Chapter Text
Каждое утро начиналось одинаково. Сенку нашёл свой золотой стандарт достаточно быстро ещё в самом начале работы. Каждую смену, в одно и то же время, движения были отточены месяцами: он ставил сковородку, разбивал два яйца, солил. Пока белок схватывался, открывал банку энергетика и делал первый глоток. Две минуты – и завтрак закончен. Максимум калорий за минимум времени, ведь он всегда ценил эффективность превыше всего. А при нынешнем графике куда логичнее было инвестировать лишний час в сон, чем в кулинарные изыски.
Потратив не больше десяти минут на еду, парень не глядя выудил из холодильника ещё две банки и положил их в рюкзак, который всегда брал с собой на работу. Набор в нём тоже не менялся месяцами: салфетки, старые проводные наушники, мини-аптечка, пауэрбанк и антисептик – набор для абсолютно любых ситуаций. Сказать честно, Сенку также ценил и оптимизацию любых процессов. И если система, состоящая из вещей в его рюкзаке, исправно работала так долго, об этом больше не нужно было думать, освобождая голову для других мыслей. А думал он много. И обо всём сразу.
С точки зрения всё той же эффективности, чистить зубы перед сном и после завтрака было лучшим решением – так он потратил ещё десять минут на рутинный уход и последние десять, чтобы переодеться. Ровно полчаса с момента пробуждения до щелчка дверного замка.
Быстрый темп утра и сумасшедшая доза кофеина с сахаром лучше всего приводили в чувства, какой бы бессонной и короткой ни была ночь. Сенку всегда было тяжело просыпаться утром, не важно во сколько, и неосознанное пристрастие к такой вредной вещи, как энергетики, заметно отражалось на и без того некрепком здоровье. Но хуже всего было пить их осознанно – он знал наизусть составы и безусловно понимал последствия. Но выбора не было – по какой-то причине организм не смог выработать толерантность к кофеину, и каждая его доза ощущалась как впервые. Значит, эффективность всегда была максимальной. А ей он, разумеется, не мог ничего противопоставить.
Последний месяц график был сумасшедший и он изрядно себя измотал, работая практически без выходных и перерывов. В заведении всё же началась ожидаемая осенняя вспышка вируса, к тому моменту успевшая подкосить уже несколько тысяч человек по всей Японии. Половина сотрудников ушла на больничные, и людей отчаянно не хватало. Приходилось брать двойные смены, оставляя на сон не жалкие восемь, а дай бог пять часов.
Дни никогда не были одинаковыми, в них присутствовала своя рутина в виде вечной работы с заготовками и перемывания всего на свете, но люди, диалоги с ними и впечатления всегда были разными.
Сенку очень любил получать новый опыт, выполнять интересные задачи и экспериментировать, оттого испытывал сильную неприязнь к дням сурка, считая их бесполезными филлерами в своей жизни – таковыми были его выходные. Так со временем он отвык от отдыха в принципе и всегда искал, чем занять, если не руки, то голову. Сколько бы информации о мире ни хранил в себе, нечасто он применял её на практике. Даже элементарные вещи вроде необходимого физического отдыха в виде полноценного сна он часто игнорировал в пользу работы или учёбы. К слову, учился он дистанционно, изредка приезжая сдавать лабораторные или экзамены в школу, помимо этого сам изучал любую информацию, которая попадалась под руку. Тратил на учёбу всё свободное время, а если и его не хватало, без раздумий брал из ночных часов.
Из всех возможных мест он выбрал бар, куда его приняли на полную ставку по протекции друзей отца и их рекомендации как перспективного сотрудника, несмотря на то, что тому ещё не исполнилось двадцати. Риск был оправдан.
