Work Text:
Кавех несётся вниз, перепрыгивая ступеньки. Ну конечно же курьер пришёл именно тогда, когда водичка в душе нагрелась до приятной теплоты, а йогуртовый скраб с семенами чиа уже был на лице. И конечно же именно в таком виде — наброшенном на мокрое тело халате, измазанным лицом и с горой коробок — он налетает на своего горячего соседа по площадке. Хуже и быть не может.
— Живой? — спрашивает эта сексуальная груда мышц не менее сексуальным низким голосом, и Кавеху кажется, что нет.
— Всё нормально, спасибо. Прости, что…
— Не бери в голову.
Взгляд соседа падает на оголённые халатом ноги. Кавех машинально прикрывает бедро подолом, сосед же прочищает горло.
— Я на тренировку, — поясняет он, хотя никто не спрашивал.
— А, эм. Удачи там!
Сосед кивает и уходит, а Кавеху хочется умереть на месте.
Вряд ли тот вообще помнит. Они вместе учились, между прочим. На разных факультетах, а Кавех ещё и курсом старше, но всё же. Насколько этот парень был горяч внешне, настолько же холоден он был в общении. По слухам. Сам Кавех попытался заговорить с ним всего лишь один раз, и тот будучи пьяным в хлам, поэтому чем всё это закончилось сказать не может.
Потом выпуск, поиск работы, попытки закрыть студенческий кредит, бесконечная смена съёмного жилья, пока он не оказался здесь, а его университетская любовь в лице аль-Хайтама не оказалась соседом. И, нет, удачей это не было, ведь их неожиданное воссоединение произошло в самый неподходящий для Кавеха период жизни.
Он закрывает дверь на несколько замков, смывает скраб с лица и принимается за коробки. В них — дешёвые костюмы для работы временной, пока Кавех не разберётся с кредитами и не найдёт что-то по специальности. Очень-очень скоро. Он правда старается, но кто бы знал, что вчерашних студентов не жалуют.
Закончив с оправданиями самого себя, Кавех выдыхает и достаёт латексный банни-сьют. Ничего особенного: боди, воротник, манжеты и ободок с ушками. Где-то в шкафу были колготки в сетку, и ещё надо успеть сделать макияж, эфир всего через час. Это всё аль-Хайтам виноват. Не задержись он на площадке, то!..
— Всем привет! — Кавех отправляет в экран воздушный поцелуй и кружится перед камерой, — как вам сегодня мой образ?
Чат пестрит комплиментами и эмодзи-реакциями, но Кавех выискивает глазами один дурацкий ник — своего постоянного и самого щедрого зрителя. Признаться, именно для него он вообще в косплей ввязался.
Похоже, на стриме его сегодня нет. Жаль.
Едва он думает об этом, как Кавеху прилетает донат.
100$ — Человек Наук: Ты в любом виде прекрасен.
— Спасибо, мой золотой, — складывает он из пальцев сердечко, надеясь, что не выглядит слишком уж радостным, — я уже начал переживать, что ты сегодня не придёшь.
100$ — Человек Наук: Разве я могу упустить шанс полюбоваться тобой?
— Как мило. Ты же знаешь, что необязательно донатить, чтобы поговорить со мной?
300$ — Человек Наук: Ты достоин того, чтобы на тебя тратились.
Чат начинает гудеть; одних интересует, кем он вообще работает, чтобы каждый стрим столько донатить, другие просят подкинуть денег им тоже, третьи говорят Кавеху, что такие суммы следует отрабатывать и интересуются, когда он уже дозреет до приватных чатов или хотя бы начнёт раздеваться как следует.
Он и сам знает, что это решило бы его денежные вопросы. Платформа сейчас платит чисто символически — не настолько Кавех популярный стример. Несмотря на стабильный онлайн, донатят ему нечасто и обычно не больше десятки баксов. Если бы не поддержка от Человека наук, то он бы, наверное, давно бросил. Пусть технически этот тип — источник дохода Кавеха, если быть совсем честным, Кавех в самом деле чувствует себя обязанным и продолжает стримить только для него. Пока его смазливое лицо делает хоть кого-то счастливым, Кавех готов продолжать. Даже в банни-сьюте.
Что же насчёт благодарности, хм. Ну уж нет. Точнее, Кавех и правда многим ему обязан — спасибо за все те безумные для его маленького аккаунта суммы — но рисковать своей приватностью он не готов. Так что он просит чат немного остыть в преддверии горячего, и делает то, что привык — рисует полуголые арты для заказчиков из твиттера. Совсем не этим он планировал заниматься по окончании архитектурного, и вот он здесь.
