть в своем ученике владыку, тирана и мстителя. Какая глупость. Можно подумать, оттого, что он закроет глаза, объективная реальность исчезнет.

- Это не касается наших обстоятельств, — кое-как добавил он. — Это прошлое не вовремя прорвалось.

В памяти упорно всплывало лицо Ло Бинхэ в Водяной Тюрьме. Спокойное, довольное. Уровень гнева 30 баллов, говорите? Получается, тогда он к Шэнь Цинцю только примеривался. Но и того хватило, чтобы при попытке вспомнить по хребту шла холодная дрожь.

И вот этого… белого лотоса, невинного ребенка… он пытался уговаривать? Останавливать словами?

От резкого рывка за плечи Шэнь Цинцю клацнул зубами и больно стукнулся затылком о камень.

- Простите, господин заклинатель, но искажение ци вам сейчас точно не нужно, - серьезно сказал демон.

- Спасибо. Действительно, не нужно, - кое-как кивнул Шэнь Цинцю. - Прошу прощения.

Он старательно запихнул поглубже все мысли о Ло Бинхэ и снова налег на дверь. Кстати, а ведь за ней стало тихо! Незрячие остовы убрались восвояси? Хорошо бы!

Оказалось, так и произошло. Коридор был пуст, темен и тих. Шэнь Юань с облегчением убрал руку с меча, который уже приготовился пустить в ход.

- Пойдемте, господин заклинатель, - демон коротко покосился на его клинок и вновь отвел взгляд. - И не бойтесь, я сумею вас защитить, если что.

- Вообще-то это я собрался защищать вас! Ваше тело, скажем так, не располагает к драке, - Шэнь Цинцю невольно развеселился. Вот же два идиота, посреди данжа уровнями меряются!

- Я справлюсь, господин заклинатель! Уж с Незрячими остовами точно справлюсь!

От улыбки демона стало иррационально спокойнее. Как будто они не находились в смертельно опасной локации уровня «nightmare» почти без снаряжения (Шэнь Цинцю) и с разваливающимся телом (демон), а в онлайн-игре собрались почиллить вечерок. И правда, почему бы им не справиться?

- Тогда пойдем, - сказал Шэнь Цинцю. - Нам нужно найти выход... Или что-то вроде. Вообще-то пройти в Священный Мавзолей может только владыка демонов, но, может, в обратную сторону защита пропустит и человека?

Демон хихикнул:

- Вы только не обижайтесь, что я сразу не сказал, но вообще-то я из небесного рода. И через защиту вас проведу. Если вы, господин заклинатель, поможете мне до нее добраться.

Ого, это же минус главная проблема! Настроение мгновенно сделалось практически лучезарным. Определенно, он не зря рискнул с поцелуем.

- Это же отличные новости! – искренне ответил Шэнь Цинцю. – Обязательно помогу.

Удивительно, но сейчас им не мешал никто, хотя из приоткрытых дверей то и дело лился опасный свет. Слева, справа, вновь слева… Занятное место, на общежитие для мертвых демонических владык похоже: коридор, по обе его стороны камеры, а в каждой камере - свой гроб. И сокровища иногда: Шэнь Цинцю наконец вспомнил, как проходят подземелья приличные игроки, и не гнушался поглазеть на погребальные дары. По большей части только поглазеть: куда ему было класть всю эту варварскую роскошь? Но найдя неплохо сохранившиеся доспехи – надо же, какая древность, сколько веков в этом мире уже полагаются только на скорость и ци? – все же нагнулся.

- Примерьте-ка, господин демон. Ваше тело нуждается в защите или хотя бы фиксации по суставам.

Демон озадаченно посмотрел на доспехи, потом на собственные руки и покачал головой:

- Увы, господин заклинатель, боюсь, это не поможет. Только сделает приращивание более сложным.

Гадство. Ну да, если рука оторвется внутри доспехов, на место ее не приставишь, пока не разденешься. Тут бы не помешало что-то вроде тейпов, но откуда взять в этом мире такую роскошь? У него даже обычных бинтов нет, потому что нет бездонных рукавов…

…зато есть ци, мозги и умение зажигать талисманы. А талисман-липучка, целительский лайфхак для закрытия пневмоторакса (пить чай с Му Цинфаном полезно для общего образования!), вполне подойдет как аналог тейпа.

- Раздевайтесь, господин демон, - решительно велел Шэнь Цинцю.

Тот аж поперхнулся от неожиданности.

- Господин заклинатель имеет в виду… - восторженно протянул он.

- Что я придумал способ сделать ваше тело чуть более прочным, - очень невозмутимо продолжил его слова Шэнь Цинцю. – Я укреплю его талисманами, но для этого мне нужно видеть, куда я их клею.

Не то чтобы Шэнь Цинцю умел тейпировать, но он хотя бы знал, как идут основные мышцы. А в каких местах рвется чаще, прекрасно показывали шрамы. Хуже точно не будет.

Без одежды демон выглядел еще более жутко. Может, потом, когда все закончится, показать его Му Цинфану?..

…но когда все закончится, его неизбежно найдет Ло Бинхэ. Он точно знает, что Шэнь Цинцю умер не насовсем, он придет, хотя бы и по крови отыщет. И, блядь, опять будет пытаться завалить! Откуда вообще вылезла эта дрянь? В книге Ло Бинхэ не стеснялся пользоваться факордай-ситуациями, удачными совпадениями, семейными неурядицами будущих жен, даже афродизиаки порой применял - но насиловать никого не лез! Неужели это тоже вина Шэнь Цинцю?

Думать, насколько плохим учителем он оказался, было неприятно, так что Шэнь Цинцю старательно сосредоточился на своем пациенте. На чуть теплом теле, подрагивающем под руками, на жутких шрамах, которые наверняка нещадно болели и которые стоило прикрыть как можно более полно. На легком, смутно знакомом запахе, на странноватом, словно бы серебристом оттенке кожи…

Стоп. А вот это он знал. Точно такой же отблеск Шэнь Цинцю порой замечал на собственных руках, когда ходил в растительном теле. Неужели этого демона возрождали не через Священный Мавзолей, а через цветок росы луны и солнца? Тогда понятно, почему ему так паршиво. Растительное тело, взращенное на духовной энергии, не могло долго переносить демоническую и закономерно разваливалось. А кто у нас в свое время отчаянно пытался раздобыть хотя бы один росток?

Н-да, бедный Чжучжи. Столько усилий, и все зря… А это у нас, значит, Тяньлан-цзюнь. Кого бы еще его генерал спасал так самоотверженно?

Очень странно все-таки получалось. Шэнь Цинцю ведь обошелся с Чжучжи-ланом совсем не лучшим образом! Сначала напоил, потом веером отдубасил, сбежал от него, в конце концов. Сделай он такое с Ло Бинхэ… Ох, лучше даже не думать, как отплатил бы за такое Ло Бинхэ! А Чжучжи его спас. Пусть и невольно, он-то не мог знать, насколько основательно Шэнь Цинцю вляпался, — но как вовремя!

И понятно, почему он проснулся в Священном Мавзолее. Чжучжи-лан, наглядевшись на Тяньлан-цзюня, наверняка посчитал растительное тело паршивым временным заменителем. Вот и организовал Шэнь Цинцю настоящее, полноценное воскрешение. Очень мило с его стороны, неожиданно мило.

- Мне придется касаться господина демона в непристойных местах, чтобы укрепить бедренные суставы, - предупредил Шэнь Цинцю. – Я без дурных намерений.

Демон только улыбнулся и нагло облизнул губы:

- Ах, я понимаю! Эти необычайные талисманы, должен сказать, довольно приятны. Ощущаются, словно объятия господина заклинателя сразу во всех местах… о, я отнюдь не против!

Тут у Шэнь Цинцю невольно загорелись уши. Объятия, значит? Ну да, талисманы ж из его ци сплетены! Не учел он, что демон энергии воспринимает как бы не лучше, чем запах или температуру, н-да… Но доклеивать-то все равно надо. Просто действовать придется поосторожнее. И старательно не смотреть на внушительное достоинство - к счастью, не исчерченное шрамами и не требующее перевязки. Он нынче медик, просто медик, и если куда-то и смотрит, то не из любопытства, а сугубо по делу!

После бедер колени и щиколотки дались почти легко - за исключением того, что Шэнь Цинцю некстати вспомнил про футфетиш. Но наружу, спасибо телу оригинала, не прорвалось ничего.

- Вот так, все готово, господин демон, можете одеваться, - самым непринужденным тоном подытожил Шэнь Цинцю. – Кстати, раз уж мы временные союзники, может быть, господин демон назовет свое имя?

- О, конечно! Господин заклинатель может звать меня А-Лан! – лукаво улыбнулся демон.

А-Лан? Ну точно, Тяньлан-цзюнь. Развлекается, должно быть: интересно ему посмотреть, как человек, никогда не бывавший в Священном Мавзолее, будет выбираться наружу. Шутник демонический! Небось и Чжучжи-лан где-то неподалеку болтается.

- Приятно познакомиться. А этот мастер, - он запнулся, - Шэнь Цинцю, глава пика Цинцзин школы Цанцюн…

…этот – Шэнь Юань. Не мастер и не глава - третий сын семьи Шэнь, перенесенный Системой в чужое тело.

Шэнь Цинцю — не его имя!

Почему он это так легко забыл?..

Почему он забыл семью?

Ни разу не думал о них, не грустил, не содрогался в ужасе, представляя, что они найдут его тело уже полуразложившимся в запертой квартире.

Не помнит их лиц, имен, любимых блюд и привычек. Не помнит, как жил и учился, забыл даже, что и целоваться ему случалось, и дрочить, и порно смотреть… Да что он вообще помнит, кроме клятой книги?!

От позорной истерики Шэнь Цинцю – нет, Шэнь Юаня, Шэнь Юаня! – удержал только обеспокоенный взгляд демона.

- Все в порядке, - пробормотал Шэнь Юань. – Этот мастер лет десять назад терял память из-за искажения ци. Теперь, после возрождения, она почему-то возвращается.

Почему-то. О, очень даже понятно почему! Потому что критическая ошибка 4229, и критическая ошибка 00.18.32, и еще что-то там.

Система зависла – и Шэнь Юань начал вспоминать себя. Именно себя, а не Шэнь Цинцю. Любителя дрянной литературы, самопального критика и самого обычного человека из Китая XXI века. Не типичного попаданца, волей автора умеющего все и вся, со стальными яйцами и ореолом еще забористее, чем у Ло Бинхэ. Просто человека.

И шансов совладать с трудным подростком, выросшим в нездоровой среде, беспризорничавшим, терявшим родных, а потом еще и попавшим в ситуацию травли, у него было… скажем так, немного. Тут нужна когорта психологов и никакой Бесконечной Бездны на горизонте. Один-единственный попаданец без педагогического образования и опыта работы с запущенными детьми не справился. И это, ну, закономерно. Просмотреть в интернете три ролика о вырезании аппендицита не значит суметь это повторить даже в операционной.

У Шэнь Юаня была полянка в лесу и веер вместо скальпеля. Какие тут, нахрен, шансы? Он не справился. Ло Бинхэ… вырос тем, кем его сделало давнее, еще до Шэнь Юаня прошедшее детство.

Только если б Системе требовалось иное – она, наверное, и запихала бы в это тело практикующего психолога из центра помощи трудным подросткам, разве нет?

- Все в порядке, - повторил Шэнь Юань. – Сейчас пойдем дальше.

Тяньлан-цзюнь серьезно кивнул, но, когда они вышли обратно в коридор, упрямо попытался вылезти вперед. Тоже мне защитник нашелся!

- Даже не думайте испортить мою работу! На вторую перемотку всего А-Лана у меня просто сил не хватит! – Шэнь Юань сердито обогнал Тяньлан-цзюня и постарался вытрясти из головы все лишнее. Не время предаваться раздумьям о том, кто в чем виноват. Ему сейчас надо выжить и выйти, причем до выхода из Мавзолея еще и протащить Тяньлан-цзюня. Интересно, тот вообще собирается раскрывать свое инкогнито или так и будет прятаться за именем-обманкой?

Коридор привел их в зал, очень напоминающий погребальные камеры по бокам, только гораздо больше и разукрашеннее. Одна из фресок сразу бросилась Шэнь Юаню в глаза. Огромное демоническое лицо, улыбка-оскал… Зал Радости! Одно из трех главных святилищ Мавзолея. То самое место, где можно воскресить мертвеца, но нельзя долго находиться живым – обратно помрешь. Поэтому Самолет, Взмывающий в Небеса, предусмотрительно описал специальные места для «передержки» возрождающихся: те самые камеры, в одной из которых очнулся Шэнь Юань. Кажется, еще там хоронили тех, на ком Мавзолей почему-то не сработал.

Тогда… тогда Шэнь Юань знает, где они находятся! Да, стоило бы раньше сообразить. Раз его воскрешали, нигде в ином месте он бы и не проснулся. И Тяньлан-цзюнь, если хотел поговорить сразу после воскрешения, тоже мог ждать его только здесь. Или он не ждал, а просто сам пытался как-то совладать с растительным телом? Поди пойми еще, что у демона на уме…

Где-то рядом, по идее, должен болтаться Чжучжи-лан. В камерах «ветви возрождения» его точно не было, их Шэнь Юань обыскал хорошо. Но спрашивать у Тяньлан-цзюня – все равно что сказать «я тебя узнал». Лучше не стоит: вдруг тот разозлится и передумает помогать? Шэнь Юань, конечно, уже примерно определился, куда идти, но помощь-то лишней не будет.

- Я знаю, где мы находимся, - нарушил молчание Шэнь Юань. – И смогу провести А-Лана, если он не будет лезть вперед и рисковать собственным телом.

Тяньлан-цзюнь восторженно присвистнул и закивал.

- Конечно, мастер Шэнь! Ведите же! Я буду послушен и смирен!

Да не то чтобы было куда вести. Из Зала Радости приключенец, рискнувший вступить под своды Священного Мавзолея, мог перейти только в Зал Ярости и затем – в Зал Сожалений. Развилок здесь не предусматривалось. И вот тут были некоторые сложности: на полу Зала Ярости от стены до стены распростерлось огромное лицо, искаженное в гневной гримасе. То же самое лицо, кстати, что и в Зале Радости, основные черты совпадали. Может, это какая-нибудь демоническая Великая Мать, всеобщая прародительница, митохондриальная Ева небесных демонов?..

Словом, весь пол был занят огромной ловушкой, способной без труда сжечь заживо любого вторженца. Когда Ло Бинхэ проходил Священный мавзолей в книге, он тщательно выбирал, куда наступать. И у Шэнь Юаня напрочь вылетело из головы, какие места безопасны! А один-единственный неверный шаг немедленно запускал защитную систему зала и заливал его лавой. Причем обмануть эту схему, пролетев над полом на мечах, не получалось: неведомые датчики реагировали не только на давление, но и на ци.

Это вам не Зал Радости, где достаточно не трогать фреску или вделанные в стены драгоценные камни!

- Не наступай на ее лицо, - сказал Шэнь Юань, лихорадочно вспоминая.

Тут точно была тропка, Ло Бинхэ ее прошел…

И Тяньлан-цзюнь прошел – иначе как бы он оказался в Зале Радости?

- А-Лан, ты ведь здесь уже был? – неловко спросил Шэнь Юань. 

Да, да, он идиот. Проведет один такой к выходу, конечно же.

- Конечно, мастер Шэнь, - весело улыбнулся Тяньлан-цзюнь. – Надо идти по акупунктурным точкам, тогда госпожа прародительница не проснется.

