Chapter Text
Земфира плотнее закуталась в одеяло, пальцы крепко обхватили едва теплую кружку с чаем в отчаянной попытке согреться. Женщина задумчиво смотрела на спортивную сумку в углу напротив кровати, на футляр с гитарой, прислоненный к стене, и думала, как ей быть дальше.
Сегодня ее должны были выселить.
Сама только мысль о том, что еще немного - и она окажется на улице без гроша в кармане, действовала на женщину угнетающе. Денег не было даже на билет домой, что уж говорить о том, чтобы снять где-нибудь жилье подешевле. Иными словами, идти ей было совершенно некуда.
До нового года оставалась всего неделя. Зима в этот раз выдалась удивительно холодной, и Земфира чувствовала, что не доживет до первого января, если сейчас окажется на улице. У нее, привыкшей жить в теплой квартире, не было совершенно никаких шансов выжить на улице в такой мороз.
Впрочем, сейчас думать об этом было совершенно бессмысленно. В конце концов, она при всем желании не могла взять из ниоткуда необходимую сумму, чтобы заплатить за квартиру. Несколько месяцев без работы, на еду едва хватало того, что приносила игра на гитаре в темных переходах, где вечерами бродили подозрительные личности, порой хихикая и отпуская пошлости в адрес хрупкой женщины-музыканта. Кое-что откладывалось на черный день, но все же этого не хватало на оплату съемной однушки на окраине города.
Москва оказалась не такой гостеприимной, как казалось Земфире пять лет назад, когда она, совсем девчонка, полная надежд и амбиций, приехала покорять столицу. Столица оказалась недружелюбной и жестокой, и с амбициозной девчонкой из Уфы разобралась быстро и жестко. Мечты разлетелись вдребезги, разбившись о суровую реальность.
Земфира могла вернуться домой, и она это отлично знала. Могла пойти работать в музыкальную школу или воспитательницей в садик, тем более, что с детьми женщина отлично ладила. Она и работала в Москве сначала в музыкальной школе, потом в детском саду учительницей музыки. Дети ее любили, начальство - не очень, и потому нигде Земфира не смогла продержаться дольше года.
Впрочем, не в ее характере было унижаться перед начальством и умолять оставить ее на этой работе, и потому женщина вновь и вновь каждое лето писала увольнительную по собственному и шла в новую школу или новый садик. До тех пор, пока осенью две тысячи третьего года она не смогла найти работу в школе или садике, и не осталась на улице.
Некоторое время женщина не отчаивалась. Устроилась было в контору секретаршей, но ее, несмотря на все старания, уволили после испытательного срока. Потом пара недель в роли официантки, одно выступление в ресторане - и все. Больше работу Земфира так и не смогла найти.
Родным она об этом не говорила - у ее семьи и так было не так уж много денег, а мать наверняка первым делом бросилась бы собирать деньги для дочери, и этого Земфире хотелось меньше всего. Родителям не стоило так переживать из-за нее.
И вот, теперь ее выселяют из квартиры. Впрочем, вполне закономерно: не можешь платить - не снимаешь квартиру. На жалость давить Земфира не собиралась. Ни к чему унижаться, нужно было сохранить хотя бы остатки собственного достоинства.
Вещи Земфира собрала еще накануне, привела квартиру в порядок и приготовилась к тому, что совсем скоро появится хозяин с требованием освободить помещение.
Хозяин действительно вскорости появился, позвонил в дверь, и в тот момент, когда женщина открыла ему дверь, холодно и жестко произнес:
- Будьте добры освободить помещение.
Земфира, полностью одетая, с гитарой на плече и сумкой в руке, в ответ молча протянула ему ключи.
***
Дальнейшее женщина помнила смутно. Она бродила по вокзалу, что-то играла, пристроившись в углу, чтобы никому не мешать, кто-то даже бросил ей пару бумажных купюр, но этого едва хватило на то, чтобы пообедать в привокзальной забегаловке. Мысль о том, чтобы заработать на билет до Уфы, испарилась, стоило Земфире начать играть громче и увереннее - двое полицейских, до этого слонявшиеся по залу ожидания, довольно грубо попросили женщину прекратить. Связываться со стражами порядка Земфира не решилась, и потому играть перестала.
Осознав, что на вокзале заработать не получится, женщина направилась в ближайший переход, но и там поиграть особо не удалось. Через полчаса после того, как Земфира начала играть, к ней подошли двое сурового вида мужчин в черных кожаных куртках, и произнесли:
- Вали отсюда. Не твоя точка.
- А чья? - холодно поинтересовалась Земфира.
- Не думаю, что ты захочешь познакомиться с этим человеком. Собирай манатки и вали.
- У вас тут что, бизнес попрошаек?
- Вали, тебе сказали, попрошайка. Пока по-хорошему даем.
