Work Text:
В уже давно пустом классе они остались вдвоем. Свет и звук там не имели значения, как и вообще что-либо вокруг.
– Я помню тебя совсем не такой. Что случилось? Ты была… такой доброй и нежной девушкой, так что сломало тебя так…? – Химеко повернула голову, пытаясь разглядеть лицо Желаны и, может быть, прочитать на нем какой-нибудь признак контроля разума. Так было бы легче принять... и понять. – Даже после тех Игр...
Желана постучала ее по локтям.
– Людям свойственно меняться, милая. Иначе я могла бы спросить: ты же была такая слабая и беззащитная, почему сейчас ты надёжная навигаторка экспресса? - она театрально согнулась. – Видишь, какой глупый вопрос.
Химеко сжала челюсть. Огляделась, оценивая пути отхода, но Желана резко обошла ее, возникнув вплотную перед лицом. Ее глаза странно-дико бегали, губы и плечи подрагивали, будто бы ей в спину каждую секунду бил импульс. Дрожащие губы растянулись в кривую улыбку.
– Я могла бы оставить прошлое. Как ты. Не возвращаться, путешествовать. Может быть, я бы тоже стала героиней космоса. Почти как ты, – Желана горько расхохоталась, смяла пальцы. – Я бы могла забыть, но я выбрала помнить, потому что никогда не смогу забыть. Двумерния никогда не сможет забыть. Не мне тебе рассказывать о том, что все эти хлопушки и попрыгушки – нелепая попытка спрятаться от плохого?! Я выбрала помнить, Химеко, чтоб другие забыли. Я хочу, чтоб радость была искренней…
– То, что ты делаешь – ни капли не искренне! - Химеко нахмурилась и сделала шаг назад, упираясь бедром в низкий книжный шкаф. Со стороны Желаны послышался короткий полусмешок.
– Это самое искреннее, что я когда-либо делала за последние пятнадцать лет, Хи-ме-ко, - она, похоже, находила какое-то особое удовольствие в том, чтоб раз за разом делать акцент на имени. Она говорила только с Химеко. И хотела, чтоб ее слушали. – Я ведь фальшиво плакала на похоронах. У меня не осталось слез, и я покупала капли, чтоб выглядеть на камеру несчастной и грустной, хотя к тому моменту я была уже попросту никакой.
Она подалась вперед, налегая на Химеко, вытянула губы и наклонила голову.
– Ты выглядишь такой здоровой.
– Спасибо..?
– Очень здоровой. У тебя почти нет морщин, здоровый взгляд, густые ресницы и ухоженные брови… Чистая кожа, и ведь на тебе даже почти нет макияжа? - Желана вдруг грубо провела пальцем ей по виску. – Да. Это твой натуральный тон.
Химеко, поежившись, оттолкнула ее, и Желана послушно-невозмутимо отошла на шаг.
– После этого на меня смотреть – трагедия. Я наношу несколько слоев тонального крема, чтоб скрыть синяки, я хожу к косметологу два раза в месяц, чтоб убирать морщины. В отличие от космоса, камерам видна вся ты. Это причина, по которой я осталась здесь, Химеко. Потому что собой я могу закрыть все эти поломанные души…
– Но то, что ты делаешь – прямое вмешательство в их разум! О какой искренности идет речь, если они превращаются в зомби, неспособных ни на что, кроме пустого веселья?! - Химеко сжала кулак, резко повышая голос.
– Ты задаешь правильные вопросы неправильному адресату. Почему бы не спросить об этом Бога Смеха? Они-то уж точно много знают о пустом веселье, - Желана снова нервно хихикнула. – Впрочем, достаточно поговорить с кем угодно на Двумернии. Пустое веселье – всё, что держит добрую часть из нас от того, чтоб не вздернуться завтра же.
– …Почему ты говоришь всё это мне?
– Потому что я знаю, что ты выслушаешь. Ты ведь хорошая подруга и надежная навигаторка, да, Химеко? И даже спустя столько лет… не откажешь своей подруге в маленькой исповеди, - подняв руки, она потрясла ладонями.
– Пытаешься склонить меня на свою сторону? На операцию счастья? Скажу сразу, мой ответ – это решительное нет. Мне еще нужен здравый ум.
– О, ну что же ты… - Желана цыкнула и пожала плечами. – Конечно нет. Не насильно. Я знаю, что если попытаюсь насильно, то тебя тут же спасут. Твой папа, друзья… фанаты. Всем хочется такого крепкого тыла. И у меня такой тоже есть. Ни к чему их сталкивать сейчас.
Химеко попыталась обнадеживающе улыбнуться. Вздохнула и отвела взгляд, тихо подбирая слова.
– Послушай, мне правда жаль. И если ты действительно хочешь, чтоб я тебя выслушала, я готова. И Экспресс… мы готовы пойти тебе навстречу. И помочь, по-, - ей не дали договорить. Желана продолжала, словно забыв, что разговаривает с живым человеком.
– Но я рада, что ты такая, какая есть. На вид слабая, но что у тебя за спиной? Твой папа - ректор. А знаешь, кто мой папа, Химеко? Труп. Он мертв! Уже много лет как разложился. Я даже не видела его тела в закрытом гробу, - Желана взмахнула руками, захихикала, вдруг скрючилась и снова приблизилась, хватая за руку и тыча Химеко в лицо тыльные стороны их ладоней. – Посмотри на свои ногти, а потом на мои. Даже они фальшивые. Свои настоящие я сгрызла в мясо, так, что отрастали они обратно в кожу. Ха-ха. Такая красивая... Я… я рада за тебя, искренне.
– Тогда дай мне договорить.
– Не могу. Сейчас моя очередь. Я так привыкла говорить без умолку, что…
– Что тебе совсем плохо. Желана, послушай. Это не путь. Достаточно других, - Химеко с усилием, преодолевая рябящее в голове отвращение, сплела их пальцы и сжала ладонь. – Какое бы безумие ты не планировала… остановись сейчас. Если ты хочешь путешествовать – мир открыт тебе. У тебя еще есть будущее. Ты уже другой человек и не привязана к той ночи.
Желана несколько секунд растерянно смотрела на руки. После чего сначала коротким, а потом внезапно большим усилием выдрала руку из хватки, отскочила назад, схватилась за запястье и замотала головой.
– Я знала, что так будет. Ты исключение из всех нас, Химеко, и поэтому никогда не увидишь дальше своего носа… - она резко поправила пиджак и широко шагнула к выходу из класса. – Для космической героини ты слишком эгоцентрична. Но, знаешь… Спасибо, что дала выговориться. Не болей.
И почти что вылетела, хлопнув дверью.