Work Text:
– Сасадзука-сан, а вы знаете про Акане-тян?
Вопрос абсолютно внезапный. Все такие внезапные вопросы от Яко-тян заканчивались в лучшем случае чем-то несуразным, в худшем случае – чем-то опасным. В прошлый раз они закончили на допросе МИДа, и если бы не Ногами-сан, вряд ли смогли бы выйти на свет божий. И чем всё закончится сейчас, Эйши не очень хотел проверять.
– Ты уверена, что мне стоит об этом знать?
Яко в удивлении слегка наклоняет голову на бок - само очарование, даже не скажешь, что эта молодая девушка – великий детектив и напарница самого дьявола.
– Почему нет? Я хотела бы, чтобы у нас не было секретов, – девушка задумывается на мгновение. – Их и так много, ужасно много. Иногда я думаю об этом и мне становится страшно. Мы с вами словно два айзберга, вам не кажется?
Да, пожалуй. Эйши не мог с ней поспорить.
Мужчина ёрзает на диване, пытаясь утроиться поудобнее; Яко приподнимается на локте, выпуская из-под себя чужую руку – Эйши уже почти не чувствует пальцев. Они валяются в послеобеденной дрёме, на экране телевизора мелькают кадры телепередачи про путешествия. В конце концов Сасадзука садится, свешивает онемевшую руку вниз, чтобы быстрее вернуть поток крови к кончикам пальцев. Яко поворачивается на бок и смотрит на мужчину снизу-вверх. Взгляд немного озорной – словно она сплетница, которая хочет рассказать подругам новый секрет.
– Думаешь, это стоит того? – Эйши ведёт головой в сторону.
– Ну, почему бы и нет? Акане-тян моя подруга.
Эйши слегка хмурится. Он слышал это имя пару раз, а ещё видел письма и смс с подписью "Аканэ", но никогда не видел самого человека. Он подозревал, что это какой-то информатор, кто-то с тёмным прошлым, кто-то вроде Годай-сана. Хотя, Годай-сан для Яко-тян тоже друг, близкий человек... И всё-таки что-то в тоне женского голоса смущает; слишком уж он мягкий, тёплый.
"Хорошо," – думает Эйши, – "Кажется, для Яко-тян это важно."
– Так кто такая Аканэ-тян?
– Аканэ-тян - моя подруга и наш дорогой сотрудник агентства. На самом деле, она всегда в агентстве. Даже если вы её не видите.
– Аканэ-тян... Это одно из адских орудий?
– Нет... Хотя она живёт благодаря адской энергии, это верно.
Яко тоже садится, обнимает мужчину со спины, кладёт подбородок на мужское плечо. Эйши глядит девушку по голове, путает пальцы в светлых локонах.
– Аканэ-тян, на самом деле, мертва.
Голос у Яко-тян нежный, певучий, глаза мягко прикрыты. Иногда Эйши всерьёз задумывается о том, не лжёт ли она? Может, это всё сладкие сказки, колыбельные на ночь? Демоны, адские твари, когтистые лапы, огромная птица в небе... Может, он просто сошёл с ума?
– Её тело похоронено в бетонной стене. Но её волосы - живы. Длинные, чёрные волосы. Сейчас Аканэ-тян - это маленькая косичка.
Эйши вспоминает – "маленькая косичка" всегда висит у Яко-тян на мобильном телефоне, а на этой косичке - такая знакомая адская батарейка. Ему всегда казалось, что аксессуар в виде человеческих волос – странный, пугающий выбор. А вот оно как: это действительно человеческие волосы. Ещё и живые.
– Аканэ-тян отвечает за поиск информации. Иногда она остаётся в агентстве, как сегодня, например, а иногда она путешествует со мной в сумочке.
Яко заканчивает свой рассказ. Эйши не видит, но чувствует: девушка открыла глаза и внимательно, пристально следит за ним, пытается распознать эмоции на его лице.
– Что ж...
Сасадзука запинается. Он не знает, что сказать. История жуткая, но это уже становится привычным. Ожившие волосы, татуировки на человеческом глазу, конечности, которые прирастают обратно, маленькие бегающие на ножках глаза, которых Ногами-сан выблёвывает из своего птичьего клюва...
– ...Я буду раз с ней познакомиться, - наконец заканчивает свою мысль Эйши. – Хотя меня она, наверное, уже знает.
– Она вас любит, – последнее слово Яко-тян тянет, словно поёт. – И очень ценит, что вы обо мне заботитесь.
На какое-то время в комнате воцаряется молчание. Эйши выбирается из объятий, уходит на балкон, на улице светит палящее солнце, скорее неприятное, чем ласковое, а ещё дует холодный ветер, – он выбор выкуривает одну сигарету и возвращается в квартиру. Яко принесла на диван тарелку с нарезанными персиками и сменила канал на телевизоре: теперь в комнате тихо звучит заедающая мелодия популярной корейской поп-группы.
– Хочешь, чтобы я рассказал что-то взамен? – спрашивает Эйши, опускаясь рядом со своей девушкой.
Яко улыбается ему в ответ.
– Это не обмен и не торг, Эйши-сан. Вы ничего не должны рассказывать мне в ответ. Но если хотите, я с удовольствием вас выслушаю.
И Эйши рассказывает: про наркоторговцев и их тропы, по которым опасно ходить и мужчинам, и женщинам; про кровь на деревьях, которая не успевает высыхать, про молчание полиции, про запугивание местных... Его истории не похожи на истории Яко-тян - в них нет никакой магии, только человеческая жестокость. Эту жестокость Яко-тян переносит плохо; очень часто в конце она плачет, но сегодня стоически выдерживает все подробности.
– Вам снятся иногда те леса?
– Да, но уже реже. Мне в принципе стали реже сниться кошмары.
Сасадзука тянет девушку к себе, слегка сжимает в объятьях. Полуденная сонная дрёма постепенно сходит на нет, солнце меняет своё положение в небе и уже не бросает свои лучи на разложенный диван. Яко-тян целует мужчину в лоб и поднимается с мятых простыней. Она уходит готовить ужин; она хочет управиться к пяти часам, чтобы вместе посмотреть матч по бейсболу. Эйши решает заняться стиркой, чтобы быстрее скоротать время. Закидывая одежду в стиральную машину, мужчина думает об Аканэ-тян. Ожившая косичка, по совместительству – лучшая подруга его девушки. А ещё – сотрудник в детективном агентстве Яко Кацураги. Интересно, сколько в день живые волосы могут работать без перерыва? И нужно ли им платить?
Словно бы в поисках ответа Эйши смотрит по углам, находит наученным взглядом притаившуюся Пятницу. Глаз на ножках не может ему ответить, но с интересом принимает участие в загрузки стиральной машины.
– Позовёшь, когда запищит, – в шутку бросает Сасадзука после того, как нажимает кнопку "старт". Пятница утвердительно приседает на своих тоненьких ножках.
Всё-таки, секреты Яко нравятся мужчине больше, чем его собственные.