Work Text:
Однажды, в один из летних деньков, Эд пригласил Рамми в особняк Ванслеров, чтобы поговорить о чём-то важном.
Джин всю дорогу бесился и ворчал, спрашивая впустую, почему Эд не хочет обсудить это по телефону. Но осенило Рамми лишь тогда, когда его лучший друг повёл в дальнюю беседку, что славится своей незаметностью и озвучил масштаб... довольно глупой проблемы.
— Ты... что?
Хмурость красно-рыжего парня кричала без звука, а лёгкий румянец красил его высокие, острые скулы.
— Я не понимаю, как удержать этих сук, братан. Они просто трахаются со мной, но не задерживаются, словно они шлюхи какие-то.
— Может быть, ты просто находишь именно шлюх, Эд?
— Рамми, блять. Это другое! Если бы я хотел шлюх, я бы отправился в притон, полный шлюх. Короче, — махая рукой, Ванслер III подсел к Джину на мягкую лавку, что была в беседке.
— Они что-то говорят о романтике. Многие из этих сук требуют что-то большее, чем просто секс.
— Так... и причём здесь я? — Рамми спрашивал и скромно разводил ладони в разные стороны, пытаясь понять мотив своего присутствия.
— Я хочу с тобой посоветоваться. Они говорят мне, чтобы я их целовал. Но я их целую! А они мне заявляют, что я не умею целоваться! Представляешь себе? Эти СУКИ оскорбляют меня, — ещё раз выражая масштаб своей проблемы, Эд возмутительно тронул себя за грудь.
— Ну, эм... возможно, им не нравится твоя техника поцелуя, — пожал плечами Джин, неловко разглядывая белый камень плитки перед собой.
— Техника? Существует техника поцелуя?
— Конечно существует, ниггер. На все дерьмо существует техника. Если ты что-то неправильно делаешь, это никто хорошо не оценит.
Рамми встретил смущенный взгляд, в котором читалось замешательство. Вот уж он не думал, что Эд не знает, как приятно целоваться.
— Так, ладно. Я могу предложить тебе два варианта. Первый: бросить эту суку. Второй: изучить крутую технику поцелуя, если ты не хочешь бросать эту суку, — Джин разгибал пальцы и остановился на третьем.
— На твоём месте, я бы выбрал второй вариант, но с одной небольшой поправкой.
— Какой?
— Я бы все равно бросил эту суку, — третий палец, всё-таки, был разогнут вместе с другими двумя.
Делая вдох под свежим воздухом прекрасного леса, что обнимает одинокую беседку, Эд придирчиво глянул на бывшего сослуживца.
— Ты как всегда, блять.
— Нет, Эд. Я ничего против к ним не имею. Просто ты будешь каблуком, мальчиком на побегушках, если ты вернёшься к ней, пытаясь соблазнить поцелуем.
Рамми действительно не испытывает никаких проблем в женском обществе, если только эти женщины не пытаются залезть к нему в штаны.
— Аа-аааа, ты хочешь сказать, что я буду выглядеть так, что бегаю за сукой? — наконец-то его осенило, а мозг включился, понимая всю суть.
— Да, Эд. Это я и хотел сказать. Ты хочешь бегать за сукой? — данный вопрос заставил Ванслера III заулыбаться и слегка засмеяться.
— Не-не-не-не... Я не буду менять роли. Эти сучки сами должны бегать за мной, — его тщеславию не было предела.
— У меня есть деньги, у меня есть репутация, у меня есть особняк! У меня есть ебаный хуй, чтобы их-
— Но у тебя нет техники, — прерывая его вульгарность, Рамми напомнил ему о проблеме, из-за которой его друг не до конца идеален.
— Что ты знаешь о поцелуях?
Горячий пыл Эда заметно опустился, заставляя его тут же вспомнить о неком смущении. Он откинулся на мягкую спинку лавки и вытянул руки на колени, сужая друг к другу пальцы, словно представляя их в виде головы гуся, лебедя или цапли.
— Ну... знаю, что это губы, которые касаются...
Рамми стойко держал лицо, чтобы не засмеяться во весь голос, пока видел эти попытки объяснения.
— Я как бы... никогда не сталкивался с этим раньше, понимаешь? Я хочу сказать, что меня не целовали, чтобы я понимал, как целовать других.
— Ты сейчас какого рода поцелуй описываешь? Он же разный бывает, от разных людей и от разных намерений.
— Есть разные намерения?...
Данный вопрос заставил Джина скосить взгляд в сторону и немного отстранить свой лик.
— Оу, то есть, ты до такой степени не знаешь...
