Диковинка

Хонджун не видел свою жизнь без моря и преданных верных друзей рядом. Но так же у него были свои принципы, наступать на которые он не собирался, даже если из-за них мог и пострадать. Уж лучше чистая совесть, чем внушительный мешочек с золотом в кармане. Но главное, никаких рабов на корабле, и уж тем более экзотических "зверюшек" ради развлечения богатеев. За эти принципы не страшно и закон нарушить.

Notes:

Написано на 3 день челленджа Мелонессы (https://t.me/meeeloness/11198)
Вообще-то это задумывалось драббликом, но что-то пошло не туда

Work Text:

На пристани было шумно. То и дело сновали матросы перенося грузы на корабли. Но лишь возле одного стояло несколько ящиков с отверстиями, один из которых был нетипично большим, и растерянные люди вокруг. Им было приказано аккуратно перенести их в трюм корабля и убираться. Капитан лично следил за погрузкой груза, рядом стоял недовольный старпом, провожая взглядом ящики. Ему казалось все это подозрительным, да и когда Сан с Чонхо поднимали самый большой ящик послышалось едва слышное кряхтение, больше свойственное человеку, нежели какому-то животному. Пускай капитан Хван и сказал, что там просто дорогой зверек, который заказали привезти из Нового Света, Хонджуну все равно это не нравилось и скрывать свое недовольство он не собирался.
– Что ж ты за старпом такой, раз сомневаешься в своем капитане? - и снова рядом с мужчинами оказался подштурман Ян. Словно хитрый лис, все вынюхивал, подвергал сомнению, то и дело норовя побольнее ужалить старпома и при этом выслужиться перед капитаном.
Хонджун закатил глаза и скрестил руки на груди. Несмотря на относительно юный возраст, свою должность на корабле занимал весьма заслуженно. Порой от него толку было даже больше, чем от капитана, который хоть и был его старше, но сказать, что опытнее не поворачивался язык. Море он не слушал, предпочитая больше перезвон монет.
– Я не в капитане сомневаюсь, а грузе, - холодно отрезал Хонджун, - Благо мы не занимаемся перевозкой рабов, - он повернулся и пристально посмотрел на Яна, - Потому что люди не товар! Это мерзко! - сказал, словно отрезал, и удалился обратно на корабль, оставляя капитана с подштурманом. Они всегда находили о чем поговорить, вот пускай пошушукаются сколько душе угодно, но на суше. На корабле Хонджуну не хотелось видеть обоих. Может еще нескольких. Проще было сказать кого хотел видеть - хватит пальцев на обеих руках и еще даже останется.
– Не нравится мне этот груз, - тихо сказал квартирмейстер как только с ним поравнялся старпом.
– Тоже странное услышал внутри? - поинтересовался Хонджун, облокотившись об перила корабля.
Сонхва покачал головой и просто протянул тому бумаги. В привычных расчетах закралась дополнительная строка о дополнительной провизии. Вроде и мелочь, но если рассчитать, то этой порции не хватит на обычного взрослого человека. Чисто поддерживающая, но никак не полноценная.
– Не нравится мне это все, - только и сказал Хонджун, поворачиваясь и сразу же натыкаясь взглядом на довольного капитана и не менее довольного подштурмана, - Так и хочется забыть их здесь, - горько вздохнул Хонджун. Ему на плечо привычно легла рука Сонхва.
– Ты же знаешь, что это невозможно.
– К сожалению, знаю, - согласился тот.

Первые дни в море были спокойными, хотя Хонджун и был занят своими прямыми обязанностями, то и дело посматривал на вход в трюм, куда поместили тот самый ценный груз. Капитан никого туда не пускал, сам носил какую-то еду и старался подолгу не задерживаться. А еще впервые на памяти старпома закрывал на замок, ключ от которого всегда носил при себе. Хонджуну он ничего не рассказывал, и как бы вокруг не крутился Ян, тот знал ровно столько же, хотя и не отчаивался узнать все у капитана.
– Хонджун, можно тебя? - Есан тихонько подозвал мужчину в свой небольшой врачебный отсек.
На корабле не было достаточно места для лазарета, но большой удачей можно считать наличие врача и небольшой каморки где тот хранил свои запасы лекарств и проводил осмотры.
Стоило Хонджуну оказаться внутри, как Есан понизил голос и нарочито громко принялся перебирать свои склянки с сушеными травами и лекарственными порошками.
– Что происходит с капитаном, Хонджун? Зачем ему снотворное? Он же обычно предпочитал пару глотков рома перед сном если не мог уснуть, - обеспокоенно спросил Есан, в надежде, что друг возможно знает причины недомогания.
– Ничего с ним не происходит, кроме одного подлизы, - зло бросает Хонджун и тут до него полностью доходит сказанное, - В смысле плохо спит? Он до сих пор пьет как обычно, бутылки в каюте не переводятся. От меня даже скрывать свое пристрастие перестал.
Есан бледнеет.
– Просто пускай будет осторожен и не смешивает снотворное с крепким алкоголем, - предупредил тот, прекращая намеренно шуметь.
Но вот чего лекарь не ожидал, так того, что Хонджун встанет и сам начнет перебирать стоявшие у него на столе бутылочки со всякими разными жидкостями внутри.
– Говоришь пахнут странно? Да вроде мята чувствуется как обычно, - громко сказал старпом и специально открыл одну с самым большим горлышком, тут же закашлявшись от резкого аромата, - Он явно не себе взял, - голос звучит тихо, но Есан все слышит и лишь кивает вниз, намекая на трюм.
Как бы не хотелось поделиться своими домыслами касательно “ценного груза” с тем кому доверяет, Хонджун все равно не был уверен, что их разговор никто не подслушивает. На корабле всегда хватало крыс.
Тем не менее, Есан разделяет его мысли, пускай те и не высказаны вслух. За столько лет работы вместе они научились общаться без слов и это спасло их от многих проблем. Команда часто менялась, но семеро всегда оставались с капитаном, хотя больше шли за старпомом, выбрав его своим негласным лидером. Ну и ещё Ян, который просто не входил в их близкий, почти семейный, круг.

Еще несколько дней терзаний, и в итоге к Хонджуну уже напрямую подошел Сан, а после к ним присоединился и Юно. Мест где можно спокойно обговорить на корабле практически не было, но бывало, что можно уличить момент, когда все заняты, а ветер воет настолько сильно, что даже стоя близко можно не слышать друг друга. Вот примерно сейчас все так и совпало. Чонхо с Минги просто стояли поблизости, одновременно закрывая мужчин и имитируя бурную работу с канатами.
– Ты так себя изведешь, - начал Юно, становясь практически вплотную, что очень не нравилось Хонджуну, ведь тот был в разы выше его и старпом начинал чувствовать себя некомфортно.
– И нас тоже, - согласился с картографом Сан, - Проще уже спланировать все и проверить.
Хонджун тяжело вздохнул. Сонхва буквально несколько часов назад говорил ему тоже самое. Да и Есан, накануне вечером, не сумел умолчать и сказал, что внешний вид того начал пугать, уж слишком стал нервным и вспыльчивым.
– Я не могу стащить ключ у капитана, да и потом что? Мы не сможем выпустить его прямо сейчас.
Никто из мужчин и бровью не повел, что Хонджун ни капли не сомневался в наличии человека в трюме. Тот вообще редко когда ошибался своим чутьем. Но в одном он был прав - они не смогут вытащить его прямо сейчас, пока их всего 7, в распоряжении капитана людей в несколько раз больше. Придется брать все хитростью.
– Ладно ключ, - после недолгого размышления сказал Юно, - Минги с замком справится на раз, Сан сумеет разобраться с ящиком, если он все еще в нем. Проблема в дозорных остается, а так же капитане и Яне.
– Если Яна отвлечет кто-то из нас, то он сразу поймет, что дело не чисто. Надо придумать как вывести его из строя на несколько часов, - задумчиво протянул Хонджун, а потом как-то резко переменился в лице и принялся раздавать приказы, - Мне плевать, что твоя карта не сходится с маршрутом штурмана, Юно! Делай что хочешь, хоть по звездам перерисовывай! А ты, не иди у него на поводу, - последнее Хонджун кинул Сану и стремительно вышел из их небольшого укрытия, чтобы встретиться нос к носу с Яном, естественно, случайно проходившем мимо.
– Старпом, вам бы к лекарю сходить, а то последние дни ходите таким нервным, - слишком учтиво и с искренней ядовитой заботой в голосе сообщил Ян, делая шаг в сторону, пропуская Хонджуна вперед.
– Следи за собой, чтобы и тебе от меня не досталось, - чуть ли не прошипел Хонджун и пошел дальше, на этот раз выбрав своей жертвой пару матросов, которые елозили по палубе швабрами чисто для вида.
– Здоровья погибшим, - не удержался от комментария Ян и тут же сунул нос в карту, которую изучал Юно, - Смотрю ваш друг и на вас вызверился, может я смогу чем помочь? Я хорошо понимаю карты.
Сан тут же убрал её с бочки и сунул подмышку.
– Иди куда шел и не доставай еще и нас, - холодно отрезал штурман.
– Или в сегодняшней порции ужина у тебя будет тройная доза твоих любимых бобов, - как бы невзначай напомнил Юно, что на этой неделе за повара он, при этом достаточно мило улыбаясь, отчего у того прошелся холодок по спине. Когда хотел, картограф мог испугать своей доброжелательностью ничуть не хуже, чем когда выпускал своих демонов погулять. Такое случалось редко, в основном когда на них нападали пираты и им приходилось отбиваться. Тогда-то Ян впервые и увидел это маниакальное удовольствие с которым мужчина расправлялся с врагами.

Сонхва с Минги сегодня выпала очередь дежурить. Не то, чтобы те были не рады, для них это обычная рабочая рутина, хоть за день Минги и успел физически наработаться, а Сонхва впервые за день вышел на свет божий и с удовольствием вдыхал ночной морской воздух. Стояла глубокая ночь, весь корабль спал. Волны аккуратно бились об борт под храп капитана, который доносился из его каюты.
Из темноты отделилась тень и вышла к мужчинам. Они не удивились его бесшумным шагам. Сонхва даже не вздрогнул когда им с Минги на плечо опустились ладони. А вот канонир каждый раз пугался, как впервые. Ничего не мог с собой поделать, хоть и знал, что остальных его реакция забавляет, особенно Хонджуна, раз он продолжал раз за разом это вытворять.
– Все спят, можешь попытаться пробраться в трюм, - тихо прошептал Сонхва, положив поверх руки Хонджуна свою, - Юно подсыпал Яну немного снотворного в порцию, так что не должен проснуться.
Хонджун благодарно кивнул другу и перевел взгляд на Минги.
– Замок уже вскрыт, только будь осторожен внизу, - прошептал он, - Кто знает как поведут себя животные внизу завидев чужака.
Старпом кивнул и прошептал едва слышное “спасибо”. Как бы он не переваривал Яна, и как бы не противна сама мысль о том, что тот прав, но он и вправду пошел потом к Есану. В ходе жалоб на всех и вся, было также решено сходить в одиночку проверить что за груз, прежде чем что-то предпринимать. Потому как лекарств от “изведения самого себя” у Есана не было и в ближайшем будущем не появится - наука не заинтересована в изобретении подобного.
В трюме у лестницы, на самом минимуме, горела масляная лампа, освещая пространство вокруг настолько, чтобы не споткнутся. Мелкие клетки с птицами были прикрыты тканью, затем следовали тюки с разнообразными тканями и специями. В носу предательски защекотало и Хонджун был вынужден зажать его, а так же и на всякий случай закрыть рот. Мало ли, одно неверное движение, небольшой чих, и все пойдет прахом: его разжалуют, может даже в море выкинут, а он так и не узнает стал ли капитан гнидой продажной или он слишком о многом переживает и ему нужен отпуск.
Вдалеке послышался смешок, видимо своим поведением Хонджун кого-то сумел позабавить. Вот только свет от лампы туда практически не доставал, лишь едва касаясь железных прутьев большой клетки.
– Тебе нужна помощь? - спросил Хонджун и тут же понял насколько идиотским оказался этот вопрос. Действительно, нужна ли помощь узнику в клетке? Точно надо меньше терзать себя и больше спать.
– От людей? - тихо и хрипло поинтересовались в ответ, а после резко отрезали, - Спасибо обойдусь, мне уже помогли сполна.
Этого ответа хватило, чтобы Хонджун убедился в своей правоте - капитан нарушил свои принципы, которыми старпом восхищался едва ступив на корабль несмышленым юнцом.
– Пить будешь? - все так же продолжил идти на контакт Хонджун, осторожно приближаясь к клетке. Ногой он случайно задел еще одну лампу, та упала, как показалось мужчине, слишком громко. Ничего не случилось, птицы остались спать, а после старпом тяжело выдохнул и поднял её. Осторожно зажег фитиль и поставил на ящик поблизости.
Тусклый свет озарил клетку и мужчину внутри. Он сидел у стенки, его руки были скованы за спиной, цепь на ногах была слишком короткой, позволяя делать лишь короткие шажки. Но все перечеркивал железный ошейник с какими-то странными символами. Сам мужчина казался примерно одного возраста с Хонджуном, при этом выглядел излишне аристократично, да и дорогая одежда лишь подчеркивала статусность. Черные едва вьющиеся длинные волосы спадали на ассиметричные глаза, прекрасный орлиный нос и пухлые губы - он был красив, словно принц. Тогда почему его перевозят в трюме словно раба?
– Нравлюсь? - хрипло поинтересовался он.
Хонджун опешил. То, что мужчина красив - бесспорный факт, но вот остальное…
– Не понимаю о чем ты, - сказал Хонджун, присаживаясь как можно ближе к клетке, вытаскивая из-за пояса флягу, - Ты так и не ответил: будешь пить или нет?
Пленник холодно зыркнул на моряка, а после прикрыл глаза и беззлобно усмехнулся.
– Ты странный человек. Как думаешь хочу ли я пить, если капитан приходит сюда только дважды в день? Сам я не могу ничего сделать, - он сменил позу и подобрался ближе к прутьям, позволяя себя напоить. При этом он выглядел излишне ущемленным своим положением, видно, как гордость отправилась на второй план, поставив первым выживание.
Хонджун помог тому напиться до тех пор пока фляга не опустела полностью, а после спокойно убрал её за пояс.
– Когда я выберусь тебя первым не убью, - внезапно выдал пленник вместо слов благодарности. И был немного удивлен, что его фраза не возымела никакого эффекта у человека напротив.
– Кто ты? И почему мы перевозим тебя как скот? - тихо спросил Хонджун, вглядываясь в лицо парня, - Я старпом, меня зовут Хонджун.
Парень в клетке молчал, казалось, целую вечность, прежде чем снова заговорил.
– Уен, - слишком нехотя протянул он, - Я кумихо.
Почему-то тот был уверен, что узнав это Хонджун испугается, убежит, или хотя бы перестанет так сочувственно смотреть на него. Нет, тот казалось поник еще больше, лишь сжав руки в кулаки. Не глядя на Уена, старпом прошипел себе под нос:
– Больной ублюдок, все же продался ради денег и дорогой выпивки, - а после поднял взгляд на Уена, - Я помогу тебе отсюда выбраться. Пока у меня нет плана, но мы обязательно что-то придумаем.
– Мы? - удивленно переспросил кумихо, не понимая перед ним сумасшедший человек или просто глупый.
Хонджун кивнул.
– Есть люди на корабле которым я доверяю как себе. Поэтому можешь быть спокоен, - он кинул быстрый взгляд на открытый вход в трюм, - Мне пора идти, я постараюсь вернуться как можно быстрее и освободить тебя, Уен.
Хонджун быстро погасил лампу, поставил её туда откуда взял и так же осторожно ступая направился к выходу. Ни одна расфуфыренная курица не проснулась, зато кумихо остался в полнейшем шоке от того, что только что произошло. Человеку оказалось плевать на природу происхождения, его назвали по имени и подарили призрачный шанс на свободу. Наверное это все галлюцинации из-за плохого питания и затхлого воздуха в трюме. Потому что все не может быть для него так хорошо. Или может?