Об этом Кавех думает и после стрима за сигаретой на пожарной лестнице. Выпускает клубы дыма в сумерки, облокотившись об узкие перила. Мда. И как он только докатился до такой жизни.
— Не знал, что ты куришь, — раздаётся сзади, и Кавех едва не роняет сигарету изо рта. Чёрт! Надо было надеть что-нибудь поприличнее!
— Я не… в смысле, так-то я не курю, но бывает такое настроение иногда, знаешь?
— Не знаю.
Аль-Хайтам облокачивается рядом. Для поддержания разговора мог бы и соврать, однако его честность трогает Кавеха до глубины души. Пусть не продолжает. Влюбляться в него ещё больше никак не вписывается в планы.
Впрочем, как будто у Кавеха есть хоть какой-то план, кроме как жить от доната до доната.
— Слушай, а кем ты вообще работаешь? — раз уж построить ему глазки в грязном халате не получится, может, получиться вытянуть из него что-то полезное.
— Веду документооборот одной айти-конторы.
— Звучит… скучно.
— Так и есть. Зато хорошо платят и отпускают домой вовремя.
— Завидую, — тянет Кавех, растекаясь по перилам до подбородка, — а вам там не нужны молодые перспективные архитекторы?
— Насколько я знаю — нет, но могу поспрашивать, — отвечает он со всей серьёзностью. Мило! Так и затискал бы его в объятьях! Ну, или хотя бы уткнулся носом в его здоровенную грудь и умер безо всяких сожалений.
— Не бери в голову, я пошутил.
Сигарета догорела до самого фильтра. Они стоят в уютной тишине надвигающейся ночи, смотря на темнеющее небо сквозь узенькие высотки. Пора обменяться неловким “пока” и разойтись по домам, но Кавех хочет побыть в этом мгновении хоть ещё немножечко.
— У тебя, эм, — нарушает тишину аль-Хайтам, чем очень Кавеха расстраивает, — классные колготки.
О, нет.
Очень хотелось бы, чтобы глаза его обманывали, но это не так. То есть, всё это время он стоял перед своей университетской любовью в сетчатых колготках.
Какой стыд! Не хватало ещё, чтобы он решил, что для Кавеха одеваться так вполне себе норма!
Объяснения сделают только хуже. “Ой, это всего лишь часть косплея, забыл снять после стрима. Кстати, вот мой ник, заглядывай тоже, я рисую порно-арты на заказ в прямом эфире!”
Всё, что ему остаётся — промямлить тихое “спасибо”, опустив глаза в пол. Это он тоже зря. Или аль-Хайтам носит в своих спортивных штанах пушку, или настолько рад колготкам. Кавех ещё не решил, какой из двух вариантов для него опаснее.
Соврав что-то про срочные дела, он трусливо сбегает в квартиру и прыгает под одеяло с головой, хотя хочется в окно.
Спокойно, Кавех. Выдохни. По одной проблеме за раз.
***
Утро начинается не с кофе, а с проверки откликов. Отказ, отказ, от… Да ладно!
Сон как рукой снимает; Кавех бегает по комнате в поисках приличных вещей, параллельно пытаясь умыться и сделать себе завтрак. С тостом в зубах, он запрыгивает в свои лучшие брюки, с чашкой в одной руке, другой собирает волосы во что-то похожее на причёску. Нет, всё же ему понадобятся обе. Допив кофе залпом, Кавех поправляет пробор, подкалывает передние пряди невидимками и, довольный собой, наносит на губы прозрачный бальзам. Контора серьёзная, выглядеть нужно соответствующе.
Через полчаса он готов к выходу: одет с иголочки, лицом великолепен, в сумке — диплом и портфолио. Если и сегодня ничего не выйдет, то и впрямь придётся раздеваться на стримах, но предчувствие у Кавеха на редкость хорошее.
Получится. У него всё обязательно получится. А как устроится на приличную работу, то…
Мысли об аль-Хайтаме и его большом сюрпризе в штанах Кавех отгоняет подальше. Не хватало ещё отвлечься на это во время собеседования.
Ему не дают и шанса. Когда наступает очередь Кавеха, девушка-рекрутёр даже не пускает его в кабинет.