— Че я не знаю? — резко спрашивая у него ответа, Эд теперь совсем не контролирует смущение.
— Слушай, Рам. Я позвал тебя сюда, как брата. Как моего лучшего друга. Я знаю, что у тебя другой опыт во всех аспектах нашей деятельности.
Иногда Эд вызывал в Рамми неподдельное удивление, когда он использовал довольно сложные слова, что совсем не вписываются в его гангстерский образ. Порой, Джин думает, не прикидывается ли тупым его бывший товарищ по отряду.
— Если ты знаешь, как правильно целоваться, так научи меня, — просил Ванслер III, дергаясь к нему навстречу.
— Что? — переспрашивая то, что он услышал, Рамми резко повернул голову к Эду.
— Техника. Научи меня технике поцелуя. Не знаю, эм, какую ты используешь? — неловко и суетливо выпрашивая, красно-рыжий парень забегал глазами по их укромному окружению.
— Ты уверен? Э-это нужно показывать, — запинаясь в слове, Джин вжался в лавку.
— Так покажи мне, — выпытывал с него Эд, вытягиваясь всем телом к его лицу, что начало потеть под трехцветной банданой.
Блондин нервно сглотнул. Вот уж он не думал, что будет показывать любимому другу технику своего поцелуя. Рамми уже не видит места для отхода, отчаянно вжимаясь в угол мягкой, дорогой лавки.
— Я... я серьёзно, ниггер. Ты правда хочешь, чтобы я это показал? Мне же придётся ц-целовать тебя.
— Да, я в курсе. Я готов, — честно сказал самый младший Ванслер, вглядываясь в потрясенные глаза Джина, что были скрыты за очками.
— Конечно, я немного сомневаюсь, что запомню все от начала до конца, но... мне будет приятно, если ты...
— Ох, блять, да... тебе абсолютно будет приятно, — тихим шёпотом сказал Рамми, не намереваясь особо прерывать Эда в слове.
— Если ты совершишь это со мной, так как ты единственный мужик, которому я всецело доверяю, понимаешь меня, братан? Я имею в виду, что... каждый момент, проведённый с тобой – прекрасен.
Джин слушал это с приоткрытым ртом и с большой остановкой в дыхании.
— Похуй, что мы можем повздорить немного, как-то друг друга не понять... я всегда рад уступить тебе, если тебя что-то беспокоит, расстраивает и заставляет тебя ворчать на меня, типа... я стараюсь найти компромисс, без этого нигга-момента, — качая головой в отрицании, Эд провоцирует свои сережки на лёгкое колебание, ввиду которых Рамми моргает от бликов, что они ловят на себя от солнца, которое тянет свои лучи в одинокую беседку, пробиваясь через густую листву кустов и деревьев.
— И... эм... я понимаю, что ты хочешь сделать мне лучше. Ты единственный, кто делает меня лучше, братан. И это тот момент, когда я хочу, чтобы ты меня научил быть лучше, понимаешь меня?
Зачарованно соглашаясь с ним, Джин ловится на крючок лести, что закидывает ему Эд. Впрочем, он не отказывается от любой лести к своей персоне, тут же растекаясь и тая, как горячий воск.
Он знает, что хорош, но сильнее тешит его самолюбие сам Эд, чьи комплименты для него, как охуенно приготовленное блюдо.
— Ладно, иди сюда, — закидывая руку на спинку лавки, в качестве приглашения, Рамми подзывает лучшего друга к себе поближе, чувствуя, как становится щекотливо, словно внутри, на низком старте, рычит машина.
Ванслеру III даже объяснять не надо, что это значит. Он с улыбкой на лице, потянулся к Рамми, едва ли не залезая к нему на колени, чтобы обняться. Это уже потом, как только он зацепился руками за шею и плечи Джина, его ногу с мягким требованием потянули вперёд, дальше, чтобы он мог... поудобнее расположиться?
— Прежде чем целовать, — начал Рамми, чувствуя тепло и давление веса на своём теле, — нужно иметь желание.
— Так, — Эд, с прищуром во взгляде, принимал информацию, смотря на профиль лучшего друга, пока тот крепко обнимал его за поясницу, борясь с манией оголить спину, что в этот редкий момент была без бронежилета.
— Желание должно быть, по крайней мере, у одного человека. Но в лучшем случае, когда вы оба горите этим желанием, — объясняя по пальцам, Джин отстраненно смотрел на особняк Ванслеров, молясь, чтобы никто их не увидел.
— Существуют разные типы поцелуев: семейные, романтические, приветствующие, уважительные, прощальные, если кто-то умер...