Ян ходил коршуном, постоянно ошиваясь рядом с Хонджуном, при этом умудрялся даже выполнять свою работу. То что старпом его послушал и пошел к Есану - было удивительно, но еще больше удивляло другое - мелкий выпендрежник, как его мысленно прозвал Ян, перестал на всех срываться. Даже в некотором смысле был в хорошем расположении духа, что-то насвистывал порой себе под нос. Все это делало в глазах подштурмана Хонджуна еще больше подозрительным. Только никаких доказательств не было, даже замок на трюме рассматривал, крутил - цел, никаких странных следов. За это потом влетело от капитана, но он обязан был проверить.
– Если ты думаешь, что он не видит как ты за ним следишь - то у меня плохие новости, - как бы невзначай заметил Минги, когда мимо него третий раз прошел Ян.
Как обычно тот никак не отреагировал на замечание канонира, на этот раз даже взглядом не удостоил.
Походил еще немного, а затем прихватив какие-то карты в общей каюте, направился к капитану. Сан скучающе проводил его взглядом, не отрываясь от чистки сабель, с которыми вызвался помочь Минги.
– Интересно, какую на этот раз несостыковку этот профессионал найдет, - протянул Сан, откладывая в сторону тряпку и потягиваясь вверх - засиделся в одной позе, теперь все мышцы ломило.
– Думаю очередной короткий путь предложит, - Хонджун взялся словно из ниоткуда, - Пошли, пока главные уши заняты лизоблюдством у капитана, мы можем обсудить план.
Сан кивнул и направился в их укромное местечко, Минги же собрал сабли и понес в оружейную. Нельзя показывать остальным матросам, что они куда с большим рвением слушаются старпома, нежели капитана. Да и привлекать лишнее внимание не стоит, и так уже один покоя не дает.
Укромным местом матросы считали небольшой закуток на носу корабля, где стояли ящики с запасной парусиной, сложенные канаты и несколько деревянных балок, которые в основном лежали в трюме, но были вынесены по приказу капитана. Так даже было лучше, больше хлама - меньше видно семерых людей. Еще и ветер, постоянно играющий на палубе, хорошо приглушал их голоса.
Когда Минги присоединился к ним, парни уже что-то обсуждали. Благо ничего серьезного, лишь жалобы на Яна, который лез в работу остальных. И если Юно с Саном вынужденно его терпели как и Хонджун, то вот какого черта тот лез к Есану или Чонхо - загадка, ответ на которую вроде и хотелось знать, но лучше не стоило.
– Раз все собрались, то приступим к делу - времени мало, - все согласились с Хонджуном. Они уже знали об Уене, но никому толковых мыслей в голову так и не пришло. Больнее всех на эту новость отреагировал Сан - не смотря на угрожающую и весьма внушительную внешность, он слыл самым добрым, хотя в драке такого и не скажешь.
– В твоем плане пробелов столько, что я туда финансовый отчет торговой гильдии за год могу спрятать, - привычно пробурчал Сонхва. Он прекрасно знал, что Хонджун потом разберется по ходу дела, и все же, хотелось больше конкретики, - Нам нужен запасной план.
– И придумать куда спрятать Уена, - добавил Сан, - Проще будет если он обернется лисом.
– Но он не может, - возразил Хонджун, - Ошейник с непонятными символами явно мешает больше, чем цепи с клеткой.
– Если там есть отверстие для ключа, то взломаем, - буднично сообщил Минги, - Главное достать.
Хонджун развел руками. И эти люди ещё говорят, что он излишне оптимистичен.
– Что по курсу? - он обратился к Юно и Сану, - Если земля рядом, сможем отправить на свободу в шлюпке.
– Можешь забыть про этот вариант. Наш жополиз решил, что маршрут Сана недостаточно хорош, - при этих словах Юно, у Сана непроизвольно сжались кулаки, - Поэтому по решению капитана взяли несколько иной курс. Там течения лучше, - попытался скопировать голос того, отчего у всех появились улыбки на лицах, - Черти морские его б побрали. Достал.
– Хонджун, а ты не боишься, что если план прогорит, то капитан объявит тебя предателем? - подал голос доселе молчавший Чонхо.
Старпом вздрогнул. Конечно он боялся подобного исхода, потом, возможно, ему будет закрыта дорога в море, хоть бери в пираты подавайся. Это если не совершит самосуд и сдаст в ближайшем порту. Вся жизнь Хонджуна была связана с морем, он не видел себя без него. Но и терпеть подобное с “живым товаром” попросту не могу. Чувство справедливости вытесняло страх.
– Пускай делает что хочет, но никаких рабов на моем корабле! Никаких подобных Уену диковинок для богатеев! - холодно отчеканил старпом. Как вдруг на его плечо опустилась рука квартирмейстера.
– Ты только что сознался в заговоре против капитана, назвав этот корабль своим, - хитро прищурился Сонхва, а затем рассмеялся. Тихо, чтобы никто не услышал, но и сдержаться не мог. Остальные лишь улыбнулись, Сан едва слышно хмыкнул, а у Хонджуна потеплело внутри - он сделал правильный выбор, доверившись этим людям более десяти лет назад.
– Пошел он, - зло бросил старпом, - Ему давно пора на сушу. Просто хочется нормально дослужиться до капитана, без всей этой грязи вокруг.
Матросы лишь молча согласились. А после они продолжили обсуждать план. Немного увлеклись, отчего не заметили как за ящиками притаился давно покинувший капитанскую каюту Ян.
Он не слышал всего разговора, лишь часть где Хонджун открыто заявил про свое недовольство капитаном, считая корабль своим. Не то, чтобы он не видел этого, просто в отличие от Хвана спокойно к этому относиться не мог. Принципиальный, человек слова, со своим понятием правильности и чести, который играл верность столько лет - сейчас практически сам себя закопал. А всему виной какой-то Уен в трюме, который даже не человек.
Ян довольно усмехнулся, мысленно представляя как же красиво будет когда его соперник падет. А еще вселяло некоторую надежду на благорассудство его “семьи” - раз недовольны решением старпома, значит с этим можно работать.
Так же осторожно как и пришел, поняв, что больше ничего интересного не услышит, подштурман покинул свое укромное место и снова пошел к капитану. Кажется у них намечается интересный разговор.

План был явно сшит белыми нитками и прежде чем приступили к его исполнению, Хонджун еще несколько раз спускался к Уену в трюм и интересовался его самочувствием, приносил вкусности, вместо той непонятной жижи которую именовали кашей, и кое-какие медикаменты - Есан давал что-то для поддержки организма. Тот смотрел и не понимал, что творит этот странный человек, вот только несмотря на свое положение пленника, рядом с ним начал чувствовать себя словно на равных. Не хотелось вцепиться в горло когтями, вспороть живот и смотреть как в глазах медленно угасает жизнь.
– Послезавтра, - наконец сказал Хонджун и внутри у Уена все замерло, - Мы будем проплывать рядом с сушей, сможешь добраться на шлюпке.
Больше ничего не сказав, он покинул трюм, оставив Уена в одиночестве со странным чувством близкой свободы и четким осознанием, что не все люди плохие, есть еще и дураки подобные Хонджуну.
– Слишком странный человек… - пробормотал скорее самому себе Уен, пытаясь как можно удобнее устроиться в своей клетке на сон. Хотелось свернуться клубочком обернувшись лисой, но ему подобная роскошь в ближайшее время не полагалась.
Время тянулось медленно и мучительно. Он не хотел надеяться на этого странного человека, иначе потом от сладких слов надежды предательство ощутится в разы больнее. И в то же время вел себя словно маленький - надеялся, верил, что его не обманут и не используют. Каким бы плохим и злым кумихо не хотел казаться, он все равно нуждался в том, кому мог довериться, ощутить безопасность, как в детстве, а еще лучше очутиться в маминых объятиях, и плевать, что сейчас он взрослый мужчина. Вот только все это в данный момент, казалось таким далеким и чужеродным, что напоминало сладкий сон. Как люди смогли опуститься так низко, что увидели в нем зверя? Кому вообще пришла в голову идея торговать людьми и подобными им существам? Они не игрушки, не забавные тупые зверьки, а такие же равные в правах и свободах. Вот только, деньги всегда стояли выше всего этого, даже морали.
Шло время, складываясь в достаточно однотипное времяпровождение. Уен периодически засыпал, потом просыпался, его бесцеремонно будили ради кормежки, оставляли одного. Тогда он снова погружался в свои мысли, анализировал поступки и то как его поймали. Это удручало еще больше, зато время проходило быстрее. То что на корабле ночь, Уен стал понимать по затихающему шуму снаружи. Сердце в груди бешено начало колотиться, когда дошло, что еще немного и будет долгожданная свобода. Лишь бы этот Хонджун его не подвел.
Когда Уен отчаялся ждать и задремал, тихо скрипнули петли и послышались осторожные шаги по лестнице. Кумихо открыл глаза и попытался сесть. Спросонья немного не понимал почему Хонджун шумит в два раза больше обычного, пока глаза не увидели позади него и вторую фигуру. Этот матрос был выше Хонджуна, на его фоне тот казался совсем мелким. Из-за недостаточного света непонятно какой он, зато казался той еще горой. От этого сравнения Уен мысленно хмыкнул и улыбнулся себе под нос.
Люди остановились у его клетки, Хонджун привычно зажег фонарь, а Сан тем временем приступил к осмотру замка. Он конечно не профессионал каким был Минги, но в случае чего грозился просто применить физическую силу. Но это могло повлечь определенный риск - птицы существа шумные, от них точно весь корабль проснется и весь план пойдет псу под хвост.
Пока Сан разбирался с замком, Уен с интересом разглядывал того, даже подполз поближе. Очень интересный человек, как и Хонджун не удивился, не принялся рассматривать. Сразу приступил к делу, лишь изредка бросая обеспокоенный взгляд на лиса, но молча. Руки сильные, сам накачанный, когда сосредоточен, то забавно хмурится и суживает глаза еще больше. Зато когда замок поддался, он победно улыбнулся обнажив ямочки на щеках. Уену даже стало интересно, но ему не дали одуматься, Хонджун сразу зашел внутрь клетки.
– Твою ж… , - выругался он, когда изучил конструкцию кандалов на ногах, - Тут сложнее будет, так вынесем, на палубе разберемся, - пообещал он, выпрямляясь. Как внезапно Уен сжался, - Ты чего? - не понимающе спросил старпом, и обернулся назад.
В проеме на лестнице с фонарем в руках стоял капитан Хван, позади него с невероятно довольной и мерзкой улыбкой был Ян.
– Никуда он не выйдет, - громко прорычал Хван, пугая птиц в клетках. Даже завешанные тканью, они принялись испуганно бегать по клеткам крича и размахивая крыльями, роняя на пол перья, - Не много ли ты на себя взял, Хонджун? - капитан был разъярен и страшен.
Уену хотелось сжаться еще сильнее, и отчего-то стало страшно за этого ненормального человека к которому успел немного привязаться. Надежда на свободу рухнула так стремительно, что слезы выступили на глазах. Но только этого ему еще не хватало. Не перед капитаном, чью смерть он представляет в разных видах каждую ночь. А вот от взгляда человека позади него - хотелось блевать. Мерзкое такое, скользкое и противное. Смотрело не лучше тех горе-торгашей которые словили и продали в рабство, приравняв разумное существо к простым животными.
– Как раз достаточно, - голос Хонджуна звучал уверенно, да и сам он не выглядел испуганным, как показалось Уену, - Этим поступком ты предал нас, свои идеалы, ради которых я и пришел служить под твое крыло!
Капитан слишком ехидно и несколько ядовито усмехнулся:
– Но предаешь своими действиями как раз ты, старпом Ким, - излишне холодно прозвучало, словно он уже поставил точку во всем этом, - Вывести его!
Пара матросов вышла из-за спины капитана, и что самое ужасное, в одном из них Хонджун узнал Чонхо. Тот не смотрел на друга, просто молча встал и взял под руку и потащил на выход.
Про Уена все забыли. Никто не закрыл его клетку, видимо решив, что с такой короткой цепью на ногах он далеко не уйдет. Но он не сумеет себе простить, если не попытается выбраться самостоятельно, а дальше будь что будет. Осторожные небольшие шажки давались ему с трудом, корабль еще как назло начало качать на волнах. Зато благодаря не закрытому люку в трюм пробралось немного свежего морского воздуха. Он шел к своей цели медленно, особо не задумываясь как быть дальше. Возможно зря, но больше в этой клетке уже не мог находиться.

