Work Text:
— Сидишь? Олень! — Голос Лионеля так и сочился ехидством.
— Я пережидаю снежную бурю, — с достоинством откликнулся Ги Ариго, изо всех сил стараясь не засмеяться и не ответить, что его собеседник сам олень, между прочим.
Лионель, заглядывающий в окно его пафосного правительственного линарца, демонстративно огляделся. Вокруг царило спокойствие и радость Зимнего Излома: сияющие украшения, тёмные деревья в инее и огромные сугробы, которые год от году вырастали в столице с момента первого снегопада и боролись за своё существование до последнего.
— Между прочим, — сказал Лионель, демонстративно поведя плечами, обтянутыми дорогим кашемиром, — у тебя в столице холодно.
— Между прочим, — откликнулся Ги Ариго ему в тон, — у меня в столице люди давно привыкли одеваться по погоде.
— Мне так и топтаться вокруг твоей машины?
— А с каких пор тебе стало требоваться особое приглашение, чтобы присоединиться ко мне в любой момент?
Лионель вздохнул, обогнул машину и некуртуазно плюхнулся на переднее сидение — сегодня мэр по случаю праздников отпустил водителя и сам был за рулём.
— Прибавь печку, — сказал Ги Ариго, стараясь, чтобы голос звучал как можно равнодушнее.
— Ги, я министр МЧС, — напомнил Лионель. — Кстати, мы чего ждём? Может, попробуем вытолкать? Тем более что Талигспасу я так и сказал, что сам к тебе на вызов поехал.
— Эвакуатора ждём. Можешь не бить копытом. Это к вопросу о том, кто тут олень.
— Что, уже сцепление сжёг? — восхитился Лионель. — Ну просто огонь, а не мэр!
Ги Ариго закатил глаза.
— Пробки в столице составили 14 баллов из 16, — любезно сообщило радио.
— Ты давно вызвал? — спросил Лионель, и что-то в его глазах заставило бедного мэра инстинктивно отодвинуться.
— Полчаса назад, — сказал он, а потом добавил: — Думаю, ещё полчаса точно никто не приедет.
Лионель посмотрел на него долгим, тяжёлым взглядом, в машине стало ощутимо жарче.
— Я не буду трахаться в сугробе посреди Олларии, — сказал Ги Ариго, надеясь, что не совсем уж жалко вжимается в дверцу автомобиля.
— Какие занимательные у тебя картинки в голове, — Лионель придвинулся ближе, навис, посмотрел насмешливо и с поволокой одновременно.
— Идиотские у тебя шутки, — Ги Ариго держался из последних сил, а в голове уже и правда роились такие картинки…
Он вздохнул и ослабил узел галстука.
— Ты реально будешь сидеть и ждать эвакуатор? — Савиньяк откинулся на своём сиденье, словно и не нависал только что, не обволакивал своим жаром, не искушал. Впрочем, он всегда искушал. Просто одним существованием.
— А что ты предлагаешь? Сам-то на чём?
— На себе.
— Ах да, я и забыл, оленям никакой снег не страшен!
Лионель усмехнулся: по-доброму, почти по-домашнему как-то.
— А ты стал другим, Ги.
— Тебе не нравится?
— Я пытаюсь понять.
— Ну-ну.
— Ты правда изменился.
— Повторяешься.
Лионель, прищурившись, рассматривал городские огни где-то за окнами автомобиля.
— Пойдём? — сказал он, протягивая руку.
— Гулять?
— Раньше ты спросил бы это с другой интонацией.
— Истерической?
— Презрительной.
Ги Ариго усмехнулся и тоже уставился в окно.
— А пойдём, — сказал он спустя некоторое время. — Давно я не гулял по парку, как самый обычный человек.
Они бросили машину прямо в сугробе, оставив ключи зажигания в замке, чтобы эвакуаторщик, если он, конечно, когда-нибудь сюда доберётся, смог спокойно сделать своё дело. Хватаясь друг за друга, перебрались по ледяным тротуарам к парку, где сначала немного прошли по главной аллее, сияющей золотом украшений, а потом свернули в темноту боковых дорожек и целовались до полного одурения, как никогда не бывало даже в юности.
Зимний Излом кружился вокруг них, обещая, что следующий год будет лучше и добрее, честнее и красивее, и всё у всех обязательно получится.
