Work Text:
Над головой дрались два дрона, словно воробьи в луже. Еще стайка летала вокруг, их линзы отсвечивали на солнце — кто-то явно снимал весь этот цирк с разных ракурсов. Однако в остальном все было культурно.
Университет разработки космоса занимал приличных размеров здание, колонны которого намекали, что архитектор вдохновлялся постройками со старой Земли. Иначе нахрена тут колонны, кроме понтов.
Атмосфера вокруг напоминала его собственные студенческие годы, и это совсем не радовало. Они ассоциировались с Тернером, а Тернер - это зло, и Тео немедленно начинал беситься. Не лучшее настроение для заключения сделки, но клиент всегда прав.
Крыльцо было заполнено разномастной толпой — люди курили, жевали бутерброды, смеялись, собравшись в кружок; тут же крутился на месте маленький разносчик заказов и жалобно попискивал, выражая всем свое недоумение. Кто-то поддел его ногой и направил в сторону дверей. Разносчик пискнул что-то благодарственное, посигналил, и створки плавно разъехались.
Но едва Тео сделал шаг вперед, немедленно сомкнулись у него перед носом.
Он приложил ладонь к считывающему устройству, красный цвет полосы идентификации позеленел, и двери разъехались снова, впуская его в прохладу большого холла. Тео огляделся, потом посмотрел под ноги, на гладкие плитки под мрамор. У некоторых организаций денег настолько дохера, что они могут себе позволить не ставить систему сопровождения.
В этот момент над плечом пискнул дрон, Тео повернулся, и тот радостно застрекотал, явно приглашая за собой. Они чинно проследовали через весь холл к лифтам, зашли в один из них, и Тео поехал на — он кинул взгляд на панель — на минус третий этаж. Все это время дрон висел рядом, не издавая ни звука. И лишь когда лифт остановился, дрон встрепенулся и снова приглашающе полетел вперед.
Коридоры оказались ярко освещены, царила тишина, и прямоугольники дверей казались неподвижными. Дрон замер возле одной такой безликой двери, повелительно чирикнул, и замок щелкнул. Затем дрон попытался протиснулся внутрь в образовавшуюся щель, застрял и принялся гневно чирикать, его хвост подрагивал от усилий.
Тео толкнул дверь, преодолевая сопротивление, и зашел внутрь. Помещение напоминало офис, хотя никаких табличек снаружи не было. И снова двери, двери. Секретарь за одним из столов поманила дрон, подняла голову и вежливо улыбнулась.
— Господин Теодор Маккой? — уточнила она, и Тео резко кивнул. Он терпеть не мог свое полное имя. Отец всегда называл его Теодор. Даже в самом детстве.
Дрон уселся секретарю на плечо и недовольно покачнулся, когда она встала.
— Я вас провожу.
Секретарь прошла к одной из дверей, толкнула ее — там оказался очередной коридор, на этот раз короткий, — и заглянула в единственную дверь.
— Декан, господин Маккой.
— Спасибо, спасибо, дорогая. — “Декан”, бодрый лысый старичок хрен знает какого возраста, встал из-за стола, заваленного канцелярией, на котором пять дронов-посыльных неподвижно цеплялись на металлический поручень.
Секретарь ушла, тихо притворив за собой дверь, и Тео огляделся. Кабинет оказался большой, за светлыми широким окном колыхалась листва деревьев, и Тео задумался — вокруг здания никакой зелени не было. Потом до него дошло: окна были голографическими, да и откуда взяться настоящим — минус третий этаж.
У дальней стены стоял еще один стол, окруженный стульями, за ним сидел мужик средних лет в очках, и вид у него был скучающий.
— Я понимаю, вы, звездные волки, предпочитаете решать все электронно, хех, — проговорил декан, выходя наконец из-за своего стола. — Вы уж простите нас, стариков, за любовь к документам. Настоящая бумага, знаете ли, от нее совсем другие ощущения.
Тео мысленно закатил глаза, но на всякий случай кивнул — в принципе, ему было насрать на заскоки клиентов, и этот казался еще не самым страшным. Почему-то бюрократии всех миров обожали бумажки. А если учесть, что сегодняшняя встреча исключительно формальность, — нужно было лично подписать контракт, — Тео вообще не на что жаловаться. И если говорить о себе, то ощущения денег на счете нравились ему намного больше.
