Chapter Text
Вблизи Летнего замка, около 199 г. от Завоевания Эйгона.
Вода такая холодная, что сводит ноги, ил и песок забиваются между пальцев. Закатанные по колено штаны все равно мокрые. Рядом с Дорном невыносимо жарко и днем, и ночью. Отец, принц Мейкар, позволяет сыновьям плескаться в реке и ловить рыбу, подобно крестьянским детям. Младший брат бегает рядом, смеется и брызгается. В нем так много энергии, он превращается в смазанное ярко-красное пятно перед глазами. По волосам, по лицу стекает вода. Эйрион врезается в него, маленькие ручки крепко обхватывают за талию. Дейрон едва не валится в речку, хотя хуже бы не стало: он и так весь промок.
— Пойдем попробуем еще раз, — канючит брат, умоляюще смотрит большими лиловыми глазами. Он чуть ниже старшего, утыкается подбородком ему в грудь, — пожалуйста, пожалуйста.
— Ты не можешь сидеть тихо, братишка, — Дейрон смеется, треплет того по серебряным волосам, — Вся рыба, что здесь была, уже уплыла.
Эйрион трогательно хмурит брови. В его глазах мелькает что-то игривое и нахальное, он пытается скрыть улыбку. С недавнего времени Дейрон стал все чаще наблюдать у него такое выражение лица. Когда он воровал пирожные с кухни, а после подглядывал как бьют по рукам маленьких служанок. Когда щипал младенца Эймона, пока мать не видела, заставляя того плакать. Пускай брат с гордым видом делился украденным с Дейроном, в груди все равно возникало неприятное чувство. "Нельзя ничего украсть в собственном доме", — он равнодушно пожимает плечами в ответ на упреки, и ведь с Эйрионом и не поспоришь.
Дейрон не успевает среагировать, босые ноги скользят по илистому дну. Вода противно попадает в нос и щиплет. Эйрион забирает сверху, крепко держит барахтающегося брата под водой. Всего несколько секунд. Не так много, чтобы задохнуться, но достаточно, чтобы наглотаться речной воды и жутко испугаться. Старший принц неосознанно пихает брата в бок под ребра, кашляет, пытаясь отдышаться. Эйрион сидит рядом и обиженно поджимает губы.
— Ты меня ударил, — звучит обвиняюще. У Дейрона болит горло и затылок, в волосах собралась вся речная грязь, но он все равно тянется к младшему брату. Неугомонное создание пусть слабо, но сопротивляется. Отец говорит, что Эйрион хрупкий и нежный, а Дейрон должен всегда его защищать. Слова вызывают долю сомнения. Стоит коснуться губами лба младшего, тот успокаивается. Так всегда делает мать, когда кто-то из сыновей плачет. Обнимает и гладит по голове. Дейрон поступает также.
"Ты пытался меня утопить", — проносится в голове, но сказать такое в слух принц не решается. Брат обнимает в ответ, потираясь щекой. Он такой теплый, почти горячий, даже не смотря на пребывание в ледяной воде. Мимо проносятся стрекозы.
— Думаешь нас будут любить меньше? — внезапно шепчет Эйрион, пытается вытащить из чужих волос водоросли.
— Что? — Дейрон все еще чувствует воду в ушах. Быть может он ослышался или не так понял?
— Из-за Эймона, — поясняет младший принц, — Мама все время с ним возится.
— Он совсем еще малыш, — сложно осознать неприязнь, звучащую в голосе брата, — Ему нужно внимание.
— Есть кормилицы и няньки, — Эйрион вскидывает голову, почти касаясь носом чужого лица. Дейрон улыбается, поглаживая его румяную щеку. Ему, привыкшему получать все внимание, сложно смириться с появлением нового ребенка. Младшему принцу, слишком активному и беззаботному, всегда все доставалось по первому требованию. Отец всегда находил для него время, когда тот просил: для тренировок с деревянным мечом, поездок на пони, рыбалки.