- Отлично, - вздохнул Шэнь Юань. - А идти обязательно по одному или можно парами?

Тяньлан-цзюнь задумался.

- Я шел здесь не один, да и ног у меня две, - произнес он. – Значит, можно. А что, если бы было нельзя, мастер Шэнь взял бы меня на руки?

Идея, не лишенная здравого смысла: разваливающееся тело вполне могло оступиться или качнуться от боли. Но именно в охапке нести не очень удобно. А вот если посадить Тяньлан-цзюня на левый локоть, чтобы опирался Шэнь Юаню на плечо, то он и смотреть не помешает, и ведущую руку оставит свободной.

- Взял бы, конечно, - подтвердил Шэнь Юань. - И сейчас возьму, если А-Лан не возражает. На всякий случай.

И, присев, подхватил Тяньлан-цзюня под колени.

Хорошо быть бессмертным мастером! Что на локоть корзину надеть, что взрослого демона поднять – усилия примерно одни и те же. Красота!

Тяньлан-цзюнь захихикал и обхватил Шэнь Юаня за шею.

- Это я для устойчивости, не подумайте дурного!

Ни о чем таком Шэнь Юань не думал: он сосредоточенно припоминал, какие акупунктурные точки одинаковы для людей и демонов. Уши безопасны точно, там у всех точек полно. А вот остальное…

Ага! Некоторые места фрески самую малость… даже не потерты - просто тусклее остальных. По ним уже проходили, и не раз. Пусть Священный Мавзолей посещали редко, но за тысячи лет любые краски потеряют стойкость и поддадутся сапогам. Все элементарно, надо просто думать, а не теряться в собственных мыслях.

Шэнь Юань даже не прошел - протанцевал по Залу Ярости и легко опустил Тяньлан-цзюня за пределами опасной зоны. И вовремя: то ли сзади, то ли сверху что-то загрохотало. Он все же зацепил ловушку? Вроде бы нет: пол не нагревался, лава не текла…

Хм, а ведь если просто взвинтить скорость до предела, ловушка сработает вхолостую! По дороге туда это опасно и бесполезно, придется потом прорываться через лавовое озеро - а вот обратно, если не планируешь кого-то воскрешать в ближайшее время, можно и рискнуть. Скорость бессмертного мастера вполне позволяет такие финты.

Но он-то ничего подобного не делал. Тогда что грохочет? Землетрясение?

- Кто-то пытается проломить защиту Мавзолея, – тихо сказал Тяньлан-цзюнь. – Как не вовремя.

Шэнь Юань постарался не измениться в лице, но вряд ли вышло.

Кто-то. Ну кто же еще?

Уж Ло Бинхэ за прошедшие с момента его первой «смерти» пять лет наверняка разузнал все что мог про легендарные воскрешалки. И про Священный Мавзолей - в первую очередь. Вот и пробрался, дня не прошло, как нашел дорогу…

Шэнь Юань встряхнул головой: что-то у него не складывалось. Мысли уже не спотыкались на Ло Бинхэ, как до сбоя Системы, зато начинали подводить факты. Ло Бинхэ пришел сюда удивительно быстро, они с Тяньлан-цзюнем даже выбраться не успели. Значит, и раньше мог? Но вместо этого держал его тело в Хуаньхуа и напитывал его духовной силой. Не знал, что Священный Мавзолей воскресит из любого состояния, хоть из кусочка тела, хоть из капли крови, и потому сначала восстанавливал уничтоженные меридианы? Не рисковал отправляться в земли демонов с Лю Цингэ на хвосте? Или… или учитель мертвый, но пребывающий в полном его распоряжении Ло Бинхэ вполне устраивал? А вот когда Шэнь Юань опять сбежал, пришлось пошевеливаться.

Грохнуло еще раз, с потолка посыпалась пыль и небольшие камушки. Так, а могут ли ловушку запустить неодушевленные предметы? Если да, то им стоит драпать отсюда подальше! Шэнь Юань решительно повернулся к Залу Сожалений. Раз в Мавзолей ломится Ло Бинхэ… ну, они все равно встретятся. Просто чуть попозже, ладно?

Стерегущая этот зал демоница парила над ними, занимая пространство потолка. Ее сведенные в горестной судороге брови как нельзя лучше отражали настроение, давшее имя залу. Словно почуяв незваных гостей, женщина распахнула глаза и скривила лицо в горестной гримасе. На пол тотчас упали первые тяжелые капли, а следом за ними с потолка обрушился настоящий ливень. Кислотный дождь, сянься-версия!

Книжный Ло Бинхэ прошел здесь, отключив защиту каким-то изящным многоступенчатым способом и потратив на это пару легендарок из рукавов. У Шэнь Юаня не было ни легендарок, ни рукавов, ни регенерации небесного демона, которому кислота не так и опасна — разве что скальп слижет, пока бежишь. Зато у него были мозги. Шэнь Юань торопливо поставил Тяньлан-цзюня на пол, скинул верхние одежды и снова подхватил его на руки.

- Держите у нас над головой!

И-и-и-и, побежали! Раз, два, три, шмяк! В дверь, ведущую из Зала Сожалений, Шэнь Юань врезался, едва успев повернуться правым боком и собрать ци. Хорошо быть заклинателем: плечо изрядно заныло, даже хрустнуло, но и каменная дверь разлетелась на осколки, пропуская их вперед. И вовремя! Местная кислота даже за те доли секунды, которые Шэнь Юань несся по залу, разъела погребальные одежды в клочки. Придется дальше идти всего в трех слоях, непривычно даже. Почти раздет…

Н-да, раздет. Привык же он к сянься-моде. А когда-то футболки с джинсами вполне хватало.

- Мастер Шэнь воистину хорошо знает Священный Мавзолей, - восхищенно заметил Тяньлан-цзюнь.

- Да что тут знать, - отмахнулся Шэнь Юань. – Если сверху падает вода, очевидно, она опасна. Но никакая жидкость не пройдет через преграду мгновенно, значит, нужна просто скорость. Все очевидно!

Занятно. А ведь сейчас ему действительно легче думается. Как будто выспался, отдохнул… Причем это не смерть повлияла. Нет! Совершенная память тела Шэнь Цинцю вполне позволяла отследить точное время. Он стал нормально думать после того, как зависла Система. Как будто у него перестали забирать три четверти оперативной памяти…

Хотя почему как будто? Системе, если уж она сидела у него в мозгах, не могли не требоваться какие-то ресурсы для функционирования. Для софта всегда нужно железо, да и без включения в сеть он не запустится. Вот его этот софт и жрал. Особенно когда Ло Бинхэ улетел в Бездну, и Система потеряла основной источник питания. Дурацкая схема – источник питания на одном человеке, а интерфейс и устройства ввода-вывода информации на другом. Вот все и пошло наперекосяк. Те три года, пока Ло Бинхэ был в Бездне, Шэнь Юань даже вспомнить толком не мог. Горевал, скорбел, печалился, сил что-то делать не было постоянно… Как только сумел провернуть аферу с фальшивой смертью?

А сейчас он поцеловал Тяньлан-цзюня, Система отчего-то зависла напрочь - и Шэнь Юань получил возможность тратить все ресурсы своего разума на себя. И, что уж там, ощутил разницу.

- А-Лан, у меня будет к вам просьба, - решился Шэнь Юань. – Нелепая и непристойная, даже в чем-то оскорбительная.

- Что угодно, мастер Шэнь!

Вот балбес. Хотя небесному демону, то есть той еще имбе, простительна некоторая беспечность.

- Мне очень нужно вас поцеловать, - выпалил Шэнь Юань. — В лечебных целях.

Пусть его поймут неправильно, пусть что угодно, но ему нужны мозги без дебафа! Особенно когда он встретит Ло Бинхэ, и нужно будет срочно что-то решать. Ведь Ло Бинхэ его так просто не отпустит, а становиться человеком-палкой Шэнь Юань не хотел отчаянно. Он должен придумать выход…

…теплые губы коснулись его лица осторожно, как то самое крыло бабочки из избитых метафор.

- Сколько понадобится, мастер Шэнь, - улыбаясь, прошептал Тяньлан-цзюнь.

Что уж там, целоваться было здорово. Офигенно просто. Даже теперь, когда Шэнь Юань вспомнил свои опыты из той жизни, Тяньлан-цзюнь все равно оставался вне конкуренции. Если бы не очередная дрожь камня, Шэнь Юань бы и не подумал отрываться первым… И вообще, он просто хотел понадежнее задебафить Систему!

Система?

[Идет загрузка параметров, ждите]

Ага, отлично. На виртуальном экране висела все та же самая фраза. Даже блик, символизирующий процесс загрузки, остался на том же месте.

- Спасибо, А-Лан, - улыбнулся Шэнь Юань.

Восторженное лицо Тяньлан-цзюня, признаться, немного смущало. Не воспримет ли он все это не в том смысле? Хотя вряд ли. Скорее уж Тяньлан-цзюнь, проведший десятилетия в заточении под землей, просто радовался любому новому ощущению, отличному от боли.

Эх, как бы устранить эту несовместимость, не давшую ему нормально воскреснуть? Самым надежным средством был бы перенос души в иное тело. Желательно, кстати, родственное. Именно такое тело и ломилось сейчас в Мавзолей. Может, его воскрешение – это ловушка на Ло Бинхэ? Тогда он, как учитель, должен любой ценой защитить ученика…

…ученика, который желает его завалить и трахнуть, не заморачиваясь согласием. И напал на Цанцюн, лишь бы добиться своего. Сколько заклинателей погибло в том бою? А по скольким мирным жителям протопталась армия демонов по пути к цели?

Ответов Шэнь Юань не знал — но желание защищать Ло Бинхэ как-то разом потускнело, пригасло, как зависшее уведомление Системы.

И ведь не скажешь «я подумаю об этом позже». Ло Бинхэ не даст ему времени - того гляди ввалится прямо сюда.

- Мастер Шэнь?

- Да, А-Лан, уже иду.

Короткий и темный коридор, в котором Шэнь Юань так некстати завис, резко изгибался и делался шире. И за поворотом толпилась куча Незрячих остовов в сиянии Свечей последнего вздоха! Н-да, тут никакая скорость не поможет. Заманить их в Зал Сожалений? Остовы тупы и вполне обладают инерцией, могут влететь, разогнавшись, под водопад…

Но нет, не пришлось. От одного вида Тяньлан-цзюня Незрячие остовы опасливо попятились, давая дорогу, а Свечи последнего вздоха прикинулись текстурой на стенах.

- А-Лан, немного странный вопрос, - кашлянул Шэнь Юань. Время не самое подходящее, но потом его может не найтись вовсе. – А ваше полное имя случайно не Тяньлан?

Тяньлан-цзюнь печально опустил уголки губ.

- Мастер Шэнь воистину прозорлив, - со вздохом признал он. - И что же, мастер Шэнь теперь пожелает прекратить это увлекательное приключение?

- Я? Нет, конечно, - возмутился Шэнь Юань. – Нам все еще нужно добраться до выхода. И этот мастер, в отличие от А-Лана, наружу выбраться не сумеет!

А еще он не настолько сволочь, чтобы кого-то бросить здесь одного. Тем более, его спутник пусть и демонический император, но нездоров и слаб. Мало ли где там шляется Чжучжи, вдруг его не окажется рядом вовремя? Сейчас-то понятно, сейчас он просто не мешает своему Цзюньшану развлекаться. Но вдруг?

Тяньлан-цзюнь явственно воспрял духом и устремился вперед по коридору. Местная нежить все так же шарахалась от него, как от Короля-лича, что превращало поход в легкую прогулку. Если не считать того, что там, сзади, грохнуло и загудело особенно сильно – и стихло. Защита Священного Мавзолея рухнула.

- Где Чжучжи-лан? – если честно, Шэнь Юань за него чуть-чуть тревожился.

- Мастер Шэнь знает и о нем? – удивился Тяньлан-цзюнь. - Я уже отмечал его удивительную прозорливость, верно? Но с Чжучжи все в порядке, просто он не входил в главные залы. Если будет нужно, он присоединится к нам.

- Тогда пусть присоединяется, - кивнул Шэнь Юань. – Священный Мавзолей не то место, где стоит ходить поодиночке.

Тем более, центральный коридор закончился, разветвившись на целый лабиринт ходов. Здесь уже была, скажем так, общая часть Мавзолея. Где-то в этих местах хоронили представителей всех родов священных демонов, четыре основных выхода вели к четырем сторонам света – словом, если Чжучжи-лана не дождаться сейчас, потом им будет очень непросто встретиться.

Тяньлан-цзюнь кивнул и прикрыл глаза, затем чуть нахмурился. Понятно почему: издалека донесся шум боя. Он становился ближе с каждым ударом сердца, а потом одна из стен упала, открыв сражающихся.

Через упорно сопротивляющегося Чжучжи-лана пытался прорваться залитый кровью Ло Бинхэ.

Его глаза, горящие яростью и безумием, отыскали Шэнь Юаня мгновенно. Ло Бинхэ переменился в лице, рванулся — и Чжучжи отлетел вбок от особенно сильного удара.

- Шицзунь! – выдохнул Ло Бинхэ и кинулся вперед. – Я нашел вас! Идемте со мной!

Раньше, во снах или наяву, Шэнь Юань отчаянно жалел его. Он помнил, что сам во всем виноват, что должен искупить вину, что обязан после всего, что натворил, сделать для Ло Бинхэ хоть что-то хорошее, правильное…

…сейчас Шэнь Юаню было просто страшно – и он отшатнулся, отмахиваясь волной ци.

Лицо Ло Бинхэ исказилось еще больше, только теперь – от злобы.

- Так вы с ними?! Вы помогаете этим демонам? Не мне?!

Ответить Шэнь Юань не успел. Он лишь почувствовал под ладонью рукоять меча, будто дрожащую в предчувствии боя, а потом что-то промелькнуло мимо – и Ло Бинхэ спиной вперед влетел в дверь Зала Сожалений, прямо под жгучий дождь.

- Опять оторвалась, - досадливо вздохнул Тяньлан-цзюнь, поднимая с пола собственную руку. – Чжучжи, помоги-ка приставить.

Шэнь Юань, как завороженный, шагнул к разваленным дверям Зала Сожалений. Что он хотел там увидеть, он не знал. Мертвого Ло Бинхэ? Но даже такой потрясающий удар его, без сомнения, не убил бы. Живого, просто раненого и обожженного кислотой? Но тогда его ведь нужно бы было спасти. Чтобы тот снова потребовал уйти с ним.

Уйти во дворец - точнее, в фальшивую бамбуковую хижину, в место, прямо-таки пропитанное эффектом зловещей долины. Там Ло Бинхэ бы его трахнул. Изнасиловал - потому что сам Шэнь Юань ни с кем трахаться не хотел. Даже с Тяньлан-цзюнем, с которым было так здорово целоваться. Он хотел сесть и хорошо подумать, что теперь делать. Или хотя бы немного поприключаться в компании пары демонов, тоже вариант.

Нет, позже. Думать – позже. Сейчас он все-таки проверит, что там с Ло Бинхэ.

Конечно, Ло Бинхэ был жив. Застрял в проломе с противоположной стороны Зала Сожалений: удар Тяньлан-цзюня оказался такой силы, что вбил его в стену. С одной стороны, это было неплохо: Ло Бинхэ не касался пола и не рисковал попасть под кислотный дождь. С другой стороны, он явно потерял сознание и был совершенно беспомощен, кто угодно мог подойти и добить…

…добить. Как врага.

Как того, кто приходит в твой дом, нападает на твоих товарищей и силой уводит тебя в плен. Это действия врага.