Хонджун стоял в окружении всей команды, не веря своим глазам - люди, которым доверял как себе предали и сейчас молча находились позади капитана. Кто отводил взгляд, кто смотрел под ноги, Юно перебирал розарий, Сан и вовсе отвернулся, а Минги порывался уйти проверять те пару пушек, что они недавно купили и блестели на солнце как драгоценность какая-то. Сонхва единственный, кто смотрел на Хонджуна холодно и с обвинением. Это сильно ранило, лучше бы отводил взгляд как Есан.
– Не понимаю, откуда такая сентиментальность к простому животному, старпом Ким? - капитан намеренно звал Хонджуна по фамилии, каждый раз выделяя должность.
– Из животных я знаю лишь павлинов в трюме, да подштурмана Нина, - жестко отрезал Хонджун. Ему уже нечего терять, поэтому лицемерить не собирался. Достаточно.
Ян тут же подбежал к нему и поднял руку чтобы ударить, как её жестко перехватил подошедший капитан. Хонджун даже и глазом не моргнул, продолжая смотреть на Хвана.
– Довольно оскорблений. И если бы не Ян, то узнал о твоем желании захватить корабль лишь по факту бунта.
Старпом улыбнулся себе под нос. Ну конечно, на корабле ведь нет тихих мест, всюду да найдутся уши. А Хонджун пожалуй был излишне самоуверен в себе, раз обсуждал в открытую не выставив никого на стреме.
– Вам давно пора на пенсию, а учитывая пагубное пристрастие к алкоголю, то чем раньше тем лучше.
Теперь уже была очередь Яна держать взбесившегося капитана, который тянул руки к шее своего старпома.
– Можешь отпустить, - обратился Хонджун к Яну, - В отличии от некоторых, - он обвел взглядом своих друзей, - Я мнение не меняю и не боюсь последствий.
– Твои друзья оказались более благоразумными, чем ты, - прошипел Ян, все же отпуская капитана, - Они вовремя одумались, но весьма любезно согласились подыграть, чтобы словить тебя за преступлением.
Хонджун усмехнулся и снова посмотрел на друзей, задержавшись взглядом на Сонхва:
– Вот значит как? Решили, что справедливость недостойна риска? Должность ценнее жизни человека?
– Хонджун, он не человек, - только и смог сказать Сонхва, прежде чем его перебил Есан:
– Он дикий зверь, лис, который может выглядеть человеком. Хонджун, этот кумихо опасен! А ты слепо веришь в его человечность и сострадание.
Они явно решили похоронить Хонджуна и сейчас забивали гвозди в его эфемерный гроб. Два - достаточно чтобы он не сумел выбить крышку. В груди росла огромная дыра от предательства и таких болючих слов.
– Хорошо, будь по вашему, - слишком спокойно принял их точку зрения Хонджун, хотя внутри уже кричал от боли. Но никто не увидит как он сломан, эти люди более недостойны видеть его настоящим, - Капитан, и в чем же я виновен? - он обратился к Хвану, игнорируя остальных.
– Ты нарушил мой приказ, собирал людей для бунта - этого уже более чем достаточно. А учитывая какой дорогой груз на борту, то сам понимаешь чем это все попахивает, Хонджун.
Мужчина прикрыл глаза и едва заметно улыбнулся, а потом внезапно расхохотался, вызывая у всех искреннее удивление - совсем видимо с ума сошел.
– Не юли, скажи прямо, кем хочешь назвать меня, Хван, - отсмеявшись, с небольшой хрипотцой сказал Хонджун. Но капитан молчал, тогда он продолжил, - Духа не хватает назвать меня пиратом?
– Ты сам себя им назвал, Хонджун, - выпалил Ян, - Не стоило идти против закона ради какой-то мнимой совести.
– Ну да, тебе ведь это чувство не знакомо, ты еще тот хитрый лис, Ян, всюду выгоду ищешь. И завидев такой прекрасный шанс не сумел остаться в стороне и наконец подсидеть мою должность. Удобно, хитро. Только знай, что ты еще то чудовище! Большее, чем простой кумихо в трюме!
– Довольно! - рявкнул капитан, заставив матросов вздрогнуть, - Хонджун, ты разжалован из старпомов и обвинен в измене и пиратстве, в ближайшем порту передадим тебя властям. Увести его!
Ян тут же подсуетился и взял кандалы, услужливо поданые ему Сонхва - а еще другом был. Больно схватив Хонджуна за запястье, он с нескрываемым наслаждением заковывал того, заведя руки за спину. Бывшему старпому казалось все равно на происходящее, и уж виноватым он точно не выглядел.
– Куда его вести, капитан? - поинтересовался подштурман, подзывая к себе пару людей, чтобы провели пленника.
– Кинь к кумихо. Только не забудь закрыть клетку прежде, чем туда закинете и самого лиса, а то слишком долго гулял - ему вредно.
Внизу показалось, как упало нечто тяжелое, а затем всполошились птицы. Неудавшийся побег Уена раскрыли слишком быстро.
– Увести пирата, - приказал Ян, пробуя это словосочетание на вкус. Явно приятно, когда еще и речь о Хонджуне. С кумихо решил разобраться сам, заодно ближе познакомиться.
С хищной улыбкой он спустился вниз, и Уен уже пожалел о своем решении покинуть клетку. Этот человек ему не понравился еще больше, чем капитан.

Как оказалось вдвоем в клетке слишком тесно, им даже пришлось спать слишком близко друг к другу. И если при этом Хонджун испытывал минимум дискомфорта, моряки привыкли к стесненным условиям в каютах, то вот Уен не знал как реагировать и вообще. Хоть и доверял этому человеку, но не понимал его. Еще Хонджун умудрился изловчиться так, что руки у него теперь были впереди, а не за спиной и жить стало им несколько проще. Он и Уену показал, но вот из-за закованных ног тот так и не сумел провернуть подобный “фокус”, хотя гибкости и хватало. Только раньше. Сейчас из-за стольких дней в цепях он уже даже сомневался в нормальном функционировании не только рук, но и ног. Чувствовал себя тем еще стариком.
Уену хотелось спросить многое, но он попросту не мог себя заставить. Когда сидели по разным углам, Хонджун хоть и выглядел потерянным, но не сломленным. Каждый думал о своем, и лишь Уен боялся оказаться в порту - тогда он снова останется один. Эгоистично, но про кумихо иного и не говорят, а он не собирается казаться другим.
– И тебе не больно? - один вопрос все же вырвался наружу, хоть и прошло пару дней, не больше.
Поначалу Хонджун не понял к чему это, а потом горько усмехнулся и ответил:
– Больно конечно, но люди приходят и уходят. Видимо здесь я ошибся. Бывает.
Уен удивился:
– Вот так просто? Ты даже не злишься, не показываешь боль. Ты или сильный, или дурак.
Хонджун улыбнулся, но вышло натянуто.
– Сам реши кто я, а там посмотрим совпадает ли с моим мнением о себе.
Уен задумался. Вроде только что и назвал его дураком, но косвенно. В любой другой ситуации за словом в карман не полез, но тут уже стало интересно получше узнать этого странного человека. Да и он чувствовал себя виноватым в данной ситуации, хотя и не просил помогать. Даже угрожал поначалу, огрызался, только все это было проигнорировано.
– Дурак, - коротко сказал Уен, подтягивая ноги к себе и пытаясь принять более удобную позу.
– Значит совпадает, - слишком быстро согласился Хонджун и продолжил смотреть вдаль, в сторону лестницы.
Теперь когда вся команда знала про кумихо, капитан распорядился не закрывать трюм, но и лишний раз пленников вниманием не баловать. Только кормить и сразу выходить. Особенно это касалось его бывших друзей и совсем молодых матросов, которым мог присесть на уши и уговорить помочь с побегом. Слышать это было забавно, учитывая, что говорили специально громко и когда вход в трюм был открыт.
– Почему ты решил спасти меня? - видимо сегодня Уен был более решителен. Или просто немного привык к человеку рядом.
Хонджун оторвался от изучения цепи на своих кандалах.
– Ты же все слышал - удивился он, - Ничего из сказанного не было ложью, - он замолчал, обдумывая что-то свое, - К тому же ты не первый нелюдь с которым я знаком.
Тут уже настал Уена удивляться, что даже подсел поближе. Вышло не очень аккуратно, отчего он упал головой на ноги Хонджуна. Вместо того, чтобы возмущаться и помогать, мужчина лишь поправил кумихо для пущего удобства и придерживая цепь принялся массировать ему шею. Того аж затрясло от внезапности и приятного чувства.
– И кто же он? - собравшись мыслями наконец уточнил он. С одной стороны Уену было неловко, а с другой - не прогнали, еще и делает приятно - пускай массирует, хоть у кого-то руки доступны.
– Ты его уже видел - на корабле служит, - Хонджун еще раз бросил взгляд на лестницу, не зная слышат ли его. Понижать голос до шепота он не собирался, - Хитрый, скользкий, противный - настоящий лис. Тебе я до конца не верю - ни ушей, ни хвоста не видел. А там мне и видеть не надо - все четко как по книжке из бестиария. Пожалуй он исключение из моих личных правил, кого я бы с радостью сдал, и желательно на опыты. Чертов Ян…
Уен не сдержал улыбки, а после напрягся и у него на голове появились аккуратные лисьи ушки. От неожиданности Хонджун даже руки опустил и цепь холодом отдавалась на шее кумихо.
– Можно? - спросил он осторожно приподнимая руки вверх.
– Да, касайся. Если почешешь - вообще хорошо будет, - отозвался Уен.
Сейчас он напоминал больше кота, чем лиса.
Уши оказались приятными на ощупь, смешно дернулись стоило рукам до них дотронуться. А еще были теплыми. Мех на ощупь отличался от волос - более мягкий.
– Ты еще замурчи, - не удержался Хонджун, за что его укусили за ногу, - Эй, я ж не со зла.
– Я тоже, - отозвался Уен, но уши не убрал, - Продолжай, мне нравится. Только с котами больше не сравнивай, понял?
– Ты мог бы и словами сказать.
– Так не интересно.
Они так еще не долго пролежали, послышались шаги и к ним в трюм спустился Сан с двумя мисками еды. Уши Уен убрать не успел, вот только штурман с каким-то странным интересом на них посмотрел. Но при этом не удивился, словно видел уже однажды, или просто до него долго доходят реакции - подумал Уен. После Сан вернулся взглядом к Хонджуну.
– Капитан сказал, что если ты одумаешься, то выпустит тебя и не сдаст в порту как пирата.
Мужчина демонстративно сплюнул тому под ноги.
– Трус, мог сам прийти и предложить или этого чертова кумихо Яна прислать!
Сан удивленно изогнул бровь.
– Кумихо Яна? - переспросил он.
– А ты сам подумай, здоровяк. Разве не видел очевидное? Ушей, хвоста, когтей не показал, но поведение то лисье! Можешь конечно не передавать мои слова капитану, просто сам подумай. Присмотрись.
Сан ничего не сказал бывшему другу, лишь молча ушел. Зато сверху послышались торопливые шаги, вызвавшие у Хонджуна легкую улыбку.
– Вставай давай, есть будем, - осторожно приподняв Уена сообщил Хонджун, - Кажется нас сегодня балуют и дали нормальную кашу.

