Work Text:
Чего Уэс Гиббинс действительно не умел, так это организовывать распорядок дня. Искренне хотел, даже старался изо всех сил, но увы — почти никогда не получалось. Немалые надежды в этом отношении он возлагал на университет, рассуждая, что уж там-то в любом случае научится распоряжаться своим временем с умом — волей-неволей придется, чтобы не вылететь, а вылетать он однозначно не собирался. Однако с того самого момента, как Аннализ Китинг назвала его в числе пяти избранных, все планы решительно пошли прахом. Как, впрочем, и необходимость их строить — это Аннализ с присущей ей непоколебимой уверенностью тоже взяла на себя.
Проверить очередную зацепку в ночном клубе в районе полуночи? Обычное дело. Новый клиент и срочный сбор в офисе в выходной? Ничего удивительного, сколько бы ни язвил по этому поводу Коннор и ни бесновалась, потрясая тетрадью с конспектами, Микаэла. А Уэсу, по правде сказать, хватало и простого «Приезжай», чтобы сорваться и вскочить на велосипед — в любое время суток.
И уж конечно, после всего, что они пережили в прошлом году, удивить его было крайне сложно. Как он думал, на уровне фантастики, но Аннализ и здесь превзошла саму себя, когда, с горящими глазами влетев в переполненную гостиную и привычно швырнув на стол стопку папок с копиями очередного дела — этого пояснять не требовалось уже давно, — безапелляционным тоном распорядилась:
— Фрэнк, мне нужны два билета до Лондона на воскресенье. И чтобы до этого времени ты уладил все насчет виз, моей и мистера Гиббинса. В понедельник мы уже должны быть там.
На мгновение повисла тишина, а затем грянул гвалт голосов:
— Что?
— До Лондона? Вы серьезно?
— У нас что, международное преступление?
— Как — до Лондона?
— Самолетом, мистер Миллстоун. — Лицо Аннализ оставалось непроницаемым, но в темных глазах на мгновение промелькнул торжествующий блеск. Произведенным эффектом она, несомненно, была довольна.
— А этот парень что, из королевской семьи, чтобы ради него срываться в такую даль? — Ашер раскрыл досье и с сомнением всмотрелся в фотографию на первой странице, будто бы намереваясь на глаз выявить голубую кровь. — Туда же лететь полдня!
— Семь часов, — все так же спокойно уточнила Аннализ. — Так что, надеюсь, у тебя нет аэрофобии, — это уже адресовалось персонально Уэсу, — иначе придется срочно ее побороть.
Все еще пребывающий в состоянии шока, он медленно помотал головой, в то время как Микаэла ядовито поинтересовалась:
— Минутку, а почему это он летит?
— Да! — тут же подхватил Ашер. — Я, может, тоже хочу на Тауэр посмотреть!
— А с каких это пор мы здесь обсуждаем мои решения, мисс Пратт? — едко припечатала Аннализ. — Свои мысли по поводу дела можете изложить мне до отлета. А также будете следить за ситуацией здесь, пока я отсутствую, — распорядилась она и, повернувшись на каблуках, пристально взглянула на Уэса, все еще молчащего. — У тебя есть вопросы?
— Э-э… А как быть с занятиями?
Уголок губ Аннализ дернулся в снисходительной усмешке. Она явно не считала нужным беспокоиться о подобных условностях.
— От тебя нужны только документы, отдай их Фрэнку, он сделает все остальное. — В голосе ее мимолетно промелькнули ободряющие нотки, но уже секундой позже им на смену вернулась привычная деловито-официальная суровость. — Изучайте материалы, у вас не так много времени. — Хлопок двери, ведущей в кабинет, подвел черту в участии хозяйки дома в дальнейшем обсуждении.
— Потрясающе, — Микаэла оскорбленно поджала губы, — просто невероятно! Мы, значит, разгребай тут все дерьмо, а они путешествовать отправляются!