Предложение на этот контракт он кинул без особой уверенности в успехе. Крупные академии предпочитали более надежных и известных исполнителей. И удивился, когда с ним связался представитель Университета разработки космоса.
“Нам важна оперативность”, — пояснил тот на вопрос, почему выбрали Тео. “Это нестандартный контракт, поэтому тут не потребуется тендер, он спонсорский, деньги выделяют партнеры университета. Важно все закончить в срок, наши исследования не ждут, понимаете? Для нас это вопрос выделения еще больших денег”.
Что там за исследования, Тео понятия не имел и не хотел вникать, условия его устраивали, он даже успевал заскочить на несколько точек по маршруту. Еще Тео подозревал, что решающим аргументом стала предложенная им сумма за контракт — он выставил минимум, хотя это все равно получились приличные деньги. Плюс запросил мизерный аванс. Но если все пройдет удачно, он без проблем выплатит следующий лизинговый платеж за Астрею…
Снова вошла секретарь, теперь за ней ехал маленький дрон, нагруженный подносом с чайными чашками, печеньем и чайником, от которого исходил яркий аромат трав. Вообще здесь было слишком много дронов. Словно домашние животные на фермах его отца.
— Присаживайтесь, присаживайтесь, — благодушно взмахнул рукой декан. — Я Михаэль Нортон, это мой помощник — Эндрю Холл, он отвечает у нас за обеспечение проекта. Вы знаете, господин Маккой, как важно понимать…
Эндрю Холл откашлялся, и Тео мысленно его поблагодарил. Декан Нортон замер, моргая, потом вздохнул и сказал:
— Понимаю, вам это не очень интересно, каждый должен быть на своем месте. Так вот, позвольте, я коротко обрисую важность вашей задачи…
Короткая обрисовка длилась не меньше пятнадцати минут, и у Тео начало дергаться веко. Если он еще раз услышит про “настоящую капсулу времени”, “термоцикличность” или “динамику дегазации”, он будет невежлив и прервет объяснения. К счастью, декан Нортон наконец-то наговорился, а Холл, который устал покашливать, прямо сказал:
— Сейчас мы ведем важный проект, закрытый, — последнее слово он произнес с нажимом, и Тео философски пожал плечами. Большинство его контрактов были именно такими — люди занимались закрытыми проектами либо просто не любили, когда в их жизнь суют длинные носы. — Поэтому нам важно соблюдать конфиденциальность. Вы ведь работаете один?
Тео, который в очередной раз подумывал о том, чтобы найти напарника, коротко кивнул. Если придется бурить в одиночку, то задача в разы усложняется.
— Отлично, — Холл кивнул как будто самому себе, и Тео не понравился оценивающий взгляд, которым тот по нему прошелся. — А почему вы один?
— Экономия, — буркнул Тео.
— Понимаю, понимаю, — вздохнул Холл, и вид у него стал такой, как будто он сожрал лимон. — Мы все вынуждены экономить. Ознакомьтесь с контрактом, и если все в порядке, подписывайте.
Холл положил перед Тео папку с документами.
Тео отодвинул чашку с чаем и начал внимательно читать бумаги — контракт ему уже присылали, он его изучил вдоль и поперек. “Экипаж судна Астрея Марис… учетный номер… в лице….”. Интересно, будет ли там что-то новое — например, пункт, в котором прописано, что он должен работать в одиночку. Но ничего нового в бумагах не появилось. Это были все те же условия, о которых он и без того знал. Просто трата времени это ваше личное общение.
— Давайте проясним, — Тео собрал рассыпанные листы в одну стопку. — Вы хотите, чтобы я посетил пояс астероидов Земли-8, добыл несколько проб, доставил их вам. Оборудование предоставляете вы.
— Все так, — расплылся декан в улыбке. — Так вы согласны?
Тео начал молча подписывать бумаги. Декан Нортон вежливо улыбался, Холл же вел себя как человек, которому все это смертельно наскучило. Тео в какой-то момент подумал, что это несколько наиграно, — но перед кем тут играть, перед ним или перед деканом?