А еще раньше, в Цзиньлане, Ло Бинхэ атаковал Шэнь Юаня и напоил его своей кровью. А в Водяной Тюрьме – пытал. И только помощь Гунъи Сяо спасла Шэнь Юаня от страшной смерти… или, что вернее, от долгой и страшной жизни с бурными, но всегда недобровольными сексуальными приключениями. Которые, между прочим, совершенно не обязательно отменили бы остальные милые подробности из биографии Шэнь Цинцю. Вон, в Водяную тюрьму Ло Бинхэ его потащил ничуть не хуже, чем в Пути Гордого Бессмертного Демона - только что обличителей было поменьше. А отсутствие рук и ног совершенно не мешает сексу. Скорее, наоборот: не поотбиваешься.

Жить человеком-палкой и особенно человеком-факпотейтоу (бр-р!) Шэнь Юань не хотел – но и поднять руку на беспомощного ученика не мог. Да он сам в жизни никого не убивал! То есть убивал, но нечисть, врагов, напавших на него тварей. Да и то под Системой. Если бы не этот софт у него в мозгах — сумел бы он одолеть хоть Кожедела, хоть иных созданий, притворявшихся людьми? Конечно, хотелось думать, что сумел бы. Только от мысли просто так взять, подойти к Ло Бинхэ и отрубить ему голову, делалось тошно.

Вот, значит, как оно выглядит изнутри. В прошлой жизни Шэнь Юань регулярно бухтел и плевался ядом, когда очередной книжный герой оставлял недобитым очередного врага, чтобы через десяток глав тот организовал ему очередные смертельные неприятности. А теперь вот и сам почувствовал, в чем тут дело. В голове даже мелькнула очень правильная мысль, что идти через Зал Сожалений рискованно из-за кислотного дождя, а потому стоит думать сначала о собственной безопасности, а не о смерти врага… Мысль была разумная, вся такая правильная, но Шэнь Юань-то знал, что это простая отмазка.

Чувствуя себя последним идиотом, Шэнь Юань отвернулся от Зала Сожалений и шагнул к Тяньлан-цзюню. Тот как раз приладил на место руку и пытался заново наложить талисманные тейпы. Тщетно, конечно: на демонической энергии они не работали.

- Давайте я запитаю, А-Лан, - вздохнул Шэнь Юань. – Вы хотя и имеете в растительном теле немалые запасы праведной ци, пользоваться ей не умеете.

- Праведной ци? – Тяньлан-цзюнь замер, на идеальном лбу наметилась озадаченная морщинка. – То есть я… могу чаровать на ней, как заклинатели?

- Теоретически можете, - Шэнь Юань запитал талисман и вернул его на место, потом повторил то же самое с двумя оставшимися. – А на практике все равно будет конфликт энергий, душа-то демоническая. Готово. Пойдемте, что ли, к выходу.

- Разве мастер Шэнь не собирается спасать своего ученика? – удивился Тяньлан-цзюнь.

Спасать? Шэнь Юань отвел глаза. Нет, спасибо. Он лучше еще подергается. Против главного героя это, конечно, бесполезно, но мало ли? Вон, один удар Тяньлан-цзюня поверг Ло Бинхэ в беспамятство… Может, получится оттянуть неизбежное.

А если не выйдет, хоть будет потом что вспомнить в подвале или в постели.

- Мой ученик уже нападал на меня и пытался захватить в плен, - Шэнь Юань потер занывшие виски и тяжело вздохнул. – Не раз нападал. Я не могу больше считать это недопониманием. Но и убить его тоже не могу… Просто пойдемте отсюда, хорошо?

Это было очень тупо. Все равно что замереть на месте, когда на тебя неспешно движется оползень, и даже не попытаться спастись. Он ведь мог попробовать добить Ло Бинхэ сам, мог попросить любого из небесных демонов помочь ему. А вместо этого не сделал ничего.

- Пойдемте, мастер Шэнь, - ласково прошелестел подошедший Чжучжи-лан. – Этот знает хорошее место для отдыха, безопасное. Туда сложно будет пройти даже самому сильному демону.

Шэнь Юань кое-как собрал себя в кучку и кивнул. Да, отдохнуть – это было бы неплохо.

Безопасным местом оказалась гробница одного давно вымершего восточного рода. Ее защищали не ловушки и не стражи, а толстенная плита с кодовым замком - точнее, заклятой головоломкой. Любой удар по плите только сделал бы ее крепче, а чтобы открыть дверь, требовался холодный разум и точный расчет. Причем любое касание замка будило в демонах ярость, а значит, еще сильнее затрудняло задачу! Когда Шэнь Юань читал Путь Гордого Бессмертного Демона, он был в восторге от придумки автора ровно три секунды: пока не выяснилось, что Ло Бинхэ в другую дверь. Бесстыдное читерство! Вводить в сюжет интеллектуально-волевое испытание только для того, чтобы герой его не проходил? Неужели Самолет настолько не верил в Ло Бинхэ? Да ладно, головоломка-то была простенькая, больше на логическую задачу похожая! Тяньлан-цзюнь разгадал ее за минуту, не больше.

Стоило им войти, как толстенная плита двери сдвинулась обратно. Стало тихо, даже как-то уютно. Здесь не было ни пыли, ни вездесущих Остовов, жмущихся по углам, можно было выдохнуть и собраться с силами. Тяньлан-цзюнь так и сделал: улегся прямо на пол, раскинув в стороны руки и ноги. Шэнь Юань присел рядом и пощупал ему пульс. Вроде бы разлагаться сильнее растительное тело не спешило, но и выглядело очень скверно. Раны Чжучжи-лана затянулись еще на полпути сюда, а вот оторванная два раза за неполный час рука Тяньлан-цзюня так и выглядела наспех приставленной.

И ведь даже в таком печальном состоянии Тяньлан-цзюнь оставался невероятно силен. Как он Ло Бинхэ-то уделал! С одного удара! Будто ореол главного героя для него вовсе не существовал…

Шэнь Юань немалым усилием выкинул мысли о Ло Бинхэ из головы и торопливо заговорил:

- Как вы себя чувствуете?

Дурацкий вопрос, конечно. Классика жанра.

- Просто замечательно, мастер Шэнь, - улыбнулся Тяньлан-цзюнь. – В объятиях ци мастера Шэня я чувствую себя как никогда хорошо. Вот только устал немного. Может быть, мастер Шэнь будет так добр, что подарит этому скромному владыке еще один лечебный поцелуй?

От такой просьбы Шэнь Юань заполошно покосился на Чжучжи. Тот сидел спокойно и старательно смотрел в стенку.

Ну… неловко, конечно, но ему самому поцелуй тоже нужен. Вдруг зависшая Система – это временно? Шэнь Юаню понравилась думать, ни с кем не делясь своими мозгами, он не хотел бы лишаться этой роскоши…

…и, что уж там, касаться губ Тяньлан-цзюня, ласкать их языком, посасывать – это все тоже было очень приятно. Словно отогревало что-то замерзшее глубоко внутри. Дарило надежду, что все будет хорошо.

- Ах, мастер Шэнь… - блаженно улыбнулся Тяньлан-цзюнь.

- Кстати, о мастере Шэне, - поцелуи определенно обладали лечебным действием: Шэнь Юань снова вспомнил кое о чем важном, - А зачем меня Чжучжи-лан в царство демонов тащил? Чтобы я помог вас вылечить? Но я не знаю таких методов, я даже о возможном конфликте энергий не подозревал, иначе постарался бы отговорить Чжучжи-лана от такого неполноценного воскрешения.

Оба демона смотрели на Шэнь Юаня абсолютно обалдело. Видно было: идея, что вот этот ужас с растительным телом можно хотя бы попытаться поправить, у них в головах даже не ночевала. Интересно, это следствие другой культуры или просто инерция мышления?

- Мастер Шэнь! Это можно вылечить?!

- О, и я даже догадываюсь как! Если простой поцелуй столь целителен… - Тяньлан-цзюнь в восторге закатил глаза.

- Никакого «как»! Ваше тело просто не выдержит подобной нагрузки, - проворчал смущенный донельзя Шэнь Юань. – Развалитесь на несколько кусков, а мне потом совестью мучиться. Поищем другой способ. Но если вы даже не думали что-то исправить, тогда все-таки зачем?

По идее, был еще один вариант — тот самый, который уже приходил ему в голову. Демонов мог интересовать вовсе не Шэнь Юань.

- Вы хотели поймать моего ученика? - напрямую спросил Шэнь Юань, прервав уже было открывшего рот Чжучжи-лана. – Чтобы использовать его тело как следующее для Тяньлан-цзюня?

Как к такому относиться, он не знал. В голове вроде бы всплывало привычное: ужасно, аморально, недопустимо… А если подумать, громкие определения отдавали гаденькой фальшью. Недопустимо, да? А тело Шэнь Цинцю, значит, занимать допустимо и правильно. Он ведь злодей, значит, его можно. Ну-ну.

А еще, если бы Тяньлан-цзюнь решился на такой шаг, Ло Бинхэ бы уже никого никуда не утащил. Но эту мысль Шэнь Юань затолкал так далеко, как только сумел.

- Его? – Тяньлан-цзюнь посмотрел на Шэнь Юаня даже с некоторой брезгливостью. – Что вы, мастер Шэнь. Мое собственное гораздо красивее. Для меня есть разница, каким жить.

- И демонический меч господина Ло подтачивает его тело почти так же, как сила Цзюньшана подтачивает растительное, - негромко добавил Чжучжи-лан. – Когда я впервые встретил господина Ло, он был сильнее, чем сейчас.

Очень любопытно! И логично: проблемы с балансом энергий у Ло Бинхэ никуда не делись. Пусть он и убивал по человеку-двум в месяц, помогать это должно было не лучшим образом. Режим-то дурацкий: каждые две-четыре недели много-много праведной ци одним куском, а потом еще столько же на голодном пайке сидишь. Все равно что диабетик, который вводит себе разом месячную дозу инсулина… ну, образно говоря: диабетик бы такого не выдержал. Недаром в книге Ло Бинхэ справился с мечом и вернул себе ясность рассудка, только когда начал сливать энергию через секс. Понемногу, зато каждый день…

…блядь. Вот и понятно, зачем ему было столько женщин, почему гарем пополнялся постоянно, почему вообще появилось такое негласное понятие, как «жена недели»! Да потому что больше недели вытягивали немногие избранные или те, кого Ло Бинхэ осознанно пытался щадить. И понятно, почему Ло Бинхэ не гнушался брать своих жен хитростью, опаивать афродизиаками и применять шантаж. Какая разница, что там думает лекарство, если через пару приемов придется идти в аптеку за новым? А если какая-нибудь жена могла выдерживать больше - скажем, применяя техники самоочистки или уничтожения демонической энергии, - то она пополняла гарем уже надолго.

То же самое ждало и Шэнь Юаня - если Ло Бинхэ в конце концов получит желаемое, а Синьмо все еще будет у него в руках. Только он протянет подольше недели.

А, нет. Не протянет. Тело-то вновь стало прежним. Если Ло Бинхэ попробует слить в него демоническую энергию — неважно, через секс или напрямую, — с Шэнь Юанем просто случится то же самое, что в Хуаюэ.

- Нет, нет, дело вовсе не в вашем ученике, - Тяньлан-цзюнь мимолетно поморщился. – Нам нужны были именно вы, мастер Шэнь. Точнее, ваше отсутствие на землях заклинателей. Чжучжи просто не желает, чтобы вы разделили участь Цанцюна и прочих великих школ, вот и все.

Участь? Шэнь Юань с трудом отвлекся от собственных мыслей. Это какую же судьбу приготовил для них Тяньлан-цзюнь? Уж наверное, не более приятную, чем годами лежать запертым под горой. Чтоб его, надо что-нибудь с этим делать!..

Так, стоп. Если он начнет, как стереотипный главный герой, вопить, что предотвратит и не допустит, ничем хорошим это не кончится. В лучшем случае они просто рассорятся и разойдутся, и выбираться наружу придется в одиночку. А в худшем… одолеть силой двух небесных демонов в месте, которое их напрямую подпитывает, нечего и думать. Особенно учитывая, что едва живой Тяньлан-цзюнь, оказывается, очень даже способен вдарить.

Тут надо что-то другое. Ладно, для начала можно чуть-чуть расспросить.

– А человечеству суждено разделить судьбу заклинательских школ? – осторожно уточнил Шэнь Юань.

– С чего бы? – не понял Тяньлан-цзюнь. – Разумеется, нет. Люди как таковые мне весьма симпатичны.

И добавил с улыбкой:

- Напротив, для человеческой расы я приготовил великий дар.

- Это какой же? — справедливо насторожился Шэнь Юань.

- Здесь мне потребуется некоторая помощь вашего ученика, но я рассчитываю, что он мне ее окажет, - повел свежеприращенной рукой Тяньлан-цзюнь. - Знаете ли вы, что меч Синьмо, которым ваш ученик так глупо и расточительно пользуется для мелочей, может соединять реальности? Например, мир людей и царство демонов?

Блядь. Что, приехали? Тот же дерьмовый финал, что и в книге, — только что исполнителя поменяли? Да чтоб всех этих идиотов с автором во главе!..

- А знает ли Тяньлан-цзюнь, что демоническая энергия немножечко, капельку, самую малость напрочь ядовита для людей? – прошипел Шэнь Юань, приподнимаясь с колен и нависая над Тяньлан-цзюнем.

- Разумеется, но…

- А знает ли Тяньлан-цзюнь, что демоническая энергия точно так же губительна для животных, растений и самой земли праведных царств? — повысил голос Шэнь Юань. — Что его «великий дар» равнозначен полному уничтожению всех экосистем мира? Да возникший под боком кусок демонической земли отравит нахрен всех соседей, а его обитатели пережрут все вокруг, причем сами передохнут тоже – от непривычной пищи! А что Тяньлан-цзюнь планирует делать, когда его гениальный план «все перемешать и взболтать» прервет русло одной из больших рек? Участок-вставку зальет до состояния болота, река начнет прокладывать себе новый путь и затопит все к демонам, устье обмелеет, в земли вокруг придет засуха! А если где-то куски человеческих и демонических земель не просто состыкуются, а интегрируются друг в друга? Вы ведь именно так планируете уничтожать школы заклинателей, да?

- Мастер Шэнь так много знает, - Тяньлан-цзюнь смотрел восторженно, только что из глаз сердечки не пускал. Олух! Он вообще слушает?

- При полном слиянии жахнет так, что не выживут и демоны! Если вы нахлобучите на Цанцюн Бесконечную Бездну, то она, может, и устоит, но опустеет намертво! Тяньлан-цзюнь, вы идиот! Полный идиот, который ничего не знает не то что о природе и экологии, но даже о элементарнейшей логике! Нарежьте, блядь, человека и демона на кусочки, сложите их вместе как попало, полейте вашей целительной кровью – и посмотрите, что будет!

Орал Шэнь Юань долго. Как-то сами собой всплыли в памяти срачи на форумах, аргументы всех диванных экологов и собственное негодование. Его этот плоттвист когда еще взбесить успел! Самолет, Взмывающий в Небеса, клятый халтурщик, катастрофу уровня «апокалипсис» описал подробно и с любовью, авторская вовлеченность чувствовалась даже через экран. А потом вместо подобающего трагического финала пошел снова гнать километры порнухи! Ровно такой же, как прежде, даже обстоятельства толком не поменял. Так, по мелочи: здесь город исчез с лица земли, там демоны без еды и крова остались… Хотя на деле там должен был твориться пиздец, в котором даже жеребцу-протагонисту было бы не до траха! Шэнь Юань понимал это еще в прошлой жизни, а знания нынешней лишь подтвердили предположения.

