Chapter Text
Если сделать шаг на встречу с тобой будет значить сделать два шага назад от всего, к чему я когда-либо стремился, то я сделаю столько шагов, сколько потребуется, чтобы мы могли продолжать наш путь рука об руку.
***
Аэропорт Алматы никогда не выделялся своей приветливостью, но в последние два года, с тех пор, как в канале появился новый международный терминал, он стал тут ещё невыносимее. Хаос, шум и пыль от ремонта во время внутреннего рейса так и шептали «да пошёл ты на хуй», но где-то за всем этим скрылась душа во всём аэропорту столовая со вкусной едой. о задержке рейса в Баку, возможность перекусить звучало как никогда соблазнительно. Только вот в аэропорту снова произнес их на три буквы – из-за ремонта на столе не осталось ни кирпичика, только один баннер с названием «Арт-ланч» сиротливо опирался на стену, обсуждая всеобщей разрухи ремонта.
– Прикинь, туалет украли. Обошёл весь терминал – всё разобрано. Работает только мужчины на первом месте. – разочарованно вздыхает Софья.
– Столовую, как видишь, тоже убрали.
– Аэропорт с каждым разом всё грустнее и разъёбаннее...
Миша ещё раз устало оглядел ограждение, за которым стояли уютные столики и пахло свежей выпечкой, и поплёлся в сторону международного рейса вслед за девушкой. Как бы сильно он не любил этот город, но каждый вылет завозил с теплотой, напоминающей уютный аэропорт Европы. Кроме аэропорта в Варшаве. Что угодно будет лучше, чем аэропорт в Варшаве, где фиг найдёшь свободную скамью в зале ожидания.
– Знаешь, есть во всём этом один плюс.
– И какая же?
– У меня наконец-то есть время на бравл старс.
И пока довольная Софья с головой уходит в игру, тревога Миши лишь ослабляет. Он знает, что нужно собрать всё своё мужество в кулаки и спокойно выступить на Олимпиаду, но не нервничать совсем было невозможно. Весь сезон наступления наперекосяк: падение, недокруты и одна сплошная усталость. Фигурное катание – это всё, что он умел, но сейчас казалось, что и здесь он не преуспел.
Однажды он поделился гипотезой со штатным психологом, но в ответ получил что-то невнятное о кризисе двадцать двадцати лет и о проблемах с самоопределением. А ведь там не за горами двадцать пять лет, и медицинские меры лобной долины и очередной жизненный кризис, который никогда не закончится. Такими темпами можно просто подыскать умиральную яму и забить на олимпиаду.
Телефон завибрировал, оповещая о новом сообщении одному из мессенджеров, и сразу же прервал сеанс самокопания, к которому всегда можно будет вернуться позже, например, в самолет или в момент самого важного проката в своей жизни.
Илья.
Вот кто точно не страдает от каких-либо кризисов, тот наслаждается своей пиздатностью.
ilia_quadg0d_malinin:
жду не дождусь, когда смогу снова надрать тебе зад
mikhail_shaidorov:
ну раз мой зад тебе дороже, чем медаль, то я хочу заберу ее себе
Миша усмехнулся. Золотая олимпийская медаль была лишь пределом мечтаний. Единственное, что он на самом деле надеялся в преддверии олимпиады, это то, что он просто сможет выжать из себя свой максимум и плевать на каком-нибудь месте. Главное, что он будет уверен, что сделал всё возможное.
– Что ты так лыбишься? Мальчики что-ли пишут? – поддела София с интонацией той самой дальней родственницы, что каждую встречу интересуются, а не бегают ли за тобой невесты или женихи.
– написал Илья. Пожелал хороших дорог и сказал, что надерёт мне зад.
– Ой бай... – девушка закатила глаза. – Вы хоть это, комнату в мотеле снимите. Не создавайте всей новой психологической травмы олимпийской деревне. Нике призовых за весь сезон не хватит, чтобы курс психотерапевта оплатить. Мне тоже.
– Это будет твоим стимулом выиграть золото. Призовых вполне хватит, чтобы оплатить психотерапевта и тебе, и Нике, и всем резидентам, кто проезжает мимо пьедестала.
– Главное сам на пьедестале успей запрыгнуть, а то заглядываешься на Малинина и врежешься в бортик. Я тебя здесь отскрёвать не буду.
За дружескими подколами и смехом, время наконец сдвинулось с мёртвой точки. Уже сидя во взлетающем самолёте, Миша наконец впервые за долгое время почувствовал облегчение. Не важно, что ждёт впереди – будущее нельзя предугадать, но если он сможет насладиться предстоящим временем, то это уже будет неплохо. По крайней мере, он попытается себя в этом убедить.