Они встали, и Тео протянул руку декану. Тот с воодушевлением пожал ее, а Холл неожиданно похлопал Тео по плечу. Прикосновение ладони вызвало недовольство — не то чтобы Тео не любил, когда его трогают, но сейчас чужая тяжелая ладонь как будто оставила отметину, и хотелось почесаться.
Формальности заняли еще какое-то время — допуски и пропуски тяжелого оборудования на борт к Астрее требовали отдельных согласований, и Тео отчаянно задолбался бегать от пульта управления к входу в пакгауз. На погрузку Холл пришел лично, в компании технического сотрудника. Они облазили каждый уголок пакгауза, осмотрели — разве что не обнюхали — погрузочно-разгрузочное оборудование.
Когда все закончили с погрузкой, Тео захотелось просто лечь там же на полу в пакгаузе и лежать лет этак сто. К сожалению, пришлось вставать и еще раз проверять оборудование — на этот раз самому. Но, похоже, все прошло чисто и гладко, ничего не было повреждено и ничего не утащено.
Он поплелся в пилотскую рубку, упал в кресло и вытянул ноги. Смарткомм просигналил сообщением, и Тео вывел его на большой экран: пришли сто тысяч авансом, дополнительно к ним — пакет электронной документации. Он лениво проваливался в перекрестные ссылки, пока не оказался на портале университета. Там увидел свой контракт, частично оплаченный и зарегистрированный, и на этом успокоился.
Перебрал остальные контракты, задумался…
— Астрея, транспортная задача — проложи оптимальный маршрут между всеми точками контрактов так, чтобы уложиться в сроки по последнему из них.
Пока Астрея выводила на большой экран оптимальный маршрут, Тео провалился в инструкцию по работе с бурильной машиной. Вот же геморрой. По всему выходило, что напарник ему был нужен позарез, иначе он просто протянет ноги, пытаясь сладить одновременно с погрузкой-разгрузкой и буровой установкой.
Тео взмахнул рукой, выходя из инструкции и проваливаясь в кресло под задницей, и снова задумался. Пожалуй, сначала он проложит маршруты прыжков, а потом займется напарником. Хотелось убраться с Земли-3 поскорее и взяться за работу.
***
Он вылетел сразу после того, как просчитал маршрут к первой точке, — заказ для лунной станции при одном из спутников Земли-4. Перелет был несложный, и едва Астрея легла на курс, Тео погрузился в доску объявлений для контрактников, ищущих корабль. Добрая половина отсеклась сразу — Тео не смог бы столько платить, сколько они запрашивали, но сильно проще не стало. Перед глазами мелькали имена, фамилии, места рождения, опыт, привычки… — до тех пор, пока не закружилась голова.
Он совсем было собрался ткнуть в первого попавшегося кандидата, но тут его внимание привлек повисший над головой слот:
“Всепланетное распределение — найди напарника на свой вкус”.
Тео вспомнил, что сам проходил через подобное. Система выдала ему идеальный шанс — отправила на Астрею к почти-уже-отставнику пилоту. За полгода, вкалывая, как сумасшедший, он получил все допуски для пилотирования Астреи, еще через полгода — смог самостоятельно заключать контракты.
С Кимом Трейси они отлично сработались, и Тео ощущал даже некоторую грусть, разбираясь с лизинговым контрактом на новое лицо — то есть на себя. Правда, летать одному ему в любом случае нравилось больше. Иногда хотелось общения и людей, но это никогда не было проблемой — можно приземлиться в любом крупном порту и наслаждаться ровно столько, сколько хочешь.
Так, собственно, почему бы и нет. Учитывая, что Распределение проходит раз в год— то это просто судьба. Тео поднял руку, притягивая баннер к себе поближе, и выбрал решительное “Войти”.
Виртуальная реальность этой оболочки отличалась от всего, что Тео видел раньше. Не было гула машин и шелеста страниц, не было ничего, кроме стойки в центре белой комнаты.
Тео положил ладони на поверхность стойки. Это оказалось похоже на игру.
“Ваш напарник — брюнет или шатен?”
“Шатен”.
“Ваш напарник старше или младше вас?”
Тео поколебался:
“Младше”.
“Ваш напарник улыбчивый или не очень?”
“Улыбчивый”.
“Ваш напарник любит кофе или чай?”