Импровизированную лекцию Тяньлан-цзюнь и Чжучжи-лан выслушали молча, только иногда переглядываясь.

- Об этом я не думал, - медленно произнес Тяньлан-цзюнь. - Я действительно хотел разрушить великие школы тем способом, на который указал мастер Шэнь...

- И даже не подумал, что у подножия великих школ и в тени их мечей живет больше трети людей Поднебесной! - припечатал Шэнь Юань. - Там спокойнее, безопаснее, а если ты сумел подсуетиться и наладил с заклинателями какую-никакую торговлю, еще и богаче. Самые большие, самые процветающие и красивые города этого мира стоят рядом со школами заклинателей. Просто потому, что так меньше шанс однажды оказаться вырезанными демоническим нашествием, хищными тенями или еще какой пакостью. Их тоже хотите перебить? За компанию, раз уж под руку подвернулись?

- О нет, убивать треть всех людей, чтобы уничтожить заклинателей, в мои планы не входит, - Тяньлан-цзюнь с каким-то обескураженным видом покачал головой. - Они точно умрут?

- Точно, — пробурчал Шэнь Юань, за время своей пылкой речи подрастерявший запал. — Кто-то особенно везучий выживет, но ненадолго. Да и вообще любой город без защиты заклинателей - это привлекательная мишень для любой нечисти. Стоит только отвернуться - и все. Вон, Цзиньлань сеятели почти опустошили.

Если бы не гений Му Цинфана и не четкая организационная работа всех великих школ, в Цзиньлане остался бы жив едва ли не каждый десятый. И по меркам этого мира такие потери считались бы нормой.

Шэнь Юань вспомнил себя тогдашнего - и его передернуло. До чего ж ему тогда было наплевать на всех, кроме своего ученика! Причем не столько по воле Системы, сколько из-за животного страха и обреченности. Он после встречи с Ло Бинхэ уже не город спасал — он жить хотел, отчаянно и безнадежно. Пытался сделать что-нибудь, вывернуться из ловушки, но понимал: бесполезно. Даже защищаться – и то бесполезно…

- Да, с Цзиньланем нехорошо вышло, - вздохнул Тяньлан-цзюнь.

Нехорошо? Офигеть преуменьшение, конечно, но…

Стоп, к чему это он вообще? Разве сеятелей туда не привел Ло Бинхэ? 

- О нет, мастер Шэнь, что вы! Изначально это было частью эксперимента по решению продовольственных проблем южных племен, - как ни в чем не бывало ответил Тяньлан-цзюнь. - Просто так уж совпало, что там очутился мастер Шэнь. А Чжучжи очень хотел, чтобы мастер Шэнь возжелал порвать все связи с миром заклинателей. Вот и совместили.

- Этот хотел бы, чтобы мастер Шэнь жил, - смущенно опустив взгляд, добавил Чжучжи-лан. - Не участвовал в попытках сопротивляться Цзюньшану, не оказался в опасном месте во время слияния миров. И этот подумал: что если прочие заклинатели станут мастеру Шэню врагами, предадут его? Тогда мастер Шэнь, может быть, согласится уйти в царство демонов.

- Это так не работает, Чжучжи, — машинально выдал Шэнь Юань. — Меня просто убили бы в тюрьме, вот и все.

Мыслей в голове не было, вот вообще никаких. То есть сеятелей привел Тяньлан-цзюнь? А Ло Бинхэ он обвинял напрасно? И его новые знакомые, получается, уничтожили целый город?

Пиздец. Ну какой же пиздец. И ладно бы если б из мести — это Шэнь Юань, наверное, смог бы понять. Сколько лет просидел под горой Тяньлан-цзюнь? Причем в одиночной камере и, считай, подвергаясь пыткам. Тут и святой переквалифицируется в графа Монте-Кристо. Но для решения, мать его, продовольственных проблем?

- Там же люди в скелеты превращались, — растерянно пробормотал Шэнь Юань. — Какое продовольствие?

- В том-то и дело, мастер Шэнь, — с досадой поморщился Тяньлан-цзюнь. — Моя ошибка. Сеятели давно вымерли, я попытался возродить их из далеких потомков, но в результате получил вот это. На телах демонических существ болезнь сеятелей давала нужный эффект: быструю смерть и много подгнившего мяса. Но с людьми почему-то вышло наоборот.

- Потому что демоническая энергия противоположна праведной ци. И лекарства, и яды, и болезни действуют на людей и демонов по-разному. Неуч несчастный, - разозлиться всерьез отчего-то не выходило: Шэнь Юань ощущал только тупое недоумение. Наверное, слишком устал сердиться, пока орал.

- До сестры мне далеко, - печально улыбнулся Тяньлан-цзюнь. - Она сумела бы восстановить любой вымерший вид, имея лишь пару картинок в книге. А у меня не вышло. Может, и из-за тела тоже. Мне очень жаль, мастер Шэнь. Не потому что я убил много людей, а потому, что сделал это напрасно.

Шэнь Юань решительно не знал, что на это ответить.

«Ты чудовище»? Тяньлан-цзюнь немедля бы согласился. «Я тебя не прощу»? От Шэнь Юаня никто и не требовал прощения. «Больше так не делай»? Так Тяньлан-цзюнь и не собирался. Он еще веселее придумал.

- Если вы сольете мир людей и царство демонов, это тоже будет напрасно, — наконец подобрал слова Шэнь Юань. — Вы не достигнете своей цели, лишь бессмысленно убьете большую часть населения мира. Если только вы хотите именно отомстить, причем всем подряд… вы хотите этого?

О том, как Тяньлан-цзюнь ужасен, он подумает позже. Когда выберется из Мавзолея, что-то сделает с угрозой Ло Бинхэ и сможет сесть и поразмышлять спокойно. Сейчас он устал, растерян и просто не в лучшей форме. В таком состоянии он ни до чего хорошего не додумается...

...а как додуматься до этого самого хорошего, когда у тебя постоянно болит все тело, а нормальных обезболивающих еще не изобрели? Когда понадеялся уже, что скоро станет лучше, - а в результате только и вышло, что чуть оттянуть конец. Когда понимаешь, что жить тебе недолго, нехорошо и совсем неприятно.

Когда-то давно, в прошлой жизни, у Шэнь Юаня умирал прадедушка. И, навещая его, маленький Шэнь Юань мог с точностью до получаса угадать, когда прадедушке давали обезболивающее. Если прадедушка улыбался ласково и расспрашивал о семье, о школе, рассказывал веселые истории - значит, недавно, не прошло и часа. Если молчал, медленно цедил слова и смотрел в потолок - значит, уже часа три-четыре. А когда прадедушка смотрел на Шэнь Юаня со злобой и спрашивал, как он смеет жить, когда умирает старший, пытался бить тростью и щипаться, - значит, укол еще только предстоял.

Тяньлан-цзюню никто уколов не делал.

- А раньше, до вашего заключения под горой Байлу, вы что-нибудь такое, как в Цзиньлане, устраивали? Ну, с массовым убийством людей? - для порядка поинтересовался Шэнь Юань.

Тяньлан-цзюнь глянул на него недоуменно и даже слегка обиженно.

- Зачем бы мне, мастер Шэнь? Нет, конечно. Я же говорил, что питаю к роду человеческому самые дружеские чувства. Тогда я вас познавал, а не убивал!

- А южные племена? У них тогда не было проблем с провиантом?

- Отчего же не было? Южные племена часто голодают и охотно пойдут за тем, кто пообещает им пищу.

Как и ожидалось. Значит, в ужасном решении Тяньлан-цзюня виноваты в основном боль и желание мести.

Это… это, наверное, можно понять. Не простить, но Тяньлан-цзюню и не нужно было чужое прощение. Только понять. И сделать так, чтобы у него появились более интересные дела, чем разрушение мира.

Для Шэнь Юаня это, в конце концов, вопрос выживания.

- У меня будет к вам просьба, - решительно сказал Шэнь Юань.

- Конечно, мастер Шэнь, все что угодно! - Тяньлан-цзюнь улыбался до странности напряженно. Как будто ему было действительно важно, что подумает о нем какой-то посторонний заклинатель. Как будто он действительно сожалел о сделанном, пусть и понимал, что просить прощения уже не у кого.

- Подождите с местью и глобальными решениями. Не сливайте миры и не устраивайте других таких безобразий, пока мы хотя бы не попробуем что-то поправить с вашим телом, - произнес Шэнь Юань. - Уверен, это бедственное состояние если не вылечить совсем, то хотя бы облегчить.

От обожающего взгляда Чжучжи-лана немедленно сделалось неловко. Он ведь еще ничего не сделал, только предложил! Откуда такой восторг, Желейка?

- Поправить что-то с моим телом? Вылечить? - удивленно переспросил Тяньлан-цзюнь. - Разве это действительно возможно? Но я в любом случае не буду сливать миры, раз это до того разрушительный процесс. У меня и мыслей не было уничтожать род людской, наоборот, я хотел как лучше! Я даже всех заклинателей уничтожать не хотел, только великие школы. Они все равно больше плетут интриги и укрепляют свою власть, чем защищают людей, я думал, это не навредит остальным…

Не будет сливать миры? Уф, это бы неплохо. Не то чтобы Шэнь Юань поверил ему до конца, но если заняться попытками прямо сейчас, Тяньлан-цзюню, глядишь, будет не до того. А сам Шэнь Юань останется в относительной безопасности. Ло Бинхэ знает, что он у демонов, и возвращать его пойдет не на Цанцюн. Ло Бинхэ явится к Тяньлан-цзюню требовать своего - и получит отпор. Уже получил. Все-таки Тяньлан-цзюнь оказался невероятно крутым даже в разваливающемся теле. А если его вылечить, что будет-то!

Определенно, сейчас Шэнь Юаню со всех сторон лучше остаться с демонами. И для себя, и для остальных.

- Уверен, это возможно, - кивнул Шэнь Юань. - И перед тем, как воевать и принимать важные решения, лучше бы как раз подлечиться. Тяньлан-цзюнь ведь знает, что конфликт энергий неизбежно влияет на все тело, в том числе на верхний даньтянь? А как следствие – и на ясность его мыслей.

Отчего-то во взгляде Тяньлан-цзюня мелькнуло шальное веселье.

- О! Никогда бы не подумал! - радостно сказал он. – Но, мастер Шэнь, вы ведь мне не откажете в целительном поцелуе, очищающем разум?

Шэнь Юань ощутил острую необходимость в хоть каком-нибудь веере: спрятать загоревшиеся щеки. Ну не вызывала раньше ни у кого такого восторга перспектива с ним целоваться! Понятно, почему Тяньлан-цзюню это так нравилось: выплеск гормонов, активация центров удовольствия в мозгу, обезболивающий эффект, все подобное. Но ведь приятно же.

- Не откажу, - согласился он.

И Тяньлан-цзюнь, просияв, потянулся к его губам.

Целоваться все еще было здорово. Тяньлан-цзюнь оставался стремным демоном, едва не выморившим целый город, - но зато в его компании Шэнь Юань мог здраво мыслить и рассуждать, не обрывая логическую цепочку в самом начале. Мог помнить собственное имя, мог не бояться Системы. А еще Тяньлан-цзюнь и Чжучжи-лан не желали его изнасиловать, заточить в тюрьму или сделать человека-палку. С ними было относительно спокойно - и Шэнь Юань решительно заглушил голос совести. В конце концов, кому будет лучше, если он громко осудит Тяньлан-цзюня и в гордом одиночестве отправится блуждать по Мавзолею, пока не наткнется на Ло Бинхэ или не погибнет от лап местных мобов?

«Это другое», да. В самом распространенном интернет-смысле. Ну… Шэнь Юань никогда не считал себя беспристрастным или там высокоморальным. В чужом теле ему, например, ходилось неплохо. Какой есть, такой есть.

- Когда все отдохнут, нам стоит отправиться в Восточное крыло Мавзолея, - сказал он, прервав поцелуй. - В усыпальнице рода Мобэй есть апартаменты, обустроенные для знаменитого травника. Множество растений, живущих там, во внешнем мире давно вымерли. Думаю, поиск лекарства для Тяньлан-цзюня стоит начать оттуда.

Чжучжи-лан бросил на Шэнь Юаня очень благодарный взгляд.

- Мастер Шэнь думает, там найдется одно из знаменитых Десяти Исцелений, воспетых в человеческих легендах? - заинтересовался Тяньлан-цзюнь.

- Это вряд ли, - Шэнь Юань не рассчитывал на везение, а вот на дурную фантазию Мобэя-травника - еще как. – Скорее, на кое-что другое. Ваше тело - растительное, но не приспособленное к напору демонической энергии. Почему бы не попытаться найти траву или побег дерева, которые приживутся на вас, как привитая ветвь, поделившись в обмен выносливостью? То, что способно жить и процветать в Священном Мавзолее, должно иметь неплохую устойчивость к здешнему фону.

- Какой... необычный способ, - Тяньлан-цзюнь внезапно замялся, на лице его проступила некоторая опаска. - Это люди так лечатся?

- Нет, это я только что придумал, - признался Шэнь Юань. - И это не лечение в полном смысле, а только отсрочка. Не думаю, что Тяньлан-цзюнь действительно хочет, чтобы на нем всю жизнь что-то росло. Но этот способ может дать нам время. А потом и Десять Исцелений поищем, и описания ритуалов полистаем.

Как же здорово, когда думается свободно, без перегрузки сознания вирусным софтом и всплывающими баннерами с надписью «а как же Ло Бинхэ»! И когда впереди маячит не смерть и плен, а поиски интересных вещей в стиле лучших фильмов про Индиану Джонса. Опять же, пока они ищут лекарство, Тяньлан-цзюнь и Чжучжи-лан будут под присмотром и не наворотят дел. Со всех сторон полезно!

- Люди все-таки очень интересно мыслят, - признал Тяньлан-цзюнь. - То есть этот скромный владыка может рассчитывать на некоторое время в обществе мастера Шэня? Какая прекрасная перспектива!

- Мне тоже нравится, - не стал врать Шэнь Юань.

К Восточному крылу вели все те же запутанные коридоры, полные Незрячих остовов и прочей нежити. Но чем ближе они подходили к нужному месту, тем тише становилось вокруг. Видимо, некогда посаженная здесь флора не брезговала и мертвечину ловить. Да и расползлась изрядно. Могилы и погребальные камеры вокруг затягивал дикий мох, по стенам полз вьюнок – вроде бы безвредный, вот только старые кости в его плетях смотрелись сомнительно.

Ну и как определить нужную траву? Что тут сможет состыковаться с Тяньлан-цзюнем и не повредить ему излишне? Пожалуй, не вьюнок, он явный паразит… Пригодились бы диагностические печати, да только Шэнь Юаню их взять было неоткуда. Вместо того, чтобы учиться самому, он прыгал вокруг Ло Бинхэ. Эх, такую библиотеку профукал!..

Стоп. Он-то, может быть, и профукал, но у тела оригинала, между прочим, по книге была абсолютная память. Самолет ее прописал в качестве бага, не позволяющего отпустить старые обиды и мелочную зависть к главному герою. Но вдруг выйдет воспользоваться ей и в качестве фичи? Да, до знаний оригинала он просто так не доберется – но в годы после Бездны Шэнь Юань, пытаясь отвлечься от безнадежности, и сам читал кое-что. Может, откопает чего полезное?

Прочитай Шэнь Юань такую сцену в книге, он бы возмутился до глубины души: рояль, Марти Сью, где обоснование?! Потому что память послушно разворачивалась перед ним, показывая нужные печати. Мозг Шэнь Цинцю, Самолетом направленный лишь на хранение обид, в реальности оказался отточенным инструментом ученого и книжника. Хвала сформированным нейронным связям и зависшей Системе! Ну и главному злодею, что уж там.