— Простите, мы только что приняли кандидата. Всего вам доброго.
— Что значит “только что приняли”?! — взрывается Кавех, — вы даже не посмотрели мои работы!
— Сожалею, но вакантное место уже занято. Если появится ещё одно, мы обязательно с вами свяжемся.
И дураку понятно, что нет — не первый раз отшивают. Кавех оборачивается, чтобы посмотреть на парня, который минутой ранее этот кабинет покинул. Молодой и смазливый. Тощеват, но, говорят, девушкам сейчас такие нравятся. Словно в подтверждение догадок, рекрутёр машет ему вслед, а парень посылает ей воздушный поцелуй. Поймав возмущённый взгляд, этот нахал самодовольно улыбается, мол, “ищи дальше, неудачник”, и если бы не интеллигентное воспитание, Кавех бы без шуток выцарапал ему глаза. Нет, ну каков мудень! Он наверняка чертит хуже, а в его эскизах ни грамма оригинальности, и если бы не красивое лицо!..
Может сотрясать воздух сколько угодно, но ничего не изменится. Сам он тоже красавчик, только конкретно ему это по жизни нисколько не помогает. Наверное, Кавех не умеет своей красотой пользоваться. Мог бы раздеваться на камеру сам вместо того, чтобы рисовать раздетых персонажей. Мог бы ублажать себя в прямом эфире игрушками — он видел в дискорде скрины выплат подобным стримерам.
Да кого он обманывает. У Кавеха духу не хватит.
Однако если так пойдёт и дальше, то ему прямая дорога в эскорт. Или на панель. Или сразу отдать себя на органы — так, может, хоть жизнь кому-нибудь спасёт. Впрочем, если верить словам Человека наук, Кавех уже сейчас спасает его жизнь одним своим существованием. Хочется верить, что он простой скучающий миллионер, а не какой-то стрёмный тип, просаживающий на него последние деньги. Выяснять не хочется. Разочароваться ещё и в нём будет для Кавеха ударом. Разочарований в самом себе ему достаточно.
Разочарование. Из него Кавех состоит целиком и полностью. Вот к таким выводам он приходит у кассы супермаркета с пакетом разного алкоголя в руке. Ну и что, что сейчас всего немного за полдень. У него было ужасное утро, ладно? Кавех спорит об этом сам с собой, пока поднимается в квартиру и после, распихивая вещи ногой по углам и зашторивая окна.
Он включает предложенный приставкой сериал, кутается в плед под кондиционером и ест большой ложкой клубничное мороженое, запивая его полусладким. На вкус отвратительно. Примерно так Кавех себя и чувствует.
Самодовольная улыбка того парня, который увёл у него работу, до сих пор не даёт покоя. Как бы врезать по этому, этому!..
Кавех тоже красавчик, вообще-то. Раз даже такой тип пользуется своей победой в генетической лотерее по полной, то он чем хуже.
Утерев сопли и преисполнившись решимостью, Кавех открывает ноутбук чтобы запустить приложение стрима.
— Всем здрасьте, — машет он в камеру. Из-за опьянения его дикция немного страдает, но кому не плевать, — я сегодня не по графику, знаю, так что подождём подписчиков ещё немного, ладно?
Чат постепенно начинает оживать; кто-то здоровается, кто-то спрашивает, что случилось, один спрашивает, какого персонажа будем раздевать сегодня. Это сообщение Кавех зачитывает вслух и отвечает:
— Меня. Вы же так давно просили. — Он задирает футболку до сосков, а затем опускает её обратно. — Буду снимать по шмотке за донат.
КиссМи: Да он в говно!
Пчелозавр: Закиньте ему кто-нибудь, пока не передумал!
НунЧак88: Сам чего не задонатишь?
Пчелозавр: Так я нищеброд, лол
х_Фокси_х: Срочно зовите Человека Наук! Он-то разденет его до трусов!
КиссМи: Скорее задонатит на приват, но не знаю, можно ли считать такое активным согласием, учитывая состояние стримера
Пчелозавр: @КиссМи Душнила =3=
Прежде, чем он успевает ответить хотя бы на одно, ему прилетает первый донат:
2$ — неПчелозавр: Давай футболку, раз уж начал
— Футболку так футболку, — подмигивает Кавех в камеру, неуверенный, точно ли сделал это одним глазом, и пытается стянуть её как можно сексуальнее. В процессе он застревает в рукавах, а потом и в вороте. Получилось не так эффектно, как он планировал, но чату вроде бы нравится.