В свои семнадцать Ишигами самостоятельно снимал квартиру в часе езды от места работы, недалеко от самого центра Токио. Поток был постоянный и достаточно разнообразный, потому нередко дело доходило до драк по вечерам, с которыми справлялись доблестные сотрудники полиции, приезжавшие за пять минут после вызова. Кстати, насчёт них можно было не волноваться, Сенку, пусть он и работал неофициально, ещё и с алкоголем, надёжно прикрывали управляющие. Даже после того как тот сам стал управляющим всего через четыре месяца с начала работы. Абсолютный рекорд среди таких заведений.
Слушая один из составленных пару лет назад плейлистов, состоявших исключительно из фоновой музыки, Сенку ехал в электричке, чуть ли не засыпая. Он взял в привычку постоянно занимать голову: вспоминать лекции, прослушанные перед сном, решать придуманные на ходу уравнения, размышлять о полученной ранее информации и проговаривать про себя любые выводы. Он всегда считал, что никакого срока жизни не хватит, чтобы узнать всё, но сколько себя помнил стремился к той границе невозможного. И ему это удавалось на удивление легко, можно сказать, он был вундеркиндом – тянулся ко всему в попытке изучить и понять. Поэтому, помимо основных причин, в этот раз, приняв предложение, он выбрал тему алкоголя и человеческого поведения, углубившись в неё ещё сильнее и желая получить очередной новый опыт, не ожидая, что это место станет для него вторым домом. В буквальном смысле он проводил здесь больше времени, чем где-либо и иногда, задумавшись об этом, немного пугался: часы пролетали с не Земной скоростью – может, Юпитера, по ощущениям.
Сегодняшняя смена обещала подкинуть новую переменную: за стойку должны были поставить стажёра. Вспомнив об этом, он нахмурился, глядя на проносящиеся за окном бетонные пейзажи города.
От станции оставалось пройти несколько минут. На часах – почти двенадцать. Сама пунктуальность.
Заведение открывалось в час дня и представляло собой бар с упором на клуб, расположившийся на последнем этаже двухэтажного здания, где два раза в неделю по выходным выступали начинающие и не только группы с каверами на знаменитые композиции. Расписание всегда публиковалось заранее: сегодня это могла быть классика, завтра рок, даже рэп, в общем, всё, что только придёт на ум. Место стало известным в кругах музыкантов как площадка для продвижения своего творчества и просто приятный уголок для активного отдыха от рутины – благодаря этому Сенку успел обзавестись неплохими связями и даже парой приятелей, с которыми уже ни раз собирались в центре.
Когда никто не выступал, играла громкая электронная музыка. Общее освещение тусклое, но на баре была своя подсветка. По вечерам светомузыка заливала помещение разноцветными вспышками, и вместе с техно из колонок создавала почти опьяняющую атмосферу, что нередко клонила в сон за работой, но неплохо расслабляла, отчего исчезало ощущение времени.
Подготовив необходимое оборудование и разложив его на уже уложенных барматах, Сенку начал день с выполнения повседневных задач: проверил заготовки, начал работу с новыми, настроил всё, что было нужно, отправил отчёты и встал натирать бокалы, дожидаясь начала смены. Тот стандартный список дел, которые он выполнял автоматически, особо не задумываясь о них – в это время мысли обычно заняты сверкой всех запланированных на день задач. Такая же часть повседневности. Порой он думал, что робот вполне мог бы его заменить.
Через пять минут после открытия кто-то поднялся на этаж, что было странно, ведь в такое время едва ли люди ходили по подобным местам.
Это был молодой парень в выглаженной белой рубашке и брюках. Широкие рукава немного закатаны, а туфли блестели даже под слабыми лампами. Он помотал головой в поиске глаз и, найдя одну пару, оживился и начал подходить к стойке.
Дверью ошибся?
— Добрый день, я на собеседование, — он легонько поклонился в знак приветствия.
— А-а, да, сейчас, выбери любой стол, — Сенку тоже немного оживился, не ожидая гостя так рано.