Тео снова задумался. Сам он кофе пил по особым случаям, не потому что ему было нельзя, или что-то в этом духе, просто так сложилось. Кофе — для особенных дней. Пусть будет…
“Кофе”.
Вопросы длились и длились, выворачивая Тео наизнанку, система была все также доброжелательна и безмятежна. Пока не…
“Ваш напарник — с Земли-8?”
“Да”, — выбрал Тео, сжимая кулаки. Может быть, зря?
“Тестирование завершено. Напарник найден. Он будет направлен к вам в течение ближайших суток. Для составления контракта для найма обратитесь к нашим специалистам. При отказе от партнера неустойка составит пятьдесят тысяч”.
Тео толкнул ладонью светящийся прямоугольник с надписью “Выход”, и его выбросило из виртуальной реальности прямиком в рубку управления. Сняв шлем, он взъерошил колючий влажный ершик волос и откинулся в кресле. Куда он, интересно, вляпался, пока создавал мечту об идеальном напарнике.
Вызвав на большой экран систему построения маршрута, Тео принялся вносить в нее изменения — ему нужно было попасть на Землю-8 в течение ближайших суток. И внести в требования к кандидату один-единственный дополнительный пункт.
***
Родная планета встретила спокойствием, солнечным светом и легким ветерком. Пока Тео улаживал дела со службой космопорта, промелькнуло время. Атмосфера успела напитаться шипением приземляющихся кораблей, а Астрея на фоне одного из гигантов-лайнеров была совсем крошкой.
Административное здание космопорта на Меркаторе казалось лишенным индивидуальных черт, но при этом выглядело по-деловому. Знакомые стрелки-указатели направили его в нужный кабинет, и Тео толчком распахнул дверь. Чиновник стоял к выходу спиной и поливал цветы на подоконнике.
Он обернулся, когда Тео закрыл за собой дверь.
— Тео Маккой, полагаю? Вы пришли на пять минут раньше. Впрочем, это к лучшему. Чем могу служить?
— Я не нашел возможности внести изменения к своим требованиям, но служба поддержки сказала, что я могу это сделать на этапе собеседования.
— Мы очень строго относимся к конфиденциальности. Заранее узнать, кто это будет, нельзя. В остальном вы можете огласить свои условия. Но вы же знаете, что с вас будет взыскана неустойка?
— Да, — сухо ответил Тео.
— Тогда скажите, что у вас за условие.
— Кандидата не должны звать Марк Тернер.
— Помилуйте, это очень популярное имя.
— Хорошо, это не должен быть Марк Тернер из основной ветви Тернеров.
Тео глубоко задумался, как еще ограничить возможного соискателя, но в голову так ничего и не пришло.
— Это все? — поинтересовался чиновник.
— Да, пожалуй, все.
Что за глупости лезут в голову в такой момент. Шанс, что на его корабль попадет Тернер, примерно равен шансу, что они с отцом помирятся. Тернер — мамочкин сын от пяток до кончиков волос, он может выбрать любое будущее, и ему никогда ничего не придется выгрызать зубами. Ему просто неоткуда взяться в этой системе распределения. В Тео просто взыграла паранойя. А ведь он может взять дополнительный день отдыха и смотаться домой. Хотя нет, говно идея. Тео подумал об отце, и его начало подташнивать.
— Я не могу включить такое условие в контракт, но я обещаю предупредить вас. Если это будет Марк Тернер из основной линии, я вам сообщу. Возьмите бумаги и подпишите со своей стороны.
Тео посмотрел на заголовок контракта. Конечно же, он там был — не Марк, а Маркус Джон Оливер Тернер. Понятно, почему чиновник отказался сразу вносить изменения. Тео пробежался глазами по умениям: выход в открытый космос, умение работать с скафандре — полный курс, что это еще за бредятина, теоретически, что ли, умеет работать в скафандре? Обычно считают по часам нахождения в открытом космосе. “Отправлен по Распределению”. Вот оно что. Тео захотелось рассмеяться — красавчик Тернер никогда бы не пошел на лотерею, он всегда предпочитал действовать наверняка, был очень практичным мудаком. Кроме того, семья бы его не отпустила в такое путешествие, как кота в мешке.