— А чего непонятного, — насмешливо хмыкнул Коннор, — она просто хочет выгулять своего щеночка, только и всего. — Сам он, впрочем, не выглядел раздосадованным или даже хоть сколько-то задетым. Наверное, просто осознал, что, если бы выбор пал на него, пришлось бы разлучиться на время с Оливером. Может, и Лорел промолчала из тех же соображений относительно Фрэнка — хотя в случае с ней ничего нельзя было знать наверняка.
— Эх, Англия! — Неунывающий Ашер мечтательно причмокнул губами. — Туманный Альбион… Повезло тебе, приятель! Привезешь мне сувенирчик из Букингемского дворца?
Тем не менее, вопреки его прогнозам, монаршая семья к делу не имела ровным счетом никакого отношения. Клиент, как выяснилось, оказался еще одним старым знакомым Аннализ — и именно о ней вспомнил, когда угодил в передрягу. Его обвиняли в убийстве первой степени — на территории чужой страны, что еще больше все усложняло. По версии следствия, он познакомился с жертвой в баре, вероятно, предложил наркотики, а затем расправился с ней, едва переступив порог ее дома. Медицинских заключений, которые бы это доказывали, так и не было найдено, а в полицейском отчете значилось лишь «анонимный источник».
— Вся линия обвинения держится на показаниях анонима, — это слово Аннализ всякий раз произносила с такой долей презрения, что оно звучало сродни ругательству. — Достаточно будет доказать его некомпетентность, и больше у них ничего не останется.
— Ну, держись, Скотланд-Ярд, — украдкой посмеивался Коннор, — не завидую я им!
— Присмотри там за ней, — напутствовал Уэса Фрэнк, протягивая ему билеты. — Я пока планировал устроить себе что-то вроде отпуска, не хотелось бы срываться на другой конец света.
— Делай что хочешь, — бросила Аннализ, забирая у него свой чемодан, — только, будь добр, не в моем доме, он и так уже достаточно пережил, — и, не размениваясь на прощания, решительно двинулась в направлении рамки. Уэсу оставалось только проследовать за ней.
Лондон, как и ожидалось, встретил гостей мелкой колючей моросью и серостью неба, затянутого неровными клочьями облаков. В Филадельфии сейчас только-только начинало светать — здесь же день уже полностью вступил в свои права, и Аннализ, в отличие от своего спутника успевшая выспаться в самолете, вовсю рвалась в бой. В отеле они не задержались и на четверть часа — лишь занесли чемоданы в номер и сразу отправились на встречу с клиентом. Вернее, встречалась с ним Аннализ: пустили одну ее — а Уэс все это время дежурил в коридоре, ловя обрывки непривычной слуху английской речи — и не удержался от улыбки, когда ее наконец прорезало емкое американское ругательство.
— Как был придурком, так и остался, — подвела итог свиданию Аннализ, появляясь из-за дверей. — Завтра с утра я поеду в участок, а ты проверишь дом жертвы. Митч говорит, в квартире они были вдвоем, значит, этот анонимный источник, вероятно, кто-то из соседей. Видевший, как он уходил, или что-то вроде того. Признания, конечно, ждать бесполезно, но реакция выдать может.
— А потом?
Аннализ бросила на него быстрый взгляд.
— Поедем в тот бар.
— Расспросить бармена? — уточнил Уэс.
— Это тоже, — согласилась она. — А еще, Митч сказал, там отличный виски.
В том, что от соседей удастся чего-нибудь добиться, Уэс сомневался с самого начала, но споры с Аннализ никогда не давали результата — и, кроме того, первое утро в стране туманов началось слишком хорошо, чтобы его этим омрачать, — так что он просто последовал указанию. Диктофон записывал уже третий по счету рассказ, не содержащий и толики информации, способной помочь расследованию, когда в кармане ожил телефон.
— Спускайся, я в такси возле дома.
— Но я еще не…
— Бросай их к чертям! Они не нужны, я все выяснила.