— Мне бы изучить романтические, братан, — уточняя запрос, Эд получил от Рамми короткий кивок головой.
— Тогда говорю тебе сразу, что... эм... ты в любой момент можешь меня остановить, если тебе что-то не понравится, хорошо? — к сожалению, озвучивая не то, что он хотел сказать, Джин всё-таки получает энергичное подтверждение от своего друга.
— И предупреждаю, что могут возникнуть...
— Бля, Рамми, кончай пиздеть, — с раздражением взвыл Ванслер, нецензурно выражаясь.
— Показывай уже, — капризно просил он, — я все приму.
— Что, даже мой твёрдый стояк?
А вот это заявление застало Эда врасплох. Он где-то пять секунд тупо смотрел на Джина с вытянутыми губами и глупо моргал.
— Погоди-погоди-погоди... просто от поцелуя? — не веря своим ушам, Ванслер III только сильнее захотелось узнать о поцелуе, техника которого может довести до такого состояния.
— Вау! Покажи, Рам, покажи!
Эд суетливо теребит майку Джина и хватает его лицо ладонью, разворачивая к своему лицу. Из-за этого, их носы касаются, стукаясь кончиками, как будто рады приветствовать друг друга.
Рамми поразило рвение Ванслера настолько, что он неловко усмехнулся и замер на секунду, вглядываясь в глаза напротив.
— Вот уж не думал, что когда-нибудь я смогу сделать это...
Наконец, заканчивая говорить, Джин поддаётся вперёд, наклоняя голову набок. Он закрывает глаза, но открывает рот, чтобы высунуть наружу его главный инструмент:
Язык.
Блестящий от слюны, кончик с вкусовыми сосочками, плавно и медленно прошёлся по раскрытым губам Ванслера III, наделяя их скользящей влагой. От одного лишь этого облизывания, Джин был готов потерять здравомыслие, наслаждаясь близостью с тем, кого тайно любил.
Причмокивая и ещё раз повторяя это действие, Рамми сокрушал всю скромность Эда, что начал сбито дышать в поцелуй. Казалось, что он мог довести красно-рыжего парня до стонов, и Джин начал разгоняться, чтобы услышать их звон. Его поцелуй стал наращивать обороты, а руки намерились вольничать. Теперь помимо влажных звуков от поцелуя, добавились тихие хлопки резинки от трусов, что любезно выглядывали из специально спущенных карго-штанов. На самом деле, Рамми случайно трогал их, больше лаская поясницу Эда. Но так или иначе, Ванслера это ничуть не задевало. Напротив, он даже охотно поддавался ласке, пока его губы лихорадочно целовали и облизывали языком.
Страсть Джина росла с каждой секундой, позволяя ему выражать всю отчаянную любовь к своему лучшему другу. Он ощущал трепет внутри себя, который кричал и заводил все органы чувств на работу. Из-за этого, его пенис наливался кровью, возбухал и жаждал внимания. Поэтому, всякий раз, когда Рамми чувствовал дикую похоть внизу живота, ему приходилось прерывать поцелуй с Эдом, чтобы перевести дыхание и не доводить себя до полного безумия.
— Черт, это тяжелее, чем я думал, — глухо произносит Джин, качая головой и задирая её назад, всматриваясь в потолок каменной беседки, после длительного поцелуя. Его горячий пыл начал медленно стихать, возвышая и понижая грудную клетку в тщательно-глубоком дыхании.
— Братан, — усмехаясь и облизывая свои зацелованные губы, Эд невольно мычит от произошедшего.
— Ой, — ладонью он прикрывает свой рот, что все ещё помнит вкус поцелуя, который нес в себе жар и пылкость, быстро сменяя эти ощущения на летнюю прохладу, после нескольких отстранений.
— Ты прав, — признался Ванслер, что с головой погряз в воспоминания былого поцелуя. Из-за этого, он только теснее прижимался к Рамми, обнимая его и углубляясь лицом в его шею.
— В чем? — улыбаясь тоже, Джин решает узнать подробности у своего друга, но быстро теряет весёлый настрой, когда чувствует руку, что начала плавно опускаться вниз по его груди, торсу...
— Ох, блять, Эд..
Ванслер III потёр набухший пенис Рамми, сквозь синие джинсы, провоцируя его на резкие судорожные вздохи и на отрицательные покачивания головой.
— В этом, — пару раз погладив половой орган своему лучшему другу, Эд ловит его губы, чтобы повторить изученную технику поцелуя.
Ванслеру она показалась лёгкой, но очень крышеносной, в особенности, когда её сам лично применяешь. И если Рамми от этого поцелуя твердел, как некогда опаленное стекло на производстве, то Эд также хочет добиться такого же эффекта.