Тео решительно подписал документы, чиновник подтолкнул к нему чип с электронным контрактом и указал глазами на дверь:
— Если у вас нет вопросов?..
У Тео вопросы были, но в основном к себе. Например, он никак не мог понять, что за чувство першит в груди — разочарование? Сожаление?
Он спустился на первый этаж, в разномастную толпу людей, и собрался было уже покинуть здание, как вдруг боковым зрением ухватил знакомое лицо. Ноги сами понесли вперед, сердце застучало как сумасшедшее, но никого похожего найти не смог. Показалось? Только поднимающийся лифт мерно отсчитывал этажи — и остановился на четвертом.
Это бред какой-то, здесь не могло быть Марка Тернера. Но Тео нужно было убедиться, его гнала вперед нужда, о которой он и сам не подозревал, — что-то среднее между голодом, жаждой и отвращением. Он помчался по лестнице, влетел на четвертый этаж, чуть не сбив какого-то робота-секретаря, и посмотрел вперед.
Это был действительно он. Марк Тернер собственной персоной. Тео сглотнул подкатившую к горлу желчь:
— А я думал, мне показалось, — приятно видеть, как Тернер дернулся от звуков его голоса. — И кого это у нас отпустили в путешествие одного?
Тот не оборачивался, только челюсть закаменела, и Тео обошел придурка кругом, чтобы посмотреть в лицо. Изменился. Или нет? Он никак не мог понять. Стал выше, раздался в плечах и — горло запершило от яда — стал еще красивее. Хотя это, блядь, в принципе казалось невозможным. Сколько же девок от него без ума. Взгляд соскользнул на пальцы: колец не было — ни обручальных, ни помолвочных. Впрочем, куда ему торопиться.
Тео снова взглянул Тернеру в лицо — тот молчал, только глаза горели бешенством. Приятно, когда вызываешь такую реакцию, да, Тео Маккой? Приятно, что вообще вызываешь какую-то реакцию? Глядя в это красивое лицо, на растрепанные темные пряди, Тео так резко перенесся в прошлое, что чуть не пошатнулся.
Это было на его четвертом курсе, после сдачи экзаменов. Тео отправился в библиотеку, до одури хотелось посидеть в тишине — желательно до самого оглашения результатов. Он выбрал укромный уголок, заполненный полками с книгами, угловатыми чашами с высокими монстерами и влажно пахнущей землей. И никого — ни одной живой души рядом. Тео откинулся в кресле — и только тогда заметил, что одна живая душа рядом все-таки была. Марк Тернер сидел через стол от него, упираясь подбородком в сцепленные в замок руки, почти скрытый тенью от широких листьев. Но сейчас тень отодвинулась, а поднявшееся солнце давало на профиле Тернера причудливое светящееся гало. От этого весь его облик — и без того идеальный — казался сошедшим с какой-то древней картины. Во рту стало кисло, но Тео продолжал смотреть, не отрываясь, с каким-то болезненным мазохистским интересом. Длинные черные ресницы отбрасывали тень на щеку, уголки губ изгибались в усмешке — похоже, Тернер участвовал в какой-то виртуальной переписке, поэтому не видел ничего вокруг себя. Вдруг он дернулся, словно от толчка, кисть руки с длинными пальцами небрежно пошла вверх, Тернер склонил голову, вытряхивая из уха каплю смарткомма, и повернулся к Тео. Посмотрел в упор, ресницы дрожали, как крылья бабочки, а потом на лице его начало проступать узнавание и понимание. Тео сжал зубы, потому что Тернер не будет Тернером, если что-нибудь не ляпнет.
Тот разомкнул четко очерченные губы:
— Маккой, состриги ты эту челку, она тебя уродует.
И ушел прочь.
Тео снова ощутил колоссальную разницу между ними, невозможность даже взаимодействовать хоть на каком-то уровне. Где-то в дальнем уголке разуме пискнула и немедленно была заткнута надежда — это Марк Тернер и есть его напарник. Но было совершенно невозможно, чтобы этот чистюля пачкал руки о должность разнорабочего…
И едва Тернер открыл рот, Тео понял, что это все для него слишком.
— Ну, бывай, мудила, — выпалил он и ринулся прочь по лестнице. Можно было поехать на лифте, но тогда пришлось бы обходить Тернера, а тот был в таком бешенстве, что мог бы и врезать. И это Тео было совсем не нужно. Абсолютно.