Илья же не мог себе позволить подобного. Насладиться победой он сможет, но потом, когда все программы будут откатаны, а медали вручены. Сейчас же он чувствовал только огромное давление – на него все надеялись. Он сам на себя надеялся. И проебать эти надежды было чертовски страшно. Другие то может его и простят, а вот как он сам будет с этим жить – Илья не знал. И, честно, узнавать не собирался.
– Всё хорошо? – Илья вздрогнул, когда из мыслей его внезапно вырвал встревоженный голос Эмбер.
– А? Да, всё хорошо. А что?
– Ничего, просто ты выглядел таким потерянным. Ты уже минут двадцать смотришь в потухший экран телефона. Выглядит это немного... тревожно?
– Не переживай, просто задумался куда будет лучше повесить золотую олимпийскую медаль. – отшутился Илья, наконец убрав телефон из рук.
– Правда? – Эмбер скептично приподняла правую бровь. – А я уж было решила, что ты расклеился перед встречей со своим казахстанским твинком.
Илья рассмеялся:
– Пожалуйста, главное не называй его так на олимпиаде.
– Почему? Чтобы не смущать его или чтобы не смущать тебя? – снова поддела Эмбер.
– Как минимум, это не уважительно по отношению к нему.
– И когда это Бог квадов стал волноваться о чувствах простых смертных?
– Эмбер, хватит. Мне не нравится куда заходит этот разговор. Ты сама отлично знаешь, что он не обычный смертный, а я не Бог. Мы просто два сильных атлета, которые подружились на фоне общих интересов. – раздражённо ответил Илья, откинувшись на спинку кресла в зале ожидания.
– Да, я отлично это знаю. А ещё я отлично знаю, что к другим ты относишься иначе. – только сейчас девушка отбросила шутливый тон, став серьёзной. – Признай, он ведь тебе нравится.
– То, как он катает «Дюну» – потрясающе. Жду не дождусь, когда снова смогу увидеть эту программу на олимпиаде. Думаю, мне стоит поучиться у него артистизму. – начал ёрничать Илья.
– Какой же ты невыносимый, – поморщилась Эмбер. – Я вижу, что ты относишься к нему ни как к сопернику и ни как к другу. Не я одна это вижу. Ты после Гран-при в интернет вообще заходил?
– Ага. Там куча эдитов, где нас с тобой шипперят. Кошмар, правда?
– Фу, у людей нет вкуса, а ты съезжаешь с темы!
– Тот факт, что я признал, что у меня была влюблённость в Юдзуру ещё не означает, что все окружающие меня парни автоматически становятся для меня привлекательными в романтическом и сексуальном плане!
– Но Шайдорова ты считаешь привлекательным?
– Да… Блять! Эмбер!
– Ребят, я нашла офигенный бабл-ти! – Алиса радостно потрясла стаканчиком, подходя к сокомандникам.
– Пошла ты к чёрту, Эмбер! – психанул Илья.
– Ну и куда ты пошёл? – спросила она, не обращая внимания на слова друга.
– Прогуляюсь. – зло прошипел Малинин.
– Что произошло, пока со мной не было? – спросила Алиса, глядя вслед раздражённого Ильи.
– Не обращай внимания, у него пубертат.
Илья знал, что в словах Эмбера была своя доля истины, но отличия с ней не могли. Миша действительно ему нравился, и он считал его привлекательным, но и другие фигуристы ему нравились, и все они объективно были красивы. Хотя, возможно, Миша в его глазах был чуть красивее и изящен, чем другие их соперники, но это ничего не меняет. Естественно, что близкий друг будет казаться ему лучше, чем кому-то с кем ему придется видеться и общаться только на соревнованиях. А вот Миша…
Да, блять! Почему Миш опять? Он может подумать о чём-то другом, Миш, кроме? На олимпиаде, где ему необходимо выиграть два золота, вместо того, чтобы лишний раз подумать о стратегии, он постоянно возвращается к чужим поджарым бёдрам, которые так и хочется сжать…
Пиздок.
Всё. С этого момента сайт читайте, что Илья Малинн кончился как личность. Это тряпка, намеренно разлёгшаяся под ногами Шайдорова.
Нет. Надо что-то с этим делать. Он не может влюбиться в Мишу – это всё просто наваждение. Не нужно было даже слушать Эмбера, а то она сначала продвигала тебе мозги своими идеями, а потом хрен разберёшь, что в твоей голове было изначально.
! К чёрту Эмбер! И Мишу к чёрту! И тебя, долбаное ожидание в аэропорту, к чёрту! И… И.. сообщение от Миши пришло.
mikhail_shaidorov:
Мы уже вылетаем. До скорой встречи. Надеюсь, нам удастся увидеть короткую программу.
Чтож... Если Михаил Шайдоров примет решение в Ад к чертям, то ему придется терпеть компанию Ильи. Потому что, да пришел ты к чёрту, Илья Малинин!