Прошло ещё несколько подобных дней, Уен все никак не мог понять почему этот человек настолько странный. Вопросы любого характера уже не боялся задавать, единственное, что не всегда на них Хонджун отвечал, порой даже отмалчивался, загадочно обещая ответить немного позже, потому как на корабле везде есть уши Хвана или Яна. Касательно последнего, ещё несколько раз рассказывал про его мерзкую лисью натуру. Уену постепенно стали закрадываться определенные мысли, что тот делает все это неспроста, даже будучи в таком отвратном положении.
– А ты хорош, - только что и отвечал Хонджун, с хитрым прищуром улыбаясь.
– Никогда не жаловался на смекалку, - гордо парировал Уен, – И все же я не понимаю зачем ты влез во все это, Хонджун, - резко перескочил он на другую тему, - Мы же были незнакомцами, ничего не связывало.
Мужчина пожал плечами.
– Чувствовал, что ты свой парень. Иного объяснения не будет.
Уен лишь усмехнулся, не стал спорить или доказывать обратное. Он уже привык, что этот человек полон загадок, да и внезапно как-то стал считать его своим. Его так же веселила слепая вера, что несмотря на свое плачевное положение все еще не отчаивается вытащить его отсюда.
– Кстати, все хотел спросить, - внезапно тихо начал Хонджун, - На тебя ж не все лекарства действуют?
Вопрос оказался внезапным и уж точно не его ожидал услышать Уен.
– Не все, но я не понимаю к чему это, - немного озадаченно протянул кумихо, дергая ухом. При Хонджуне он уже привык не прятать их.
– Да так, просто кое-что вспомнилось, - Хонджун не знает стоит ли говорить о своей догадке сейчас, когда это уже не имеет особого значения, или все же лучше сказать. Все равно им нечего делать целые дни, вот и разговаривают, - Есан, наш лекарь, сказал мне в самом начале плавания, что капитан брал снотворное. Только он его не пил, у него другой способ быстро уснуть - бутылка, а еще лучше две.
Кумихо заметно погрустнел и принялся стремительно меняться в лице, а уши прижал к голове.
– Так вот отчего мне было плохо! - прошипел он, - Поначалу я списал это на корабль - впервые плаваю. А оказывается эта тварь меня усыпить пыталась! В итоге чуть не отравил!
У Уена начали непроизвольно сжиматься кулаки, жаль только выплеснуть свой гнев никак не мог. Оставалось лишь ругаться и плеваться, жаль что Хонджун рядом, а он и так прекрасно осознает насколько “хороший” человек его капитан.
– Тебя усыпить, нас за дураков держал - очень удобно, - согласился Хонджун, целиком и полностью понимая и принимая злость Уена. Капитан только глубже и сильнее себе яму рыл.
– Только ты не дурак, - фыркнул кумихо, - Не пойми неправильно, ты конечно тот еще дурак, просто умный. А это немного разные сферы.
Хонджун усмехнулся, вроде и противоречит самому себе Уен, а все равно понятно что именно хотел сказать.
– Нравишься ты мне, - отсмеявшись сказал мужчина, - Оставайся со мной в команде, придумаю работу.
Немного не понимая, Уен сощурил глаза и немного наклонил голову, пытаясь понять шутит тот или серьезно.
– Ты серьезно… - сделал вывод после нескольких минут молчания кумихо, - И уже прям мнишь себя капитаном корабля? Ты мечтатель, Хонджун! Невозможный!
Тот пожал плечами.
– Просто не ставлю перед собой невыполнимые цели. Да и пирату разве не полагается быть невозможным?
Кумихо хохотнул:
– А ты достаточно быстро смирился с новым статусом.
– Не совсем. Просто было время обдумать и все взвесить. А этот корабль больше товары перевозить не будет, - последнее он сказал шепотом и подмигнул.
Уен уже ничему от этого человека не удивлялся, даже когда тот внезапно заметил странный блеск у клетки, а после немного пошарив руками за прутьями достал откуда-то небольшую странную железную палочку.
– Это еще что такое? - не понял радости человека кумихо. Для него это была обычная ничем не примечательная железка. Вчера её обронил человек носивший им еду, кажется Хонджун называл того Саном. При том так глупо, что Уен не стал заострять на этом внимания. Мало ли какой мусор был у того в карманах.
Хонджун и на этот раз оставил все без ответа, лишь улыбнувшись еще шире, тихо прошептал:
– Только запасись терпением, я не специалист, - после чего Хонджун зашел Уену за спину и принялся колдовать над его кандалами на руках.
– Не логично было сделать наоборот? - после получаса страданий решил заметить кумихо. Он уже понял часть этих игрищ Хонджуна, когда стоило говорить нейтрально или совершенно иное, но показывая видом или жестами правду.
– Нет, - коротко бросил человек и внезапно послышался глухой щелчок. Правая рука кумихо была свободна.
Словно не веря в свое счастье, Уен осторожно протянул одну руку вперед, а затем вторую, остаток кандалов на ней ему абсолютно не мешал. Плечи сразу же заныли тупой болью - мышцы отвыкли за столько времени от нормального положения. Между лопатками при попытке пошевелиться остро кольнуло и отозвалось в шее. Кисти рук плохо слушались из-за онемевших запястий, а пальцы вообще дрожали. Но не смотря на всю ту внезапную боль, Уен почувствовал море облегчения. Пускай до свободы еще и далеко, но по крайней мере руки снова принадлежат ему.
– Спасибо, - прошептал он, и на глазах выступили слезы счастья. Плакать никогда не зазорно, особенно когда испытываешь положительные эмоции.
Из-за боли Хонджун решил повременил со второй рукой кумихо и занялся кандалами на ногах. С ними дела обстояли еще хуже, он что-то бубнил себе под нос. Уен же просто лег на спину и наслаждался этим простым до невозможности действием, просто расставив руки в стороны - хорошо.
– Да блядь, - не выдержал в итоге человек и откинулся спиной на прутья решетки, - Извини, мне нужна передышка. Здесь все еще сложнее. Но могу закончить, - предложил он, начиная тянуться к левой руке.
– Себя обслужи, а мне не мешай, - рявкнул Уен, забирая от него руку. Спина заболела еще сильнее, но он пока еще наслаждался этим чувством власти над собственным телом.
Молча согласившись, Хонджун принялся орудовать странной палочкой в своих кандалах. Получалось относительно неплохо, хотя и видно, что для него это занятие несколько непривычное. Постоянно прислушиваясь к замку, он осторожно перебирал пальцами, пока наконец не услышал заветный щелчок. Со второй рукой он справился несколько быстрее. То ли приноровился, или просто повезло. Уена не волновало ничего из этого, он наслаждался своим лежанием на спине, положив руки на живот.
– Дай сюда, - попросил Хонджун протянув руку. Немного помедлив, Уен все же вложил в нее свою с кандалами.
– Ты ну очень странный, - внезапно выдал Уен, все еще лежа с улыбкой, - Нравится. Я согласен на твое предложение.
Хонджун аж замер от неожиданности, не сразу сообразив на что тот соглашается. А после того как вспомнил, прикрыл глаза и улыбнулся.
Занятые делом они не сразу заметили посетителя, который просто молча стоял рядом и ждал когда его обнаружат. Хотя времени и было в обрез, но наблюдать за занятым делом бывшим старпомом несколько увлекательно. Особенно когда тот старался, а получалось не очень.
– Ты бы поучился что ли, - наконец не выдержал Сан, присаживаясь напротив на корточки. Казалось он совершенно не был удивлен их занятию, а еще больше свободе.
– Без тебя знаю, что специалист такой себе, - не отрываясь от дела бросил Хонджун, - Добавки бы, а то и так впроголодь держите.
Сан кивнул и поставил миски с едой на привычное место у прутьев.
– Я переговорю с Есаном, может и получится дополнительный кусок мяса выдать. Сейчас он на посту кока, - мужчина встал и пошел к выходу, бросив совершенно невзначай, - Завтра вечером придет вместо меня Сонхва, Яну понравился его трезвый взгляд. Считает, что так для тебя будет более поучительно.
Хонджун даже отвлекся от своего занятия и посмотрел на штурмана, а затем его уста расплылись в улыбке. Уен в разговоре участвовал лишь немым свидетелем, но впервые посмотрел на Сана иначе. Если до этого ему было мерзко видеть человека которого Хонджун считал другом, то теперь до него дошло многое - тот играл. Иначе какого б оставил их за этим занятием? Не позвал капитана или Яна? Он просто и абсолютно буднично принял все это и ушел. И Хонджун оставался спокойным. Если это не хорошо продуманный сложный план, то Уен в таком случае известный артист театра на своей родине.
К вечернему приходу Сана, руки Уена были полностью свободны, а Хонджун лежал рядом на полу и молчал. До того как совладал с замком - тихо ругался себе под нос, а после тихонечко жаловался на все на свете. К несчастью, кумихо рядом был вынужден слушать это своеобразное нытье. С одной стороны он разделял его боль, но вот помочь ничем не мог - не умел и никогда не думал, что подобное когда-нибудь понадобится.
Сан пришел тихо и все было как обычно - две миски, фляга с водой, которую достал из кармана. Вместе с ней выпала еще одна странная железная палочка, так же близко к прутьям как и та первая. Вот что за “дополнительная порция” которую просил Хонджун.
– Он спит? - спросил Сан, кинув взгляд на лежащего Хонджуна. Уен до этого не обращал внимания, сосредоточившись на своих ощущениях в спине и руках.
– Получается спит, - слишком ровно и буднично ответил, пожав плечами и сразу же резко сморщился от боли.
Сан снова присел рядом и протянул небольшую баночку:
– Капитан разрешил дать вам дополнительный паек.
Снова говорит одно, а делает другое. Уен лишний раз убедился в этом, когда осторожно взял баночку и чуть не уронил её - руки сильно ослабли.
– Спасибо тебе, а капитан может идти на корм кракену! - зло бросил Уен, при этом благодарственно улыбнувшись мужчине.
Сан тоже улыбнулся в ответ, а после взял одну из мисок сел вплотную.
– Давай помогу, пока он спит, капитан со старпомом пока заняты- маршрут резко пришлось менять, поэтому могу немного дольше задержаться, - он кивком указал на руки, едва державшие баночку с мазью, - Если ты не против, - тихо добавил он.
Уен против не оказался, ему уже было глубоко плевать на эту постыдную часть своей биографии, плюс он трезво оценивал свои силы. Хонджуна ради ужина не хотелось будить, сам не может, поэтому какой дурак откажется от помощи?
– Не против.
Услышав согласие, Сан даже обрадовался в некотором смысле. Он не спешил, осторожно дул на кашу с мясом, которого на этот раз положили в два раза больше, постоянно уточнял у Уена все ли хорошо. После того как миска опустела, он жестами предложил помазать спину мазью. Кумихо немного опешил от предложения, но будучи уверенным в своих умственных способностях отказываться не стал. Просто снял рубашку и повернулся спиной. Руки Сана были грубыми от тяжелой работе на корабле, но движения аккуратными, нежными. Он слегка промассировал кое-какие места, заставив Уена сжать зубы от внезапной боли, но после почувствовал облегчение. Сан явно знал что делать и куда надавливать. И мазь. Удивительно, что она ничем не пахла, даже острый лисий нюх не улавливал ничего. Словно та делалась специально под ситуацию, а еще с учетом его нечеловеческой природы. Неужели и Есан остался верен Хонджуну? Тогда чего они ждут? Этого Уен не понимал.
– Оденься, - прошептал Сан тихо, - Ткань хоть и тонкая, но хоть как-то прогреет. Извини, что не додумался еще что-то принести.
Снова настал черед кумихо удивляться. Ладно Хонджун редкий дурак, но к нему он уже привык, этот получалось тоже не лучше? Еще и заботится так умело. Это располагало. А еще ничем не высказал своего отношения к нему как к нелюдю, ведя себя так, словно с Хонджуном одного вида. И все же эта мелочь в виде мази приготовленной специально для него… Определенно странные люди собрались на этом корабле.
– Скажешь потом Хонджуну, чтобы еще нанес мазь, - так же тихо прошептал Сан, а после кинул взгляд полный боли на его все еще закованные ноги, - Прости, выбор был невелик, но Хонджун справится. Обязан.
Сан ушел оставив Уена в задумчивом состоянии. У него уже болела голова от предположений и роя мыслей. Руки механически вертели баночку с мазью. Когда Хонджун проснулся легче не стало, мыслей стало лишь в разы больше. Единственное к чему Уен пришел - приближается нечто интересное.

