Work Text:
Яркие цвета Кибер-города проносились мимо и растворялись в периферии. Подошвы ударялись о холодную плитку хаотично, в быстром ритме. Гул улицы перерастал в месиво из звука, в ушах гудело и гудело, не переставая. Гудки раздавались по всему городу, из каждого переулка, из каждой распахнутой двери, из каждой приоткрытой форточки, со всех сторон. Гудки и почти неслышные шаги, лёгкие, проворные.
Всё расступалось перед ним, ничто не мешало неистовому безумному бегу. Дорога скользила под ногами, здания меняли друг друга, окружающие лишь искоса смотрели. Но чувствовал Спамтон лишь один взгляд, хищный, предыдущий.
Улица быстро пустела.
Чёрные, выбившиеся пряди скакали перед глазами и прилипали к мокрому от пота лбу. Пиджак сбивался и рукава поочерёдно скатывались на ладонь, обувь, ударяясь о землю, словно сжималась, удушала стопы. Вся душала его, углубляла одежду, тянула его обратно. Он не поддавался. Все расплывалось перед глазами, смешивалось в однородную кислотную массу. Сердце, всегда прежде молчавшее, колотило грудь изнутри. Спамтон знал этот город, как свои пять пальцев, но сейчас им руководил лишь страх, рвение убежало, как можно дальше. Заявление явного. Дальше от проклятого дворца, от королевы и ее подхалимов. Дальше от телефона ужасные, морозящие кожухи, гудков.
Далее от него.
Его тихие, по-кошачьи тихие, шаги следили за ним. Его взгляд прожигал Спамтона насквозь. И он был явно не один.
Тьма окутывала всё вокруг. Тьма была всем. Бесконечная чернота. Он видел ее, ощущал всем тело, как ощущал и то, что где-то позади за ним следует рождение этого бессветного пространства. Целая останься. Яркие глаза этих единственных существ были в этом бесконечном времени, а сами они наступали одну на другую, сливаясь, вращаясь в черной массе, но даже при этом глаза каждого были прикованы к одной цели, ради которой они, наваливаясь друг на друга, следовали. Надвигались. Желтые и розовые глаза сверкали, хвосты хлестали, спутывались, создавая родство крысиного короля, но даже в этой мгле было ясно, что эти существа далеко не крысы. И хищные кошачьи взгляды подтвердили это.
Розовый, желтый, чёрный мир. В висках пульсировало, воздух кончался, тело было ныло, горло резало от соседей, ноги горели, весь он горел, но мысли об этой темноте заморозили кожух. Завезли не останавливаться. Но вечно бежать Аддисон не мог. Он остановится, рано или поздно, его догонят. Коты всегда догоняют пытающихся спастись бегом крысы, даже самых шустрых. Они добираются до Мух, ощутив чувство безопасности. Они производятся от птиц, летающих слишком низко. Коты достанут любого, кто бежит от них. Они превосходные хищники. Быстрые, ловкие.
И всё же недостаточно догадливые.
Нужно спрятаться. Скрыться. Подчищать за собой следы, не давать им поддерживать себя. Им надоест искать. Они не могут его найти. Спамтон спрячется. Заляжет на дно. Сменить внешний вид. Его не поймают за хвост, как-то крысу.
Ни за что.
Ноги заплетались чаще, Спамтон сбавил темп, но продолжал идти достаточно быстро, не взирая на вопящие от боли икры. Глаза сфокусировалась. Нужно передохнуть. Найти, где спрятаться.
Аддисон судорожно оглядел пустую улицу и нырнул в первый встреченный его переулок, где, пройдя вдоль шершавой стены в глубь, наконец смог остановиться и вздохнуть. Ноги подкашивались от долгого бега, голова трещала, дыхание было тяжелым. Спамтон прижался спиной к стене и, прикрывая глаза, массировал их ледяными пальцами.
Голова горела. Холодные ладони накрыли пылающий лоб. Он начал приходить в себя. Прохлада успокаивала, хотелось раствориться в этом чувстве. Остаться так подольше. Не открывай глаза, не убирай ладоней, не делай ни шага. Забыться и уйти в безопасность, в безмятежном ощущении бесконечного приближения, свободы…
Но избежать нельзя. Дыхание постепенно выровнялось, мысли пришли в норму.
Из внутреннего кармана пиджака он вытащил очки с желто-розовыми линзами. Единственное, что он успел взять перед уходом из дворца. Единственное, что он успел выхватить из магазина Свотча перед тем, как его вышвырнули, как какого-то грызуна. Жалкого и мелкого. Но он не опустится до какого-то уровня помойного котенка. Спамтон Г. Спамтон вернётся. Вырвется из этого без чьей-либо помощи. Королева увидит многих участников. Он увидит… он платит за содеянное.
