Work Text:
Взгляд Луффи, немного заинтересованный и какой-то не такой, как всегда, не предвещал ничего хорошего. Трафальгар изначально хотел от Мугивары сбежать, но давно уже стоило признать, что сбежать от него невозможно, особенно на его корабле. Да и в любом другом месте, наверное, тоже. Если Луффи чего-то захочет, он обязательно это получит, Ло много раз убедился в этом. И вот сейчас, кажется, он хотел спросить что-то у Трафальгара или просто подействовать ему на нервы своим присутствием. Для Луффи это, разумеется, выглядело как дружеская беседа, но, когда он оказывался рядом без какой-либо причины, с нервами Ло что-то определенно случалось. Сердце начинало биться чаще и ему становилось не по себе. Трафальгар предпочитал интерпретировать это, как особую форму раздражения, существующего исключительно ради Мугивары и его выходок.
Уже был вечер. Ло расположился в тени мандариновых деревьев. Когда он впервые оказался на Санни, они его удивляли. Он привык к своей субмарине, к замкнутому пространству и душному воздуху. Увидеть на чужом корабле живые деревья было странно. Но, признаться честно, они ему нравились. Особенно тем, что в той части корабля, где они росли, почти всегда было безлюдно, и никто не мешал читать книгу, которую ему разрешили взять из библиотеки.
Кроме Луффи. Он, как всегда, появился внезапно. Ворвался в личное пространство Трафальгара с широкой улыбкой на губах. Ло закатил глаза. Внутри появилось то самое раздражение, которое возникало только при близких контактах с Мугиварой. Оно возросло, когда Трафальгар заметил, что взгляд Луффи и его выражение лица в целом отличаются от привычного. Реши он просто пристать к нему с очередной своей «очень веселой» идеей, как провести время, наверное, он бы смотрел иначе. Теперь же ему точно что-то было нужно, что-то конкретное и необычное. Трафальгар, вопреки своей нелюдимости, людей чувствовал хорошо.
Решив играть на опережение, Ло, не отводя взгляд от страниц книги, спросил:
— Мугивара-я, чего тебе?
Тон его голоса был отстраненный и неприветливый, но только потому, что Трафальгар всегда так разговаривал. Он не то чтобы был против увидеть Луффи прямо сейчас. Кажется, стадии отрицания и гнева уже миновали, сменившись принятием. В конце концов, Ло даже признал, что с Луффи ему не настолько плохо, как он прежде думал. Да, они были совершенно разные, но вся эта энергия и жизнерадостность, исходящие от Луффи, будто роняли свет на тьму в душе Трафальгара. Чувство было отчасти приятным. Пару раз Ло ловил себя на мысли о том, что, когда ему все же удавалось спровадить Луффи, он, на самом деле, не желал, чтобы тот уходил.
Луффи устроился на палубе рядом с Трафальгаром и глубоко вздохнул, но ничего не сказал. Уже непривычно. Ло отложил книгу в сторону и внимательно посмотрел на Мугивару из-под козырька шапки.
— Вопрос есть, — признался Луффи.
И все стало еще более странным. Мугивара не имел привычки тянуть время, наоборот, если у него был вопрос, он тут же его задавал без раздумий. Неужели существовало что-то, о чем Луффи не мог говорить в открытую? Ло слабо верил.
— Что за вопрос? — поинтересовался он, когда молчание со стороны Луффи слишком затянулось.
— Траффи, — Мугивара внимательно посмотрел на него, заглядывая своими огромными невинными глазами прямо в душу, — а ты целовался когда-нибудь?
Внешне это заметно не было, но где-то на уровне подсознания, Ло то ли рассмеялся в голос, то ли шокировано подавился воздухом. Он ожидал от Луффи чего угодно, но не этого.
Когда Трафальгар только вступил в альянс с Мугиварой, он пытался составить для себя его психологический портрет. Никакой классификации Луффи, впрочем, не поддавался, поэтому Трафальгару удалось описать его лишь в общих чертах: веселый, безрассудный и порой глупый, но не откровенно тупой. Ло также пытался понять, что Луффи любит, а что нет. Не любил он плохих людей и несправедливость, любил мясо, свободу и своих друзей.
Друзей у Луффи, даже если не считать его команду, было много. Трафальгар тоже входил в их число, пусть и пытался отрицать это и донести до Луффи, что между пиратским альянсом и дружбой знак равенства ставить нельзя. Однако у Мугивары были лишь друзья, но никого большего, чем друг. Без учета погибшего брата, конечно.