Шэнь Юань сплел самую простую из подходящих печатей, проверил мох и покачал головой.

- Этот не подходит. Он поглощает демоническую энергию, а не приспосабливается к ней. Идем дальше.

Постепенно вокруг становилось все зеленее и зеленее. Каменные плиты пола сплошь затянул давешний мох, в боковых камерах начали появляться бледные деревца странного вида, а спереди забрезжил свет, очень похожий по спектру на солнечный. Склеп Мобэя-травника подступал ближе. А вот поиски Шэнь Юаня пока успехом не увенчались: безобидные на вид растения оказывались либо ядовитыми, либо жрущими демоническую энергию. Зато он вспомнил с десяток разных печатей и техник и мог проверять каждую травинку более-менее подробно.

Хотя, может быть, как раз растение, поглощающее демоническую энергию, им и необходимо? Это обессилит Тяньлан-цзюня, но уберет конфликт между телом и душой… или добьет его, н-да. Нет уж, лучше как следует все рассчитать и подобрать действительно хороший вариант, а не первый попавшийся. Например, кувшинку лунного сияния – ее посадил в память о возлюбленной-человеке кто-то из сыновей Мобэя-травника. Вроде бы она не просто символизировала союз человека и демона, а на самом деле обладала нужными свойствами. Вроде бы. Точно Шэнь Юань не помнил: он-то, когда читал Путь Гордого Бессмертного демона, еще был обычным человеком. Скорее всего, Системе после попадания пришлось изрядно постараться, чтобы он вспоминал не всяких прикольных монстров, а то, что нужно для дела. То есть для счастья Ло Бинхэ. Или для изменения сюжета? Кто знает, чего на самом деле хотела Система?

Размышлять долго Шэнь Юаню не удалось: нервы обожгло опасностью, из-за веток деревьев хлестнула яркая вспышка. А к его горлу метнулся чужой меч!

Разумеется, до цели он не добрался: рефлексы бессмертного мастера давно стали для Шэнь Юаня родными. Чужой меч с яростным звоном отлетел вбок - и теперь нацелился на Тяньлан-цзюня. Тот поймал его двумя пальцами и завертел в руках, будто рассматривал диковинную бабочку.

- Ну надо же, - прошептал он, глядя на сияющее лезвие. - Откуда ты здесь?

И сжал пальцы. Меч раскололся с тонким болезненным звоном.

Да, все-таки Тяньлан-цзюнь в любом теле неправдоподобно силен. Может быть, он и правда одолеет Ло Бинхэ?..

…нет, об этом позже. Сейчас у них другие проблемы.

Проблемы действительно были. Из тени деревьев вышли двое, и обоих их Шэнь Юань не ожидал здесь увидеть. Старый глава Хуаньхуа вроде как должен был отдать свой пост Ло Бинхэ и умиротворенно отдыхать в маленьком домике у моря, разве нет? Конечно, события значительно отклонились от сюжета, но даже и так - зачем бы главе Хуаньхуа соваться в Священный Мавзолей? Тем более, в компании Цю Хайтан. Вот уж про кого Шэнь Юань вообще забыл и вспоминать бы не хотел.

- Глава Хуаньхуа, дева Цю, - озадаченно раскланялся Шэнь Юань. - Надеюсь, у вас все благополучно.

Не знаешь, что сказать? Пусть за тебя говорят этикет и приличия. Хотя тут о благополучии речи явно не шло: глава Хуаньхуа неподвижно сидел в кресле, похожем на инвалидную коляску, а Цю Хайтан, толкавшая его, изрядно растеряла лоск и красоту.

- Взгляните на меня, мастер Шэнь – разве похоже, чтобы я был благополучен? - яростно оскалился в ответ глава Хуаньхуа.

Кстати, а как его звали-то? Вроде бы Чэн как-то там... А, точно, Чэн Дэчжэн.

Вообще-то благополучием тут и не пахло. Шэнь Юань помнил благообразного старца с мерцающим взглядом и улыбкой Альбуса Дамблдора – а видел перед собой сущее чучело. Прежде белоснежная, борода главы Хуаньхуа сделалась засаленной и спутанной, лицо иссохло, а взгляд нехорошо блуждал. Казалось, только ци поддерживает его в мире живых.

Совсем не похоже на любимого дедушку, наконец-то одарившего Ло Бинхэ родственным теплом! Что же с ним случилось?

 — Должно быть, вы диву даетесь, как я докатился до подобного состояния, – зло усмехнулся глава Хуаньхуа. - Наслаждаетесь зрелищем, не так ли?

- Пожалуй, - внезапно вступил в разговор Тяньлан-цзюнь. - Достойная участь для предателя.

Ну... для того, кто годы пролежал под горой, он почти не злорадствовал.

Чжучжи-лан не добавил ничего, но удовлетворением от него повеяло отчетливо до предела. И смотрел он этак… радостно, можно сказать, смотрел. Будто сильно ждал этой встречи.

А ведь им придется драться. Глава Хуаньхуа - злейший враг Тяньлан-цзюня, организовавший его плен и долгие муки. Будет странно, если Тяньлан-цзюнь не захочет ему отомстить. Тут и святой бы не удержался.

 — Мне доводилось слышать, что почтенный мастер Чэн удалился от дел, чтобы вернуться в родные места простым отшельником или же странствовать по свету подобно мудрецам прошлого, - аккуратно поддержал светскую беседу Шэнь Юань.

 — Стать отшельником или странствовать? – Чэн Дэчжэн злобно фыркнул. – И вы повелись на такую жалкую выдумку? Интересно, хоть кто-то из адептов дворца Хуаньхуа – да вообще хоть кто-нибудь в это поверил? Хотите знать правду – спросите своего славного ученика.

 Ученика? То есть это Ло Бинхэ их сюда прислал? Или они сами отправились за ним, желая за что-нибудь поквитаться? Если так, то они выбрали паршивое место. Драться среди зарослей неизвестных мутировавших растений, возможно, ядовитых или весенних… Нет-нет-нет, уж лучше отступить и аккуратно выманить противника в более безопасные коридоры.

- Так случается, почтенный мастер Чэн, - весело подтвердил Тяньлан-цзюнь. - Вот хочешь ты кого-нибудь предать, уничтожить, заточить навсегда - а он берет и успевает первым. Какая несправедливость, не правда ли?

- Наглая тварь! - вспыхнул Чэн Дэчжэн. - Проклятое демоническое отродье, что ж ты никак не сдохнешь!

Ему вторила Цю Хайтан – с точно такой же ненавистью в голосе, только направленной не на Тяньлан-цзюня.

- Шэнь Цзю! Я ведь говорила, что узнаю тебя, даже если ты обратишься в пепел! Я всегда знала, что твоя смерть в Хуаюэ лишь уловка для отвода глаз! Совершить самоубийство в расплату за грехи? Нет, только не ты. А в пещере той демоницы я повстречала тебя вновь и поняла: ты и вправду до сих пор топчешь землю!

Какая ирония: Цю Хайтан наводилась на Шэнь Юаня с точностью комара, зудящего в пустой комнате, но даже не заметила, как он дважды сменил тело. Может, Ло Бинхэ по доброте душевной сделал для нее амулет на крови Шэнь Цинцю? Или это ее школа знала какие-то особые техники?

Впрочем, неважно. В любом случае, смиренно отдавать себя в руки врагов Шэнь Юаню поднадоело. Цзиньлань, Водяная тюрьма, штурм Цанцюна… Нет, хватит. Он уже понял, что это не помогает.

Правда, драться конкретно здесь ему очень не хотелось. Неизвестные мутировавшие растения, помним, да? По дальней стене вились тонкие, безобидные с виду ростки, то и дело выпускающие в воздух что-то вроде пушинок одуванчика. И если Шэнь Юань правильно опознал это растение, у них большие проблемы.

Он предостерегающе сжал руку Тяньлан-цзюня и сделал небольшой шаг назад.

— Дозволено ли мне узнать, было ли внезапное появление госпожи Цю в Цзиньлане как-то связано со старым главой Хуаньхуа?

 Вообще-то это был глупый вопрос. Как бы иначе Цю Хайтан, не обладающая сколько-нибудь значительным положением в среде заклинателей, осмелилась поднять голос против второго человека на Цанцюне? Рядовому адепту выступить против главы пика, малую школу ввязать в противостояние с великой… Нет, в одиночку она не рискнула бы – как наверняка не рисковала все эти годы. Ее должен был поддержать кто-то из сильных мира сего. Ответ напрашивался - но ради того, чтобы безопасно отступить, Шэнь Юань был готов прикинуться ничего не понимающим идиотом.

 Чэн Дэчжэн лишь холодно улыбнулся, не соглашаясь, но и не отрицая. Ладно, не купился - попробуем с другой стороны.

 В воздух взметнулось с полсотни невесомых «зонтиков» одуванчика. Шэнь Юань отступил еще на один крошечный шажок и аккуратно пихнул в бок Чжучжи-лана: делай, мол, как я.

 — И все же не могу взять в толк, разве я когда-нибудь хоть чем-то оскорбил главу Хуаньхуа? – забросил он вторую удочку.

Вопрос еще более идиотский: даже у себя дома, читая книгу, Шэнь Юань понимал, что дело было в политике. Школа Хуаньхуа считалась самой слабой из великих школ, а Цанцюн занимал место сильнейшей. Вот Чэн Дэчжэн и копал под соперников. Скорее всего, далеко не только под Цанцюн – просто именно здесь ему представился удобный случай, и он рискнул сделать ставку на Ло Бинхэ. И выиграл, заставил Цанцюн изрядно просесть в силе и репутации. Да только победа была недолгой. Хуаньхуа уничтожили последней, но все равно уничтожили. Осталась лишь та часть школы, что уже обосновалась в постели Ло Бинхэ.

 — Не вижу смысла скрывать очевидное, – с сарказмом откликнулся Чэн Дэчжэн. – Когда ваш проклятый ученик появился в Хуаньхуа, я принял его с распростертыми объятиями и оказал такую поддержку, о которой мечтал бы любой одинокий юноша. А что же он? Отказался признать меня своим наставником, слышать не желал о том, чтобы жениться на моей дочери! У неблагодарного мерзавца был на уме один его обожаемый шицзунь – от которого он, между прочим, претерпел немало бед. Само собой, мне захотелось узнать побольше о знаменитом Шэнь Цинцю, Мече Сюя, сумевшем так прельстить многообещающего юношу! Мог ли я предположить, что за жуткая правда предстанет моим глазам? Теперь-то я знаю о вас все: кто был вашим первым наставником, что вы сотворили ради этого и каким путем попали на хребет Цанцюн...

Знатное вранье! Конечно, конечно, только при виде Ло Бинхэ и захотелось. А папочку с компроматом на всех значимых лиц Цанцюна Чэн Дэчжэн загодя не собирал. Не было такого никогда, верим.

- Этот неблагодарный сопляк и довел меня до нынешнего состояния - и я с огромным удовольствием лишу его столь обожаемого шицзуня. А еще добью демоническую тварь, посягнувшую на чужое! Думаешь, ты будешь жить, когда моя Сиянь мертва из-за тебя?!

На последних фразах голос главы Хуаньхуа перешел в рык. Вздрогнули стены, обрушились вперед тысячи невидимых лезвий, рассекая на мелкие кусочки деревья, траву и мох, оставляя только зеленое месиво… Зеленое - потому что ни Шэнь Юаня, ни демонов на том месте уже не было.

- Не используйте ци, - торопливо шепнул Шэнь Юань. - Ни в коем случае!

Пусть безумный глава Хуаньхуа сам идет к своей смерти. У них, в отличие от всяких там, еще полно дел.

Тяньлан-цзюнь кивнул и аккуратно задвинул Шэнь Юаня себе за спину.

- Чжучжи, давай-ка медленно, - произнес он. - Мастер Шэнь, я помню: я пообещал вам, что откажусь от мести кому попало. Но этот человек - не кто попало! Его я убью.

- Я знаю, Тяньлан-цзюнь, — кивнул Шэнь Юань. — Это ваше право. Да и напал он первым. Только осторожнее!

Вот уж кого-кого, а главу Хуаньхуа ему было совсем не жалко. С чьей подачи, спрашивается, Шэнь Юань в Водяной тюрьме сидел? Не включись старый глава в игру, не прицепись он, как репей, к словам сеятеля — и все кончилось бы максимум небольшим скандалом. А из-за его желания копнуть под Цанцюн Шэнь Юань только чудом и помощью Гунъи Сяо сумел избежать судьбы оригинального Шэнь Цинцю. Защищать того, по чьей милости ему едва не пришлось вечность гнить в тюрьме, развлекаясь лишь пикантными встречами со своим палачом? Нет, спасибо. Пускай Тяньлан-цзюнь отведет душу.

Еще бы не устраивать все это прямо здесь! С пушистой порослью-то Шэнь Юань, кажется, не ошибся. Трава цинсы с ее милейшей особенностью прорастать в живых телах, наводясь на выплески духовной или демонической энергии, — вот это что. В такой оранжерее более-менее безопасно использовать только внутренние техники, а еще лучше - драться как бездуховные.

- Понял, мастер Шэнь, мы аккуратно, - очень тихо проговорил Тяньлан-цзюнь и неспешно шагнул навстречу безумно оскалившемуся Чэн Дэчжэну.

На бой это совсем не было похоже, разве что на избиение. Глава Хуаньхуа все еще оставался сильным заклинателем, его ци дробила камни и рушила стены - вот только маневрировать на своем кресле он не мог совершенно. А против двух небесных демонов сразу неподвижным было не продержаться. Даже не используя ци, Тяньлан-цзюнь и Чжучжи-лан швыряли Чэн Дэчжэна от стены к стене, как игрушку. Укрывавшее его одеяло слетело почти сразу - и Шэнь Юань с ужасом понял, почему он не пытался встать.

Бывший глава Хуаньхуа не заполучил, как думал Шэнь Юань, перелом позвоночника. Он лишился всех конечностей, став человеком-палкой.

Блядь. Похоже, это у Ло Бинхэ во всех мирах любимый способ расправляться с врагами. Повезло еще, что язык уцелел… 

Конечно, долго это продолжаться не могло. На Чэн Дэчжэна, яростно бьющего куда попало, легкие пушинки цинсы оседали десятками и тут же прорастали. Вскоре он превратился в комок плоти и зелени, все еще дергающийся в попытках ударить. Шэнь Юань, благоразумно держащийся поодаль, наблюдал за этим с каким-то брезгливым удовлетворением. Вроде бы и жуткое зрелище, и нужно бы пожалеть, но… но.

Он смотрел до того пристально, что сам едва успел увернуться от ножа в бок. Да, подбирать момент Цю Хайтан умела. Тяньлан-цзюнь не замечал ничего, кроме старого врага, Шэнь Юань тоже отвлекся, про вторую участницу сцены все как-то забыли… Она не учла только одного.

- Простите, мастер Шэнь, - повинился Чжучжи-лан, удерживая бьющуюся девушку. - Я едва не пропустил опасность.

Вот же вездесущий! Но сейчас его стремление облагодетельствовать ближнего своего оказалось очень кстати.

- Спасибо, Желейка, - выдохнул Шэнь Юань.

- Мастер Шэнь не должен беспокоиться, я обо всем позабочусь, - серьезно кивнул Чжучжи-лан.

И — Шэнь Юань едва успел вскрикнуть, свернул Цю Хайтан шею.

