Work Text:
Это была с самого начала дурацкая затея. Сухо точно не смотрел на него в этом плане. Сказать об этом Шиыну было просто страшно. Бомсок прокручивал в голове миллион сценариев, один лучше другого. Где Сухо просто смотрит на него с презрением, где Шиын советует ему не поднимать эту тему, где его отчим узнает о том, что ему нравится его друг и одноклассник, и разбивает ему череп той некрасивой статуэткой в холле.
Он стал хуже спать, и честно признаться ему снилось что-то хорошее, чужие ласковые руки, которые обнимают его за плечи, ободряющий взгляд, теплые слова и как они сидят где-то под мостом, ночью, когда он помогает Сухо развозить заказы, чтобы ему было не так скучно, и смотрит на него так, как будто у него звёзды запутались в волосах. Они пьют редбулл без сахара, Бомсок его не очень любит, но это ритуал, и правда помогает не заснуть до самого утра, когда небо едва светлеет, а Сухо перед ним на байке, такой реальный, и тёплый, можно обнять его крепче, и прикоснуться щекой к чужому плечу, пока это допустимо, и всё как будто на грани реальности и сна.
В реальности, Сухо — это Сухо, он слишком прямолинейный, чтобы замечать что-то, и слишком простой, чтобы понимать, что за улыбкой Бомсока скрывается жажда прикоснуться, столкнуться плечами, жажда, чтобы им обладали, и, если что, и не дали упасть. Сухо всегда очень легко проявлял свою симпатию, он тактильный и даже приставучий, когда ему особенно скучно, в отличие от Шиина, который только смотрел на них с мягкой полуулыбкой.
Бомсок не знал, что ему с этим делать, как высказаться и не оттолкнуть своих друзей. На носу были экзамены, его отчим давил на него больше обычного, но…упускать вечера с Сухо было трудным решением, слишком трудным. И он, такой слабак, как он есть, поддавался своим чувствам, и шёл за ним, как привязанный, стоило Сухо только позвать. Пиво? Да, конечно. Пойти поесть жареной курицы? Точно, идём. Пойти в корейское барбекю? Да, я тоже очень голодный.
Надо отдать должное, Сухо его звал, писал на уроках, забирал его из дома, заезжал на своём байке, Бомсок чувствовал себя его девчонкой, и ему это так нравилось, что он и улыбался больше обычного, и радовался, и пропускал мимо ушей колкие комментарии своего отца, который не упускал случая, чтобы уколоть его на тему того, что он якобы останется на второй год, если будет и дальше пропадать ночами.
Сухо, как будто чувствовал себя таким крутым, когда он держался за его плечи, пока ехал с ним на мопеде, немного краснели его уши, когда Бомсок слишком прижимался к нему, но возможно, Бомсоку казалось, они ездили в основном, ночью, и Бомсоку тогда вообще много чего казалось, как диснеевской принцессе, русалочке, которой дали ноги, но забрали голос, поэтому он слушал Сухо, улыбался Сухо, когда он смотрел на него и отводил взгляд, неизменно.
– Ты такой кр….классный. – Бомсок чуть покраснел сам, и потёр лицо рукавом своей серой худи.
– Да, мне так говорят периодически, поэтому я перестал вести инстаграм.
– Что? Почему? – Бомсок тут же почувствовал, как напряжение затопило его с головы до ног, и ударило болью в голову. Вот почему, вот почему он его не добавил, он просто там не бывает. И тут же следом его захлестнуло облегчение, как волна, как алкогольное опьянение, он не к месту рассмеялся, и Сухо улыбнулся ему в ответ, как будто понял, почему Бомсок смеётся. Но Сухо, конечно, не понимал.
– Да, там написывают мне, хотят, чтобы я моделью побыл. Мне как-то это скучно, да и времени нет, а там типы какие-то неясные. Бабуля сказала, что лучше не отвечать им, по крайней мере, пока. Потом, если захочу, могу и согласиться. – Сухо пожал плечами, глядя на реку, набережная реки Хан вечером была лучшим местом для встречи влюбленных. Бомсок знал об этом, а Сухо…Сухо скорее всего просто не думал об этом, они же друзья.