На тему отношений и отношения Луффи к ним, Трафальгар начал думать только потому, что ему стало любопытно. Не в том смысле, что он хотел от Мугивары чего-то такого, а просто как часть того самого психологического портрета, составлением которого он занимался поначалу.
Луффи было девятнадцать. Тот возраст, в котором интерес к людям противоположного пола, ну или своего, быть должен. Но его будто бы не было. Совсем. Это невольно заставило Трафальгара задуматься. Он провел с Луффи достаточно времени, чтобы понимать, что ни о какой задержке в развитии тут речь не идет, пусть порой Луффи и вел себя как ребенок. У Луффи либо просто были другие приоритеты, и в своем стремлении стать королем пиратов, он упустил ту часть жизни, которой многие придавали излишнее значение, либо асексуальность. Такое бывает, и это нормально. Дружба закрывала для Луффи все эмоциональные потребности, а в физической близости он мог в целом не нуждаться. Именно к такому выводу пришел Трафальгар.
Но с чего вдруг тогда Луффи спрашивает про поцелуи? Ладно, возможно, Ло слишком преувеличил, и этот вопрос ничего не значит. Но, в любом случае, зачем спрашивать именно у него? Лучше бы спросил у некоторых членов своей команды.
За все время, проведенное на Санни, Трафальгар достаточно насмотрелся на слишком двусмысленные ссоры Зоро и Санджи, да и Фрэнки с Нико Робин постоянно переглядывались явно не просто так. Он был почти уверен, что и те и другие спят друг с другом, но его это ничуть не волновало. И Луффи, Ло до этого момента был уверен, тоже не интересовало. Он то ли не замечал, что между некоторыми из его накама есть связь, выходящая за пределы дружеской, либо не придавал этому значения. Хотя вряд ли он был настолько слеп, чтобы совсем не заметить. Луффи должен был что-то заподозрить и, как следствие, прицепиться с вопросами про поцелуи к людям, у которых эти поцелуи были, а не к Трафальгару.
Он, за долгие прожитые годы, конечно, целовался, но в последний раз это было настолько давно, что Ло даже не помнил, когда именно. Наверное, уже после того, как он вытащил Мугивару из Маринфорда, но задолго то того, как они встретились вновь. Ничего серьезного, лишь встреча на одну ночь с человеком, имя которого Ло теперь помнил смутно. К настоящим событиям никакого отношения это не имело. Ясно одно: у Луффи не было причин задавать ему этот странный вопрос. Впрочем, это же Луффи, и для него странных вопросов не существует.
— Так ты целовался когда-нибудь? — нетерпеливо повторил Мугивара.
Ло скептически вздохнул.
— Зачем тебе эта информация?
Трафальгар рассчитывал не столько на то, что Луффи объяснит, сколько на то, что разговор ему наскучит, и он отстанет. Говорить на тему отношений и всего, что касается любовной связи между людьми, ему не хотелось. Хотя бы потому, что у него в жизни этого не было. Сама потребность имелась, Трафальгар даже не отрицал, но вот силы и желание ее реализовывать отсутствовали. А еще был некий страх, что если он к кому-то привяжется, то потеряет этого человека вновь. Лучше вообще никак, чем так, вот он и ограничился случайными встречами со случайными людьми. Да и те бывали крайне редко.
— Я ищу человека, который умеет целоваться, — беззаботно пояснил Луффи.
Будь Трафальгар менее воспитанным, он бы указал на таких пальцем. Но он лишь спросил:
— Для чего, Мугивара-я?
— Хочу научиться!
Ло, признаться честно, растерялся, причем настолько, что перестал прятать глаза за козырьком шапки и в упор посмотрел на Луффи.
— Я думал, тебя такое не интересует, — произнес Ло.
— Ну… да, но мне захотелось попробовать. Поэтому, Траффи, если ты умеешь, то научи меня. Давай поцелуемся!
Быть может, Ло это только показалось, но щеки Луффи порозовели. Сам он никогда не краснел, но, будь это иначе, то кровь бы точно подступила к лицу. Трафальгар попытался убедить себя в том, что эта просьба — очередная глупость, и Луффи просто не понимает, что просить о таком неправильно, даже если речь правда идет о желании научиться.