5$ — х_Фокси_х: Джинсы! Давай джинсы! Летсголетсголетсго!
— Спасибо, моя золотая, всё для тебя, — теперь он складывает из пальцев сердечко.
Пуговица не хочет поддаваться, будто даже одежда против этой затеи. К сожалению, Кавех упрямый. Он продолжает несмотря на то, что уже сломал ноготь об молнию (джинсы сели после стирки, или он позорно набрал вес на чипсах?) и едва не выдернул пуговицу с корнем. Ремня под рукой не нашлось, так что Кавех продевает пальцы через шлёвки и немного качает бёдрами из стороны в сторону. Затем он наклоняется, чтобы вытащить ноги из штанин, и вот тут алкоголь наконец-то его догоняет. Грохот такой, что, кажется, даже пантограф с микрофоном немного накренились, а Кавех мало того, что запутался в собственных джинсах, так ещё и приложился лицом об пол.
Пока он стонет от боли, случается невероятное: по его душу приходит ангел неземной красоты. Ангел опускает крышку ноутбука (эй, у него вообще-то стрим!), а затем с нежностью поднимает на божественно мускулистые руки. Он видит слепящий глаза свет, золотые двери Рая — всё говорит о том, что Кавех, в общем-то умер. Жаль. Он ведь так и не сказал аль-Хайтаму, как сильно по нему сохнет.
Удивительно, что именно его он и видит, когда приходит в себя. Голова звенит так, будто её по всей стройке пинали, причём без каски. А ещё, кажется, Кавех немножечко так не у себя.
— Доброе утро, — говорит ангел-аль-Хайтам, с чем довольно тяжело согласиться, — как самочувствие?
В ответ Кавех зажимает рот рукой. Благо, аль-Хайтам его понимает и указывает жестом в сторону туалета. Чтобы он ещё хоть раз так пил.
— Почему мы у тебя? — спрашивает Кавех после того, как приходит в себя и как следует полощет рот под краном.
— Ты потерял сознание или вроде того. Грохот был такой, что я услышал из-за стенки. Решил спросить, всё ли в порядке — дверь оказалась открытой, а ты на полу. Я посчитал неэтичным рыться в чужих вещах, так что отнёс тебя сюда. Вся история.
Звучит складно — ну, если опустить часть про потерю сознания. И становится понятнее, почему на Кавехе сейчас чужая одежда.
Стоп. Аль-Хайтам что, его одевал? Вот этими вот руками? В своё? И касался голой кожи?
Кто теперь на Кавехе после такого женится, стыд и позор. Так и просится шутка про взятие ответственности, но аль-Хайтам такой серьёзный, что с него станется.
Чёрт, а ведь!..
— Твой ноутбук я закрыл и ничего не видел, — отвечает сосед скороговоркой прежде, чем Кавех спрашивает, и это точно провал.
— Я, эм, знаешь, — он осторожно пятится к выходу, — спасибо и всё такое… Шмотки верну вечером, а сейчас у меня дела, пока!
Кавех выпрыгивает за дверь и сразу же ныряет к себе в квартиру, после чего запирается на все замки. Ему хоть дыхание перевести бы, но он знает: чем дольше откладывать, тем серьёзнее будут последствия. Так что он поправляет сползающую с плеча рубашку, подтягивает, похоже, пижамные штаны повыше и выводит ноутбук из спящего режима.
Нет, это не провал. Настоящая катастрофа.
Не прошло и суток, однако его вчерашний стрим уже собрал вчетверо больше просмотров, чем обычно. Конечно же есть и клипы — их особенно много с моментом, когда он поцеловал лицом пол (нос до сих пор болит, между прочим). Разумеется, его личка тоже завалена сообщениями: почти все из них с вопросом «кто этот красавчик???» и смазанным скриншотом поднимающего его аль-Хайтама.
О, нет.
В панике Кавех бродит кругами по комнате, обхватив себя руками. Несмотря на поднявшиеся просмотры, повторять подобное он больше не планирует. Оправдываться — тоже, но если его пьяную выходку рано или поздно забудут, то с «красавчиком» не отстанут, пока Кавех не объяснит. Сам виноват. Не нужно было в один из прошлых стримов изливать душу и рассказывать про безответную университетскую любовь (он и тогда был не то чтобы трезв). После этого за ним закрепился образ страдающего одиночки, а незнакомые сексуальные парни в него как-то не вписываются.