Вот ведь... демон! Ну нельзя же так. Да, Цю Хайтан пыталась убить Шэнь Юаня, да, она позорила его за чужие грехи и помогала засадить в тюрьму. Но просто взять и убить? Даже не в бою, беспомощную уже? 

- Желейка, пожалуйста, — искренне попросил Шэнь Юань. — Если ты захочешь еще кого-нибудь прикончить ради моего блага, сначала спроси, оно мне надо или нет!

- Но она на вас напала, мастер Шэнь, - не понял Чжучжи-лан. - Мне было бы бесконечно стыдно перед Цзюньшаном, не убереги я вас.

- Да, наверное, — вздохнул Шэнь Юань. — Я так, на будущее.

Цю Хайтан было иррационально жаль. Искала праведной мести — а предъявляла ее другому человеку. Прошла ради своей цели через весь Священный Мавзолей — и проиграла в последний момент. Грустно это. Не настолько, чтобы, расчувствовавшись, позволить себя убить, но все равно грустно.

Что ж, хоть не мучилась. Старому главе Хуаньхуа вон не повезло. Он все еще жил, хрипел что-то в лицо наклонившемуся над ним Тяньлан-цзюню, а зеленые побеги жадно тянулись к такому соблазнительном источнику энергии…

...блядь. У Тяньлан-цзюня растительное тело! Он физически не может перестать испускать ци, он это не контролирует!

Чтобы подскочить, цапнуть Тяньлан-цзюня за шиворот и вытащить из опасной зоны хватило пары секунд.

- Мастер Шэнь!..

- Цинсы! Вы наверняка не убереглись! - рявкнул Шэнь Юань. - Или вы это лечить умеете?

Взгляд Тяньлан-цзюня на мгновение затуманился:

- Вот как... Что ж, хотя бы смерть своего врага я увидел. Представляете, он сказал, что Сиянь до самого конца оставалась мне верна! И что хотела предупредить о засаде, просто слишком поздно сумела сбежать… Как жаль.

Романтический демонический идиот! Его, может, уже едят заживо — а он страдать взялся!

- Цинсы можно вывести, прижигая появляющиеся ростки, - напряженно проговорил Чжучжи-лан. - Если повреждение невелико и есть силы терпеть боль. Но, может быть, она сочла Цзюньшана несъедобным? Тело ведь растительное, непривычное для нее.

Да если бы. Шэнь Юань же видел: на ладонях Тяньлан-цзюня уже прорезались тонкие зеленые ростки. Более крупные побеги, еще не вырвавшиеся наружу, набухли под кожей. И на плечах и ключицах… да, если раздернуть ворот — то же самое. Растительная плоть пришлась траве цинсы очень даже по вкусу: она прорастала даже не как на главе Хуаньхуа, в местах самого активного использования ци, а равномерно по всему телу. А может быть, это из-за Шэнь Юаня с его талисманами-тейпами? Они тоже ведь ци испускали небось, пусть и слабо…

- Ах, пустое, мастер Шэнь. Перестаньте так на меня смотреть. Нестрашно. Тем более, мстить прочим школам, как оказалось, тоже нет смысла, ведь этот старик обманул и их, - Тяньлан-цзюнь печально улыбнулся. - Это будет не самый худший конец. Жаль только, что поцелуй на прощанье будет слишком уж рискованным. Вдруг цинсы зацепится и за вас?

Худший или нет, но конец — уж точно. При таком поражении никакое прижигание не поможет. Счет идет в лучшем случае на часы, и за это время Шэнь Юань не успеет даже обыскать разоренную усыпальницу Мобэя.

Тут только умирать и воскресать заново.

Шэнь Юань несколько раз глубоко вздохнул, успокаивая себя.

Ладно. Они находятся в гребаном Священном Мавзолее, а Чжучжи-лан — гребаный небесный демон. Он вполне сможет устроить для Тяньлан-цзюня то же, что Тяньлан-цзюнь устроил для Шэнь Юаня…

Или нет? Ведь отчего-то же Чжучжи-лан возился с цветком росы луны и солнца, а не оторвал у Тяньлан-цзюня, скажем, палец и не пополз в демоническое царство без тревоги и спешки? Хотя он ведь не был императором, он не сумел бы пройти в Мавзолей. Но сейчас-то они все уже не месте!..

- Желейка, ты сможешь вернуть Тяньлан-цзюня, когда он умрет? Мавзолеем, как меня?

Побелевший Чжучжи-лан молча помотал головой.

- Увы, мастер Шэнь. Сила Чжучжи… лишь отражение моей. Он родился неполноценным. Стоит мне умереть… он вновь обратится в то нелепое существо… но вы ведь не оставите беднягу своей милостью? - Тяньлан-цзюнь трогательно сложил руки в жесте мольбы и заглянул Шэнь Юаню в глаза. Вот ведь! Совсем не облегчил дело.

Куча роялей в кустах, чудесных средств и волшебных штучек, возвращающих к жизни многочисленных подружек Ло Бинхэ, завертелась в голове лихорадочной каруселью. Цветочки, плоды, кровь тысячелетнего кого-то там, ритуалы… Все это нужно было искать, причем неизвестно сколько. За это время душа Тяньлан-цзюня уже ускользнула бы на перерождение. Здесь и сейчас был только Священный Мавзолей.

И да, Чжучжи-лан в самом деле не мог. Сейчас, наскоро перебрав десяток вариантов, Шэнь Юань это вспомнил. Допуск к чудесному воскрешению тоже имелся лишь у императора демонов. Самолет несколько раз повторял это в тексте, явно чтобы Ло Бинхэ мог спокойно воспользоваться Мавзолеем для одной из своих жен-на-неделю.

Хотя, между прочим, он был наполовину человек. И ничего, сработало.

А вот это уже ближе.

- Тяньлан-цзюнь, что нужно, чтобы стать императором демонов? Следующим после вас?

- Убить меня... разумеется, - тот говорил уже с паузами, сберегая дыхание. Удивительно, что не стонал: боль от прорастающей цинсы должна была ужасать. - Иметь кровь... небесного демона. Хотя бы часть. Чжучжи... не справится. Маленький. Рук нет. Силы нет. Говорить... не может. Кровь есть... но ритуал не проведет.

Кровь Шэнь Юань помнил: в романе Ло Бинхэ чуть ли не поллитра сцедил, кропя тело любимой. Да и сил вложил немало, и всякое пафосное говорил для настройки... У Чжучжи нет как минимум двух необходимых атрибутов воскрешающего.

Но то Чжучжи.

Ло Бинхэ - полукровка от человека. А если крови небесных демонов будет чуть поменьше, чем половина?

- Во мне есть ваша кровь, - Шэнь Юань передернул плечами. - И даже кровь Чжучжи-лана. Влили ведь небось, когда воскрешали? И сил хватит, я бессмертный мастер с золотым ядром. Могу ли я с точки зрения Мавзолея претендовать на титул императора демонов после вашей смерти? Разумеется, чтобы воскресить вас в нормальном теле. Сама власть мне ни на кой не сдалась.

И Тяньлан-цзюнь, и Чжучжи-лан уставились на Шэнь Юаня так, будто он предложил им устроить оргию с питоносорогом. Или еще чего похлеще.

- Человек... повелитель демонов? - Тяньлан-цзюнь рассмеялся, кривясь и вздрагивая в такт хохоту. Под ханьфу уже вовсю копошилась цинсы, выискивая путь наружу. - Хорошая... шутка. Если вы... убьете меня лично... в поединке... лучше именно этим мечом… может даже сработать. Право силы... священно.

Отлично. Хоть какой-то шанс.

- Тогда сможете нацедить немного крови? — попросил Шэнь Юань. — Нужна основа для воскрешения. Это тело после смерти вряд ли будет к чему-то пригодно.

Вместо ответа Тяньлан-цзюнь глубоко вспорол кожу на руке. Из раны выступила одна огромная капля и плавно поднялась в воздух. Стебельки цинсы тут же рванулись ей навстречу, но опоздали на мгновение.

Никакой нормальной емкости у Шэнь Юаня не было, поэтому он оторвал клок от собственного рукава и поднес к капле. Пусть пропитает: если идти в Зал Радости достаточно быстро, она не успеет свернуться.

- Все, готово. Если не подойдет эта, сцедим понемногу у меня и Чжучжи. В нас тоже частички вас есть, может сработать, — Шэнь Юань запнулся. — Тяньлан-цзюнь, вы точно не против?

- Ах, мастер Шэнь... - прошелестел тот с безумной и чуточку блаженной улыбкой. - Я счастлив... вкусить вашей... безграничной... доброты. Вы знаете... я завидовал... Чжучжи...

- Что ж, времени совсем мало и я посчитаю ваши слова согласием, - Шэнь Юань нервно сжал пальцы на рукояти меча. - Тогда я бросаю вам вызов, Тяньлан-цзюнь, за право владеть вашей империей, вашими землями, вашими подданными и вашей властью. Все ваше станет моим!

Не вполне классическая формула, но вряд ли демоны заморачивались точностью.

- Принимаю, - прошелестел Тяньлан-цзюнь и качнулся ему навстречу. Двигаться он уже почти не мог, а поднятая навстречу удару ладонь была сплошь покрыта зеленью цинсы.

И безымянный заклинательский меч легко вспорол ему горло. А потом и голову снес, чтобы не мучить лишнего.

- Все твое - мое, - повторил Шэнь Юань.

Скорчившегося Чжучжи-лана охватило короткой вспышкой - и на его месте возникло то самое нелепое создание, которое они с Шан Цинхуа встретили в лесу Байлу. Да, такими ручками и правда разве что кусочек плоти унесешь с собой, но не целое тело. Впрочем, сейчас это и не нужно. Тело-то у Тяньлан-цзюня как раз порченое: уже на глазах иссыхало и превращалось в вяло шевелящийся зеленый куст. Точно такой же вырос из старого главы Хуаньхуа, единичные побеги проклюнулись и на трупе Цю Хайтан. Сам Шэнь Юань, не использовавший ци и все время боя стоявший в стороне, вроде не пострадал. Да и с Чжучжи обошлось: Шэнь Юань, подняв его с пола, старательно прощупал каждую чешуйку и каждый участок кожи, но опасных признаков не нашел.

- Ну пойдем, Желейка, - сказал он и закинул Чжучжи-лана себе на плечи, как экзотический шарфик.

Теперь им нужно было спешить.

Обратный путь в сердце Мавзолея разительно отличался от легкой прогулки с двумя небесными демонами. Шэнь Юань шагал так тихо, как только мог, но все равно Незрячие остовы нашли его ужасающе быстро. Задерживать дыхание, к счастью, помогало: Свечи последнего вздоха не наводились на цель, а без их света Незрячие остовы оставались медленными и неуверенными. Иногда они сами освобождали дорогу, словно Чжучжи-лан и в его бедственном положении казался им угрозой, но чаще просто топтались на месте. Протискиваться между ними было довольно жутко! Пару раз Шэнь Юань не выдерживал и нырял в боковые ответвления, чтобы перевести дыхание и хоть чуть-чуть успокоиться. Получалось не очень.

А где-то там впереди еще остался Ло Бинхэ.

Не думать об этом больше не выходило. Да, в обществе Тяньлан-цзюня и Чжучжи-лана Шэнь Юань был в безопасности — но теперь первый мертв, а второй вряд ли одолеет кого-то сильнее человека. Правда, Ло Бинхэ пока не знает, что все успело так измениться. Но он же блистательный главный герой, неужели он не угадает (совершенно случайно!) единственный верный момент, чтобы вернуть себе утраченное? 

От перспектив начинало подташнивать. Главный герой, клятый главный герой, который всегда получает то, что хочет! Шэнь Юань попытался уйти от неизбежного, сначала удрав в растительное тело, потом спрятавшись за Тяньлан-цзюня. И вот удивительно - в растительном теле он не продержался и недели, вынужденный выдать себя, а Тяньлан-цзюнь в тот же день наткнулся на смертельно опасное для него растение! Какое дивное невезение, прямо неожиданно!

Ладно. Тут он, наверное, пытался переложить на Ло Бинхэ собственные ошибки. Он ведь сам выбрал отправиться за лекарством для Тяньлан-цзюня именно в усыпальницу Мобэев. И он сам выбрал спасать сестру Лю Цингэ, а не пройти мимо. Было заманчиво списать это на козни Системы — но в растительном теле она включилась только с касанием Ло Бинхэ, а до того так и болталась в спящем режиме. Стоило признать: тут Шэнь Юань облажался без посторонней помощи.

Сейчас Система по-прежнему висела намертво. Хоть что-то хорошее: не убьет за неугодное решение и не будет радостно верещать в голове, если Ло Бинхэ поймает его и разложит. Фу, какая же гадость! И ведь Шэнь Юань сам, сам навлек на себя эту дрянь, Шэнь Цинцю ненавидели, пытали, держали в тюрьме, но хоть не трахали!

Очень жаль, что на потом решение уже не отложишь. Некому больше его защищать. Он либо сопротивляется до конца — безнадежно и не особенно долго, учитывая, как легко его шантажировать, — либо отдает себя Ло Бинхэ. Ученик будет счастлив. Охотно запрет его в фальшивом бамбуковом домике, станет приходить, брать свое во всех позах и называть это любовью… 

...демон побери.

А не потому ли в теле Шэнь Юаня так легко ходит ци, без малейших признаков застоя, без единого приступа Неисцелимого? Может, за те пять лет в пафосном холодильнике его просто-напросто уже трахнули? Вон, когда они с Лю Цингэ воровали тело Шэнь Цинцю, на нем был один полупрозрачный слой. По местным меркам - белье эротичнее некуда. Да еще и штаны с незашитым шагом! Такой фасон сгодится для живущих в безопасности бездуховных, но не для заклинателей, ходящих на охоты в папапа-мире. Для светских властителей, не желающих при каждом походе в туалет морочиться с кучей одежд, но не для бессмертного мастера, владеющего инедией.

И Ло Бинхэ, когда пытался не дать им с Лю Цингэ украсть тело Шэнь Цинцю, тоже был одет в исподнее. Сидел на том же возвышении, где оно лежало. Не стремился любой ценой проникнуть в Священный Мавзолей, когда Шэнь Юань был мертв, но доступен, — словно его вполне устраивала ситуация…

Блядь, да тут только одно неясно: успел ли Ло Бинхэ поразвлечься в тот конкретный день или Лю Цингэ пришел слишком не вовремя!

Тогда, во дворце Хуаньхуа Шэнь Юань успел ужаснуться вопиющей непристойности, но прошла едва пара минут — и все вылетело из головы. Его чудовищный ученик снова виделся заслуживающим только любви, жалости, принятия. А двусмысленность сцены… какая еще двусмысленность сцены? Не было ничего, пользователь, думайте лишь о том, как вы ужасно виноваты перед главным героем!

Вот же срань. Проблеваться бы, да нельзя: звуки, запахи и дыхание могли привлечь монстров. Оставалось только циркулировать ци по меридианам, неспешно шагать и раздраженно распихивать в стороны тупых Незрячих остовов. Ладно хоть дорогу он запомнил удивительно хорошо и с камерами удачно угадывал, какая не заперта…

Еще б угадать, что делать с Ло Бинхэ.

Если бы он не рискнул напасть снова и покинул Священный мавзолей, если бы он дал Шэнь Юаню передышку, если бы позволил вернуть Тяньлан-цзюня и обзавестись защитой! Как здорово было бы еще немного пожить, подышать без ужасного выбора — который и выбором-то не является, потому что Ло Бинхэ всегда получает что хочет...