Прихода Сонхва Хонджун казалось ждал с огромным нетерпением. К тому времени со всеми кандалами было покончено и Уен даже стоял. Пускай держать равновесие пытался держась за прутья, но это лучше, чем вообще что-либо. Да и мазь оказалась достаточно хорошей. Быстро в норму забитые мышцы не привела, но боль уменьшилась и начала возвращаться сила в руки.
– Смотрю ты хорошо здесь проводишь время, Хонджун, - холодно заметил Сонхва, спускаясь в трюм.
От этого тона у Уена подкосились ноги, а сам он инстинктивно прижал уши. Хонджун же лишь счастливо заулыбался и прильнул ближе к прутьям.
– Как видишь, забавляюсь как могу, привыкаю к своему новому статусу. И знаешь что? Меня внезапно все устраивает, - он усмехнулся и продолжил, - Только представь: Капитан Ким, великий пират! Звучит восхитительно! Сам то как? Мешки под глазами говорят, что и ты прекрасно проводишь время. Как тебе новый старпом? Лучше меня?
Сонхва закатил глаза, а после снял очки и потер переносицу.
– Ты невыносим.
– Было, я постоянно это слышу от Уена. Придумай что-то новенькое.
– Несносный.
– А вот это новенькое, - обрадовался Хонджун и радостно захлопал в ладоши, - Так как живется на воле?
– Лучше, чем тебе в клетке с нелюдем, - в голосе теперь проскользнуло раздражение, что еще больше развеселило Хонджуна.
– Да мне здесь достаточно хорошо, в разы лучше, чем быть под командованием Хвана и Яном.
Сонхва фыркнул, а после снова бросил взгляд на Уена, на этот раз оценивающий. Кумихо почувствовал себя вновь на черном рынке уникальным товаром среди рабов и прочих диковинок. Он ощетинился и даже тихонечко зарычал, обнажая нечеловеческие клыки. В ответ Сонхва лишь самодовольно усмехнулся и поправил очки.
– Благодарю за то, что сидя здесь внес раздор в доверительные отношения капитана и старпома. Особенно тебя благодарит Ян.
Хонджун изобразил легкий поклон.
– Всегда пожалуйста, квартирмейстер. Могу еще чем угодить или подсобить вам? Только учтите, мы пираты люди алчные и понятие чести для нас достаточно своеобразное.
В очередной раз мужчина не сдержался и закатил глаза. Уен к этому моменту снова встал и теперь просто наблюдал с особым интересом за общением. Сонхва читался хуже Сана, тот больше напоминал побитого виноватого кота, этот же… Зверя Уен ему пока не подобрал, но отметил, что он держится лучше, даже внутренний лис чувствует в нем угрозу. Зато Хонджун вел себя с ним еще больше расслабленно.
– Во сколько ты оцениваешь своего нового друга? Можем договориться.
Снова от этой фразы к Уену полезли неприятные воспоминания недалекого прошлого.
– А сколько дашь? - парировал Хонджун, словно речь шла о товаре на рынке, - Задешево не отдам.
– Ты не в том положении, чтобы задирать цену.
– Так и ты не простой покупатель.
Воцарилось недолгое молчание в ходе которого Уен пытался заземлиться и перестать воспринимать этот странный разговор серьезным. Получалось отвратительно, равно как и чувствовалось.
– И каково же состояние товара? Смотрю комплект не полный, - бегло окинув Уена констатировал Сонхва. Кумихо снова прижал уши к голове и негромко рыкнул.
– Можешь быть спокоен, товар высшего качества, все в наличии. Просто кое что мешает, - Хонджун кивком указал на ошейник на шее Уена и тот инстинктивно попытался спрятать его за воротом рубашки, как нечто постыдное.
– И дай угадаю, ты потерял ключ, - усмехнулся квартирмейстер, - Без скидки не обойтись.
– А знаешь, что, - протянул Хонджун, отворачиваясь от Сонхва и подмигивая притихшему Уену, - Не продам.
У того словно от души отлегло и он обратно выпрямил свои лисьи уши, но смотреть без подозрительного прищура на Сонхва не перестал.
Квартирмейстер улыбнулся.
– Может передумаешь? Он дорого стоит, даже с этим небольшим недоразумением, - отстраненный и холодный образ начал медленно таять, на его смену шло нечто новое и теплое, но пока что отдаленно.
– Именно, что дорого стоит - бесценный член моей пиратской команды, - уже без былого веселья в голосе твердо отчеканил Хонджун и Сонхва ему тепло улыбнулся.
– Ты невыносим.
– Повторяешься, Сонхва, - мгновенно отреагировал бывший старпом, и сел на пол, жестом пригласил и того сделать так же, - Продолжаем или можем нормально говорить? - спросил тихо, буквально одними губами.
– Минги стоит на стреме, как раз с едой, пока не спускается без ругательств можем нормально поговорить, - Хонджун согласно кивнул, - Приветствую, Уен, прости за все сказанное, но мне думается, Хонджун тебя немного ввел в курс дела. Я Сонхва, квартирмейстер этого корабля.
Мужчина просунул руку в клетку для рукопожатия. Несколько недоверчиво, осторожными шажками кумихо подошел ближе. Он не знал пока как на все это реагировать, особенно на резкую смену одного Сонхва на другого, более мягкого. И тут внезапно корабль качнуло, кумихо не устоял на ногах и чисто машинально схватился за предложенную руку. Что ж, сама судьба решила все за него.
– Неплохо, силы возвращаются, - отметил квартирмейстер, - Меч держать сможешь?
– Смогу, - самоуверенно заявил Уен, стараясь не вспоминать свой утренний позор с ложкой.
Сонхва кивнул каким-то своим мыслям.
– Есан со вчерашнего добавляет в твою еду какие-то порошки, говорит для скорейшего восстановления сил, - буднично заметил мужчина, на что получил утвердительный кивок от Хонджуна.
– Ему можно доверять, я уже говорил, - любезно напомнил бывший старпом.
Уен лишь согласно кивнул и сел позади. После мази, разговоров и прочего - он понял, что тот хороший человек. И ему не терпелось с ним познакомиться. А пока, приняв удобную позу и положив подбородок на руку, принялся с интересом вникать в разговор этих двоих.
Несмотря на заверение Сонхва, что могут говорить в открытую, Хонджун продолжал осторожничать. Ничего толком внятного не сказали, Уен даже успел несколько раз зевнуть. Пока его словно не ударило в поддых от одного единственно понятного слова, и то, слетевшему с уст Сонхва:
– Завтра.
Хонджун ничего не сказал, лишь довольно усмехнулся. И именно в этот момент послышался топот и недовольное ворчание сверху. Как и оговаривалось ранее - пришел Минги. Этот человек показался Уену огромным и коренастым, на его фоне Сонхва выглядел небольшим, а Хонджун и того крошечным. Только вот в отличии от квартирмейстера жутким не казался, на его лице написано добродушие, даже когда он пытался казаться опасным и страшным.
– Лучше бы Ян отправил Сана, а не тебя. Только и сидишь здесь лясы точишь, забыл даже о пайке узников! - продолжал громко возмущаться Минги своим низким голосом, что только больше забавляло Уена.
Внезапно ему в бок ударил локтем Хонджун, и головой указал на Минги, а рукой на шею.
– Посмотри что можно сделать, - успел вставить Хонджун, прежде чем настала очередь Сонхва разразиться бравадой.
Уен приблизился к прутьям решетки, позволяя канониру внимательно изучить ошейник. Будучи сосредоточенным на поиске замка, он успевал отвечать квартирмейстеру. Как только нашел, жестом попросил у Хонджуна отмычки и принялся за работу. Движения были четкими и быстрыми, но даже когда послышался долгожданный щелчок, ошейник не снялся, к огромному удивлению Минги.
– Он для таких как я, просто открыв замок не снять, - грустно заметил Уен.
– Разберемся, - коротко бросил Минги.
Они с Сонхва попрепирались еще некоторое время, а затем хитро подмигнув удалились, оставляя пленников одних.

Время до “завтра” тянулось мучительно долго. Одновременно хотелось и верить в лучшее, а с другой стороны сковывал страх, что все может рухнуть в одночасье. Хонджун уже как-то обещал свободу, а вышло все как раз совсем наоборот. Впрочем Уена это не слишком расстроило. Заточение вещь неприятная, а вот зародившиеся в ней дружеские отношения между странным человеком и не менее странным кумихо, доверившемуся человеку - вполне устраивали.
Ошейник с раскрытым замком тяготил шею неимоверно, то и дело, не зная куда приткнуть от волнения руки, Уен пытался его снять. Пальцы нащупывали странные символы о значении которых он только мог догадываться, но не знать наверняка.
– Перестань себя терзать ожиданием, - сказал Хонджун. Сам он представлял сейчас образец терпения и вел себя как обычно, - Лучше отдохни - силы понадобятся.
– Ты готовишь бунт, - заметил Уен, присаживаясь рядом, - И при этом остаешься таким спокойным, словно для тебя это обычная рутина.
Мужчина усмехнулся.
– О нет, я впервые подобное проворачиваю. И ты не поверишь как волнуюсь, ведь хочется обойтись без крови и лишних жертв. Не хочу руки марать, да и будет последней данью уважения Джи - как ни крути, он меня вдохновил на многие вещи, обучил всему, что знаю. Дал пинок в жизнь, так сказать. Хоть сейчас и скатился.
– Ты слишком мягок, - заметил кумихо, - Порой нужно показать зубы и когти.
Хонджун кивнул:
– Согласен, только ни Джи, ни Ян не заслуживают их сегодня. Быть может в будущем, если пересечемся по разные стороны, но явно не сейчас. Сейчас все должно пройти максимально быстро, тихо и красиво. Наш пиратский путь должен быть именно таким.
Уен улыбнулся. Ход мыслей человека странен, но ясен и приятен ему. Стать пиратом ради своих принципов - вроде и клеймо, а с другой стороны - честь.
Когда на палубе стало тише, шум шагов уменьшился, Хонджун превратился в ожидание. Он неотрывно следил за входом в трюм. Смотрелся при этом непривычно, больше не было того озорства или очевидного оптимизма. Вместо этого он был излишне сосредоточен и напоминал затаившегося зверя перед нападением.
Сверху послышался удар, за ним еще один и словно нечто тяжело упало на палубу. Уен в этот момент вздрогнул от неожиданно громкого звука, Хонджун же лишь растянул губы в довольной улыбке, обнажая своих внутренних демонов перед кумихо. Он конечно не считал себя плохим, но у каждого есть темная сторона и прятать её Хонджун никогда и не думал.
Дверь в трюм резко открылась, в проходе показался уже знакомый ранее Сан и человек которого Уен видел впервые. Наплевав на кудахканье элитных кур, мужчины быстрым шагом подошли к клетке с пленниками.
– Что-то вы громко, - заметил Хонджун.
– Были непредвиденные обстоятельства, - ответил тот чьего имени Уен пока не знал.
– Чонхо с ними разобрался немного в своем духе, - проворчал Сан, не глядя на слишком самодовольного парня рядом.
– Братья Чхве во всей красе, - только и выдал Хонджун, подавив смешок.
С замком на клетке Сан справился довольно быстро - просто перерубил мечом. Чонхо тут же подал Хонджуну руку, помогая выйти, а так же передал оружие специально взятое для него - меч и пистолет. С особой любовью бывший старпом провел рукой по рукояти, словно приветствуя, а после быстро засунул себе за пояс и на ходу бросил Уену:
– Не задерживайся здесь. Мы будем ждать вас наверху.
Кумихо остался с Саном наедине. Тот отчего-то мялся, не зная как правильнее подступить с насущным вопросом, отчего Уен не выдержал первым:
– Не знаю что там тебе мешает нормально коммуницировать со мной, но как видишь твой лидер жив, цел и уже убежал. Я его не съел, так лишь покусал немного. Поэтому давай уже выдавай что хотел и пошли, - он сделал осторожный шаг навстречу и чуть было не споткнулся о порог клетки. Не подхвати его Сан, лежал бы сейчас на полу.
– Спасибо, - пробурчал Уен, уже будучи на свободе.
– Я знаю как снять ошейник, - быстро выдал Сан и отвернулся, чтобы не видеть как вытянулось лицо Уена от удивления. И он уж точно не ожидал, что кумихо на него навалится со всей силы и уронит на пол, оказавшись сверху.
– Ты почему раньше не сказал? - спросил он глядя на ошарашенного моряка вплотную, - Всё, что хочешь делай, только убери эту мерзость с моей шеи! - и тут же уселся сверху, не подумав, что в таком положении Сан вообще сможет сделать хоть что-нибудь, кроме как залиться краской.
Мысленно поблагодарив за плохое освещение в трюме, Сан попытался выбраться из-под Уена, но тот, несмотря на общую слабость после заточения, держал крепко.
– Давай мы сядем нормально и я сделаю, пока наверху не понадобилась наша помощь, - взмолился Сан, как теперь настал черед Уена краснеть. Он быстро слез с мужчины и уселся рядом, стыдливо прижав свои лисьи уши. Извиняться вслух он и не подумал, а Сан и не требовал.
– Я надеюсь ты не прирезать меня решил? - ехидно поинтересовался Уен, хотя внутри все сжалось от страха, стоило лишь увидеть поднесенный к шее нож.
Сан не ответил, он был сосредоточен на ковырянии символов и от напряжения даже высунул кончик языка, что сделало бывалого моряка неимоверно милым.
Постаравшись расслабиться и перестать думать о близости лезвия, Уен просто дышал и считал про себя. Получалось отвратительно, сердце отстукивало просто бешенный ритм, а дыхание Сана было излишне напряженным. Внезапно почувствовал как руку повело, а затем мужчина тихо ойкнул - порезался. Но руку не убрал, словно плевать на кровь, надо выполнить задание. Металлический запах защекотал кумихо нос и в какой-то из моментов он не выдержал и громко чихнул.
– Будь здоров, - мгновенно отозвался Сан.
– Спасибо, - слова благодарности все же были знакомы Уену, и сейчас он как раз продемонстрировал их владение. Внезапно его взгляд упал на Сана, точнее его руки, и он не поверил своим глазам - видимо в момент чиха ему удалось снять ненавистный ошейник с кумихо.
– Это… - все еще до конца не веря, Уен протянул руку и коснулся холодного металла.
– Да, - подтвердил Сан и тут же снова был повален на пол от внезапно напавшего Уена.
На этот раз он просто крепко обнял и навалился всем своим худощавым телом, полностью отдаваясь чувствам. Эта поистине ядерная смесь из счастья, благодарности и любви ко всем причастным к освобождению, особенно к Сану. Не сдерживаясь, Уен даже поцеловал того в щеку, заставив бедного парня еще больше стать красным и заалеть, словно вареный краб.
– Спасибо, - прошептал дрожащим голосом Уен, из его глаз текли слезы радости, что он наконец полностью свободен, и ничего, кроме данных Хонджуну слов и личных моральных принципов его не сдерживает.
Вместо ответа, Сан лишь сильнее прижал его к себе, и случайно нащупал появившийся лисий хвост. Почему-то это заставило улыбаться.
Позволив себе немного времени предаться счастливым эмоциям, Сан все же прислушивался к тому, что происходило на палубе. Тишина была для них сейчас хорошим знаком, но долго она явно не продержится. И как бы не хотелось и дальше обниматься с благодарным кумихо, им уже стоило подниматься.