– А ты хочешь?
Сухо отхлебнул свой энергетик и пожал плечами. Бомсок подумал, что ему это невероятно пошло бы, но он вряд ли захочет, такой прямолинейный и такой простой, ему бы что-то такое открытое, что ли, для души, где можно кому-то помочь. И он немного придвинулся к Сухо поближе. Как будто он и ему мог помочь.
Бомсока мало волновало, что он похож на чью-то девчонку, если этот кто-то был Сухо, в общем. Да и Шиын помог ему подтянуть некоторые предметы, в которых он сомневался. И теперь на проходной балл он точно наберет. Совместные занятия ему нравились, и ходить на допы с Шиыном было куда проще, чем одному торчать на них. Так он мог немного веселить вечно занятого и уставшего Шиина, и приносить ему снеки, которые он любит. Шиын ел мало, и зачастую было понятно, что он устал или немного раздражен, потому что так и не перекусил ничего с обеда, Бомсок быстро научился различать по его лицу, что не так, это только со стороны могло показаться, что лицо Шиина без эмоций, на самом деле, там было даже больше эмоций, чем у активного и открытого Сухо. Сухо было читать проще, но предсказать…не всегда, вспыльчивый и импульсивный, он любил решать все тут сразу на месте, брать нахрапом и яростью, Бомсок так не умел, ему нужно было спрятаться в себе и подумать, почувствовать без давления, что он может сделать. Обычно времени ему не давали. Сухо этого не понимал, его мир легко делился на правильное и неправильное, в то время, как Бомсок жил в сером мире полутонов, где даже правильное не всегда таковым являлось.
– Как думаешь, у Сухо есть девушка? – Шиын даже не поднял взгляд от тетрадки.
– Нет. – Бомсок с удивлением посмотрел на него, и легко ткнул пальцем в бок, заставляя Шиина тоже посмотреть на него. – Я уверен. – Но потом более осторожно добавил. – Но лучше спроси у него, конечно.
Бомсок неуверенно кивнул. Они оба понимали, что он никогда не спросит, но мнению Шиина можно было доверять.
Но Шиын всегда давал ему время подумать и не давил. Шиин казалось понимал его с полуслова, а иногда и с одного взгляда. И вставал между ним и Сухо, чтобы тот не давил слишком сильно. Не трогал Бомсока, когда он нервничает, и не повышал на него голос. Как будто догадывался.
***
Это произошло, когда Шиын понял, что его избивают дома.
Бомсок понимал, что это не могло не случиться, Шиын был слишком умным, он смотрел на Бомсока и видел его, видел, как он прихрамывает после очередного общения с клюшкой для гольфа, видел синяки на его руках, которые Бомсок не успевал спрятать, или забывал, видел синяки на его теле, и то, как он иногда вздрагивал от неожиданного физического контакта. Просто, когда это был Сухо, Бомсок на мгновение замирал, а потом оттаивал обратно, улыбаясь, ранимо, но радостно, открываясь под его руками, даже расслабляясь иногда.
Бомсок всё равно скрывал, как будто отрицал происходящее. Но так не могло продолжаться всегда. Его отчим в очередной раз избил его за то, что он слишком поздно вернулся домой, и на этот раз это было видно. Бомсок не пошёл в школу, зная, что эти двое будут его допрашивать, а он этого не хотел. Да и отчим был против, это могло повлиять на его репутацию негативно.
Когда звонок в дверь всё же раздался, Бомсок лихорадочно ждал пару минут, ожидая, что они уйдут, перебирая в голове оправдания, но…суть в том, что он не хотел врать. Единственное, чего он сейчас хотел, чтобы его оставили в покое. Но они были друзьями, он не мог просто игнорировать их бесконечно.
Он болезненно поморщился представляя обеспокоенное лицо Шиина и злое Сухо. Бомсок не любил их беспокоить, и ещё меньше он хотел, чтобы его жалели или просить помощи.