Аннализ сидела на заднем сиденье черного кэба, яростно сжимая ручку сумки, и идеально накрашенные глаза прямо-таки метали молнии. Напряжение ощущалось в воздухе, и даже водитель, нервно барабанящий пальцами по рулю, чувствовал себя неуютно и поглядывал на нее с настороженностью.
— Дилетант! — рявкнула она так, что Уэс, забиравшийся в этот момент в машину, дернулся и едва не стукнулся головой о потолок. — Да не ты, — тут же последовало торопливое пояснение. — Источник! У них там… фрилансер работает, представляешь? Без допуска! Со всеми материалами, уликами, документами…
— Фрилансер? — Уэс озадаченно нахмурился.
— Они опираются на выводы какого-то… детектива-консультанта! Верят ему на слово! Даже без доказательств! Допускают до расследований совершенно постороннего человека! Черт знает что здесь творится, в этой Англии! — Дрожащая от гнева, она откинулась на спинку сиденья, переводя дыхание. — Давно пора было признать их невменяемыми, еще с тех пор, как из Евросоюза вышли!
— Что, прямо так в открытую ссылаются на этого… детектива?
— Ну нет, конечно, — Аннализ поморщилась, как от зубной боли. — Инспектор мне только и твердил про конфиденциальность, но, к счастью, из судмедэксперта удалось кое-что вытянуть.
— И куда мы теперь?
— Познакомимся с этим умником, — мрачный тон ее определенно не предвещал тому ничего хорошего. — Едем на Бейкер-стрит, 221-Б.
Уэс от души понадеялся, что ухмылка, промелькнувшая при этих словах на губах водителя, ему просто померещилась.
***
Первым, что привлекло внимание Уэса в здании, возле которого остановился кэб, была яркая вывеска кафе: белые буквы «Speedy’s Sandwich Bar & Cafe» на красном фоне — а затем в приоткрытое окно проник запах свежей выпечки, уводя мысли еще дальше от истинной причины визита на Бейкер-стрит. В груди даже шевельнулось невольное сожаление: черт побери, они уже вторые сутки в одной из красивейших мировых столиц, а он и осмотреться-то толком не успел! Тем большее усилие понадобилось, чтобы перевести взгляд на нужную дверь. Черное дерево, золоченый номер и старомодного вида колотушка — типично по-английски. Не то чтобы Уэс в этом разбирался, но для себя именно так все и представлял.
Здесь, в этом царстве строгой традиционности, казалось как никогда уместным распахнуть для Аннализ дверь такси и галантно подать ей руку, но она, конечно же, и не думала размениваться на церемонии: выбралась из машины первой, на мгновение замерла на тротуаре, а затем решительно устремилась вперед, стуча каблуками по асфальту.
— Кому-то придется оторваться от своего послеполуденного чаепития.
Уэс подавил ухмылку, заранее не завидуя обитателю квартиры. Бедолага еще даже не подозревает, что его ждет: проделав такой путь, приложив столько усилий, Аннализ теперь ни за что не отступится, пока не добьется результата, и горе тому, кто встанет у нее на пути.
Стук колотушки вышел оглушительным: впору не то что отставить чашку, а вовсе поперхнуться ее содержимым. Приближающиеся шаги не заставили себя ждать: коротко лязгнул замок, и на пороге возникла дама лет семидесяти в элегантном брючном костюме.
— Я могу вам помочь? — осведомилась она с приветливой улыбкой.
— Надеюсь, что так, — Аннализ кивнула головой. — Мы ищем Шерлока Холмса.
— О, конечно, — понимающе откликнулась дама, ничуть не удивившись: очевидно, визиты неожиданных гостей были для нее отнюдь не в новинку. — Проходите. По лестнице, на второй этаж, — и сама весьма проворно двинулась вверх по ступенькам, указывая направление. — Вот сюда. Мальчики, к вам клиенты!