Дужка очков прижалась к переносице, глаза скрылись за блестящими, достаточно плотными, стёклами. Это неожиданно принесло сильное облегчение. И телефонные гудки, до сих пор преследовавшие его, стали еще дальше. Спамтон посмотрел в сторону улицы, линзы слегка исказали цветаприятие и холодный свет, попадающий в переулок, приобрел странный теплый оттенок. Это не имело значения. Очки полностью скрыли большую часть его лица и это уже смогло захватить, чтобы обхитрить животное. И хотя хищник, предшествовавший ему, не был обыкновенным зверем, Спамтон решил, что может спокойно пройти по городу в поисках другой маскировки и так далее.
Он медленно следовал к свету улицы, напряжение в ногах напоминало о его недавней пробежке. Позже он, как следует отдохнёт от этой беготни, а пока нужно потерпеть свою роль мелкой проворной мыши. Но Спамтон это переживает, станет только больше. Вернёт славу, кроме этого. В этом городе короткая память, скоро новость о его позорном вылете из дворца королевы забудется. А когда он вновь поднимется, прошлое уже не будет иметь значения. Нужно было лишь. Перетерпеть…
Позади раздали шелест мусорных пакетов. Вздрогнув, Аддисон обернулся. Повисла тишина. Он смотрел в темноту, переулка неподвижно, не дышала. Но больше никаких звуков не было. Нужно скорее отказаться от этой свалки. У него не было намерения делить ее с жителями, пусть и очень скрытными.
Однако развернувшись и сделав один решительный шаг вперёд Спамтон застыл. Длинная извивающаяся тень касалась его ног. Длинный хвост её обладателя извивался, два хищных глаза смотрели на него из черноты. Огоньки любопытства и насмешки сияли в глазах, существо оглядывало его с ног до головы. Тени сгущались.
Его нашли.
Аддисон пытался дёрнуться, убежать, крикнуть, сделать хоть что-нибудь, но не мог. Холод окутывал его, проникал в каждую часть тела, сковывал. Взгляд затуманило. Мозг отключился. Лёд пробирался под кожу. Всё проваливалось во мрак. Чёрный, жёлтый, розовый окружали его снова. Так не должно быть. Почему это происходит. Дрожь охватила его, слёзы подступали, бессмысленно, бесполезно. Слабо.
Первый шаг хищника был резким, стремительным. Он надвигался на Спамтона легко, проворно, не сводя глаз. Что-то пробудилось в аддисоне, он дёрнулся, лёд пронзил тело насквозь и вернул ему волю действовать. Двигаться, бежать. Он подорвался с места, но страх не позволил сделать ни шага вперёд, словно впереди был край пропасти, но там была лишь тёмная бурлящая бездна. Он падал. Ноги подкосились. Холодная плита больно встретила его локти и спину. Тень приближалась.
Спамтон дрожал, его трясло, глаза были распахнуты, а рот непроизвольно дёргался, словно в попытке закричать. Он стремительно отползал от существа, судорожно толкаясь ногами и обдирая руки о землю, но то медленно, мучительно наступало. В ушах звенело, темнота переулка поглощала его, тварь становилась ближе и ближе. Его спину встретил холодный металл мусорного контейнера. Он не думал ни о чём, паника захлестнула его. Глаза закрылись, ногами он продолжал упираться в землю, безуспешно пытаясь сдвинуться, а руки метались вокруг.
Пальцы коснулись чего-то холодного и твёрдого, чего-то, что ему удалось схватить.
Увесистый камень быстро оказался в руке и также быстро и резко вырвался из неё. Послышалось шипение, глухой удар, падение чего-то на землю. Затем слышались лишь хрипы. Они звучали болезненно, с каждым разом всё тише и тише, пока наконец не наступила тишина. Томительная, больше ничем не прерываемая. В голове звучало собственное быстрое сердцебиение и сбивчивое дыхание. Темнота сужалась.
Спамтон открыл глаза. Всё было в расфокусе, он смотрел перед собой, не различая ничего. Тишина не заканчивалась. В ней не было ни проворных шагов, ни гудка телефона… Ни мучительного хрипения. Ничего. Он всматривался в место, откуда раньше на него глядела эта ненасытная бездна, но не находил её. Мрачные мысли проникали в сознание. После глубокого вдоха зрение начало проясняться. Аддисон посмотрел на землю перед собой.
Два больших, куда не смотрящих глаза, окружённые чёрной котятой, включенные на боку, были распахнуты ему в ответ. Возле головы остался камень, кинутый Спамтоном в порыве адреналина. Он не помнил, как сильно сжал его в руке, не помнил, как сделал рывок для броска. Мимолётное ощущение холодной твёрдости в ладони всплыло в лишь мыслях. И каждый звук, пронесшийся во время этой сцены, воспроизводился вновь и вновь. Он тупо смотрел на обычную кошку, вдыхая плотный воздух.
Спамтон не верил в то, что видел. Он не сходил с ума. Он не мог, это не было правдой. Это было подстроено, это была иллюзия, с ним снова играли. Этот обман был очередной издёвкой, уловкой, попыткой напугать его, запутать. Спамтон не был настолько безумным, чтобы их спутать. Не мог сомневаться в обыкновенной чёрной кошке.