Он распахнул дверь, глядя сразу им в глаза, зло, как будто они тоже были в чём-то виноваты, как будто это было очередным ударом, то, что они видят его таким. И теперь знают. Сухо вспыхнул мгновенно, задевая Бомсока плечом, и ненароком отталкивая, Шиын тут же, отодвинул его немного, закрывая Бомсока собой, он был намного ниже, ведь из них троих Бомсок был самым высоким, но всегда за ним Бомсок ощущал себя в безопасности, перед всем миром, не только перед Сухо.
Он отвернулся.
Шиын мягко сказал Сухо.
– Мы разберёмся. – А потом обернулся к Бомсоку, легко касаясь его локтя, заставляя снова посмотреть на себя. – Мы тебе не помешаем?
– Нет, конечно. – Вскинулся Бомсок. – Я сейчас. – Шиын всё так же удержал его за локоть, почти невесомо, так, как никто никогда Бомсока не касался. И ему хотелось от этого разреветься, спрятаться в шкафу от этого взгляда, и никогда не выходить оттуда. Но он сглотнул свои слёзы, кивая.
– Мы можем войти?
– Да.
– Тогда пойдём, присядем. Если хочешь, расскажешь нам, что случилось. — Шиин выразительно посмотрел на Сухо, и тот как будто понял, что стоит помолчать. Удивительно, как они все понимали друг друга, так просто. Бомсок видел, что Сухо тяжело молчать, но был ему благодарен за то, что тот пытается.
Бомсок не хотел говорить об этом. Отчим в очередной раз избил его, потому что пришёл домой в плохом настроении, и его не устроило тихое, молчаливое присутствие Бомсока в комнате. Для побоев уже не нужны были причины, хотя он и старался избегать даже банально его внимания, и старался быть тихим настолько, насколько это возможно. Заметил ли он, что исчезли часы? Как будто нет, иначе избил бы сильнее, тут обошлось несколькими ударами, просто на этот раз, отчим не рассчитал и слишком сильно ударил по лицу. Бомсок вздохнул и вынырнул из своих мыслей.
– Я принесу попить.
Шиын явно хотел его снова остановить, но на этот раз промолчал. Он рассматривал квартиру и анализировал. Сухо шикнул что-то в его сторону, явно раздраженное, но Шиын только кивнул в сторону Бомсока.
– Вы можете не ходить вокруг да около.
– Кто тебя так? – Тут же вскинулся Сухо.
– Ты можешь не говорить, если не хочешь. – Добавил следом Шиын.
– …Отчим. – Бомсок ответил не сразу, и отвёл взгляд перед ответом.
Сухо тут же вскинулся, прохаживаясь туда-сюда по просторной гостиной, было видно, как ему хочется что-то сломать. Шиын смотрел понимающе, и Бомсок осознал, что он знал уже давно, тогда у него всплыли в голове все моменты, когда он пытался ему помочь, позвать к себе после дополнительных занятий, якобы, позаниматься ещё, и Бомсок соглашался, потому что любил заниматься с ним. И он почувствовал себя обузой снова, но ещё, почувствовал благодарность, остро и открыто.
– Ясно. – Сказал Шиин. – Спасибо, что поделился с нами. — Он немного помолчал, и спокойно добавил, как будто это была ерунда. – Давай ты останешься на какое-то время у меня. Или Сухо. Мои родители всё равно в разъездах. Как твоя бабушка Сухо?
– Она будет рада компании, а то я ей, кажется, надоел, в последнее время. – Сухо не улыбался, но говорил твёрдо, так как будто они уже успели договориться до этого.
Бомсок посмотрел в пол.
– Мне…мне нужно подумать.
– Хорошо, Бомсок. Давай ты подумаешь у меня дома? Если передумаешь, всегда можешь вернуться. – Сухо смотрел открыто, и подошёл к нему вплотную. Бомсок не к месту почувствовал, как краснеет под его взглядом, и трёт побитую щёку, чуть скрывая лицо, которое всё тяжелее оставлять безразличным.
