Work Text:
Когда Кэти открывает глаза, Гарри в спальне уже нет. Невесомая полоса света между неплотно задёрнутыми портьерами прорезает пространство на неравные части. Сейчас утро или начало обеда? Кэти отчаянно желает провалиться обратно в приятное несуществование, которое дарит сон, но он уже безвозвратно ускользнул. Батарея оранжевых флаконов на прикроватной тумбе смотрит с немой издёвкой. Пустые чёрные сны – это единственное облегчение, которое они даруют. Кэти не против и готова платить за это собственным телом. Оно кажется ей таким распухшим и тяжелым из-за лекарств, что она не в силах даже посадить его в кровати. Одеяло придавливает к матрасу, голова тонет в подушке.
Неповоротливые мысли медленно блуждают по комнате, наталкиваясь на предметы. Сваленная на стул одежда Гарри. Голубые обои. Фотографии в рамках. Она ненавидит каждую. Они нагло лгут ей прямо в лицо. Кэти точно знает, кто должен быть на них. Но фотографии показывают ей лишь искажённую реальность.
В голове будто свинцовый шар и до Кэти далеко не сразу доходит едва слышный скребущий звук за дверью.
- Мам? Ты в порядке?
Внутри всё сжимается. Ежедневное испытание началось. Она отрывает голову от подушки и видит в освещённой щели под дверью тень. Кэти шевелит сухими губами, беззвучно умоляя уйти того, кто стоит по ту сторону. Проклятые девчонка и мальчишка с голубыми глазами такими похожими на её собственные оккупировали их с Гарри дом. Заняли детскую их ребёнка, поделив пополам его имя. Где её Джесси Дилан?
Кэти роняет голову обратно и закрывает глаза, судорожно стараясь воскресить лицо собственного ребёнка. Он… Она… Она не может вспомнить ни цвета волос, ни глаз, ни голоса. Вместо глаз у её ребёнка тёмные дыры, свод черепа провалился внутрь, лицо оплыло, как подтаявший воск. У Кэти перехватывает дыхание. Эти монстры Джесси и Дилан забрали у неё память! Пробрались в ночи в её голову и головы всех жителей Ординариума! Выскребли оттуда воспоминания о её Джесси Дилан(е)! Но разве возможно заставить мать позабыть собственное дитя?
Она знает, что они подделки.
- Мам, мы в магазин. Тебе что-то купить?
- Идём, Дилан, она всё равно не ответит. – девчонка старше мальчишки всего на год, но именно она главная в их паре.
Кэти надеется, что хотя бы сегодня они не вернутся. Снизу доносится глухой угрожающий голос Гарри. Убей их, убей их! Если ты не дал мне пристрелить их тогда, так доведи начатое мной до конца!.. Хлопает входная дверь. Значит маленькие чудовища сбежали из дома. Слёзы скатываются по вискам и застревают в волосах. Она так невыносимо тоскует по своему настоящему ребенку.
Ребёнку?
Единственному ребёнку?
У неё двое детей.
Джесси и Дилан.
У Джесси прекрасные рыжие волосы.
У Дилана слишком мягкий характер.
Джесси дерётся, как мальчишка.
Дилан перенял талант Кэти к рисованию.
Губы сами растягиваются в улыбке. Джесси и Дилан неразлучны и связаны, точно близнецы. Сердце разбухает от теплоты и нежности, когда она думает о них.
О её детях. О своём ребёнке. Она выносила и родила одного ребёнка!
Кэти распахивает глаза и смотрит на призрачные очертания люстры. Нежность рассеивается подобно туману.
Она уснула? Потеряла сознание?
Душно. Свет в щели между штор теперь оранжевый резкий. К мокрому горячему телу неприятно липнут простыни, опутывая как кокон. За дверью слышны шаги и шелест детских голосов. Они вернулись. Если бы она могла, то вытрясла бы из них правду о её ребёнке. Единственном ребёнке. Они только копии. Копии. Копии. Копии!
Непослушной рукой Кэти тянется к лекарствам, но пальцы промахиваются. Флаконы с глухим стуком падают на пол. Она пытается позвать Гарри, но он не слышит её тихий голос. Дай бог, он вообще трезв.
За окном шелестят яблони. Свет между штор медленно умирает. Гарри трус. Он ведь тоже видит – что-то не так. Только вместо того, чтобы признать это, он дни напролёт беспробудно пьёт. Пустые бутылки на первом этаже выстроились в нестройные ряды, подражая её флаконам.
Нечто, как кукушка, навязало им чужих детей. Их собственного вытолкнули из гнезда, и он погиб, разбившись о землю. Глаза вновь наполняются слезами. Её руки точно из теста, но Кэти высвобождает их из-под одеяла и прижимает груди, воображая, нет ощущая, ребёнка в объятиях.
Своего ребёнка.
Единственного ребёнка.
Джесси Дилан(а)