Судя по виду этих двоих, в случае дальнейших препирательств ничего хорошего ждать от них не приходилось, и потому женщина поспешно ретировалась, забрав немногочисленные пожитки.
Так, после долгих скитаний в попытках заработать хотя бы на ночлег, уже поздно вечером, Земфира оказалась на Патриарших прудах. Устроившись на лавочке около одного из подъездов, она поставила сумку себе под ноги, крепко обняла чехол с гитарой и закрыла глаза. Она безумно устала за этот день, в кармане оставались жалкие сто рублей, которых вряд ли бы хватило даже на самую жесткую и неудобную койку в самом грязном и дешевом хостеле, особенно с учетом того, что до этого хостела еще нужно добраться.
Невероятно хотелось спать. Пальцы замерзли и уже едва двигались, но это уже было совсем не важно. В конце концов, идти Земфире было совершенно некуда, если только кто-то добрый не откроет сейчас дверь подъезда и не пустит женщину внутрь, чтобы она смогла провести в тепле хотя бы эту ночь. Вот только кто в здравом уме пустит незнакомого человека с улицы к себе домой?
Погрузившись в мрачные тяжелые мысли, Земфира не сразу заметила, как начала засыпать. Сил на то, чтобы держать себя в сознании, практически не оставалось.
В тот момент, когда женщина уже была готова уснуть на заледеневшей лавочке, помощь пришла с самой неожиданной стороны. Рядом с подъездом остановилась машина, после раздался хруст снега под чьими-то ногами, и кто-то потряс Земфиру за плечо.
- Девушка, Вы в порядке? - спросил незнакомый голос.
Про себя женщина отметила, что у этого неизвестного - вернее, неизвестной - приятный тембр, но мысли этой она почти не уделила внимания.
- Девушка? - незнакомка похлопала женщину по щеке. - Девушка, скажите что-нибудь.
- Ты не видишь? - произнес мужской голос - видимо, спутника неизвестной. - Она пьяная.
- Не пьяная, Лень. Девушка, вставайте, а то замерзнете. Лень, ты чего стоишь, помоги ей.
На некоторое время воцарилась тишина, пока кто-то резко не поднял Земфиру, заставив женщину открыть глаза.
Некоторое время, достаточное для того, чтобы завести ее в подъезд, Рамазанова никак не могла понять, что происходит. Только в тот момент, когда в лицо ударил теплый воздух, Земфира поняла: ее действительно впустили в подъезд. Кто-то держал ее под руку, заставляя идти вперед, сзади неизвестная переговаривалась со своим спутником вполголоса. Земфира не могла разобрать, о чем они говорили, но мужчина, судя по голосу, был крайне недоволен происходящим.
Каким образом они добрались до квартиры этой незнакомки, Земфира не помнила. Оказавшись в помещении, женщина начала постепенно приходить в себя, хотя всё ещё плохо осознавала, что происходит, куда её ведут. Ей помогли раздеться и провели в комнату, небольшую и светлую. Только Земфира оказалась в тепле и безопасности, как сразу провалилась в сон, совершенно не заботясь о том, где она находится и кто эти люди, что её подобрали.
Тем временем на кухне скандал готов был разразиться в полной мере.
- Рената, ты сдурела совсем?
- Конечно, не дала человеку замёрзнуть и умереть, - Литвинова закурила, выпуская сигаретный дым в потолок.
- Ты вообще понимаешь? А если она воровка?
- Перестань, - женщина поморщилась. - Не похожа она воровку.
- Это тебе не котёнка подобрать.
Рената вздохнула и покачала головой.
- Не ругайся, пожалуйста. Она переночует и утром уйдёт.
- Чтобы утром я её не видел, - закончил неприятный разговор мужчина и удалился в другую комнату.
Рената на цыпочках подкралась к комнате, где спала девушка, с которой они даже не успели толком познакомиться, приоткрыла дверь. Земфира спала. Тихонько притворив дверь, Литвинова оставила девушку отдыхать и ушла.
***
На следующее утро Земфира открыла глаза и не сразу поняла, где она находится. Вышла из своей комнаты и отправилась на поиски тех, кто её сюда привёл. С мужчиной она столкнулась в коридоре, поздоровалась и спросила, куда ей идти.
- Вас ждут в гостиной, - ответил ей Леонид.
Земфира оказалась в большой гостиной, в кресле сидела незнакомая женщина с домашнем платье с аккуратно убранными светлыми волосами.
- Доброе утро, - женщина обернулась и произнесла, приглашая гостью на соседнее кресло.
- Доброе, - ответила Земфира, удобно устраиваясь.
- Сейчас я вам принесу завтрак.
- Спасибо, - смущённо пробормотала женщина, опуская голову.