Он, конечно, и после ласки своего друга чувствовал приятное тепло, но ему было мало, чтобы полностью ощутить то, от чего Джин пытался отмахнуться.
— Эд, — звуча несколько отчаянно, словно он был на грани смерти, Рамми принимал на свои губы желанный язык, всячески сопротивляясь порыву страсти. А это было сложно, ведь он ещё чувствует руку своего друга, что находится на его чёртовом пенисе.
— Боже, ты...
Не договаривая, из-за губ Ванслера, что накрыли его рот для смачного чмока, Джин притянул к себе красно-рыжего парня, и в удачном моменте словил его язык своим языком, коротко облизнув кончик, прежде чем лихорадочно начать целовать его губы, напрочь забывая о конкретно заданной технике; а также забывая о том, что Эд целовал его с инициативой показать, что понял и изучил из этого урока.
— Ра- Рамми, — чувствуя на теле блуждающие руки своего лучшего друга, Ванслер слышал не только тяжёлое дыхание, но и напряжённые чувства Джина, что были откровенно направлены по отношению к нему. Широкие ладони с пшеничной растительностью, крепко обнимали и гладили его по оголенным бокам, по коротко-стриженному затылку; попутно нежно проводя пальцем по нижней челюсти лица.
— Ахх, братан...
Эд мычал в поцелуе, пока с его языком юрко игрались во рту, как будто два кореша при встрече отбивали свои руки, хлопая ими с разных сторон. И это было так потрясающе, что Ванслер начал сбиваться в дыхании.
— Есть ещё одна техника, — шепотом проговорил Рамми, чуть оторвавшись от Эда, который возбухал и терял свой рассудок с каждой секундой.
— Сделай губы трубочкой.
Ванслер отдышался в краткий миг, закивал и вытянул их, как по приказу.
— Да, вот так детка, — улыбался Джин, пальцами руки трогая впалые щеки Эда.
— Здесь тоже все предельно просто...
После этих слов, самый младший Ванслер почувствовал, как его губы всосали, словно пылесосом затянули в трубу. И, казалось, что в этом и заключается вся техника поцелуя, но тут он встречается с языком Рамми, который с усердием пробивается сквозь сжатые губы, проникая внутрь его рта.
Эд даже не понял по-началу, в чем прикол, но когда Джин начал возвращать свой язык и снова протискиваться, то сразу увидел в этом странную имитацию "секса с проникновением". Только... через рот.
И с каждым "толчком", что делал Рамми против его рта, Ванслер ощущал дикую щекотку, из-за которой он расслаблял губы. От этого, Джин стал более лихорадочнее проникать внутрь него, ускоряясь и касаясь кончиком языка об его язык.
Надо ли говорить о том, как это сумасшествие сбивало дыхание? Эду пришлось даже постучать Рамми по плечу, чтобы тот остановился.
Смачный звук прерванного поцелуя раздался на всю укромную беседку.
Джин отстранился и убрал все свои руки от Ванслера, отворачиваясь.
— Да, черт... прости, я не...
Начал он извиняться, думая, что зашёл слишком далеко.
— Братан, — кое-как пытаясь произносить слова, Эд откинулся на спинку лавки и засунул руку в штаны, чтобы сжать себя в паху, чувствуя сквозь трусы, влажный жар твёрдого пениса, который хочет продолжения.
— Это было... охуенно, — с довольной улыбкой признался Ванслер III, что находился на последней мысли, где желал снять с себя карго-штаны и залезть на лучшего друга.
— У меня такое чувство, будто... будто ты меня сейчас трахнул.
От услышанного признания, Джин с осторожностью повернулся лицом к Эду.
— То есть, все в порядке? — с сомнением спросил блондин, ища в красно-рыжем парне подтверждения.
— Хоть это и странно спрашивать, после того, что ты сказал...
— Рамми, блять. Ты трахнул меня языком, и это... это охуенно, чем когда ты трахаешь им в устной форме, понимаешь о чем я?
— Я не понимаю, ты меня оскорбить пытаешься?
— Слушай, я пытаюсь сделать комплимент.
— Хуево у тебя комплименты получаются, — выражая негодование и делая паузу, Джин предложил следующее, когда заметил руку лучшего друга под оливковыми штанами:
— Может... я ещё и их научу тебя делать правильно?
— Ты, блять, какой-то тактике следуешь, братан? Довести меня хочешь? — спросил Эд с сомнением и неким беспокойством в изумрудных глазах.
— А ты думал, как я уговариваю клиентов на свой прайс-лист?