Ло практически ничего не знал о том, в каких условиях Луффи вырос, но в его жизни явно отсутствовал человек, который объяснил бы ему основы взаимоотношений и банальные правила приличия. Ситуация сложилась таким образом, что этим человеком вынужденно стал он сам. Трафальгар подозревал, что, если он возьмет и уйдет прямо сейчас, Луффи в покое его не оставит. Нужно было поставить большую и жирную точку.
— Мугивара-я, не стоит целоваться с кем попало, — достаточно серьезно сказал он. — Возможно, когда-нибудь ты встретишь человека, с которым вы, эм, понравитесь друг другу, вот с ним и поцелуешься. Ничего сложного в этом нет, уверен, ты разберешься.
Конечно, во все эти сказки про чистую любовь Трафальгар не верил. Согласно его мировоззрению, в поцелуях с кем попало как раз-таки ничего страшного не было, но почему-то Луффи он подобного не желал. Если у него будет выбор между поцелуями со «своим» человеком или с ним, этот выбор очевиден.
А вот о том, что целоваться с Луффи он не хочет, Трафальгар почему-то не подумал. Хотя отрицание даже гипотетического поцелуя между ними должно было вспыхнуть в голове красным светом в ту же секунду, когда Луффи это предложил. Но нет.
Мугивара отрицательно помотал головой.
— Я хочу сейчас, а не когда-нибудь! — упрямо воскликнул он. — И не с кем попало, а с тобой!
Все произошло слишком быстро. Трафальгар едва успел увернуться от головы Луффи, вдруг приблизившейся к его лицу вплотную. Теплые губы мазнули по щеке. Руками Луффи вцепился в его плечи, чтобы удержать равновесие, внезапно потерянное из-за резкого перемещения в пространстве.
— Что ты творишь?! — рассердился Ло.
Луффи отодвинулся, продолжая держаться за его плечи, свел брови к переносице и сказал:
— Хотел тебя поцеловать. Чего ты отвернулся?
Ло осмотрелся по сторонам, почти паникуя. Он надеялся, что никто этого не видел, а если и видел, то не понял, что конкретно произошло. Ближе к носу корабля Усопп и Чоппер рыбачили, к счастью, глядя только на воду. Остальных членов команды Трафальгар не заметил, но его воображение все равно нарисовало картинку: посреди ночи к нему приходит Зоро, обнажив все свои мечи, и говорит, что прикончит его, если он хоть пальцем тронет их капитана. Может такого и не будет, но Ло казалось, что Зоро решит, будто это он склонил Луффи к каким-то непотребствам, и доказать обратное у него не получится.
— Ты не можешь меня целовать, — сказал Трафальгар, злясь на самого себя за то, что это прозвучало не так уверенно и твердо, как ему хотелось бы.
— Почему? — искренне не понял Луффи. — Хочу и поцелую!
Услышь Трафальгар подобное заявление от кого-то другого, он бы расценил его, как сексуальное домогательство. Однако к Луффи это оказалось неприменимо. Может он и нарушал его личные границы самым наглым и непростительным образом, но он делал это без злого умысла. Вероятно, у него вообще никакого умысла не было. Так себе оправдание, но, тем не менее, Ло Мугивару почти оправдал.
— Не здесь, — заявил он.
Трафальгар так до конца и не понял, каким образом «никогда», существовавшее в его голове, превратилось в «не здесь», сорвавшееся с его губ.
— Ааа, я знаю, — задумчиво протянул Луффи, — ты не хочешь, чтобы кто-то увидел. Ладно, пошли в каюту.
У Трафальгара определенно начались какие-то проблемы со скоростью реакции, иначе почему он не успел не дать Луффи схватить себя за руку и потащить в сторону двери. Успел он только подобрать книгу с палубы. Совесть не позволила ему оставить ее под открытым небом. Мало ли дождь пойдет. Вариант, что он останется под мандариновым деревом или вернется сюда очень скоро, Ло будто бы даже не рассматривал.
Они переместились в гостевую каюту, ту, которую Ло выделили на время пребывания на этом корабле. Лишь там Мугивара отпустил его руку и нетерпеливо посмотрел на него снизу вверх.
— Луффи-я, не уверен, что ты понимаешь, что затеял, но мы не должны таким заниматься, — Трафальгар попытался спасти ситуацию. — Нет ничего плохого в том, что у тебя появилось желание научиться целоваться, но зачем со мной? Найди кто-то другого.