На палубе было малолюдно благодаря сгущающимся сумеркам, поэтому когда Чонхо с Хонджуном вышли из трюма, последний не щурился и лишний раз поблагодарил себя за находчивость и верное решение начать действовать в вечернее время. Рисково, ведь и его люди тоже устали за день, но именно на это и вся ставка - устанут абсолютно все и воля к сопротивлению будет несколько слабее.
Несколько матросов лениво расхаживали вдоль борта, не обращая внимания ни на Чонхо, ни на внезапно появившегося бывшего старпома рядом. Взгляд их был несколько затуманен, они постоянно то и дело зевали.
– Есан на кухне - явно был ниспослан богами, - довольно прошептал себе под нос Хонджун, заставляя Чонхо нахмуриться и недовольно поджать губы.
– Давай не будем про Есана в роли кока… - прошептал боцман, пытаясь заглушить в себе желание креститься и прочитать молитву богам, чтобы выжить, - Мы с ним уже который день живем, все резко верующими стали. Опять.
Хонджун отмахнулся, его каша с мясом которую приносили каждый день вполне устраивала, даже вкус был. И чувствовал себя не плохо, как бывало ранее от готовки Есана. Хотя до этого команда просила больше не ставить Хонджуна за плиту, теперь у них явно новый фаворит.
– А говорили я плох в готовке, - не преминул шансом съязвить бывший старпом.
– Ты ужасен, но оказывается есть куда стремиться. Если что, вам готовил Сан.
– Потом его поблагодарю, - быстро кинул Хонджун и юркнул за один из ящиков, ведь на горизонте показался Ян.
Старпом был не в лучшем расположении духа, прицепился к юнге, лениво вырезающим фигурку личным ножом, затем пнул сложенные канаты у трапа, наорал на выглянувшего на крики Минги, за что в ответ был послан куда подальше. С одной стороны Хонджуну было весело наблюдать за Яном у которого жизнь пошла наперекосяк после назначения, с другой же - жаль ни в чем не виноватых матросов на его пути. Только если те и были невиновными.
– Прячешься?
От неожиданности Хонджун аж подпрыгнул, но ни звука не издал. Рядом оказался невесть откуда взявшийся Юно.
– Нет, воздухом дышу и не хочу, чтобы мне Ян помешал в наслаждении, - съязвил Хонджун, продолжая посматривать за старпомом. Теперь тот прицепился к двоим сонным матросам. Нарушение устава вроде как и на лицо, а с другой стороны время вечернее, выставлены дежурные, от этих двоих ничего не требуется.
– А сегодня ночь ожидается прекрасной, - мечтательно протянул Юно, садясь спиной к бывшему старпому и вытягивая ноги вперед.
– Доложи обстановку, - просит Хонджун, немного выдохнув, завидев, что Ян развернулся и пошел в другую часть корабля доставать людей там.
– Ну мы выяснили, что кроме нас никто в пираты подаваться не собирается. Есть нейтральные - пообещали нам, что не будут вмешиваться в случае бунта, но лучше обеспечить им алиби. Кто за Хвана сам знаешь. Ян вроде и сам по себе, но и он уже двух подхалимов себе приобрел, которые ходят и шикают на всех, кто обмусоливает слухи о нечеловеческой природе. Половине Есан подсыпал снотворное - тут святой жребий, кому как повезло. Так что все должно пройти не плохо.
Хонджун кивнул. Теперь надо немного подождать.
Двое сонных матросов уже удалились в общую каюту, Яна снова позвал к себе капитан - видимо обоим повезло не попасть на снотворное. Но на это Хонджун особо и не рассчитывал, для него было важно чтобы те знали за что и видели как он лично забирает корабль, а не внезапно проснулись в шлюпке посреди моря.
Пути обратно уже нет, и не будет. Они выбрали стать пиратами и теперь сами устанавливают правила. Хван хотел наказать, выставить в качестве примера в поучение. А вышло все совсем иначе.
А пока, важно, захватить корабль тихо и желательно без лишней крови, и уж тем более смертей.

Сан с Уеном вышли из трюма воровато озираясь по сторонам. К тому времени сумерки полностью захватили корабль, а матрос отвечающий за фонари куда-то запропастился.
Уен с интересом все разглядывал вокруг. Как и сказал ранее - это его первый раз на корабле. Сан же только попросил быть аккуратным, особенно возле перил - легко оказаться за бортом. На что его тут же заверили, что прекрасно умеют плавать.
Уши и хвост Уен спрятал стоило ноге ступить на лестницу, он не знал как на него отреагируют матросы, завидев на палубе чужака, а силы полностью не восстановились - следует быть осторожным.
Особо не скрываясь, стараясь вести себя как обычно, Сан провел Уена к оружейной где их уже ждал Минги. Увидев, что на том нет ошейника, канонир аж расцвел и счастливо похлопал кумихо по плечу. Немного не рассчитал силы, потому как от простого дружеского жеста, Уен скривился, а после согнулся от внезапно стрельнувшей боли в спине.
– Прости, я не специально, - виновато протянул Минги, опустив глаза.
Держась за Сана в качестве опоры, Уен поспешил заверить, что тот не виноват в его состоянии и все пройдет, нужно только чуть больше времени. Да и теперь ничего не сдерживало сущность кумихо, поэтому придет в норму быстрее, чем если бы был человеком или оставался с той гадостью на шее. Еще несколько дней потерпеть и все будет в порядке, заточение останется лишь горьким и болючим воспоминанием, не более.
– Ты сможешь сражаться при случае? - немного нерешительно поинтересовался Минги, мысленно прикидывая что лучше дать лису для самообороны. Много от него не ждали, равно как никто и не обманывал себя, что тот останется в стороне, спокойно переждав бунт.
В глазах Уена читалось пламя, которое жаждало отомстить за унижение, жизнь в клетке и игнорирование его личности, которую обесценили, сделав обычной зверушкой, которую легко продать на рынке, не почувствовав угрызений совести. Жаль он не запомнил охотников словивших его, не запомнил того купца, который продал, а после поручил Хвану перевезти к какому-то богатею. Хитрые мрази, завязавшие глаза, а после лишившие возможности сорвать повязку, заведя руки за спину. Но ничего, их настигнет кара, обязательно, а пока час расплатиться с капитаном.
– Даже если потеряю меч, мои когти и зубы останутся со мной, - твердо ответил Уен, выпрямляясь, но все еще будучи поддерживаемым Саном, - Ты предлагай, а там посмотрим, мечом я владею, можешь не переживать.
Минги утвердительно кивнул и пошел в свой уголок, где отобрал несколько вариантов оружия. Часть он сразу же отмел как непригодную по причине состояния Уена. Да и сам парень не казался ему сильным, хоть и знал о природе кумихо, нутром чуял, что тяжелый меч или сабля явно будут ему не по духу. Ему подойдет что-то более легкое, элегантное, потому как видно по самому Уену, что он не будет идти напролом с мечом наперевес. В нем виделась некоторая элегантность, пластичность, где больше внимания уделялось технике и точности удара. Именно поэтому на ящик перед Уеном легло несколько лёгких мечей и кинжал. Последний был абсолютной спонтанностью, взятой словно на всякий случай. И именно к нему первому потянулся Уен.
– Хорош, - коротко сказал, пробуя как клинок лежал в руке, а после на баланс, - Не плохая работа.
Минги заулыбался еще шире. Конечно не плохая, ведь он лично занимался закупкой оружия и выбивал у Сонхва баснословные суммы, за которые потом влетало и квартирмейстеру, и старпому, что не сумел отговорить, и ему, в том числе, от жадного Хвана.
Меч Уен выбирал долго, и как бы его рука не тянулась к одним, состояние диктовало свои условия. Поэтому остановился на двух, с которыми и сделал несколько взмахов для понимания.
– Его беру, - указал Уен на первый меч, потирая занывшее плечо, - С ним меньше мороки будет. И кинжал возьму - мало ли вдруг пригодится.
За спиной за все время фыркнул Сан.
– Я прикрою тебя, поэтому можешь не волноваться, - пообещал штурман.
Уен слишком по лисьи фыркнул и снова вернул свои уши с хвостом. Подошёл к Сану, положил ему на плечо руку и хитро заглянул в глаза:
– В этом я точно не сомневаюсь и не волнуюсь, но мне это требуется для личного спокойствия, - хвост разошелся не на шутку, - Когда меня схватили, то ничего с собой не было. Не знаю, помогло бы избежать рабской участи или нет, но так возможностей было явно больше.
Сан внезапно загреб его в свои объятия, вскоре присоединился и Минги. Они не знали, что пережил Уен, и не могли знать, ведь их жизнь оказалась другой, они сами выбрали свой путь в жизни и никто никогда не покушался на их свободу.

Когда Ян снова вышел из капитанской каюты, то кроме дежурных матросов никого не застал на палубе. Подозрительно тихо все было вокруг, нет привычного гомона из общей каюты, игры в карты на ящиках у мачты. Корабль словно вымер.
– Где все? - обратился старпом к дежурному, на что получил нечто невразумительное, мол все так сегодня устали, что спать пошли.
Проверять эту версию Ян не стал, и так понятно все по едва слышному из-за двери храпу. В итоге, к испорченному капитаном настроению добавилась еще и паранойя, что не может быть чтобы абсолютно все матросы устали, даже врач, который кроме готовки не занимался привычной тяжелой работой на судне.
Есан нашелся в своем лечебном отсеке перебирающем какие-то свои лечебные порошки. На старпома глянул быстро и вновь вернулся к своим делам.
– Игнорируешь? - зло поинтересовался Ян, но не получил никакой реакции. Есан знал, что незаменим на корабле. По крайней мере пока они не доберутся в пункт назначения так точно.
– Не вижу смысла реагировать на тебя в свое нерабочее время, - холодно сообщил врач, - Если что-то болит - попей воды и иди спать, утром если не пройдет - придешь.
Ян закрыл дверь и встал сцепив руки на груди.
– Лучше скажи ты мне, почему матросы внезапно уснули в столь ранний час? - он прищурил глаза, - Ты на этой неделе за кока и мог подсыпать все что угодно в еду.
В ответ Есан лишь широко зевнул.
– Иди проспись, старпом, тебе всюду заговоры мерещатся. Хочешь дам успокоительное? А то ты сам не свой уже которую неделю, вон на людей все срываешься. Твоему предшественнику же помогло, - он намеренно не называл Хонджуна по имени, зная, что он вечно психует от одного упоминания.
После слухов о нечеловеческой природе старпома Нина, подрыве былого доверия у капитана Хвана, он был темнее самой черной тучи. И если бывшего старпома с лисом трогать запретили, то приходилось отыгрываться на остальной команде.
– Помогло загреметь за решетку, вместе со зверем, - холодно процедил Ян, продолжая сверлить взглядом Есана, - Я не верю твоему объяснению, звучит как полный бред.
Есан пожал плечами, ставя последнюю баночку в ящик и запирая его.
– Как по мне полный бред несешь ты, - он снова зевнул, но на это раз получилось несколько неестественно.
Резким движением Ян выхватил из-за пояса меч и приставил острием к горлу врача.
– Где Хонджун?
Медленно переведя взгляд с меча обратно на старпома, лекарь спокойно, даже как-то слишком, ответил:
– Мне откуда знать? Был в клетке с кумихо в трюме, я к ним доступа не имел.
Действительно, Есана никто никогда у трюма не видел, но это не говорит ровным счетом ничего. Он общался с остальными, его могли держать в курсе. Хван слишком наивный, раз подумал, что бывшие соратники принесут тому больше боли одним лишь своим видом. Или, что ещё больше, беспрецедентно предали своего обожаемого лидера.
– Где Сан? Сонхва? - меч старпом опустил, но стал судорожно думать что они могли учудить.
На этот вопрос лекарь ответить не успел, снаружи донесся странный шум, заставив старпома в спешке выбежать на палубу, оставив довольно улыбающегося Есана.
Тот не спеша закрыл все шкафчики с лекарствамм на ключ и открыл личный. Внутри лежала пара коротких клинков, как их называл Минги - кинжалы-переростки. Длинное оружие ему не нравилось, зато именно эти ребята помогали отстаивать во время стычек свою жизнь и доказывать насколько неправы были нападающие. Пираты в этих водах, к сожалению, частое явление.
Закрепив на поясе клинки, Есан вышел на палубу, ему не хотелось пропустить все веселье.