Обычно стажёры приходили на пол смены где-то к её середине и под конец часто сразу уходили искать другое место, не выдержав нагрузки. Он их не осуждал, ведь центр диктовал жестокие требования, а текучка была сумасшедшей, и все это понимали. Но люди часто слепо верят в себя.
Взяв стакан с водой, он вышел в зал.
— Расскажи о своём опыте и методах работы, — он поставил стакан около гостя и сел напротив.
— Даже имя не спросишь? — парень улыбнулся, сделав глоток.
— А, мне уже сообщили. Асагири? — на секунду стало неловко за непрофессионализм.
— Угадал. Ну, я работаю в этой сфере буквально год, но до этого ещё проходил пару курсов. Могу показать на практике чему научили, — снова глоток.
Хотя бы неделю продержись.
— Посмотрим. Может есть вопросы? Я так понял, ты связывался с админом, если она не ответила – отвечу я, — Сенку выглядел достаточно серьёзно при условии, что пытался создать дружелюбную атмосферу.
— Ну витрина у вас приличная, — он бросил взгляд на длинные полки с алкоголем в несколько рядов. — Да, слушай, всего пара вопросов, ничего серьёзного.
Так они обсудили бытовые темы, графики, ставки и прочие мелочи.
— Это даже смешно – я работаю с алкоголем столько времени, но пить его смогу только через год.
— Ты же сказал, что не пьёшь? Почему вообще пошёл в эту сферу?
— Мне нельзя пить. Но зрелище устраивать люблю, и будто нет ничего лучше сочетания коктейлей и фокусов, — Ген вертел в руке шейкер, пока говорил, а после высоко подкинул его вторую часть и тот на высокой скорости, описав дугу, идеально вошёл в основу. И правда, зрелищно.
— За всё время тут так и не научился ни одному трюку.
Сенку это никогда не было интересно, а особенно перестало, когда после всех попыток один из стаканов упал ему на голову.
— Ха-ха, это – лучший способ привязать гостей, без рук от меня нет пользы, — ещё какое-то время он крутил шейкер уже в другой руке и потом поставил оба стакана на место. — А расскажи про всё, пожалуйста.
Спустя полчаса зашли первые гости – молодая пара навеселе. Кто-то, кого не было неожиданностью встретить в такое время в таком месте – лучшие друзья с самого детства, с которыми Сенку выпала судьба учиться в одном классе вплоть до переезда по вынужденным мерам. Он нечасто показывал эмоции, но скучал по своим единственным настоящим друзьям временами, особенно после долгой разлуки. Виделись эти трое не чаще раза за месяц – так и началась взрослая жизнь, в которой ни у кого из них не находилось достаточно времени на подобные времяпровождения. Тайджу Оки и Юзуриха Огава были тем редким типом людей, которые оставались рядом с ним, сколько бы времени ни провели в разлуке, за что тот их особенно ценил. Несколько раз они уже так навещали его, даже не спрашивая о расписании. И не нужно было. Все всё понимали.
— Сенку, дружище! — Тайджу держал в одной руке женскую сумку, а другой активно махал, всё ещё стоя у дверей. Юзуриха повторила этот жест, но более скромно.
— Давно не виделись, — она мягко улыбнулась, после чего оба направились к стойке.
Сенку немного оживился и на пару шагов отошёл от рабочего пространства в сторону приятелей, принимая приветствия в своей манере.
— Здорова, бездельники, — он легонько ударил Тайджу в плечо кулаком, уклонившись от его медвежьих объятий. — Нечем заняться пятничным утром?
— Юзуриху приняли на стажировку в лучшее ателье в Гинзе! — парень гордо выпрямился, уперев руки в бока, — В лучшее ателье, Сенку! Как я мог такое не отметить?! Как мы могли не отметить?
Юзуриха смущённо помялась на месте, тихонько улыбнувшись. Ген молча наблюдал за ними из-за стойки, делая про себя какие то выводы, казалось, его даже не заметили.