– Я…хорошо. Но пока только на сегодня.
***
Квартира у Сухо была совсем небольшая. В одной комнатке, совмещенной с кухней жила его бабушка, которая, видимо, немного, но всё-таки понимала что-то о личном пространстве внука, поэтому оставила ему отдельную комнату, тоже очень маленькую, но на взгляд Бомсока, полностью отражающую личность Сухо, где кроме банок из-под редбулла и спортивных журналов, валялась одежда и какой-то спортивный инвентарь. Они немного посидели с его бабушкой, которая напоила их чаем, и накормила ужином. Сухо не вышел на свою смену, и Бомсока снова кольнула вина, поэтому он начал предлагать ему деньги, но Сухо оборвал его, глядя на него серьёзно и немного обиженно.
Бомсок тут же замолчал, и легко ткнул его своим плечом. Сухо ткнул его в ответ, и на этом вопрос был закрыт.
Они расстелили постели, и Бомсок, уже порядком уставший и измученный, рухнул вниз так, что Сухо даже забеспокоился, всё ли в порядке. Бомсок улыбнулся ему с закрытыми глазами и только кивнул. Телефон он отключил, предварительно, написав отчиму, что будет ночевать у друга. Скорее всего, это ему тоже не понравилось, но Бомсок решил, что подумает об этом завтра.
– Сухо-я. – Сухо повернулся к нему, открывая глаза. – Спасибо тебе.
Бомсок говорил тихо, едва слышно, но и в комнате было очень тихо, и спрятаться в тенях или в шкафу на этот раз было нельзя. На лицо Сухо падал луч фонаря из окна, и Бомсок даже разглядел его искреннюю улыбку, он улыбнулся впервые за день. И Бомсок неосознанно и смущенно улыбнулся в ответ.
Сухо резко придвинулся ближе, обхватывая Бомсока за затылок. Резко, без предупреждения, и первым желанием Бомсока было – вырваться, но рука была ласковой, смяла нетерпеливо его волосы, и после испуга, Бомсок подумал, что хорошо, если в темноте не видно, как румянец пополз по его шее вниз, как будто, кто-то его душил.
– Бомсок-а. Я всегда защищу тебя. Тебе не нужно от меня прятаться.
– …Хорошо, я…постараюсь. – Его голос стал чуть ниже, он почти перешёл на шёпот. Сухо продолжал ласково перебирать его волосы, а Бомсок с очень лёгкой головой думал, что Сухо просто тактильный, и всегда трогает всех, даже Шиина. В голове тут же вспыхнули воспоминания, как Сухо засунул Шиыну в рот еду с рук. Это было привычно. И может быть, со временем, Бомсок тоже не будет ожидать от этих рук удара, как и от рук Шиына.
Бомсок чуть ластится к его руке, голодный до прикосновений, но не осознающий этого. Он так давно хотел этого, не просто, чтобы Сухо обнимал его, когда тащит в очередную кафешку, не когда они сидят на его мопеде и у него нет выбора, кроме как держаться за Сухо и прижиматься к нему, особенно на большой скорости. А вот так, когда они в тишине вдвоём, и когда кроме настоящего желания, объяснить действия Сухо больше нечем. Это не случайность, он намеренно к нему прикоснулся. Бомсок чувствовал, что ещё немного, у него…встанет. Но, он просто не мог отстраниться, даже, если и ощущал, как горячо внизу живота от нехитрых прикосновений.
Сухо убрал руку сам, то ли тоже стесняясь, то ли понимая, что это двусмысленно, но перед этим слегка растрепал ему волосы, как будто нечаянно касаясь кончиками пальцев скулы и носа. Или нет, это же Сухо, совершенно точно случайно, но Бомсок запомнит эти прикосновения надолго. Темнота за окном скрыла его чувства, которые так отчётливо можно было прочитать на его лице. До следующего раза.
Если он будет.