Шум доносился у носа корабля, именно туда и поспешил Ян, но был безжалостно уронен канатом под ногами. Растянувшись во всю длину, он ругался абсолютно на всех: капитана, матросов, дозорных, даже Хонджуну с кумихо досталось.
– Сильно ушибся? - сочувствующий тон именно то, чего Ян вовсе не ожидал услышать. Даже парочка его подхалимов никогда так себя не вели, зная, как тот ненавидит сочувствие и жалость к себе.
– Отвяжись, - грубо ответил Ян, поднимаясь на ноги, как внезапно до него дошло от кого сквозило этим самым сочувствием, - Ты… - прорычал старпом, глядя на довольно ухмыляющегося Хонджуна рядом.
На пленника он не походил - руки свободны от оков, и все так же светился самоуверенностью, которая так сильно раздражала Яна.
– Как ты выбрался из клетки?! - процедил старпом, подбирая меч, - Впрочем не отвечай, ни слова твоему не поверю, что сам без помощи твоей так называемой “семьи”. Предатель ты и все они! - он плюнул себе под ноги, не скрывая отношения к тому.
– Ну раз мы предатели, то ты больше можешь не скрывать свою нечеловеческую сущность, Ян. В этом больше нет смысла, - слишком спокойно сказал он, держась излишне расслабленным, - Я реквизирую этот корабль, поэтому попрошу без лишних сцен в шлюпку и на все четыре стороны. Только своего ненаглядного Джи Хвана подождать придется.
– Он не мой ненаглядный и я человек, - зло прошипел мужчина, наставляя меч на грудь Хонджуна, - И как именно ты реквизируешь корабль? Ты один, твоего нового дружка нелюдя не видно.
Хонджун лишь загадочно ухмыльнулся, а затем без предупреждения достал пистолет из-за пояса и выстрелил им вверх. Вышло несколько пафосно, но Ян и без того был раздражен и зол, поэтому не разделял довольства бывшего старпома. Матросов на корабле явно больше, чем двое пленников, поэтому какой захват? Он совсем в клетке сошел с ума, раз считает, что у него все получится. Еще и шумит намеренно - зрители нужны?
На громкий звук стали выходить матросы, большинство заспанные, они терли глаза и не понимали что происходит. Другие хоть и более бодрые, но все равно уставшие и не особо понимающие что происходит. Бывшему старпому большая часть не удивилась, они знали насколько тот невозможный.
– И к чему все это, Хонджун? - процедил Ян, - Тебе зрителей не хватало? Ты же в меньшинстве, пират недоделанный!
Хонджун его не слушал, он смотрел в сторону капитанской каюты, но Хван видимо был занят какими-то своими делами. Окинув взглядом людей, он с облегчением заметил Чонхо, стоящего неподалеку в тени мачты, Юно у ящиков, играющим с ножом в руках, Минги вместе с Есаном стояли возле оружейной. Не видно только Сонхва и Сана с Уеном. Где первый он догадывался, а вот те двое его немного волновали, потому как кумихо хоть и рвется в бой, тело еще слабо. Если все пойдет не по плану, то останется уповать лишь на здравый смысл Уена и силу Сана.
– Я Ким Хонджун, - игнорируя Яна, громко начал мужчина, - Все вы знали меня как старпома на этом корабле. Но настал час перемен!
– Заткнись, полоумный, - шикнул на него нынешний старпом, порываясь подойти ближе и заткнуть тому рот. Желательно навечно, он уже был в том состоянии когда готов нарушить ту грань и творить самосуд.
Но Яна никто не собирался слушать, Хонджун продолжал вещать матросам новое бытие, предлагая примкнуть к нему или спокойно уйти, ведь с этого момента корабль больше не находится под командованием капитана Хвана и перестает считаться торговым. Те кто хочет остаться должны спросить себя готовы ли они стать пиратами или спокойно уйти с остальными, продолжая работать на стороне закона.
– Говоришь столь убедительно, словно у тебя есть команда, - холодно заметил Ян.
– В отличии от тебя, у меня есть не просто команда, а семья, которая готова идти за мной, - в голосе уже не слышалось былого веселья, Хонджун стал серьезным. От резкой смены настроения и поведения нынешнему старпому стало не по себе.
Перед ним сейчас стоял не бывший старпом корабля, а человек, готовый нести ответственность за свои действия, слова и поступки. Тот лидер, каким должен был быть Хван, но не стал.
– Ты сейчас один здесь, - Ян обвел вокруг свободной рукой, - Хонджун, ты явно бредишь! Давай пойдем вместе к Есану, пускай осмотрит тебя, а там тихонечко вернемся обратно в трюм, - он отказывался верить, что тот в здравом уме, хотя и видел обратное.
– А он и не один, - послышался голос рядом.
Чонхо вышел из тени мачты и подошел к Хонджуну. Следом за ним подошли Юно с Минги и Есан. Все встали позади своего лидера. Матросы начали перешептываться, пошел осторожный слушок и нерешительные движения в сторону шлюпок. Ян с ненавистью смотрел в их сторону.
– Трусы! Вы просто трусы! Где ваша решительность? Осталась на берегу? - Ян открыто психовал, его окончательно довели, но здравый смысл пока что его не покинул. Рядом с ним оказалась та самая пара приспешников, которые работали лишней парой ушей и глаз. Один из них неистово зевал и едва мог держаться на ногах, про оружие и говорить не стоило. И все же, упорно борясь с сильной сонливостью, был готов постоять за старпома.
– Да нет, они вполне здравомыслящие люди,- бросил Юно, продолжая поигрывать ножом, - Им дали пищу для размышлений, сейчас предложили выбор. Вот и все.
– Мы не хотим проливать кровь невинных, - поддержал друга Есан, скрещивая руки на груди.
– Учитывая сколько времени прошли вместе, это было крайне некрасиво, как минимум, сражаться с сослуживцами ради этих досок с краской, - закончил за всех мысль Чонхо.
– Поэтому успокойся, Ян, - пробасил Минги, заставляя того вздрогнуть, - Ты тут словно один жопу рвешь.
– Видишь Ян, - спокойно начал Хонджун, - Я не один, чего не скажешь про тебя.
В глазах нынешнего стапома горел огонь ненависти, и он уже пожалел сотню раз, что нельзя им никого сжечь. Зато у него в руках был острый клинок.
Не размениваясь на лишние слова, Ян кинулся на Хонджуна, его прихвостни попытались повторить за ним, но Юно и Минги быстро встали у них на пути и преградили путь, приставив острие к шее, сзади достаточно проворно оказался Чонхо. Этот бой они уже проиграли, даже толком не вступив. У остальных матросов хватило благоразумия не вступать, поэтому просто молча стояли и наблюдая за странным опасным танцем бывшего и нынешнего старпома.
Хонджун уходил от многих резких выпадов, словно играючи. Шел легко и непринужденно, будто и не было тех долгих недель проведенных в клетке. Но Яну хотелось большего, а так же скорее закончить весь этот бессмысленный бунт. Без лидера его “семья” явно не решится продолжать это все и сойдет в ближайшем порту. Если будет хорошее настроение, то даже без последствий.
– Прекрати, пока не поздно, - попытался достучаться Хонджун, вновь отбивая удар того.
Ян оскалился и вместо ответа снова яростно его атаковал. Стараясь не давать передыху противнику от своих ударов, он слишком сильно поддался своей злобе и это стало для него огромной ошибкой. После очередного уворота, старпом не заметил подножки от Хонджуна и снова упал. Но на этот раз, ему никто не предложил руку, лишь острие меча уперлось в грудь, стоило ему перевернуться на спину.
– Ты проиграл, Ян, - в голосе Хонджуна не было удовольствия от победы, злорадства или праздности. Он просто констатировал факт, от которого Яну стало еще больше тошно.
– Да пошел ты! - зло бросил тот и остался лежать. Меч лежал неподалеку, но дотянуться до него не мог.
Матросы стали понемногу расходиться, кто пошел к шлюпкам, кто в общую комнату за вещами. В итоге их всех заставил замереть внезапный голос капитана.
– Что здесь происходит?! - Хван стоял в дверях своей каюты и обводил взглядом все происходящее вокруг. Позади него показалась макушка Сонхва.
На несколько секунд на корабле воцарилась тишина, что слышно как об борт бились волны.
– Я ещё раз спрашиваю: что здесь, черт вас бы побрал, происходит?! - капитан находился в не менее отвратительном настроении, предстать старпому.
– Ничего такого, просто реквизирование корабля с последующим выселением матросов, Джи, - спокойно и в несколько расслабленной манере сообщил Хонджун. Меч от Яна он убрал, но прятать тот за пояс не спешил. Мужчина воспользовавшись моментом увернулся и сбежал за спины матросов, полностью скрываясь от глаз всех.
Капитан корабля прошел вперёд, люди расступались перед ним, создавая подобие живого коридора. Сейчас он внушал страх, тот самый животный, от которого тряслись поджилки внутри и непроизвольно начинали дрожать колени. Джи никогда не был столь импульсивным как Ян, даже когда напивался оставался в образе собранного человека. Но это не говорило ровным счётом ничего касательно его жестокости в моменты искренной злости. Как сейчас.
– Прекратил это цирковое выступление, Хонджун, - холодно отрезал Хван, - Ты не способен провернуть это все в одиночку, - тут он увидел позади бывшего старпома его друзей, к которым еще присоединился и Сонхва. Его лишь удостоил более долгим презрительным взглядом, чем остальных - намеренно задержал в каюте своими срочными разговорами про счета и отчеты, - Пускай так, но вас недостаточно для полноценного мятежа. Кончай дурить, Хонджун, ты больше здесь никто.
В ответ достался лишь смешок.
– Это не мятеж, Джи, - Хонджун называл его по имени, чего никогда ранее не делал, - Это небольшой бунт, который почти завершён. Ян повержен, осталось лишь уговорить уйти тебя.
– Неужели этот нелюдь стоил всей твоей карьеры? - в голосе капитана показалось искреннее удивление, - Он же даже не человек, зверь, а ты видишь в нем равного. Ладно рабы, но и здесь можно обмозговать и выбрать сторону. В твоём возрасте я также был наивен, а сейчас понял, что все решается лишь золотой монетой.
Хонджун с ненавистью сжал рукоять своего клинка, но больше ничего не сделал. Он смотрел на знакомого ему много лет человека и не узнавал его. Это чужак, который умело обманывал его столько времени, прежде чем сумел избавиться от пелены перед глазами. А может, тот знакомый ему капитан торгового судна Джи Хван и не существовал никогда?
– Уен не зверь и никогда не был им, - холодно процедил Хонджун сквозь зубы, - Зато тот ещё хитрый мерзкий вертлявый лис Ян Нин, старпом монстра, именуемым себя капитаном Джи Хваном. Вы оба не люди, и я сомневаюсь, что когда-либо ими были.
Это ударило похлеще чем удар под дых, капитан подавился воздухом от наглости строптивого юнца.
– Схватить его! - выдавил приказ Хван, краснея от переполнявшего гнева. Но никто из матросов не двинулся, даже прихвостни Яна и то остались стоять на месте, несколько рассеянно переводя взгляды от капитана на бывшего старпома и обратно.
– Выполняйте приказ! - снова громко рявкнул Хван, но ничего не изменилось.
– Люди сделали свой выбор и теперь вправе наблюдать за кем будет идти правда, - спокойно, со всей учтивостью и рассудительностью, сказал Сонхва, кладя руку на рукоять меча у себя на поясе, - Хотя они и так знают, просто ждут.
– Просто ждут, когда ты, Джи Хван, заткнешься и сядешь в чёртову шлюпку, - холодно добавил Хонджун, - Я не собираюсь лить кровь понапрасну.
– Хреновый же из тебя в таком случае пират, Ким.
Хван резко вытащил пистолет и практически не целясь нажал на курок. Внезапно из ниоткуда появившийся Уен, сбил прицел и капитан попал в мачту. Он действовал осторожно, но в то же время быстро, с ловкостью и грацией подходящей больше не кумихо, а человеческому аристократу. Слишком правильно, но с безрассудством, подобающем его звериной сущности. Тяжело дыша, словно эта выходка забрала у него как минимум половину сил, Уен стоял согнувшись пополам, но при этом исподлобья смотрел на капитана с ненавистью во взгляде.
– Уён, пожалуйста, только не переусердствуй! - крикнул Хонджун.
Его сердце в груди бешено колотилось, руки дрожали. Не подоспей Уен, все могло обернуться достаточно плачевно. Как бы то ни было, Хван всегда стрелял метко, и от этого знания Хонджуну стало еще хуже. Будучи самоуверенным, он забыл про эту важную деталь и сейчас пожинал плоды. Сонхва, завидев в каком состоянии лидер, подошел ближе, положил руку на плечо и уже открыл рот для вопроса, как его прервали легким движением руки:
– Я в порядке, мне нужна минута, следите за Уеном.
Кумихо никак не отреагировал на слова Хонджуна, лишь злобно усмехнулся, выровнялся, стараясь не придавать внимания нарастающей боли в спине, перехватил поудобнее клинок и сделал резкий выпад, выбивая из руки Хвана пистолет, отбрасывая его каким-то образом за борт. Следующий удар уже был не таким быстрым, поэтому человек легко сумел его парировать. Несколько раз Хван уходил в защиту, уворачивался, наблюдая за техникой, пробуя соперника, чтобы потом в один момент самому начать нападать. Слабость Уена играла с ним злую шутку, а не пришедшие до конца в порядок мышцы подводили своего владельца по полной. Он мысленно себя ругал за то какой деревянный, слышал в голове ворчание учителя, только не тихонький голос здравого смысла, что он и так хорош для всей той ситуации в которой оказался.
Резким ударом, Хван выбил меч из руки Уена, а после еще плашмя ударил по запястью, заставив того зашипеть от внезапной боли.
– Какая непослушная зверушка, еще и зубы показывает, - ехидно протянул Хван, вновь скользя оценивающим взглядом по Уену, - Вроде и воспитали, а учтивости и услужливости никто не обучил.
Слушать подобные речи было мерзко и терпеть их кумихо не собирался.
– В отличии от тебя, меня воспитали достойным человеком в обществе. Что до моего статуса и образования, - Уен превозмогая так некстати начавшуюся острую боль в спине, выпрямился и посмотрел на него с холодным презрением, - То можешь быть спокоен - тебе не светит. И то, хватаясь за любую работу которую предложат, быть может твои правнуки и сумеют приобрести хоть какой-то титул, но сомневаюсь, что из них выйдут путные аристократы с таким-то наследием.
– Ты… - прорычал Хван, глядя на слишком довольно ухмыляющегося Уена, который словами ранил сильнее, чем оружием, - Говоришь с таким бахвальством, словно такой безродный щенок что-то понимает в высших слоях общества! Тебя продали графу! Но зверюшке не положено хозяйское положение.
Уен подавил смешок.
– Мне плевать на графский статус какого-то богатея-извращенца. У меня есть свой, и мне достаточно заявить, что некто незаконно удерживал среднего сына барона Чона в клетке, а еще продал его на черном рынке, как раба, зверушку на потеху самолюбию. И да, какой кошмар, капитан Хван оказался соучастником во всей этой плохой истории.
Капитан побледнел.
– Ты блефуешь! Кумихо не может быть аристократом! Тебе никто не поверит!
Уен только собирался ответить, как внезапно сзади на него набросился Ян. Одной рукой зажал рот, другой приставил к горлу нож. Хонджун дернулся к нему, но старпом лишь сильнее прижал лезвие к шее - выступила тонкая полоска крови.
– Ян, не глупи, - осторожно и вкрадчиво начал говорить Хонджун, меч он уже спрятал обратно в ножны на поясе, - К чему все это? Что тебе даст его смерть?
– НЕ ПОДХОДИ! - старпом сильнее сжал рукоять меча и отступил на пару шагов назад, Уен был вынужден плестись за ним. Слабые руки не помогали ослабить крепкую хватку мужчины, поэтому пришлось временно подчинить обстоятельствам. Краем глаза заметил в тени ящиков Сана, он был явно ближе Хонджуна и самое главное - его никто не заметил. Боцман умело пользовался тенью и скрывался в ней, словно был её частью. Но Уен сомневался, что даже он успеет до него добраться раньше, чем Ян перережет глотку. И Сан тоже это понимал, поэтому стоило ждать.
– Вот видишь, Хонджун, - начал Хван, - Все в момент может обернуться иначе. Ты не можешь предусмотреть абсолютно все, - он подошел к Уену и приподнял его подбородок, - А ты у нас получается благородных кровей. Что ж, тогда тот граф должен будет докинуть за тебя золотишка.
Внезапно Уен ударил Хвана между ног коленом, заставив согнуться пополам. Воспользовавшись этой заминкой, локтем ударил Яна и вывернулся из его захвата. Тут же подоспели Хонджун с Саном. Пока Хван скулил от боли, прикрывая пах и проклиная все на свете, в частности одного лиса, Уен сумел повалить Яна. Теперь была очередь кумихо приставить к шее лезвие кинжала. Ногой он упирался в правую руку старпома, на левой тот лежал.
– Ну давай, не сдерживайся, - протянул Ян с нескрываемой ненавистью, - Плевать в каком обществе ты рос, зверь всегда остается зверем!
Руки Уена дрожали от напряжения, сам он боролся с желанием поддаться искушению надавить чуть сильнее, пустить кровь, а потом со всей ненавистью тому глотку, отомстив за свои страдания. Этот человек, а в том что Хонджун его специально оговорил сомнений не было, ничуть не лучше капитана, но смерть для таких будет слишком простым выходом. Пускай живут, мучаются.
Мучаются…
Эта мысль была слишком внезапной и в то же время соблазнительной. И если капитана он и так осадил, то с Яном разберется иначе.
– Сан, - Уен не кричал громко, просто тихонечко его подозвал и тот пришел. В руках держал веревку, но не она требовалась кумихо, а один ненавистный кусок железа, который штурман зачем-то взял с собой из трюма.
Холодный кусок металла неприятно холодил руки, но больше от болезненных воспоминаний, которые вряд ли быстро пройдут. Зато на их место можно создать новые, чем Уен собственно и занялся.
– Ты что творишь?! - кажется за эту ночь Ян впервые столь сильно испугался, - Я не животное!
– Я тоже, - холодно ответил кумихо, защелкивая на шее старпома ошейник, - Тебе идет.
Уен встал с ошарашенного мужчины, не без помощи Сана, позволяя старпому ощупать свою шею. Ошейник настолько выбил его из реальности, что он даже не сопротивлялся, когда его подняли на ноги, а после заломили руки за спиной. Ян не верил в происходящее, он был абсолютно потерян, а Уен слишком хорошо и быстро вязал. Спрашивать туго или терпимо даже не собирался, поэтому протянул еще раз, чтобы потом тот кто будет его освобождать тоже помучился с узлами.
Тем временем Хонджун успел разобраться с капитаном, не без помощи Минги, его тоже связали и успели отвести в одну из шлюпок. Матросы достаточно быстро собрали свои пожитки и разошлись, ничего не сказав. Лишь двое, что были всегда с Яном, бросили косые взгляды на Уена и презрительный Хонджуну, а после взяли своего лидера и увели за собой. Просить ключ или отмычку даже не посмели, да и лишний раз не хотелось позориться.
Все проделывалось в звенящей тишине, где каждый предавался своим мыслям, обдумывая происходящее. Несколько нереальным казалось столь быстрое завершение бунта, весьма послушные матросы, которые впервые за службу слушались идеально, и … Что все действительно обошлось без кровопролития. Хотя Уену немного и досталось, но благо, все обошлось. Не иначе как само море благоволило новоявленным пиратам.
Когда шлюпки были спущены, Юно рассказал куда плыть, а после весьма довольно сообщил, что карты лежат под лавками и вообще, у них есть талантливый картовед - не заблудятся. Сан добавил, что земля не далеко, в полудню доберутся, а если заблудятся, то бояться не стоит - здесь часто ходят торговые или военные судна. Кто-нибудь да подберет их, а заодно и выслушает слезливую историю про ужасный и мерзкий бунт - последнее ехидно сообщил уже Уен не сдерживая довольной улыбки. Ему больше всех не верилось в происходящее. Казалось, что это сон. Красивый прекрасный сон-сказка, где злодеи наказаны, а главные герои вольны выбирать чем заниматься дальше, впредь ни от кого не зависев.