— Кого? — удивился Луффи. — Здесь только ты. Со своими накама я не могу целоваться, я их капитан и это… ну… неправильно.
Надо же, у Луффи есть чувство такта. Трафальгар неподдельно удивился. Ему казалось, что Мугивару ничто не способно остановить. Хотя, как капитан, он прекрасно его понимал. Он тоже не стал бы целоваться ни с кем из своей команды, даже не рассматривал их в таком смысле.
— Тебе обязательно делать это прямо сейчас что ли? — спросил он, не понимая, как Мугивара может быть настолько нетерпеливым.
— Да! То есть…
Луффи вдруг замялся и отвел взгляд в сторону. Его лицо сделалось намного более серьезным, чем обычно. Ло даже напрягся. С одной стороны, ему было все равно, но с другой, перспектива обидеть Луффи отозвалась неприятным тянущим чувством в сердце. Конечно, он все еще не собирался целовать Мугивару, но почему-то ощущал теперь ответственность за то, чем обернется его желание научиться целоваться.
— Траффи, вообще я не хотел никого целовать до того, как встретил тебя, — произнес Луффи.
Это… признание? У Ло внутри все перевернулось. Но он не позволил себе поверить в то, что намерение Мугивары поцеловать именно его может быть чем-то большим, чем его типичная глупая идея. Считать так было намного проще, чем поверить, будто он правда мог понравиться Луффи настолько, что тот захотел с ним поцеловаться. Но даже если так, то Луффи, скорее всего, что-то путает и, на самом деле, Трафальгар ему по-настоящему не нравится, в нем он просто увидел человека, от которого можно получить то, что неправильно требовать от друзей. Ему всего лишь любопытно, он просто хочет научиться.
— Поэтому я хочу поцеловаться с тобой. Только с тобой, — закончил мысль Луффи. — Но, — он опустил голову как-то печально, — если ты не хочешь и тебе будет от этого мерзко, то не надо.
— Ты уверен, что сам хочешь? — переспросил Трафальгар.
Первый поцелуй все-таки. Ло был не из тех, кто считает первый поцелуй чем-то невероятно особенным. Нет, он так не считал, причем настолько, что даже не помнил, с кем и при каких обстоятельствах поцеловался впервые. Но для Мугивары ему такого словно не хотелось. Хотелось, чтобы у Луффи опыт первого поцелуя был хорошим, таким, каким он должен быть, с правильным человеком и по любви. Ло не заметил, с каких пор начал желать Луффи всего самого лучшего и по-своему заботиться о нем.
— Очень хочу! — уверенно ответил Луффи, широко улыбаясь. — Давай так, ты научишь меня целоваться, а я, — он задумался, — не буду тебя трогать до следующего утра?
Наверное, Ло слишком часто просил оставить его в покое, вот Луффи и решил, что это его самое заветное желание. Обменять несколько часов спокойствия на поцелуй? Ну нет. Впрочем, а что он теряет? Это же только поцелуй, ничего особенного.
Да, хорошая идея. Ло сможет за этот вечер спокойно дочитать книгу, весьма интересную, кстати, без угрозы того, что Луффи начнет его отвлекать. Если, конечно, Мугивара сдержит свое обещание, на что Трафальгар надеялся. Так он решил. Решил, что согласится на поцелуй ради пары часов спокойствия, а не потому, что ему хочется.
Ло медленно снял шапку и внимательно посмотрел на Луффи: огромные глаза, радужка черная, но все равно излучающая свет, широкая улыбка, румянец на щеках и неподдельная искренность, чувствующаяся в каждом его жесте и слове. Трафальгар все еще не верил, что мог понравиться ему, но поверить позволил. До тех пор, пока все не закончится.
— Хорошо, — неуверенно согласился он, — но только один раз.
Ло думал, что сейчас ему придется что-то сказать, парой слов объяснить, как надо целоваться, попросить расслабиться или еще что-то, но все вновь произошло слишком быстро. Луффи сам поцеловал его. Он положил руку на плечи Трафальгара, встал на носочки из-за разницы в росте и прижался своими губами к его губам. И больше ничего не делал.
От неожиданности и растерянности Ло выронил шапку и сразу после он мягко обхватил лицо Луффи обеими рукам, поцеловал его. По-настоящему. Медленно и с той нежностью, на которую он был способен. Он ненавязчиво показал, как надо, осторожно поцеловал сначала нижнюю губу Луффи, потом верхнюю, чуть тронул их языком, от чего поцелуй перестал быть сухим.