Раз так, то лучше сказать как есть. Он даже репетирует для начала перед зеркалом: «Это мой сосед. Да, он горяч как Адово пламя, нет, у нас с ним ничего нет и быть не может, на этом закрыли тему, ладно?». Повторив это несколько раз с разной интонацией, пока сказанное не начало казаться ему достаточно убедительным, Кавех хлопает себя по щекам и включает стрим.
Приходится немного подождать прежде, чем хотя бы часть подписчиков подтянутся к трансляции.
Пчелозавр: Ничего себе кто подрубил!
х_Фокси_х: Омг!!! А чего так рано? Стыд и позор твоему красавчику, вот я бы не выпустила тебя из постели!
КиссМи: Надеюсь, ты хоть немного пришел в себя после вчерашнего.
Пчелозавр: @КиссМи Бедолага только проснулся, хватит его душить >_>
Фея_из_мильфея: Кстати о бедолагах — @Человек наук вообще знает, что у него парня уводят?
Пчелозавр: @Фея_из_мильфея Зря его тэгаешь, он не пишет в чате, только донатами общается, лол, но теперь мне тоже интересно
х_Фокси_х: У нас тут любовный треугольник??? Обожаю драмы!
— Стоп-стоп-стоп, никаких драм, никто никого не уводит! — начинает тут же оправдываться Кавех, забыв всё, что репетировал.
50$ — Человек наук: Детка, как себя чувствуешь?
х_Фокси_х: !!!!!!!!
х_Фокси_х: Д Е Т К А
х_Фокси_х: Конечно, никакой драмы
х_Фокси_х: /достает попкорн/
— Я не!.. Так, за донат спасибо, я в порядке и ни с кем не встречаюсь, ясно?!
Фея_из_мильфея: @Человек наук Так ты был вчера на стриме???
Едва Кавех собирается попросить чат оставить тему, как на весь экран всплывает новый донат:
500$ — Человек наук: Конечно был. Тот красавчик — это я.
Что?..
Кавех перечитывает ещё раз и ещё, и всё равно не верит своим глазам. Это… не может быть правдой. Просто потому что. Слишком по-идиотски даже для него — вот такое вот оправдание, хах.
И вообще — сейчас бы слушать всё, что говорят ноунэймы из интернета. Он же не беззаботный доверчивый пенсионер.
— Очень смешно, — Кавех закатывает глаза и пытается рассмеяться, но выходит из рук вон плохо. — Шутка и впрямь на все деньги.
100$ — Человек наук: Я не шучу. Открой, пожалуйста.
В дверь стучат, и вот теперь самое подходящее время, чтобы наделать в штаны, но чужие вещи жальче собственных.
Всё, на что его хватает — сказать “пока” в камеру, захлопнуть крышку ноутбука и прижаться к двери спиной на случай, если аль-Хайтам попытается прорваться силой. Вряд ли, конечно, но, Кавех теперь в принципе не знает, что обо всём этом думать
— Кавех, — мягко начинают из-за двери.
— Не-а, его нет дома, оставьте сообщение после сигнала.
И кто вообще дёрнул его открыть рот. За дверью тяжело вздыхают.
— Хорошо. Поговорим после того, как ты успокоишься. Я буду ждать здесь.
— “Здесь” — это на площадке?
— Именно.
Отстой. Теперь его единственный выход — окно. Можно связать верёвку из простыней и пододеяльников, но вряд ли их хватит чтобы спуститься с восьмого этажа. О, может, тогда через крышу? Нет, тоже не вариант. Кавех ведь не Человек Паук, в самом де…
Осознание доводит его до истерики. Господи, какой же он тупой. Теперь, зная контекст, намёк очевиден. Этот придурок специально взял созвучный ник. “Дружелюбный сосед”, как же. Если бы Кавех только догадался раньше.
То что? Попросил бы аль-Хайтама больше не донатить? Создал новый аккаунт и впредь бы стримил без камеры? Спросил бы, зачем тратить столько денег на обычного цифрового художника, которых в интернете навалом?
По крайней мере он ещё может спросить насчёт последнего. А ещё Кавех всё равно должен вернуть вещи.
Он осторожно открывает дверь, с удивлением обнаруживая аль-Хайтама сидящим на полу возле. Его топовый донатер поднимает голову, такой расстроенный и несчастный, что хочется его пожалеть. Впрочем, наверное, Кавех бы тоже расстроился, потратив за короткое время шестьсот пятьдесят баксов на простое “спасибо”.