Хонджун медленно ходил по палубе, то и дело касаясь всего подряд. Он будто пытался заземлиться таким способом, осесть чтобы окончательно принять эту новую реальность. Остальные расселись на лестнице ведущей к штурвалу, над капитанской каютой и смотрели куда-то вдаль. Усталость постепенно брала свое, адреналин в крови утихал, тело просило отдыха, даже если они физически и мало потрудились.
Начинало светать.
– Капитан, какие указания? - устало поинтересовался Чонхо, стоило Хонджуну подойти к ним.
От неожиданно громкого голоса рядом новоиспеченный капитан даже подпрыгнул, отчего боцман разразился заливистым смехом, и его тут же подхватили остальные.
– Спать идите, новоявленные пираты, - с улыбкой сказал он, - Только самого бодрого попрошу остаться на дежурстве - осторожность нам не помешает.
Самым бодрым внезапно оказался Сан. Среди всех именно ему удалось избежать дневной работы, поэтому даже успел вздремнуть в вороньем гнезде - Ян туда не лазил, высота его пугала. В компанию к штурману хотел напроситься и Уен - ему было всё интересно, но Хонджун с Есаном единогласно воспротивились, как капитан и врач они сошлись в едином мнении касательно кумихо - ему восстанавливать силы было нужно, еще успеет со всем.
Пока команда не разошлась, Хонджун решил закрыть все вопросы и на всякий случай уточнить у Уена, не передумал ли он. Новая информация о его высоком происхождении внесла некоторые сомнения. Ну не верилось, что так просто можно отказаться от своих привилегий и по сути начать жизнь заново, да еще и на пиратском корабле.
– Ты не передумал, Уен? - Хонджун сел рядом, - Мы теперь вне закона, а ты сын барона…
Кумихо положил палец тому на губы, заставляя замолчать.
– И не подумаю, - заявил тот, - Я средний сын, да еще кумихо, у меня больше развязаны руки во всем этом, чем у братьев. Поэтому отец не расстроится, а вот младший брат обзавидуется, - он излишне довольно ухмыльнулся самому себе, представляя лицо брата, - Так что можешь не волноваться. Только напишу отцу и расскажу, что случилось и пускай сам решает: будет искать тех гнид укравших меня или жизнь сама с ними разберется лучше любого правосудия. А вот что касается тебя, капитан Хонджун, - он прищурился, - Ты говорил что найдешь мне работу на корабле - я жду полного списка вакансий.
Хонджун в открытую улыбался. Не зря он рискнул всем ради странной живой диковинки в трюме. Но он не успел и рта раскрыть, как Сонхва оказался быстрее.
– У нас только с коком проблема, - задумавшись сказал он, - Я не знаю учат ли баронов куховарить, но думаю что тебе придется научиться - все посменно несем вахту на кухне.
– Да, – подтвердил Есан, – Сейчас как раз моя очередь.
После этого счастливого заверения врача, все разом приуныли и потупили взор. Никто не хотел есть блюда Есана, никого не прельщала возможность провести незабываемое время в лазарете. Насколько он был хорош в своем лекарском ремесле, настолько плохо готовил. Хотя сам проблемы не видел, ему было нормально.
– Вообще-то я неплохо готовлю, - обиженно протянул Уен, - Моя семья немного испытывает финансовые трудности, а так как на учебе экономить нельзя, у нас мало слуг, поэтому прибираемся и готовим сами. Одна кухарка не справляется с целым поместьем, вот мы с мамой и помогаем. То есть помогали. И научились. Братья тоже умеют готовить, но я лучше.
В глазах новоявленных пиратов зажглась надежда на не просто съедобные, а ещё и вкусные блюда. Уену даже показалось, что Юно поднял взор в небо и сложив руки в молитвенном жесте, едва слышимым шепотом начал благодарить бога за такой подарок свыше.
– Принят! - сказал Хонджун, - Теперь все спать, бегом!
Нехотя парни начали вставать с насиженных мест и идти в сторону общей каюты где сейчас было слишком просторно. Уена взял на свое попечительство Есан, потому как его до сих пор беспокоило его состояние. Благо царапина на шее уже успела затянуться и напоминала о себе тонкой розовой полоской.
– Подождите, - внезапно остановился Уен и посмотрел на Хонджуна, все ещё сидящего на ступенях, - Ты мне ещё кое-что задолжал!
Мужчина удивился, по его мнению все вопросы уже были закрыты, а новые он пока не придумал.
– Поясни.
Уен скрестил руки на груди:
– Ты говорил, что я не единственный с особенным происхождением, которого ты знаешь. Так же говорил, что он находится на этом корабле, - после этих слов он вернул свои уши и хвост, - Ян человек, ты специально его оговаривал. Есан знает об особенностях таких как я не из книжек, а из практики, об этом свидетельствует его мазь и лекарства, что ты приносил до своего пленения. Он слишком хорошо знал, что делает, а значит у него был опыт общения с кем-то вроде меня. Сомневаюсь, что это был кто-то из уплывших матросов - слишком легко отпустил всех. Да и Джи с Яном явно не в курсе нелюдя на корабле. Так вот, Хонджун, кто ещё здесь есть? Мне надо знать, иначе не успокоюсь и вам всем придется со мной сложно!
Новоявленный капитан устало улыбнулся и подошёл ближе. Положив руку на плечо кумихо, он тихо сказал:
– Он был ближе, чем ты думаешь.
Глаза Уена расширились. Он неверяще посмотрел на Хонджуна, чем ещё больше позабавил мужчину.
– Не я, - улыбка стала ещё шире.
– Это я, - послышалось со стороны штурвала.
Уен посмотрел за Хонджуна, в тусклом свете фонарей фигура Сана и вовсе казалась нереалистичной, а с его округлыми черными ушками и длинным изящным хвостом и подавно.
– Пантера… Да вы издеваетесь! - воскликнул Уен, порываясь вернуться к Сану и теперь хорошенько его изучить, но Есан держал его за руку слишком крепко, не позволяя броситься сию же минуту к штурвалу..
– Ещё успеешь, - своим врачебным тоном не терпящим возражений, отрезал тот, - Сейчас всем нужен отдых, или я буду готовить пока наш кок полностью не выздоровеет.
Угроза подействовала безотказно. Все разом вспомнили, что едва стоят на ногах, еще немного и уснут прямо на месте. И пускай Уен не особо понимал насколько все плохо, остальные мужчины подхватили его под руки и повели в общую каюту спать. У них еще будет время для общения, а пока им всем требовался отдых.

Начинался новый день.

Actions

↑ Top

Kudos

Comments

Sorry, this work doesn't allow non-Archive users to comment. You can however still leave Kudos!

Archive of Our Own

Actions

Work Header