Угу, жить, дышать и знать, что в этот самый момент его ученик вновь штурмует Цанцюн. Гадать, кого он убьет, кого оставит в живых, кого похитит и пустит на свои демонические практики, а кого превратит в увесистый аргумент для шицзуня. Чьи отрубленные ноги приедут к Шэнь Юаню в красивой коробке? Юэ Цинъюаня или Лю Цингэ? 

К счастью или нет, но выбора у него особо и не было. Шэнь Юань кожей чувствовал: Ло Бинхэ никуда не ушел. Он здесь, он близко. Он не отступится так просто. Его ученик скверно умеет останавливаться. И уж точно не остановится сейчас.

Логично и правильно было бы уйти с Ло Бинхэ добровольно, но от одной этой мысли Шэнь Юаня скручивало в комок ледяного ужаса.

Наверное, все просто будет как в Цзиньлане. Он не сможет оказать достойного сопротивления, не справится — но по собственной воле все-таки не пойдет. Самое смешное, что его отношений с Ло Бинхэ это не ухудшит. Ученику вообще плевать на добровольность, он просто приходит и забирает то, что захочет. Эх... Был бы Шэнь Юань, как в нормальной чуаньюэ, сам главным героем!

Увы, пока ему повезло только в том, что до дверей Зала Сожалений они с Чжучжи добрались без боя. Пролом в стене, сделанный телом Ло Бинхэ, был предсказуемо пуст, двери зала так и остались выбитыми. Шэнь Юань скинул еще один слой погребальных одежд, поплотнее намотал на себя хвост Чжучжи-лана и начал укутываться. Тот прошипел что-то невнятное и попытался сползти.

- Нет-нет, Желейка, даже не думай. Виси смирно, - строго сказал Шэнь Юань. - Даже если твою чешую и не берет кислота, кожу и волосы она запросто растворит.

Он глубоко вздохнул несколько раз - и рванул вперед так быстро, как только может бегать очень нервничающий бессмертный мастер. Влететь в дверь, дернуть за рычаг, ногой прижать неприметный камень, останавливающий дождь… Готово! Путь открыт!

На одежды упало лишь несколько капель. Они оставили неопрятные дыры, но этот слой все еще можно было носить или использовать в качестве защиты. И как он в прошлый раз не вспомнил про особый механизм, дающий время на открывание двери? Полезная же штука. Удачно всплыла в голове.

В Зале Ярости, как и в Зале Сожалений, было тихо и пусто. Что логично: сражаться в них неудобно до крайности. Один неверный шаг - и тебя прожаривает лавой или растворяет в кислоте. Ло Бинхэ наверняка ждал его в Зале Радости. Там защита не реагирует на ци или касание пола, только на попытку украсть драгоценные камни из отделки. Не трогай ничего – и тебя не тронут. Идеальное место для засады. То есть любой другой враг встретил бы Шэнь Юаня у выхода из Мавзолея, но Ло Бинхэ наверняка «случайно» посетило озарение, подсказывающее оптимальный вариант действий. Видал он такое в книге, не раз видал…

Додумать, что делать дальше, Шэнь Юань не успел: перед ним распахнулись двери Зала Радости.

Странно, но Ло Бинхэ здесь не было. Даже отпечатка его ци не было. Ни привкуса знакомой энергии в воздухе, ни следов ловушки, которую он мог бы поставить… Чисто?

Дурные предчувствия немедленно сделались еще четче. Шэнь Юань, опустив на пол Чжучжи-лана, тщательно проверил все камеры «ветви возрождения». Ло Бинхэ не было.

- Ладно, не звать же его, - нервно усмехнулся Шэнь Юань. - Давай начинать, Желейка. Ты будешь жертвовать свою кровь? Чтобы в двух состояниях была, и на тряпке, и так?

- Хс-с-с-с! - Чжучжи-лан часто закивал и, неловко заползши на центральный саркофаг, навис над ним.

Еще недавно Тяньлан-цзюнь лежал в очень похожем гробу живым, дышащим и относительно целым. А теперь поверх пропитанного его кровью лоскута в глубину саркофага упало еще несколько капель - и все. Даже мертвого тела не было. Даже нормального демонического императора, чтобы активировать ритуал, не нашлось — только Шэнь Юань, решивший сжульничать и заменить оригинал подделкой.

Из режущих предметов у Шэнь Юаня нашелся лишь найденный в могильнике меч. Отнюдь не чистый, н-да, минимум в Тяньлан-цзюне испачканный. Интересно, если пустить по нему ци, это сойдет за дезинфекцию?

У рукояти на мгновение вспыхнули иероглифы, складываясь в имя.

Шамо. «Убийца демонов».

Ого! Этот клинок Шэнь Юань помнил. В книге он был одним из легендарных могучих артефактов, которые Ло Бинхэ собирал десятками, прятал в рукава и забывал навсегда. Меч героического заклинателя из прошлого, поклявшегося отомстить демонам за смерть семьи, отдавшего все за волшебный клинок, бла-бла-бла... В общем, на каком-то по счету небесном демоне мститель споткнулся, а меч сгинул в Священном Мавзолее. Безо всякого толка для демонов сгинул, потому что использовать его мог только чистокровный человек.

Вот и замечательно. Значит, порезаться им будет вполне безопасно, никаких проклятий или отложенных эффектов. Шэнь Юань полоснул себя по руке и плеснул в саркофаг. Подождал, пока натечет побольше, и залепил рану талисманом-повязкой.

- Ш-ш-ш-ш-ш!

- Да вроде бы я знаю, что делать, Желейка.

Ритуал возрождения, несмотря на все волнение, помнился прекрасно - будто Шэнь Юань всю дорогу до Зала Радости не дергался из-за Ло Бинхэ, а тщательно зубрил инструкцию. Встать в изголовье, там особая приступочка будет. Левую руку простереть над саркофагом, правой взяться за полустершуюся от времени резьбу, предварительно смочив ее собственной кровью…

- Тяньлан-цзюнь - мой! Я не отдам его никому, даже смерти!

Самые старые и мощные ритуалы очень просты. Не нужно ни печатей, ни ингредиентов - только пара слов, воля и желание. И навалившаяся на плечи тяжесть, пытающаяся согнуть, сломать, поставить на колени, доказать, что ты недостоин власти… Шэнь Юань прекрасно помнил главу, в которой все это описывалось, и поддаваться давлению не собирался. Да, он фальшивка. Да, он недостоин. Наплевать! Тяньлан-цзюнь все равно должен жить. Это несправедливо, неправильно - после десятилетий ужасных пыток провести на свободе меньше года, причем тоже в мучениях от разваливающегося тела! Пусть живет, смеется, целуется и смотрит на мир с тем восторгом, который бывает только у вернувшихся к жизни. Шэнь Юань знает, каково оно, у него тоже было несколько минут чистого счастья в самом начале, пока Система не разъяснила, чью судьбу ему предстоит повторить…

Сейчас никакой Системы нет - и Шэнь Юань вправе решать, кому тут жить заново. Вот он и решит.

В саркофаге медленно разгоралось золотисто-алое свечение. Оно пульсировало, как сердце, и постепенно росло, вытягивалось, обретало человекоподобную форму. Палка, палка, огуречик…

Получилось! Пошел процесс! Теперь только ждать. Шэнь Юань устало откинулся на каменный бок саркофага и ободряюще кивнул Чжучжи-лану.

- Скоро твой Цзюньшан вернется, Желейка. День, может быть, два...

- Вы так уверены, шицзунь? - вкрадчиво раздалось у него за спиной.

Ну да, конечно. Когда же еще-то?

Ло Бинхэ стоял в проеме дверей с Синьмо в руках, глядел на саркофаг и усмехался. Не поспоришь, момент выбрал идеально. Шэнь Юань надеялся, что два небесных демона одного одолеют? Ло Бинхэ пришел, когда Тяньлан-цзюнь был кучкой клеток в оболочке из демонической энергии, а Чжучжи-лан - нелепым созданием, не способным даже удержать в руке меч. Да и самого Шэнь Юаня едва-едва отпустило тяжестью ритуала.

Как предсказуемо. Ладно, он все равно поборется.

- Бинхэ.

- Да, шицзунь, это я, - Ло Бинхэ улыбнулся еще шире и радостнее. - Вы думали спрятаться от меня за спинами этих демонов?

Вопрос явно был риторическим, но Шэнь Юань все же ответил:

- А ты считаешь, мне не от чего прятаться? Ты угрозами и шантажом увел меня с Цанцюна, а когда я отказался говорить с тобой, попытался взять силой! Собственного учителя! Ты понимаешь хоть, что творил? Ты действительно считаешь, что после такого я не буду от тебя прятаться или искать защиты у других?

Что в Ло Бинхэ пробудится совесть, Шэнь Юань не надеялся, а вот потянуть время было бы кстати. Вдруг он ошибся со сроками, и возрождение Тяньлан-цзюня продлится вместо пары дней этак полчасика? Ну вдруг?

Как ни странно, его слова возымели эффект: Ло Бинхэ вытаращился, будто призрака увидел.

- Но учитель, я же не хотел! Я хотел только чуть-чуть припугнуть, я нечаянно, - забормотал он. - Я никогда не желал вам зла, я ничего дурного не делал!

Шэнь Юаня аж передернуло. Какое отвратительно наглое вранье! Ничего дурного, значит?

А ведь раньше… раньше он мог бы и поверить. Точнее, его заставили бы поверить. Убрали бы подальше все воспоминания о милых развлечениях Ло Бинхэ, подкинули взамен надежду на лучшее. Например, на то, что доброта и любовь исправят любого мудака — нужно только любить достаточно сильно и не думать о себе.

А потом Система заполировала бы все это заданием. Подставь зад и получи десять баллов. Подмахивай в процессе и получи двадцать.

- Ты хотел меня припугнуть? - переспросил Шэнь Юань, изо всех сил давя желание орать и ругаться в полный голос. - Что ж, у тебя отлично получилось. Я испугался и убежал. Может, ты еще не хотел меня избивать, поить кровью, мучить в Водяной тюрьме, обвинять меня в том, в чем я никогда не был виноват? Не хотел атаковать Цанцюн и убивать людей каждый месяц? Правда?

- Но… но… шицзунь, это же было так давно! - в глазах у Ло Бинхэ вскипели хрустально-чистые слезы.

Наверное, раньше Шэнь Юаня бы это остановило. Заставило бы пожалеть бедного мальчика, не виноватого в собственной природе и преданного жестоким учителем. Но сейчас как-то не получалось. Возможно, жалость ушла вместе с Неисцелимым? Или осталась в фальшивом Бамбуковом доме?

А может, освободившись от Системы, Шэнь Юань, как любой нормальный человек, просто включил здоровый эгоизм? И начал в первую очередь думать о себе, а не об удовлетворении своего мучителя. Давно пора было, если честно.

- Это - было, - отрезал Шэнь Юань. – И даже если не брать в расчет зло, причиненное этому мастеру, остается еще ой как немало! Ты похитил собственного шишу, держал его в плену. Поднял меч против другого шишу, против своего главы и всей школы. Явился на Цанцюн с армией. Твоя шимэй Лю и шиди Ян чуть не пошли тебе на ежемесячный корм!

Если бы Шэнь Юань встретил в любой книге такого замечательного многогранного персонажа, он ни на секунду не усомнился бы: перед ним злодей. Бешеная тварь, белоглазый волк, кусающий кормящую руку, а также все прочие традиционные определения, вместе взятые. Но никак не главный герой.

Когда Ло Бинхэ сделался таким? Да неважно уже — сделался ведь.

- Шицзунь, я бы никогда!.. - Ло Бинхэ порывисто шагнул вперед и попытался схватить Шэнь Юаня за руку. Неудачно: тот резко увернулся. - Я даже Ша Хуалин приказал, чтобы не брала учеников Цанцюна, просто она не послушалась, но это все она! Я не виноват, шицзунь!

- Нет, Бинхэ, это ты виноват, - мрачно произнес Шэнь Юань. - После Цзиньланя ты мог бы уничтожить Синьмо и не травить себя, спокойно уйти в демонические земли и мирно жить там. Или в Хуаньхуа, если тебе хотелось и дальше притворяться человеком.

Эти слова оказались ошибкой: глаза Ло Бинхэ вспыхнули яростью, и Шэнь Юаню пришлось отступить еще на пару шагов.

- Нет, шицзунь! Это вы виноваты! Это вы сбежали от меня, обманули! Я думал, что вы умерли на самом деле, и был вне себя от горя! И только из-за этого я творил ужасные вещи!

Тут Шэнь Юаня привычно кольнуло виной. Но лишь на мгновение — потом включились мозги.

- От того, кто мучает, бьет, пытает и бросает в тюрьму, сбежит любой, - огрызнулся он. - Ты можешь оправдываться чем угодно, хоть Синьмо, хоть кровью демона, хоть состоянием аффекта, - твоих поступков это все равно не отменит.

Как же легко думалось без Системы, как же четко и ясно! Правда, выхода из ситуации все равно не было. Ло Бинхэ сбит с толку, его, наверное, никогда не обвиняли вот так прямо, во всем подряд. А то и вовсе забывали, что с ними сделали - как чуть не забыл сам Шэнь Юань. Но минутное замешательство не означает, что Ло Бинхэ просто так откажется от своих планов.

А у Шэнь Юаня рано или поздно кончатся слова.

- Я говорил прежде и повторю сейчас, Бинхэ, - чуть мягче продолжил он. - Важно не происхождение, важны поступки. Ты еще можешь повести себя как хороший человек. Как достойный ученик. Отступись от меня. Отложи Синьмо, мирно займись своими владениями…

- Нет! - в мгновенно высохших глазах Ло Бинхэ вспыхнула ярость. - Шицзунь будет моим, раз и навсегда! Никто другой вас не получит!

Не прокатило. Шэнь Юань сделал еще шажок назад.

- А вариант, что я буду сам свой собственный, ты совсем не рассматриваешь?

- Шицзунь мой! – на его слова Ло Бинхэ не обратил никакого внимания. По рукояти Синьмо покатились алые блики.

Проклятый меч решил воспользоваться удобным моментом? Ну… если дело дойдет до прямого противостояния, это будет неплохо. Тогда их будет двое против одного.

- Нет! Я не желаю тебя ни в каком качестве, - четко произнес Шэнь Юань прямо Ло Бинхэ в лицо. - Я тебя не люблю! Я не желаю тебя ни как мужа, ни как спутника в совершенствовании, ни как ученика. Ты сделал мне много дурного, и я боюсь тебя. Оставь меня и уходи.

- Вы все равно будете моим, шицзунь, — Ло Бинхэ уже не улыбался, а скалился. — По доброй воле или нет, неважно. За других вы всегда боитесь больше, чем за себя. А ваш обожаемый Цанцюн пока стоит, и даже Лю Цингэ пока жив.

- И даже если я перережу себе горло, ты снова уложишь мое тело в местечке похолоднее и будешь трахать, как все те пять лет? - выплюнул Шэнь Юань.

Не потому что хотел накрутить разъяренного Ло Бинхэ еще сильнее — тот и сам отлично справлялся. Швырнуть в ученика это отвратительное обвинение его заставило какое-то болезненное любопытство. Швырнуть, а потом жадно вглядываться в глаза. Ужаснется? Возмутится? Вновь выдавит слезы?

Ло Бинхэ едва заметно вздрогнул, отшатываясь.

- Шицзунь!!! Как вы можете! Да я даже смотреть на вас не смел! Это ваши, ваши грязные мысли!

Негодование и слезы несправедливо обвиненной жертвы опоздали на полсекунды, не меньше. А это значило, что спазма Неисцелимого в самый неподходящий момент можно было не опасаться.