Аннализ сморщила нос, давая понять, что ее еще никогда так не оскорбляли — несмотря на то, что в зале суда доводилось слышать всякое.
Комната, в которую их проводили, по размерам своим изначально не уступала гостиной в доме Аннализ, но из-за того, что почти все горизонтальные поверхности были заставлены стопками книг и газет либо какими-то безделушками, казалась заметно меньше. За всей этой хаотичной обстановкой терялся даже хозяин: светловолосого мужчину в клетчатой рубашке Уэс заметил, лишь когда тот при виде них торопливо поднялся из-за стола, отодвинув в сторону ноутбук. Подтянутая фигура демонстрировала военную выправку.
— Добрый день! Извините, миссис Хадсон, я увлекся…
— Да, дорогой, я так и подумала, — откликнулась та, уже отступая обратно к двери. Уэс едва успел проводить ее взглядом, в то время как спутница его, по обыкновению не желая терять ни минуты, с порога перешла к сути:
— Меня зовут Аннализ Китинг, а это Уэс Гиббинс. Мы работаем над делом Митчелла Донелли. Нам нужен Шерлок Холмс.
Ее напор мужчину, похоже, нисколько не смутил: ответом стали короткий кивок и ладонь, протянутая Уэсу для рукопожатия.
— Доктор Джон Уотсон. Присаживайтесь, пожалуйста. — Он указал на диван у стены, на которой был нарисован краской улыбающийся смайлик. — Подождите, Шерлок наверху, я его позову.
Аннализ негромко хмыкнула себе под нос.
— Уолш бы пригодился, — пробормотала она, опускаясь на самый край кожаного сиденья, — это его профиль.
— Разве? — Уэс, плюхнувшийся рядом, с сомнением прищурился и закинул руку на спинку.
— Уверена.
С каминной полки на них таращился пустыми глазницами череп — судя по всему, настоящий, — еще один мрачно скалился с картины, а над столом висел бычий, с изогнутыми наружу рогами, и на нем красовались белые наушники. Подозрительнее всего же выглядели отверстия на обоях, удивительно напоминающие следы от пуль. Уэс коснулся локтя Аннализ, привлекая ее внимание.
— Вижу, — вполголоса фыркнула она, проследив направление его взгляда. — И прокурорский офис еще говорит, что это я ненормальная! А здесь тогда кто?
Словно в ответ на ее вопрос, за стеной раздались приближающиеся шаги, и в гостиную ворвался — точнее и не скажешь — сам предмет обсуждения — тот, чью натуру и отражало здешнее убранство.
Если на Джона Уотсона Уэс смотрел сверху вниз, то Шерлок Холмс был почти одного с ним роста. Долговязый, худой, с пронзительными светлыми глазами, в которых горел азарт, он на мгновение замер напротив гостей, а затем отрывисто поинтересовался глубоким баритоном:
— Ну и что у вас за проблема?
Плечом Уэс ощутил, что Аннализ подобралась, точно хищник перед броском, и уже приготовился услышать словесный выпад, однако появившийся доктор среагировал быстрее:
— Нет, Шерлок, эти люди пришли по делу Донелли.
— О, — воодушевление, написанное на остром скуластом лице, исчезло в мгновение ока, сменившись откровенным разочарованием. — Его я уже раскрыл, — объявил Холмс высокопарным тоном. — Скука. Поговорите с Джоном, — и рывком развернулся обратно в сторону двери, отчего полы его шелкового халата взметнулись на манер супергеройского плаща.
— Минутку! — рявкнула Аннализ, вскакивая на ноги; и одновременно с этим Джон Уотсон шагнул наперерез своему соседу, вставая у него на пути.
— Шерлок! — с укоризной воскликнул он.
— Джон! — театрально передразнил тот, взмахнув руками. — Ты же знаешь: я не возвращаюсь к закрытым делам.
— Это дело идет полным ходом, — Аннализ из последних сил сдерживала самообладание, — и я работаю над ним!