Он медленно поднялся на ноги. Протёр глаза подочками. Кошка лежала там. Неподвижно. Аддисон медленно подошёл к ней и прикоснулся к лапе носком ботинки. Животное не отреагировало. Наклонившись к ней ближе, он понял, что оно не дышало.
Кошка была мертва. Убита им. Спамтоном. Его паранойей, безумием, страхом. Я сам. Собственной рукой, из которой животное полетело камнем.
Он отступил. Осознание произошло, накрывало его волной. Он действительно сходил с ума. Действительно видел то, чего нет. Всё это время с ним играло лишь его воображение. Какой же он жалкий идиот. Жёлтые пустые глаза кошки отражали слабый свет с улицы. Два безобидных, маленьких глазка выглядывали из-под чёрной взъерошенной шерсти.
Это было бессмысленно. Он уже должен был бежать отсюда со всеми ногами. Забыть про кошку, что произошло, нестись прочесть и искать раскрытие. Но Спамтон мог лишь стоять и рассматривать убитого зверя. Мысли мешались в странной кашу. Он всё ещё не хотел верить в произошедшее. Но что-то заставляло его тут и обдумывать это. Чувство вины, наверное. Но вместе с ним в нем играла и прежняя гордость.
Потому что его так беспокоит жизнь какой-то беспородной кошки. Она и без него прожила недолго. Возможно, он даже помог ей этой быстрой смертью, это гораздо лучше смерти от голода или боли…
Он ужасен. Зачем он продолжает думать об этом. Перед кем он хочет оправдаться. О смерти этой кошки никто даже не замечает. Никого не заботят уличные смерти зверей. Но если бы кто-то узнал, что Спамтон Г. Спамтон стал убийцей одного из них, такая новость быстро распространилась по Кибер-городу, что вызвало бы фурор. «Бывшая большая шишка опустилась до живодёрства и убийства. Такое пятно на репутации не отмыть. Что бы о голове человеческого Королева, Свотч, аддисоны.
Что бы о его руке. Вечно пекущиеся о детях, к которым не было никаких отношений, о животных, которые видели канал пом в первый и в последний раз. По-детски искренне радовался котят на экране. Постоянно думает о таких мелочах, а не о чем-то важном. Для него жизнь Спамтона могла бы быть и не лучшей жизнью этой ободранной кошки.
«Не смей говорить так, я люблю тебя больше всего на свете…»
Лжец. Наглый эгоистичный лжец. Спамтона дёрнуло. Он нахмурился. Жёлтые стеклянные глаза по-прежнему смотрели на него. Нужно убрать ее. Он не может оставить ее так.
Красный пиджак скользнул по его плечу. Спамтон подошёл к кошке и в последний раз оглядел её. Она не была худощавой, даже наоборот, достаточно упитанной. Длинный хвост лежит вдоль задних лап под прямым углом. Чёрная плотная шерсть была взъерошена, торчала в разные стороны, в некоторых местах виднелись проплешины. На голове, в том месте, куда прилетел камень, шерсть была прибита. Рана не была видна. Возможно, ее и не было. В существовании кибермира они не могли стать. Даже при таких обстоятельствах. А через какое-то время эта кошка и вовсе исчезла, и единственным оставшимся от нее следом будет это воспоминание в голове Спамтона. Хотя он надеялся, что никогда об этом не вспомнит.
Пиджак полностью накрыл тело детеныша. Цвет ткани напоминал кровь, которая могла бы быть у кошек в светлом мире. Но, когда он подумал об этом, в голову влетел чужой ненавистный голос. «Спамми, как ты мог…». Глаз дернулся от всплывшего прозвища. Сраный шоумен не мог выйти из его головы.
Золотая брошь в виде конверта блестела на уличном свете. Когда-то она, как и этот пиджак, была важной частью его жизни, она отражала степень Спамтона, его причастность к чему-то, его статус, его новизну для сцен и того, с кем он ее делил. Это ничто из этого не имело значения. Всем это суждено пропасть. Ничто больше не поддерживает спамтону, как и сам он больше никого и никого не поддерживает. Особый тот Мусорной куче.
Присев, Аддисон обхватил холодное тело кошки и перевернул его, полностью обматывая животное кровавой тканью, брошь скрылась внутри импровизированной мешки. Рукава он обвязал вокруг, закрепив свёрток. Запелененная в пиджаке кошка лежала в его руках. Спамтон поднялся и оглядел землю. Камень лежал на том же месте. Аддисон сморщился и слабо толкнул его ногой. Пора покончить с этим.
***
Свёрток красной ткани лежал на дне мусорного ящика. А снаружи, упираясь спиной в металл, сидел тёмный, тереби манжеты своего заношенного чёрного пиджака. Лицо его отдалённо напоминало чьё-то знакомое, но глаза были спрятаны под жёлто-розовыми линзами очков, рот вытянут в странную, вынужденную улыбку. Он сидел, периодически дёргаясь, и думал о чём-то давно пропавшем, обсуждая внутри этого мусорного бака.