Он вылетел из административного здания космопорта в такой ярости, что пришлось притормозить и долго дышать, прежде чем пойти дальше. Клубок эмоций ему совершенно не нравился, но с Тернером так было всегда — Тео и завидовал, и восхищался, и ненавидел, бесился, и залипал напрочь на высоких скулах и яркой улыбке.
Надо было пройтись. Тео бездумно зашагал по тротуару, обходя мелких роботов, которые почему-то отказывались ехать по выделенной дорожке, — но так было даже лучше, заставляло себя контролировать.
Тео пошел медленнее. Поправил ногой застрявшего робота, тот мигнул и поехал дальше. Сейчас, когда первая вспышка злости и ярости прошла, адреналин распался, стало холодно и неуютно. Мысли о Тернере, всегда болезненные, сейчас окрасились в цвета беспомощности и тоски, приправленной тихой ненавистью.
А ведь он почти позабыл, как влияет на него Тернер, — за последние три года. А за последний год так вообще его не вспоминал. Спасибо за обновление оперативки, что теперь, блядь, с этим делать? Тео почти с отвращением думал о парне, который придет к нему в напарники. Он точно не виноват ни в чем.
Тео заприметил стойку с напитками, рядом складные скамьи, взял себе холодного чаю и уселся, запрокинув голову и глядя в небо. Когда он понял, что в его отношении к Тернеру что-то не так? Точно после того, как стал передергивать на него. Не то чтобы он стал его меньше ненавидеть. Наоборот, Тернер стал бесить еще больше.
Разбираться в клубке собственных чувств не хотелось ни тогда, ни сейчас. Раньше он порой думал, что вернется домой, как-то найдет Тернера, посмотрит на него и успокоится, докажет самому себе, что тот больше не играет в его жизни никакой роли. Мысли отдавали маразмом, но Тео хотелось снять себя с этого крючка по имени Марк Тернер. Если вдуматься, то Тернер определил всю его дальнейшую жизнь, убедил, что Тео, отказавшись быть в струе богатых наследников Земли-8, все сделал правильно. До Марка Тернера ему было так же далеко, как до звезд эфира, безупречно красивых и талантливых.
Тео одним глотком допил чай, отдающий синтетикой, и повернулся к утилизатору мусора. Помахал стаканчиком над приемным отверстием, и оно немедленно раскрылось, словно голодный котик. Тео со вздохом уронил в него стаканчик, утилизатор ухватил пластик и быстро сгрыз.
Вот бы так от всех проблем избавиться. Настроение было отвратительным. Давай признаем, Тео Маккой, ты обосрался. Потому что ты хотел, чтобы это был Марк Тернер. Ты придумал его себе при выборе кандидата, и нихера ничего из этого не выйдет. И сейчас, когда он промелькнул в этой сраной жизни еще раз, ты в который раз убедился, насколько вы далеки друг от друга.
Он резко встал и зашагал в сторону посадочных площадок. Лучше было бы вызвать скутер, но именно сейчас хотелось пройтись. Весь космопорт заливало солнце, и если бы не эти дурацкие мысли, лучше денька для того, чтобы начать новую жизнь с новым напарником, не было.
Подходя к Астрее, он увидел, что рядом кто-то стоял. Сердце сделало кульбит, и Тео облизал враз пересохшие губы. Да нет, не может быть. Он ускорил шаг. Потом еще. Мало ли похожих людей…
И, наконец, затормозил.
Солнце било Тернеру в спину и золотило силуэт тонким радужным гало.
— Не могу поверить, — позорно прохрипел Тео. — Я просто, блядь, не могу поверить, что это действительно ты. Значит, Маркус Джон Оливер Тернер, подумать только.
Тео перевел взгляд на лицо Тернера и чуть не отшатнулся от смеси злости, ненависти и опустошения на его лице. Вернулось давно забытое чувство унижения — все, что делал Тернер, было и выглядело хорошо, по сравнению с ним Тео себя чувствовал неумытой деревенщиной.
