Work Text:
Стэнли открывает глаза и смотрит на монитор. На осточертевший, надоевший монитор. Стенли делает глубокий вдох и понимает, что сейчас он не готов делать хоть какое-то движение в сторону концовки, даже одной. Ему глубоко и сильно впадлу. Нет, это состояние не лень, не скука — это что-то совершенно отдельное, это впадлу. Такое состояние он всё ещё не может объяснить Рассказчику и каждый раз начинаются дебаты по теме "Кто тут ещё падла" и Стэнли проигрывает каждый раз, потому что спорить и объяснять впадлу.
Со скрипом на сердце ему приходится выйти из офиса — здесь неудобно релаксировать и внимать вялым мыслительным процессам, которые подкидывают самые идиотские темы для размышления, но тем и хороши.
Он мог бы пойти на концовку с ведром и квартирой, но, да, ответ очевиден, поэтому просто хватает ведро (предварительно поприветствовав и где-то сверху он, кажется, услышал раздраженный вздох) и медленно топает к комнате отдыха, попутно слушая зазубренный текст Рассказчика. Стэнли даже не думает идти и двигаться дальше — вот он диван, вот он Стэнли в обнимку с ведром. Стэнли думает какая тирада его сейчас ожидает и почти предвкушает как сладко задремлет под весь яростный выговор. Рассказчик не думал читать сказки на ночь? Вышло бы замечательно, Стэнли уверен.
— Стэнли, в чём дело?
Стэнли приходится оставить ведро сбоку от себя и освободить руки, чтобы жестом объяснить всю неотложность и важность ситуации. Для этого он чётко выводит в воздухе всё по буквам, не упуская ни одного движения.
–Впадлу.
Повисает тишина полная растерянности со стороны одного и полного пофигизма со стороны другого. Иногда Рассказчик удивляется непреклонности и упёрстости Стенли — если он решил, что сегодня будет день Линии Приключений™, то будет проходить по ней до замыленного взгляда на желтизну, если он решил, что сейчас забьёт на всё, то ему будет плевать с высокой колокольни на всё, даже на самого себя. Удивительный человек.
— И всё?
— Да.
— Ну, я не знаю даже, может голова болит? Что-то случилось? Нет? Понятно.
Стэнли просто пожимает плечами, как бы говоря "А что ты вообще от меня хотел?", он мог бы сейчас проявить дичайшую дерзость и попросить Рассказчика спуститься к нему, но несмотря на рейтинги его бы послали самыми понятными эпитетами именно поэтому ему приходится страдать в своём абсурде и в гордом одиночестве.
— Стэнли, честно, ты чистейший апостол тупости, — Рассказчик опять вздыхает, отчаяние скользит между буквами, но Стэнли не поведётся.
— Я не апостол. Я опёздол. Запомни!
— Стэнли! Язык! — на той стороне чувствуется возмущение. Стэнли нормально.
Рассказчика, всё таки, хочется сюда и поближе и надолго. Чтобы капать на мозги своим безрассудством уже на живую, смотреть как меняется лицо в возмущении или в плохо скрытой улыбке с его шуток, по общему признанию, идиотских. Стэнли однажды проходя вместе с ним концовку обратного отсчёта, откуда-то из углов своего давно расширевшегося сознания, достал анекдот про Штирлица и на последних секундах до взрыва он мог наблюдать заплетавшегося в своём тексте Рассказчика от смеха, потому что ситуация до одури ужасающе-прекрасная.
— Вот кто из нас ещё идиот. Над анекдотом ты хохотал до икоты, Нар. Ты его даже не знал до этого момента.
Стэнли даже немного нахмурился — он всегда принимает их общий придурковатый стиль, который ходит всегда на грани укатиться в полную чернуху, но это всегда предотвращает Рассказчик, хотя Стэнли уверен что тому тоже очень хочется уже сигануть с этой грани, сколько можно, чего упираться.
— Я и про Штирлица не знал, пока ты не появился.
— Принимаю за комплимент, спасибо, — Стэнли подмигивает в потолок, ему всегда кажется логичным что Рассказчик будет где-то там, на возвышении над ним.
— Тебе говорили когда нибудь как с тобой сложно? — звучал Рассказчик, на удивление, немного приглушенно. Стэнли мог представить как на скулах проступила краснота смущения и делает мысленную пометку почаще кокетничать, может не будет так яростно гонять его по сюжету. На забытое ведро никто не обращал внимания и по комнате продолжались прирекания в перемешку с хихиканьем.
Если бы ведро могло, оно бы уже давно свинтило из этой комнаты, из этого здания и из игры в принципе, но оно не может, поэтому наблюдает за двумя идиотами уже тысячный раз и каждый раз думает: как бы было прекрасно быть ведром в обычной бытовой жизни, помогать таскать воду, стоять тихонечко в углу какой-нибудь бытовки. Как бы было прекрасно, но как же впадлу.