Чтение книг про драконов на ночь Эйрион обожал больше всего. Слушал прижимая к себе, собственное драконье яйцо. Такое же яркое, с золотыми переливами. Дейрон каждый раз утирал ему слезы, когда история заканчивалась смертью последней драконницы. Младший брат зло ворчал про глупую войну черных и зеленых, что лишила мир и самого Эйриона драконов. После этого отец всегда целовал сыновей и позволял младшему засыпать в комнате Дейрона.
Эйрион заметил как все изменилось с появлением нового члена семьи. Возможно на то повлияли и другие события, чего братья не знали. Но теперь чтением занимался только старший принц. Дейрон читал медленно и всегда сбивался на валирийских выражениях. Младшему брату, уже хорошо владевшему древним языком, приходилось подсказывать.
Мать же, ранее всегда находившая время для них время, стала отсылать старших сыновей поиграть одних. Дейрон замечал, что она выглядит измученной и уставшей, явно ночами не спит. Приходилось подхватывать брата на руки и уносить от матери. Леди Дианна лишь благодарно кивала.
— Тебя все также любят, Эйрион, — шепчет в висок.
— И ты? — младший брат поднимает на него жалобный взгляд.
— Больше всех остальных.
Дейрон все же ведет брата рыбачить и возвращает в Летний замок, только когда солнце садится. Эйрион забирается в его постель и тесно прижимается, обхватывая ногами. Будет очень жарко, но старший принц чувствует себя самым счастливым.
***
В Королевской гавани. Спустя пару лет.
Запах сильно отличается от привычного чистого воздуха близ Летнего замка, находящегося на границе Простора, Штормовых земель и Дорна. В Королевской гавани пахнет отходами, чем-то гнилым и стухшим. Отовсюду раздаются громкие крики, стучат молотки в корабельных доках и кузнецах. Даже люди ощущаются по-другому, они смотрят враждебно и затравленно на богато украшенную королевскую карету. Эйрион с любопытством разглядывает улицы столицы. Он родился здесь, но отец быстро увез семью в Летний замок. Дейрона не интересует шумный и плохо пахнущий город, он сидит уткнувшись взглядом в спину брата. Он был бы рад оказаться в своей спальне дома, подальше от этого места, от необходимости соблюдать этикет и держать спину строго прямо.
Младший брат отрастил длинные волосы до лопаток, они красиво завиваются и переливаются серебром с золотом на солнце. Он воодушевлен поездкой в столицу с отцом и скорой встречей с королем и дядей Бейлором. Слишком уж сильно брат восхищен битвой на Краснотравном поле. Хоть их отец также участвовал при разгроме войск бастарда Деймона, такого внимания от сына Мейкар не удостаивается.
Глаза Эйриона расширяются при виде Красного замка, крепость величественно возвышается над городом. Он что-то увлеченно рассказывает про тайную планировку замка Мейгором Жестоким, как тот после постройки умертвил всех мастеров и рабочих. Дейрон слушает в пол уха, раньше брату нравились добрые истории: про Эймона, Рыцаря-Дракона, про любовь Джейхейриса и Алисанны.
Дейрон пытается помочь брату спуститься с кареты, но Эйрион лишь презрительно одергивает руку, спрыгивая сам. Принц Мейкар строго смотрит на сыновей, и только так младший принц позволяет взять себя за руку.
— У тебя влажная ладонь, — брат морщит нос. Королевские гвардейцы шагают рядом, не реагируя на его попытки поболтать. Он задает неуместные вопросы, все еще оставаясь ребенком.
Дейрон знает зачем они прибыли. В животе холодеет с каждым шагом. Мейкар измучил его тренировками и уроками, чтобы старший сын, наследник, предстал перед королевским двором достойным образом. Прилежным принцем, хорошим воином, чтобы стать чьи-то оруженосцем, а после и рыцарем. Дейрон стер все руки о настоящий, тяжелый меч. Ноги все еще горели огнем от усталости. Эйрион и не пытается понять, что их ждет. Все еще имеет глупые мечты маленького мальчика о сражениях, турнирах.