— В таком случае, вы зря теряете время, — через плечо бросил Холмс, и Уэс только в этот момент заметил, что он стоит на дощатом полу босиком. — Там всё более чем прозрачно, преступление совершил ваш клиент, и я уже объяснил полиции, как он это сделал.
— И на каком, черт возьми, основании вы позволяете себе такие выводы?
Детектив оглянулся: на губах его играла снисходительная усмешка.
— В отличие от большинства людей, я умею наблюдать.
Аннализ скептично изогнула бровь.
— Что, рентгеновское зрение? — язвительно уточнила она.
— Отнюдь. Не более чем логика, профессор, — насмешливо отпарировал Холмс, делая упор на последнем слове. — Вы ведь профессор, не так ли? Преподаете право, предположу, что уголовное, раз напрямую участвуете в расследовании убийства. Убийца приехал из Штатов, вы давно знакомы — значит, вы тоже американка. И вы уже помогали ему прежде — иначе зачем ему вызывать вас из-за океана, — выходит, у вас частная клиника.
Заставить Аннализ потерять дар речи было не так-то просто, но по выражению ее лица Уэс видел, что англичанину это удалось. А тот как ни в чем не бывало продолжал, похоже, искренне наслаждаясь ситуацией:
— Клиника приносит неплохой доход — вы довольно обеспеченны, предпочитаете хорошо одеваться, любите менять имидж. Часовой пояс сменился примерно на пять часов — значит, скорее всего, Филадельфия. Кольца на пальце нет, вы не замужем, но в отношениях состоите…
— Шерлок! — попытался одернуть его доктор Уотсон, посылая гостям извиняющийся взгляд. — Достаточно, прошу тебя!
Оторопело моргающий Уэс покосился на свою замершую, вытянувшуюся струной спутницу, искренне не зная, чего от нее ждать в ответ на подобные откровения. Предупреждение Фрэнка вдруг показалось донельзя актуальным.
— Ведете активную сексуальную жизнь…
— Шерлок!!! — с неприкрытым возмущением воскликнул Уотсон. — Остановись немедленно! — В то время как на щеках Аннализ вспыхнул предательский румянец, и Уэс точно знал, что и сам не отстает от нее, уже догадываясь, что будет сказано следом.
— …а если учесть, что вы прилетели вдвоем, то все ясно — молодой человек не только ваш студент — потому что он явно не профессиональный адвокат, — но и ваш любовник…
— О Боже, — обреченно простонал доктор, очевидно, отчаявшись остановить разошедшегося соседа. — Я прошу прощения за это, — и в бессильном жесте прикрыл глаза ладонью.
— Связь началась не так давно: вы с тех пор перешли на более высокие каблуки, дабы уменьшить разницу в росте, но еще не привыкли к новой обуви. Ваш партнер потирает шею — спал в неудобной позе, видимо, на спине, но не перевернулся — не иначе как потому, что вы лежали у него на груди. Что приводит меня к выводу, что секс у вас был не далее как сегодня ночью…
— ХВАТИТ! — уже во весь голос заорал красный как рак Уотсон.
Холмс наконец захлопнул рот и воззрился на него так, будто только что заметил. Аннализ же, судя по всему, отмерев, слегка повела головой. Уэс обеспокоенно заглянул ей в лицо и, заметив в глазах привычный огонь, с облегчением выдохнул. Помедлил мгновение, а затем поймал ее ладонь и сжал в своей. Раз уж всё и так озвучено — к чему скрываться? Тем более что этих людей они почти наверняка больше никогда не увидят — а шанс подтвердить, продемонстрировать на публике, что эта женщина — эта удивительная, потрясающая женщина — действительно с ним, что она — его, выдался едва ли не впервые, и до чего глупо было бы его упустить. Хотя, конечно, Аннализ могла считать иначе, и Уэс допускал такой поворот — но тем сильнее оказалось ликование, когда она не отдернула руку, а наоборот — стиснула его пальцы в ответ.
