Work Text:
***
— Когда я уже увижу его? — обреченно стонет Ярик, заваливаясь на диван. — Вот как ты поняла, — обращается он к Даше, — что тебе нужно искать именно Софу?
— Я её не искала, — улыбается Даша и садится рядом. — Она сама нашлась.
Ярик фыркает. Нечестно! Почему кто-то находит свою половинку за пару месяцев, а ему вот уже третий год приходится мучиться, видя во снах человека с дыркой вместо лица? Это жутковато, вообще-то!
Закинув ноги на спинку дивана, он пялится в потолок.
— Мне недостаточно знать, что он парень! Мало, что ли, в мире парней? А может, он вообще живёт в другой стране? Представь, если он говорит на английском! — Ярик на всякий случай крестится. — Это ж мне с Гугл-переводчиком с ним общаться придётся! Кошмар!
Даша тихонько смеётся.
— Думаю, что вселенная не настолько жестока… Не хотела бы я быть твоим англоговорящим соулом.
— Эй!
— Я с любовью! — Она посылает Ярику воздушный поцелуй. — Ну а если серьезно, Яр, я уверена, что скоро вы встретитесь.
— «Скоро» понятие растяжимое…
Ярик складывает руки на груди. Потрескавшийся потолок их съемной квартиры не дает никаких ответов.
Где же ты, о, мой дорогой соулмейт? Найдись, пожалуйста! Скрась мое одиночество! Или ты ждешь, пока я стану седым и немощным? Это, так-то, не за горами! Я моргнуть не успел, как мне стукнуло двадцать два!
Ярику хочется, как в сказке: очень долго и очень счастливо. Он всё-таки та ещё диснеевская принцесса.
С ним надо тактильно и бережно.
Когда шея уже начинает болеть, Ярик наконец садится по-человечески.
— Целоваться хочется, — устало вздыхает он. — Где мой прекрасный принц?
Даша утешающе его приобнимает.
***
Спустя еще пару месяцев Ярик, как назло, уходит из дома без ключей. Даше с утра было никуда не надо, дверь за ним спокойно закрыла она — вот он и расслабился и не проверил карман рюкзака. А теперь он обреченно стоит перед дверью квартиры: Даша укатила в родной город к родителям и не приедет до завтрашнего вечера, а у него, бедного студента, с собой нет денег на отель. Попытки постучаться в дверь к друзьям оказались обречены на провал: Кирилл с Верой и Леной (вот кому-то сразу две родственные души выпали, а ему ни одной, чем же он провинился?) уехали в недельный отпуск, Аня сейчас в Москве, писать Софико с вопросом «а можно я у тебя переночую до завтра, а потом меня перехватит Даша?» было бы совсем странно, а больше толком и не к кому обратиться.
Есть, конечно, вариант написать отцу, но он человек занятой, ему и в детстве на сына времени не хватало, а сейчас… Да и для этого придётся задушить свою гордость, а Ярик это ой как не любит.
Вскоре, правда, приходит осознание, что у него только две опции — либо всё-таки написать и попросить приютить его на ночь, либо остаться ночевать в подъезде, где его ещё примут за алкаша или торчка и поедет он в автозаке в места не столь отдаленные на пару суток (это, конечно, бесплатно, но Ярик в этой жизни хотел бы обойтись хотя бы без проблем с ментами).
< пап, привет
< у меня тут чп, мне переночевать негде
< ключи дома забыл, а соседка уехала
< можно к тебе?
< мешать не буду
< мне хоть на коврике постели
Отец отвечает через пятнадцать минут, когда Ярик уже прикидывает, как сделать из потрепанного рюкзака удобную подушку:
> конечно , сына
> приезжай
Ярик прикрывает глаза.
Может, однажды они по-настоящему наладят отношения — и он почувствует себя так, словно у него правда есть семья, которой не плевать.
Закинув рюкзак на плечо, Ярик бежит вниз по лестнице.
В метро, конечно, как в консервной банке; только усевшись, чтобы его не снесла напирающая толпа, он замечает совсем старенькую бабулю с двумя тяжеленными сумками, которые, кажется, больше неё самой, чувствует укол совести и со вздохом уступает ей место. Бабуля садится с трудом и добродушно смотрит на Ярика.
— Какой хороший мальчик, — восклицает она. — Золото просто! Повезло твоему человечку…
Ярик коротко улыбается ей в ответ, а в голове проносится только одно: нет у меня ещё человечка, но хотелось бы, конечно, чтобы ему правда со мной повезло…
До нужной станции он доезжает стоя и не чувствует ног, когда фактически вываливается из поезда.
Благо от метро идти совсем недолго. Ярик покупает в ближайшем продуктовом себе поесть — чтобы не выглядеть перед отцом совсем уж беспомощным — и зубную щётку и, закутавшись посильнее в куртку, бежит в сторону дома. Наконец он оказывается в подъезде.
У лифта стоит парень, едва ли сильно старше его самого. Он что-то сосредоточенно разглядывает в телефоне, но, когда за Яриком захлопывается тяжёлая подъездная дверь, вскидывается.
У парня растрепанные тёмные волосы, зелёные глаза с вкраплениями светло-коричневого, почти янтарного, пухлые губы, из-под расстегнутой ветровки виднеется белая футболка с покемонами, на спортивных штанах — неприличная надпись на английском (ну, хоть что-то в английском Ярик понимает!)... Что-то в нём кажется ему смутно знакомым, но они точно никогда не встречались.