- Нет, - Шэнь Юань скривился, сглотнув тошноту. – Просто я знаю единственный способ, которым можно избавиться от Неисцелимого. Это соитие с небесным демоном. И, как любой заклинатель, я умею проводить самодиагностику. Я больше не отравлен.

До чего же отчетливо видно было, как в глазах Ло Бинхэ стеклышками в калейдоскопе сменяются чувства: паника, злость, расчет. Вот он покосился на саркофаг с телом Тяньлан-цзюня, вот он открыл рот, чтобы обвинить во всем его… Передумал, остановился.

- Если шицзунь пожелает - пусть так. Но даже если шицзунь считает меня грязным насильником, он будет моим. И никто меня не остановит!

И Ло Бинхэ что есть силы пнул саркофаг.

Нет, не саркофаг! Удар принял на себя Чжучжи-лан, укрывшийся у его подножья. В их спор он не встревал, притворялся тенью, но в нужный момент без колебаний прикрыл своего временно беспомощного Цзюньшана. Вот только пинок небесного демона, разозленного до предела, едва не размазал беднягу по стенке - и камень все равно вздрогнул, а свечение внутри сбилось с ритма.

Еще немного – и Тяньлан-цзюня не возродит уже никто. Как бы и саму душу не разметало по вселенной.

- Никакая демоническая дрянь мне не помешает! Хотите, чтобы я не разнес тут все, - идите со мной! И признайте, что вы мой, навсегда мой! Иначе я и этих выродков убью, и Цанцюн сотру с лица земли, чтобы шицзуню точно некуда идти было!

- Этого не будет.

 Шэнь Юань не слышал собственный голос - он завороженно смотрел, как медленно движется вверх лезвие Шамо. Навстречу Ло Бинхэ, блокируя удар, который иначе стал бы смертельным для Чжучжи-лана, а то и расколол саркофаг.

Мечи столкнулись со звоном - и Шамо не сломался. Удар всемогущего клинка из Бесконечной Бездны он выдержал, словно последнюю сотню лет не пролежал в могильнике, а медитировал на Ваньцзяне, копя силы. А свечение Синьмо, наоборот, стало едва-едва слабее.

Может быть, если удастся разбить Синьмо, Ло Бинхэ станет спокойнее, адекватнее? Тогда с ним получится договориться…

...нет. Это он еще в Хуаюэ проходил.

Никаких вторых шансов. Они для тех, кто, как Тяньлан-цзюнь, хотя бы сожалеет о содеянном.

Шэнь Юань заблокировал следующий удар и атаковал сам. Впервые за всю новую жизнь - всерьез, насмерть.

- Я не буду твоим. Никем.

Удар. Россыпь искр по камням.

- Я даже учителем твоим стал под угрозой смерти.

Широко распахнутые глаза Ло Бинхэ. Свист Синьмо у плеча.

- И столкнул тебя в Бездну тоже не по своей воле!

В груди все еще саднила вина: он мог бы разменять себя на мирную жизнь для ученика, на последний его шанс остаться белым лотосом. Мог бы умереть ради Ло Бинхэ…

Нет. Таких жертв никто не вправе требовать. А за решения, принятые под дулом пистолета, несет ответственность только владелец пистолета.

- Я не виноват в твоих несчастьях! Я отказываюсь расплачиваться за действия электронных сводниц с кинком на насилие!

Никогда раньше Шэнь Юаню не было так легко сражаться. Перед ним словно воздух расступался, меч в руке казался пушинкой, даже ядовитая демоническая энергия в воздухе не причиняла боли. Он держал невообразимую раньше скорость, без труда отбивал Синьмо, и сыплющиеся со всех сторон удары совершенно не мешали кричать на Ло Бинхэ. О, тот пытался перехватить инициативу, еще как пытался - но раз за разом вынужден был уворачиваться от острия Шамо. Как будто сейчас уже Шэнь Юань ненадолго стал всесильным и непобедимым, как будто это он тут был главным героем…

- Я свободен! И свой путь выбираю сам!

Отчаянный взмах Синьмо отбросил Шэнь Юаня к стене с барельефом - и он не глядя хлопнул ладонью по драгоценному камню. Зал Радости заполнил отвратительно-громкий звук, опасный для любого демона. Точнее, сейчас  - конкретно для одного: Чжучжи-лан наверняка сообразил отползти с поля боя, а Тяньлан-цзюня еще, по сути, не существовало. Вся мощь разбуженной демоницы-прародительницы обрушилась на Ло Бинхэ.

Небесному демону ее крик, наверное, был всего лишь неприятен, но этого хватило, чтобы заставить Ло Бинхэ замешкаться.

Острие Шамо с хрустом перечеркнуло Ло Бинхэ ребра, вынудило отшатнуться с болезненным вскриком.

И на это Шэнь Юань бы тоже раньше повелся. Хотя рана-то была нетяжелой, зажила бы мигом. Раньше он бы остановился, опустил бы меч… Ло Бинхэ тоже знал об этом, он сразу же чуть расслабился и даже успел усмехнуться. А потом едва увернулся от нового выпада - потому что останавливаться Шэнь Юань не собирался.

Ни герою, ни злодею нельзя давать второго шанса. Уж если драться, то до конца и контрольного в голову.

- Что?! - Ло Бинхэ вдруг замер и пораженно уставился на него. - Шицзунь… Что вы сделали?! Почему не работает?

О чем это он? О крови? Неважно. Шэнь Юань просто взвинтил скорость до предела, до боли в рвущихся мышцах – или разрезанных, вроде бы Синьмо был опасно близко? - и ударил Ло Бинхэ в горло.

Контроль почти не понадобился. Шамо был шире и толще обычного цзяня, и выпад в горло оставил голову Ло Бинхэ висеть на клочке кожи.

- Как у Почти Безголового Ника, - произнес Шэнь Юань, наслаждаясь возможностью вспомнить отсылку.

Вот так просто взять и вспомнить, что в его жизни есть не только Путь Гордого Бессмертного Демона, задача ублажать собой Ло Бинхэ и неизбежная мучительная смерть. Он и другие книги читал.

Впрочем, даже ради отсылки безопасностью он предпочел не пренебрегать. Следующий удар меча окончательно отделил голову Ло Бинхэ от тела, а самый мощный упокаивающий талисман, какой только получилось выдать, с легкой вспышкой развеял туманное облачко его души. Точнее, отправил на перерождение. Шэнь Юань проследил, чтобы оно рассеялось без следа, а потом со всей силы ударил по лезвию Синьмо - и без особого удивления увидел, как тот рассыпается на осколки.

Мечу, созданному, чтобы убивать демонов, было все равно, какого демона убивать - живого или металлического.

- Я свободен, - повторил Шэнь Юань, прислонившись к стене.

В Зале Радости больше не было ни одного живого демона. Стало тихо.

Боевой транс развеивался постепенно, оставляя после себя боль в порезанном – все-таки порезанном - бедре и вялое изумление. Он… справился? С самим Ло Бинхэ? Да еще и не просто «сбросил в пропасть и счел мертвым», а полноценно убил? И даже не тонет в обжигающей вине пополам со страхом, как после Собрания Союза Бессмертных?

Так быть не могло. По боевым навыкам Ло Бинхэ превосходил Шэнь Юаня многократно, никакой чудесный меч этого бы не изменил. У Ло Бинхэ было в разы больше опыта, он на одном классе уделал бы кого угодно.

Но Шэнь Юань об этом забыл. Или наплевал. Просто испугался за Тяньлан-цзюня и Чжучжи-лана, которым грозила смерть, кинулся в бой не думая - и победил…

...а, чтоб его! Чжучжи-лан же! Он ведь успел выбраться из зала, верно?

Несчастный змеедемон обнаружился в самом начале «ветви возрождения». Он лежал неподвижно, едва дышал и выглядел так, как будто саркофаг Зала Радости вот-вот понадобится и ему. Понятно, выбраться успел, но далеко не уполз. К счастью, тут Шэнь Юань уже знал, что делать. 

Очень осторожно подхватив Чжучжи-лана, он перенес его к самому трупу Ло Бинхэ и положил на пол. И, запустив обе руки в бездонные рукава на черно-красных одеждах, торопливо сформулировал запрос.

«Мне нужно лекарство для демона, самое сильное».

Ло Бинхэ три года зависал в Бесконечной Бездне и собирал легендарные сокровища. У него обязаны быть полные рукава лута! Такое в сундук не сгрузишь, вопросы будут к мирному «старшему ученику Ло». Только с собой таскать — благо бездонные рукава и правда бездонные, не хуже инвентаря в играх. Вот и пусть принесут пользу!

На запрос и выпало подозрительно мало. Горка непонятных трав, светящийся кристалл, стандартная лекарская укладка Цанцюна — неужто Ло Бинхэ не истратил ее в Бездне?.. Ага, вот — язык рогового вечнорастущего щупальцекальмара. Отличное средство, чтобы подстегнуть естественную регенерацию! Правда, Чжучжи был без сознания, и мелко настроганное щупальце в него пришлось запихивать, как таблетку в кота. Зато помогло: вывернутые пинком Ло Бинхэ ребра встали на место, раны затянулись тонкой розовой кожицей. 

- С-с-с-ш-ш! — Чжучжи-лан кое-как проморгался и преданно уставился ему в глаза. — С-с-спс-с-с!

- Не за что, Желейка, не за что, — отмахнулся Шэнь Юань. — Повезло, что у Ло Бинхэ с собой лекарства были. Иначе я б тебя второй очередью воскрешал, подождать бы пришлось.

И, выдохнув, растянулся на полу: как-то разом кончились силы.

Он смог. Он справился. Он свободен и вроде бы даже не заплатил за это ничьей жизнью. Кроме жизни Ло Бинхэ, но ему Шэнь Юань сочувствовать уже не мог, не получалось. Как, спрашивается? Прости, мой неудачливый похититель, шантажист, насильник, палач и в будущем убийца, что я защитил себя и своих близких?

А ведь теперь можно ни за кого не бояться. Ни за Лю Цингэ, ни за Юэ Цинъюаня, ни за всех остальных, кто больше не станет человеческими сосудами и не погибнет при следующей атаке на Цанцюн. Даже за Тяньлан-цзюня с Чжучжи-ланом! Вот уж к кому Шэнь Юань не ждал, что привяжется. Те ведь еще твари, не невинные овечки ни разу.

Ну-ка, а как там дела еще кое с кем?

- Система? — позвал Шэнь Юань вслух.

Ответа не было. В поле зрения не горело ни одного системного окна, даже с записью об ошибке. Даже табличка «спящий режим, обращайтесь в техподдержку», знакомая по времени после Бездны, больше не появлялась.

Значит, точно все.

Не случится ни слияния миров, ни гибели заклинательских школ. Ни смерти Тяньлан-цзюня, про которую в Пути Гордого Бессмертного демона не было ни строчки. Должно быть, в книге он тихо зачах под горой Байлу, а Чжучжи-лан остался с ним навсегда. И Ло Бинхэ не вмешался — хотя еще в Бездне узнал, кому приходится сыном.

Зато тут вроде бы неплохо получилось. Всех спас, прямо как какой-нибудь главный герой дурацкого чуаньюэ. Читай он такое на форуме, ох, и разругал бы финал, ох и разозлился бы на рояли из кустов! И на внезапный левел-ап, и на чудесный меч, случайно подвернувшийся под руку, и на навязшее в зубах «я слаб, но если защищаю беспомощных, то сразу становлюсь ого-го и пафосно превозмогаю»… 

Перечисление нестыковок и несообразностей оказалось отличным снотворным: как раз на пафосном превозмогании Шэнь Юань уплыл в темноту.

Ему все еще неправдоподобно везло. Вырубившись в демоническом могильнике на каменном полу и без защиты, он проснулся живым. Правда, немилосердно болела рана от Синьмо — будто ему не бедро порезали, а минимум ногу отрубили. Пришлось срочно перевязываться и благодарить судьбу за то, что регенерация бессмертного мастера хотя бы остановила кровь. Легко отделался, после поединка с главным героем-то…

Он убил Ло Бинхэ.

И теперь он точно не станет ни человеком-палкой, ни человеком-факпотейтоу.

- Хорошо-то как, а! - Шэнь Юань потянулся и перевел взгляд на саркофаг. Свечение в нем практически угасло, а на краю, цепляясь за каменную резьбу, экзотической гирляндой висел Чжучжи-лан и вглядывался внутрь.

- Хс-с-с-с!

- Думаешь, уже все? - Шэнь Юань с некоторым трудом поднялся и прохромал в центр зала.

В саркофаге лежал Тяньлан-цзюнь. Совершенно живой, дышащий, скрестивший руки на груди — совсем как при их первом знакомстве. Наверное, воскрешение уже закончилось, и он просто спал, восстанавливая силы… 

Если приглядеться, было видно: у Тяньлан-цзюня едва-едва дрожали ресницы.

Вот ведь... романтик! Наверняка нарочно ждал, пока Шэнь Юань проснется! Рискуя, между прочим, что безопасное время после воскрешения подойдет к концу и их распылит на атомы встроенным в Зал Радости механизмом для уборки лишнего генетического материала. Вот ведь балбес демонический!

Ну что с таким сделаешь, а?

Шэнь Юань наклонился над саркофагом. Не сдерживая улыбки, коснулся губ Тяньлан-цзюня. Дождался, когда тот откроет глаза, и сказал ему:

- С добрым утром!

- Воистину, это самое доброе утро моей жизни, любовь моя! - с жаром ответил Тяньлан-цзюнь.

Точно, любовных романов перечитал. Хотя его можно понять: у Тяньлан-цзюня, должно быть, впервые за много-много лет ничего не болело. От такого немудрено чуть-чуть потерять голову!

- Чтобы это утро стало еще более добрым, нам всем нужно переместиться в камеры «ветви возрождения», - деловито распорядился Шэнь Юань. - Подождать, пока Зал Радости проведет очистку, и наконец просто хорошо отдохнуть.

Он поднял Тяньлан-цзюня на руки и направился к ближайшей камере. Хорошо быть бессмертным мастером! Нога, конечно, болит, но слушается, не подламывается. И несколько часов сна на диво неплохо восстановили силы — как будто он в кровати спал, а не в Священном Мавзолее. Хотя ногу все равно стоит намазать чем-нибудь из цанцюнской укладки Ло Бинхэ, да и его бездонные рукава забрать не помешает. С боссов хороший лут падает, особенно с таких.

Заниматься трофеями тоже пришлось самому, второй ходкой: Тяньлан-цзюнь двигался еще вяло и заснул, едва его положили на пол. Видно, все силы ушли на романтическую сцену в гробу. Чжучжи-лан честно пытался помочь, но ему, хвостатому, таскать что-то тяжелое было совсем неудобно. Так что, донеся до камеры тело Ло Бинхэ, Шэнь Юань только и смог, что устало усесться рядом.

Ладно. Что там у нас по итогам? Возрождение удалось, это раз. Техника безопасности соблюдена, это два. Сейчас им никто не угрожает, это три. Кажется, Священный Мавзолей вообще пуст. Вроде бы все, можно перевязаться и расслабиться?

Что-то недоделанное упорно скреблось в голове. Что-то он забыл… 

А, точно! Надо еще передать Тяньлан-цзюню обратно титул императора демонов. Проще всего через ритуальный поединок — ну, или через отречение, если такой вариант тоже есть. Ерунда, короче. Тут проблем не предвидится.

А потом, когда они чуть-чуть отлежатся и выберутся наружу, можно будет просто жить. И Шэнь Юань впервые увидит, каков мир Пути Гордого Бессмертного Демона на самом деле — без предопределенной смерти и меча над головой.