Доктор шепотом выговаривал что-то Холмсу, держа его за локоть и заставляя таким образом склониться к себе, поэтому ей пришлось выступить вперед, чтобы привлечь их внимание.
— Что ж, мистер Холмс, я впечатлена, — Уэс знал этот тон слишком хорошо, чтобы иметь какие-то сомнения, что он означает. Так Аннализ обычно начинала заключительную речь, когда имела на руках несомненный козырь. — Как вашей способностью к логическому анализу, так и ясностью мыслей — не так-то просто сохранять ее на подобном уровне после того как всё утро провели на коленях и лицом в подушку. Верно, доктор Уотсон?
Если до сих пор тот был покрасневшим, то в этот момент лицо его приобрело прямо-таки багровый оттенок. Реакция Холмса же ограничилась четко сфокусированным взглядом и рукой, взметнувшейся к волосам: похоже, посчитал, что именно они его и выдали; и в случае с ним это уже стоило считать за очко в свою пользу.
— Вы… вы тоже?.. — беспомощно вопросил Уотсон, стискивая переносицу. — Или как вы…
Аннализ одарила его торжествующей улыбкой, и Уэс в этот момент гордился ею как никогда.
— Бог мой, да ничего сложного. — Короткий смешок вырвался из ее груди. — Нужно по-настоящему любить такого позера, как он, чтобы продолжать делить с ним квартиру. Но даже при этом вам должно быть крайне непросто удержаться от искушения как следует ткнуть его носом в кровать. Гарантия, что он замолчит хотя бы на это время.
Предательская улыбка расползлась по губам Уотсона прежде, чем он успел опомниться, и Холмс, заметив ее, недовольно сощурил глаза.
— Ну, — после секундной заминки проронил он, — ваш мозг функционирует вполне достойно для той, у кого в прошлом были проблемы с алкоголем.
Аннализ выпустила руку Уэса и медленно шагнула вперед. Холмс с нескрываемым осознанием собственного превосходства выдвинулся навстречу, но на следующую фразу натолкнулся, как на невидимую преграду:
— Говорит мне вроде-бы-завязавший наркоман?
Уэс и доктор Уотсон ошеломленно переглянулись. Тучи сгущались: казалось, еще немного — и воздух затрещит, вспыхнет искрами.
— Я давно уже не употребляю!
— Да неужели? Гиперактивность, перепады настроения, наверняка нарушение сна… Вам крупно повезло, что вы живете с доктором!
— Вам он тем более не помешал бы! Как вас вообще взяли работать в университет?
— Мне хотя бы профессию себе не пришлось придумывать!
Попытку Уэса к ней подступиться Аннализ отмела решительным жестом в духе «не суйся, это моя схватка», и он, примиряюще выставив перед собой ладони, отступил к двери. Возражать сейчас было бы себе дороже: не хватало еще самому попасть под горячую руку.
— Давно уже не было такого, чтобы кто-то мог ему достойно возразить, — с уважением заметил доктор Уотсон, кивая на разворачивающееся противостояние.
Уэс передернул плечами:
— Ее тоже впечатлить непросто.
С полминуты они неловко переминались с ноги на ногу, слушая, как их благоверные вовсю соревнуются в красноречии. Доктор не выдержал первым:
— Может быть, чаю? — участливо предложил он.
Уэс неуверенно оглянулся через плечо: практикующий адвокат и консультирующий детектив в попытках переорать друг друга выясняли, кому из них прямая дорога к психотерапевту. Аннализ только-только входила в раж. Перепалка грозила затянуться.
Во взгляде доктора Уотсона читалось обреченно-сочувственное понимание, и Уэс вдруг ощутил необъяснимый прилив симпатии к этому человеку.
— Пожалуй, — согласился он, следуя за ним на кухню.
Митчелл Донелли был всеми благополучно позабыт.