Луффи быстро втянулся, начал повторять чужие движения и… примерно через минуту у Трафальгара появились сомнения по поводу того точно ли это его первый поцелуй. Научился Луффи быстро и получалось у него почти идеально. Либо же Ло слишком давно ни с кем не целовался, вот и был счастлив даже от такого.
Да, счастлив. Ни с чем иным Трафальгар бы это чувство не спутал, даже если бы сильно захотел. Оно было особенным, почти таким же, как-то раздражение, которое возникало у него только при виде Луффи, но было ли оно раздражением? Ло больше не был уверен.
Стало так тепло. Прикосновения губ к губам были мягкими, трепетными. Даже Трафальгар, эмоции которому по большей части были чужды, признавал, что это не похоже на поцелуй ради поцелуя. Луффи затеял это под предлогом желания научиться, но явно вложил в свои движения губ что-то большее.
Ло позволил себе эту минутную слабость — выбросил все из головы и просто наслаждался. Он прижал Луффи к себе чуть крепче, запустил пальцы в его растрепанные волосы. Не сдержавшись, раздвинул губы Луффи языком, углубляя поцелуй.
И спустя время, непозволительно долгое, остановился, вдруг понимая, что для первого поцелуя это как-то слишком. Трафальгар обладал достаточной силой воли, чтобы побороть иррациональное желание целоваться с Луффи вечно. Он задержался на губах Луффи еще на пару мгновений и плавно отстранился.
Мугивара крепко держался за Ло, словно стоять ему было трудно. Он открыл глаза. Зрачки у него были расширены, в их темноте слишком отчетливо читалось счастье и радость. Губы опухли, щеки откровенно покраснели. Красиво. Луффи красивый. Ло с трудом отпустил его.
— Как тебе твой первый поцелуй, Мугивара-я? — спросил Трафальгар, пытаясь сделать так, чтобы его голос звучал обыденно.
Но у него, как и у Луффи, ноги немного дрожали, поэтому он сел на кровать, недоумевая от собственной реакции. Ло не припоминал, чтобы хоть какой-то из всех его поцелуев делал с ним что-то подобное.
— Это было круто! — с небольшим опозданием ответил Луффи. — Правда я думал, что будет сладко, но так тоже очень хорошо!
У Трафальгара не было сил спрашивать, с чего Луффи вообще это взял и объяснять, что «сладкие поцелуи» — это образное выражение.
— Я рад, что тебе понравилось, — сказал он, улыбаясь, и эта улыбка выдала, что ему тоже понравилось.
Луффи подобрал с пола упавшую шапку Трафальгара и, ни слова не говоря, надел ее ему на голову, после чего думал было устроиться на кровати рядом с Ло, но так и остался стоять на ногах.
— Я теперь должен уйти? — печально спросил он.
Пока Ло думал, как бы помягче намекнуть Мугиваре, что тот может остаться и при этом не потерять лицо, Луффи уже переместился к двери.
— Траффи, спасибо! — от всей души поблагодарил он. — Эх, вот бы у нас с тобой был еще один первый поцелуй.
Объяснить, что все «первое» на то и первое, что во второй раз этого быть не может, Ло тоже не успел.
— А еще лучше десять первых поцелуев, — с улыбкой добавил Луффи и скрылся за дверью.
В тот вечер Трафальгар больше не притронулся к книге. Все думал о том, что между ним и Мугиварой произошло и о том, что произойдет в будущем. Ничего в будущем не должно произойти, Ло пытался вбить это себе в голову, но что-то не получалось. Вечно оправдания находились: Луффи еще не научился, получилось у него хорошо, но во всем практика нужна, да и нет в этом ничего страшного, это просто поцелуи. И все же Трафальгар помнил, что привязываться к Луффи не должен, не должен позволять просто поцелуям превратиться в нечто большее. Долго спорил с самим собой, но это ничем не закончилось. Ничем, кроме осознания двух вещей. Во-первых, ему, наверное, не стоило учить Луффи целоваться, ведь теперь он плохо понимал, что с собственными чувствами делать. Во-вторых, к нему пришло осознание того, что он не против, если у них с Мугиварой будет еще один первый поцелуй, а еще лучше десять первых поцелуев, как Луффи и сказал.