Великий чертог встречает тишиной, эхо каждого шага отражается от стен. тронный зал огромен. Дейрон, наученный отцом, опускает ладонь на чужую поясницу, призывая брата опуститься на колени перед королем. Но Эйрион не отрывает глаз от Железного трона. Жуткая конструкция из клинков устремляется вверх. Король Дейрон же спускается к внукам вниз. Суровый взгляд отца останавливается на старшем сыне.
— Ничего, Мейкар, — король мягко поглаживает щеку Эйриона, — Не злись на детей.
Только это заставляет младшего принца просто склонить голову, все еще бросая взгляды на трон. Дейрона начинает подташнивать, ему кажется, что от клинков пахнет свежей кровью, железом и смертью. Голова кружится.
— Я рад тебя видеть, сын, — он позволяет себе крепко обнять Мейкара. Прижать к себе сына, которого слишком долго не видел, — Как и твоего наследника и маленького принца-омегу.
— Что? — Эйрион почти неприлично повышает голос, Дейрону приходится вцепится ему в руку, чтоб тот замолчал, — Отпусти меня.
Король с непониманием переводит взгляд с внуков на сына. Эйрион глупый и никогда не задумывался, почему все так оберегают его. Почему септа, от которой он всегда сбегал, пыталась научить его шить, писать стихи и играть на арфе. Дейрон прикрывал его, не ведая, что брат такой дурак. На руке младшего принца точно останутся синяки от чужих пальцев.
Эйрион стоит несколько мгновений, глупо раскрыв рот, пораженный новостью о собственной природе. Осознание проступает на его лице. Дейрон бледнеет, когда брат пытается шагнуть к отцу. Эйрион наверняка хмурится и готовиться устроить скандал.
— Мальчики, наверняка очень устали, — король пытается снисходительно улыбнуться, все еще удивленный произошедшим, — Проводите принцев до покоев.
Стража отводит их в спальню, чтобы оставить короля с принцем Мейкаром наедине. Красный замок такой большой, что Дейрон уже забывает каким путем они идут. Слишком много лестниц, коридоров и поворотов. Принц Валарр, старший сын Бейлора, кивает и здоровается, улыбаясь кузенам. Его разноцветные глаза красиво переливаются под солнцем. Он весь светится доблестью, как истинный сын своего отца и будущий рыцарь. Дейрон лишь машет ладонью в ответ, не в силах произнести ни слова. Он не такой как Валарр и никогда таким не будет. Ему страшно, кто убьет его быстрее: Эйрион или отец?
— Оставьте нас, — не оборачиваясь, бросает страже старший принц.
— Ты всегда знал? — Эйрион с размаху закрывает дверь, — Меня сюда привезли, чтобы подложить какому-нибудь старику-лорду в кровать?
— Ты еще совсем ребенок, Эйрион, — Дейрон, вздыхая, падает на кровать. В ноге вспыхивает боль, брат швырнул в него попавшийся по руку подсвечник, — Я думал, ты знаешь, — пожимает плечами, чем еще сильнее раздражает младшего.
Возможно он не глупый, мало кто позволяет омеге управляться с мечом и спать в одной постели с старшим братом-альфой. У Эйриона были все основания думать, что он такой же, как и Дейрон. Младший принц истерит, скидывает книги с полок, громко ругается, словами которые даже Дейрон не знает. Забирается на кровать с братом и влепляет ему звонкую пощечину.
— Убирайся, — братья встречаются глазами. Эйрион почти плачет, но смотрит все равно с ненавистью и злобой, — Не желаю тебя видеть.
— Это не плохо, — Дейрон не обращает внимания на боль, пытается прижать брата к себе, как раньше, но брат пинается и вцепляется зубами в ладонь. В конце концов, у него получается столкнуть старшего с кровати, вырвав ему клок пшеничных волос.
— Ненавижу вас всех, — Эйрион утирает выступившие слезы, — Я сказал тебе уйти.
Дейрон чувствует обиду и горечь, видя разбитого брата. Он отворачивается, утыкаясь лицом в подушку. Маленькому брату не идут слезы, у него дрожат губы и краснеет все лицо. Но заставить себя сидеть рядом без возможности прикоснуться и утешить выше его сил, и Дейрон вскакивает из комнаты, оставляя брата одного.
Этой ночью ему снится первый сон.