— Отличная работа, Юзуриха!
Сенку с гордостью посмотрел на девушку и продолжил, переместив взгляд обратно на парня и поменявшись в выражении лица.
— Отметить? — он скрестил руки на груди, наигранно хмурясь.
— От пары коктейлей ничего не будет, верно? На ваш выбор, — наконец, он обратил внимание на четвёртого человека в помещении, — Сенку, у тебя новый бармен? Круто!
— Как попрёт, — парень почесал ухо мизинцем, скептически оценивая своего стажёра, — Говорил, любишь зрелища? Считай это экзаменом. Без подсказок.
— Принято, Босс, — Ген засиял и приложил два пальца к виску. — Один классический «Олд Фэшн» для сурового джентльмена и нежный фруктовый пунш для его очаровательной спутницы.
Без раздумий он начал работу, подготавливая сначала посуду, а после необходимые бутылки, которые, к счастью, оказались на виду. Пару раз он незаметно мешкался, когда не мог что-то найти, но виду не подавал и выглядел достаточно уверенно за новой стойкой для человека, который видел её впервые. Актёрский талант.
Собрав всё необходимое, он поставил перед девушкой охлаждённый стиром бокал Поко Гранде, наполненный льдом и после, отточенными и ловкими движениями принялся смешивать ингредиенты в шейкере, даже не смотря на джиггер. Он вертел инструменты и толстые тяжёлые бутылки, будто те были продолжением его собственных рук. Признаться, руки были сильнее, чем казались на первый взгляд. Сенку внимательно смотрел на пропорции всего, что лилось в железный стакан: фруктовые пюре и соки, цитрусы, ром – ничего необычного. Смутил только джин на цветках клитории.
— А, я понял, — сказал он, пока его друзья заворожённо наблюдали за шоу. Ген ему улыбнулся.
Джин, настоянный на клитории тройчатой. Стоит смешать его с лимонным соком, как падение уровня pH заставляет антоцианы поменять цвет. Дешёвая химия, но на зрителей работает безотказно.
Закончив с компонентами, он принялся энергично встряхивать шейкер, задав нужный ритм, и, завершив, вылил содержимое в бокал, процедив. Сочно оранжевый цвет постепенно сменялся на ярко-фиолетовый градиент после добавления джина на самую верхушку. Завершил работу Ген гарнишем в виде половинки маракуйи, которую аккуратно положил щипцами на лёд, закапав в неё того же джина для большей красоты. Трубочка, отдача. Не прошло и двух минут. Юзуриха засветилась от счастья.
— Фруктовый пунш для вас, — он аккуратно подвинул бокал к гостье.
— Ого! Первый коктейль в моей жизни и такой вкусный, — со счастливой улыбкой она попробовала пунш и отдала его Тайджу.
Тот смущённо посмотрел на неё, но тоже попробовал, громко промычав после этого.
— Хорош! — и отдал пунш обратно девушке, неосознанно задумавшись, что выпил бы сто таких, будь возможность.
— Поверю вам на слово, — Сенку не менялся в позе, всё ещё скрещивая на груди руки и прислоняясь к стойке.
— Я и тебе потом сделаю, — Ген не прекращал работу, ставя новые бутылки и посуду уже для коктейля Тайджу.
Теперь это был толстый рокс с большим, идеально ровным куском льда. Между дел он аккуратно подкидывал бутылки, сменяя одну на другую, прокручивал барные ложки на кисти, не следя за ними. В смесительном стакане быстро соединил бурбон, пару капель ангостуры и сироп. Но вместо привычного стира он взял смесительный стакан в одну руку и шейкер с несколькими кубиками льда в другую. Плавно поднял одну руку над головой, вторую опустил к поясу. Янтарная струя коктейля вырвалась из верхнего стакана и тонким, идеально ровным каскадом полетела вниз, растянувшись в воздухе почти на метр. Не пролилось ни единой капли. Ген ритмично сводил и разводил руки, гоняя напиток вверх и вниз, словно жидкое золото. В полумраке бара это выглядело как магия. Сенку чуть наклонил голову, наблюдая за траекторией жидкости.