— Ты соврал чиновнику. Сказал, что из побочной ветви Тернеров. Я бы… — он оборвал себя. Какой смысл что-то предъявлять… ладно, ладно. Надо взять себя в руки. Утихомирить эту ярость и пробивающееся сквозь нее отчаяние. — Идем, — процедил Тео, — я покажу твою каюту. Нам пора взлетать. Каждый час парковки влетает в круглую сумму.
Тернер, ради разнообразия, решил молчать. Лишь кивнул и отправился следом. Выглядел он прямо сейчас как турист, который перепутал свои корабли, ему бы на вон тот белый лайнер — с последними моделями комма, в шмотках, которые стоят дороже суточного запаса топлива Астреи…
И молчал все время, пока они шли по коридору Астреи. Тео остановился возле второй каюты, открыл дверь, и втолкнул туда Тернера. Касание ладонью теплой спины отдалось резкой болью между ребер. Тео какое-то время постоял, глядя в закрытую дверь-шлюз. Он не понимал, что сейчас чувствует. Но знал точно — вместо облегчения себе жизни он огреб такой головняк, что его масштабы даже близко не просматриваются.
***
Астрея стартовала сразу, едва Тео переоделся, и легла на курс. Невесомость обычно раздражала, но сейчас как будто помогала рассортировать мысли и эмоции по местам. Напарники они там или нет, но пусть хотя бы отпашет текущий контракт. Они оба взрослые люди и смогут поработать вместе некоторое время. Ведь смогут? Да?.. Хотя бы попытаются. Мысль о том, что Тернер может отказаться от контракта — Тео не помнил, какие там санкции, но должны быть серьезными, — отдалась тупой болью в животе. Надо заказать скафандры по его мерке, еще пару комплектов формы…
Кстати, об одежде. Форма была заказана и доставлена, еще его напарнику полагался смарт-браслет и управляющие чипы. Тео поплыл на склад. Пока он копался в вещах первой необходимости, положенных второму пилоту, Астрея предупредила, что они вышли на орбиту, и она переводит антигравы на внутренний режим.
Тео вздохнул, подобрался к полу, цепляясь за леер, и охнул, присев, когда врубилась гравитация. Лучше бы этот момент переждать в кресле — просто во избежание травм, но Тео, видите ли, не терпелось. Ладно, все обошлось. Астрея осуждающе доложила, что основной торический двигатель готов к работе.
Тео положил в большой пакет вещи и пошел, покачиваясь, ко второй каюте. Внутри царила тишина. Он собирался постучать, но едва прикоснулся к створке, как дверь отъехала. Этот придурок даже не соизволил закрыть за собой. Господи.
Громко шлепнув пакетом с вещами по столу, Тео неохотно перевел взгляд на Тернера — готовый получить взбучку, за словом тот обычно в карман не лез. Но Тернер никак не отреагировал. Он спал на спине, пристегнутый, как полагается, закинув руку на лицо так, что Тео видел только расслабленный рот. Грудь медленно поднималась и опускалась.
Тео ногой пододвинул единственный стул, сел на него, упершись локтями в колени, и уставился на Тернера.
— Что с ним? — спросил Тео в смартбраслет, и Астрея отозвалась:
— Полагаю, просто переутомление. Для точной диагностики его нужно переместить в медотсек.
— Обойдется, — буркнул Тео, — здоровее меня будет.
Сейчас никакого солнца не было, лишь свет потолочных ламп, которые вспыхнули, когда Тео вошел в каюту. И Тернер вдруг показался Тео до одури, до умопомрачения живым — настоящий человек из плоти и крови, не идол половины университета, не краш-фактор отдельно взятого Тео Маккоя, не символ побед и поражений, не привет из прошлой жизни. Просто человек. Мягкие губы изгибались чуть печально, красивая кисть с длинными пальцами прикрывала глаза, вторая лежала на груди. Как он собирается возиться этими руками с железками. Что он ими может наремонтировать.
Тео замер, вслушиваясь в чужое редкое дыхание. А через миг осознал, что Тернер не собирается просыпаться — и ситуация выглядит откровенно дурацкой. Он осторожно встал, попятился из каюты, не отрывая взгляда от спящей фигуры, и закрыл за собой дверь.
Он получил свое собственное личное чудовище. Персональный кошмар. И понятия не имел, что теперь делать с таким подарком.
Это, блядь, будет очень длинный год.