— Зачем ты… — начинает он, цепляясь за наличник двери, но так и не подбирает подходящие слова, — …всё это?
Аль-Хайтам прикрывает глаза и почему-то улыбается.
— Сам-то как думаешь?
— А чего тут думать, вариантов не то чтобы много. Например, тебе вот настолько некуда девать деньги. Или ты мой сталкер-извращенец, жуть. О, или ты тоже стример, и это такой пранк — у тебя где-то припрятана камера, да?
Пока Кавех говорил, аль-Хайтам успел подняться и оказаться в очень опасной близости. По-хорошему, закрыть бы дверь, но чужая нога в тапке намертво стоит в проёме. Ой. А если и правда сталкер?..
Очередная попытка ни к чему не приводит — теперь аль-Хайтам удерживает дверь ещё и рукой, а затем и вовсе проходит в квартиру. Сбежать в окно больше не кажется такой уж плохой идеей.
Не получается даже сделать шаг вглубь, поскольку Кавеха ловят за запястье.
— То есть, вариант, что ты мне нравишься, вообще не рассматривается?
— Я? Нравлюсь? Кому, тебе? Это даже не смешно.
— Согласен, в этом нет вообще ничего смешного, потому что я как никогда серьёзен.
Весь его вид говорит, что так и есть, однако Кавех отказывается в это верить. С трудом, но он выдёргивает руку, и скрещивает её с другой на груди:
— Да ладно. И когда я успел тебе понравиться, на стримах что ли?
— В универе. И вообще ты первый ко мне подошёл, разве не помнишь?
Вот чёрт. Что-то такое и правда было, но, увы, подробностей Кавех не может вспомнить как бы ни старался. Может, его тогда озарило подкатом настолько гениальным, что даже аль-Хайтама зацепило? Пожалуйста, пусть будет так. Ещё одного позора он не переживёт.
— Ты сказал, что хотел бы спать на моей груди как на подушке. — Хочется провалиться в самые недра Земли. Голосом аль-Хайтама звучит ещё хуже, чем наверняка было. — А потом сделал несколько комплиментов моей заднице. — Нет, всё, хватит; как сменить себе имя и сбежать за границу?
— То есть, тебе вот такое нравится? — нервно смеётся Кавех, думая, хватит ли ему денег на фальшивый паспорт.
— Нет. Ты был пьян, и поначалу я решил не обращать на тебя внимания и продолжить читать, думая, что тебе надоест и ты отстанешь. Но потом ты сказал, что тоже читал эту книгу, мы разговорились, и… Ты правда не помнишь?
— Вообще ничего, — признаётся он севшим голосом. Как такое можно было забыть?!
— И даже то, как меня поцеловал?
— Я сделал что?!
Плечи аль-Хайтама трясутся от смеха. Он пытается спрятать улыбку рукой, но слишком поздно — Кавех её видел, и его сердце сейчас того гляди проломит рёбра.
— Прости, не смог удержаться. Нет, мы не целовались. Точнее, ты собирался, но остановился на полпути и сказал, что нельзя себя так вести на первом свидании. А я, в общем-то, был не против. Потом ты сбежал, потом началась сессия, потом дела, и… в следующий раз я увидел тебя на стриме — коллега смотрел запись на рабочем месте, я подошёл его отчитать и узнал тебя, а ещё через неделю ты переехал в соседнюю квартиру. Решил подписаться и поддержать тебя хоть как-то, а дальше ты знаешь. Прости, что не придумал ничего умнее.
Если честно, Кавех не слушает. Его сознание гоняет по кругу: “Он был не против, представляешь, не против! С тобой не против! Целоваться! Вот этот парень!”.
Наверное, это адреналин. Или беспросветная тупость, которая привела его вот к этому моменту — да и плевать. Теперь он сам берёт аль-Хайтама за руку. Нервно облизывает губы, чтобы прохрипеть довольно жалкое:
— А ты всё ещё… не против?
— Но как же правила поведения на первом свидании?
— Если тебе верить, оно у нас уже было.
— Что ж, ты прав, — соглашается с ним аль-Хайтам и притягивает к себе, вовлекая в самый сладкий поцелуй на свете.
***
Следующий стрим Кавех проводит из соседней квартиры, и старается не слишком сильно улыбаться, когда в кадре появляется рука с чашкой чая специально для него.