Метод троуинга. Каскадное переливание насыщает напиток кислородом и создаёт шелковистую текстуру, не разбавляя его водой так быстро, как при обычном стире – перемешивании ложкой. Мягкая аэрация засчёт кинетической энергии. Умно.
Завершив каскад, Ген перелил содержимое прямо на лёд, омывая его. Финальным штрихом он взял свежий апельсин, пилером снял широкую полосу цедры, несколькими быстрыми движениями ножа вырезал из неё строгий ромб и сложил в элегантный веер. Сжав цедру над бокалом, оросил напиток эфирными маслами и украсил ею же.
Одна минута минуты сорок три секунды, неплохо.
— И «Олд Фэшн» для вас, дорогой гость, — он лёгким движением подвинул стакан ближе к Тайджу. Коктейль выглядел дорого, не хуже самой подачи.
— Благодарю! — парень уверенно сделал глоток и довольно выдохнул, громко поставив стакан обратно на стойку, но не отпуская, — Просто супер! Ещё раз спасибо!
Сенку невольно улыбнулся им.
Достойно.
Пусть он не умел управляться с инструментами так, как это делают многие профессионалы, его чётко выверенные кучей экспериментов пропорции к напиткам всегда гарантировали вкус и качество. До сегодняшнего дня он даже не задумывался, что эмоции можно получать не только от вкуса.
Ребята попрощались, оставив их двоих снова наедине. Приятный визит.
— Меня смущают твои методы, — Сенку начал диалог и проводил спины друзей взглядом, не поворачиваясь к собеседнику.
— Методы? — Ген вопросительно поднял бровь, протирая бокал, — Ну, в пунше я использовал классический шейк, а в-
— В работе с точной граммовкой больше смысла, чем кажется, — прервал его Сенку, – Дело не только в красивой подаче, Ген, мне нужно серьёзно следить за списанием сырья. Лишний пролитый миллилитр спирта в каждом коктейле к концу месяца превращается в дыру в бюджете. А спрашивать будут с меня.
Он немного нахмурился, переводя взгляд на парня. В таком мини-шоу тоже был глубокий смысл, но зная своё жадное руководство, Сенку не мог позволить себе и кому-либо за баром пролить хоть одну лишнюю каплю. Иногда он тратил на заказы чуть больше времени, чем нужно, только потому что никак не мог свериться с весами. Отношение Гена к таким вещам его сбивало с толку, у них были разные приоритеты.
— О-о, Босс, ты слишком строго судишь, — он подвинул собеседнику стакан с водой и с лёгкой улыбкой облокотился о стойку, устанавливая прямой зрительный контакт. — Ты смотришь на миллилитры, а я на людей. Гость, который получил шоу, оставляет в кассе приятные суммы, возвращается снова и приводит друзей. В долгосрочной перспективе мои «лишние» миллилитры неплохо окупаются.
— Какая глупость, — хмыкнул Сенку, сделав глоток воды. — Эмоции – вещь субъективная, а цифры в отчётах – нет. Просто работай с джиггером, и не придётся выдумывать оправдания.
— На самом деле я ужасен в математике, — Ген наигранно-тяжело вздохнул, — Я работаю на глаз, визуально запоминая объём. Давай так, Босс: ты не заставляешь меня пересчитывать капли, а я за это научу тебя паре трюков с шейкером?
— Я тебе не «Босс», — нахмурился Сенку, с интересом приняв предложение, — Даю тебе эту смену на стажировку, вечером всё пересчитаю, и если будет перерасход – вылетишь. Ты же на весь день сегодня?
— По рукам. Да, в таком случае на весь день, — он глупо пожал плечами.
В таком случае?