Ярик неловко ловит себя на мысли, что смотрит слишком долго. Парень, однако, тоже заинтересованно разглядывает его.
— Добрый вечер, — вежливо улыбается тот.
— Добрый, — кивает Ярик. Сердце почему-то нервно пропускает удар. — О, а какой у тебя… вас… любимый покемон?
— А?
— Футболка, — беспомощно выдыхает Ярик, теряя любую связность мыслей. — Мой вот любимый Мяут. Ну, и Пикачу, конечно, но это банально… Наверное?
Парень хлопает глазами. У Ярика в голове проносится: он считает меня тупым. Зачем я вообще начал с ним разговаривать? Господи, как стыдно… Может, он вообще не знает, кто такие покемоны, и просто надел футболку, потому что картинка понравилась, а я тут со своими гиковскими замашками…
Но парень вдруг улыбается.
— Да расслабься! — У него на щеках появляются очаровательные ямочки. — Бульбазавр, наверное? На черепашку похож. Но я, если честно, об этом не думал.
— Бульбазавр милый, — кивает Ярик воодушевлённо. — Классно!
Лифт приветственно пикает, открывая двери на первом этаже.
Им обоим нужно ехать на один этаж.
— Ты к кому-то? Я тут пару месяцев живу всего, но вроде бы всех соседей на этаже знаю, а тебя не видел.
— Ой, да, — отмахивается Ярик. — К папе в гости.
— Это здорово. — Парень поправляет волосы. — Что к родителям хочется в гости приехать… Я вот от своих съехал с радостью.
— Ты даже не представляешь, как я тебя понимаю… С мамой, например, я уже три года не разговариваю.
Наверное, глупо рассказывать всю историю своей жизни случайному собеседнику, которого, скорее всего, никогда больше не встретишь… Но Ярику уже кажется, что они с этим парнем были знакомы всегда.
Ещё пару пролётов они едут молча: парень снова утыкается в телефон, а Ярик продолжает его разглядывать, безуспешно силясь понять, кого же тот ему напоминает…
— Слушай, а тебе когда-нибудь говорили, что ты выглядишь как Эл из «Тетради смерти»?
Ярик моргает.
— Даже не представляешь… Мы с друзьями в школе собирались сценку по Тетрадке ставить, я себе даже косплей состряпал из подручных материалов, но нам запретили… Сказали: не нужна нам эта ваша чертовщина! Сатанизм! И вообще «Тетрадь смерти» убила дьявола, гольфиста, японского онаниста…
Его собеседник открыто ржёт.
— Блин, ну ты правда как-будто из манги вылез! Тебе бы пошла эта роль.
— Спасибо. — Ярик заливается краской. — Ну, может, когда-нибудь…
Когда они выходят из лифта, выясняется, что и квартиры у них в одной стороне.
— Вот как… Слушай, ну это выглядит, как какой-то знак. Давай, что ли, телегами обменяемся? Если хочешь, конечно. Приятно было поболтать.
— Ага, очень. — Ярик улыбается. — С удовольствием!
— Я Саша, кстати.
— Ярик. — Ярик неловко протягивает руку для рукопожатия.
— Я тебе ща стикер скину, чтобы не потеряться. — Саша, прикусив язык, сосредоточенно выбирает нужный стикер, делая это с таким скрупулезным видом, словно от этого зависит судьба целого мира. Наконец дело сделано — и у Ярика в кармане новым уведомлением вибрирует телефон.
— Спасибо.
На этом они и расстаются.
С папой они пьют чай и болтают — обо всём и ни о чём одновременно; папа расспрашивает Ярика про учёбу, про Дашу, про личную жизнь; слово за слово Ярик упоминает знакомство с Сашей… Имя почему-то отдаётся в груди теплом.
— Ой! Занимательный молодой человек этот Александр. Приятный очень, вежливый. Я ему помогал счётчики снять, когда он только переехал, так он на следующий день ко мне с тортиком заявился…
Ярик усмехается.
— Он ещё и аниме любит, ну просто идеальный мужчина. — Заметив непонимающий взгляд, он поясняет: — Мультики такие японские, па.
— То-то я думаю, что ты не по-русски заговорил, — улыбается папа и смотрит на часы. — Ой, как уже поздно… Ты не против, если я уже пойду ложиться? Мне на работу завтра рано. Я тебе в гостиной постелил, там же полотенце чистое, можешь сходить в душ.
— Спасибо, пап. — Эта забота кажется такой трогательно доброй, что Ярика слегка размазывает: он смаргивает непрошеные растроганные слёзы. Он и забыл, каково это: когда тебя словно бы правда ждут. — Конечно, иди. Я тихонько…
— Спокойной ночи!
— И тебе.
Ночью Ярику снится уже привычный сон: таинственный парень стоит к нему спиной в белой футболке и в смешных домашних шортах с ананасами. Напевая что-то себе под нос, — кажется, это песня линкин парка? — он моет чашку. Рядом пронзительно свистит электрический чайник.
А потом он оборачивается — и в этот момент Ярик просыпается с тихим удивленным вскриком и сердцем, почти болезненно колотящимся о рёбра.
Через пару секунд он слышит вибрацию телефона и судорожно смотрит в экран.
Пользователь g00m_ba отправил вам сообщение: ну привет что ли, дорогой соулмейт… Смотри-ка, черепашка очень старается стать Бульбазавром :) [стикер].
Ярик прижимает телефон к груди, как самое ценное древнее сокровище.