- Меня зовут Рената. А вас? - собеседница протянула ей руку и мягко пожала.
- Земфира.
- Что же, Земфира, располагайтесь.
Рената покинула комнату, а через минуту вернулась с подносом, на котором стояли две тарелки с яичницей и бутербродом и кружка чая.
- Вот, завтракайте. В 12 мне нужно будет уехать на репетицию. Вы можете остаться. Вам всё расскажет наша горничная.
- Но мне неудобно вас стеснять. Вы даже ничего обо мне не знаете, - пожала плечами Земфира и покосилась на поднос. Есть жутко хотелось, но было очень неловко.
- Вы никого и не стесняете, - улыбнулась Литвинова обнажив белые зубы.
В дверном проёме показался Леонид, недовольно нахмурившийся, когда услышал, что Земфира остаётся.
- Можно тебя на минутку? - обратился он к жене.
Рената вышла, ответив Земфире: “Завтракайте”, и закрыла в гостиную двери.
- Ты сказала, что утром её не будет.
- И куда ей сейчас идти?
- Куда хочет. Это не наши проблемы, - повысил голос мужчина.
- Не кричи, - Литвинова обернулась, взглянув на Земфиру сквозь стеклянную дверь, и увела Леонида в сторону.
- Рената, ты сама хоть понимаешь, что делаешь? Привела домой не пойми кого, позволила ей тут заночевать…
- А если бы она замерзла там насмерть? - Рената укоризненно взглянула на мужа.
- Ты слишком доверяешь людям. Спроси, где она живет, есть ли у нее родственники, дай денег на дорогу, если она так тебе понравилась, и пусть проваливает.
Рената мрачно кивнула. Она была категорически не согласна с позицией мужа, но, с другой стороны, его позиция была вполне ясна. Видеть в своей квартире человека с улицы мало кому понравится, и Леонид не был исключением.
Вернувшись в гостиную, Литвинова неслышно опустилась на диван, наблюдая за тем, как Земфира уплетает завтрак за обе щеки. Было что-то особенное в этой женщине, что-то, что приковывало взгляд к ее хрупкой фигурке. И отчего-то Ренате совершенно не хотелось прощаться с ней.
- У Вас есть родственники в Москве? - спросила женщина.
Земфира подняла голову, несколько секунд пристально смотрела на Литвинову, после чего произнесла с едва заметной улыбкой:
- А что, похоже?
- Тогда откуда Вы?
- Уфа.
- Я могу дать Вам денег на дорогу…
Земфира тряхнула головой.
- Я домой не поеду, - произнесла она удивительно жестко.
- Почему это?
- У моих родителей и так немного денег, а тут еще я им на шею сяду. Понимаете, это неправильно. Поэтому я лучше останусь здесь.
- У Вас есть знакомые, у которых Вы можете остановиться? Друзья?
- Никого.
Рената сочувственно вздохнула, думая, как же помочь Земфире. Наконец она придумала и с торжествующей улыбкой вышла из гостиной, вернулась с конвертом.
- Возьмите, - сказала она, протягивая конверт Земфире. - Это Вам на первое время. Здесь тридцать тысяч рублей.
Земфира хмуро посмотрела на конверт.
- Я не возьму.
- Я настаиваю.
- Почему это?
- Потому что я не могу позволить себе отправить Вас на улицу совсем без денег. Возьмите. Найдете себе жилье, устроитесь на работу.
- Вы всегда так щедро одариваете незнакомцев? - поинтересовалась Земфира, принимая деньги.
- Просто Вы мне очень понравились, - без тени улыбки ответила Литвинова. - А теперь, боюсь, нам придется расстаться. Извините, что так ввела Вас в заблуждение. Мой муж, он… недоверчиво относится к посторонним. Сами понимаете, дома маленький ребенок, а я привела Вас…
- Я поняла, - кивнула Земфира, поднимаясь. - Спасибо большое.
- Не за что, - вздохнула Рената, провожая женщину взглядом до самой двери. - Ваши вещи в прихожей.
Рената наблюдала, как Земфира собиралась в прихожей. Почему-то становилось жалко отпускать эту странную женщину, но поделать ничего было нельзя. В глубине души Рената была уверена, что они ещё обязательно встретятся. В конце концов, не зря Земфира ей послалась в тот зимний вечер. В это Литвинова безоговорочно верила. Она и сама не могла объяснить, что притягивало к этой женщине. Может, её абсолютная искренность и какая-то детская простота, что уже давно не встречалось Ренате.
- Ну всё, я пойду, - голос Земфиры вернул её в реальность.
- Всего доброго вам, - Рената обняла женщину на прощание.
- Спасибо, - прошептала Земфира, стараясь не поддаться чувствам и не заплакать. - До свидания, - выскочила из квартиры, сбегая вниз по лестницы, и оказалась на улице.