Chapter Text
— Что ты здесь делаешь?
Ну наконец-то. Встреча с Царицей и Пьерро продлилась куда дольше, чем Панталоне ожидал. Он улыбнулся и поднёс один из стоявших на столе бокалов с вином к губам.
— Здравствуй, любовь моя, — сказал он, переведя взгляд от ужасно дорогого хрусталя в руке на Дотторе на пороге. Ещё один его подарок для любимого доктора, кстати. — Я ждал тебя.
— Не уходи от вопроса. Что ты забыл в моём офисе? — Дотторе скрестил руки, явно намереваясь не двигаться с места, пока Панталоне не ответит на его претензии. Правда у банкира были совсем другие планы.
— Присаживайся, — Панталоне махнул в сторону стула перед собой. — Нам есть, о чём поговорить.
Дотторе ещё несколько секунд упрямился, но всё же послушался банкира. Едва он сел, в его сторону были пододвинуты второй бокал и увесистая папка. Доктору было достаточно одного взгляда на неё, чтобы всё понять. Он тяжело вздохнул и отпил вино. Разговор обещал быть сложным, они оба это чувствовали.
— Кто из идиотов дал тебе этот файл? Это был Тета, да?
— Это единственное, что ты хочешь сказать?! — почти криком ответил Панталоне вопросом на вопрос. Кто из них двоих ещё пытался избегать прямых ответов.
О, как же ему хотелось сейчас ударить этой самой папкой доктора, но проклятая разница в силе.
— А что мне ещё говорить? — Дотторе звучал даже слишком спокойно, будто он ожидал этого исхода. — Я допустил ошибку на эмоциях, теперь ты всё знаешь об одном из моих самых секретных проектов. Больше, чем написано там, я тебе не расскажу.
Проект. Проект, чёрт возьми. Как же наивно было с его стороны верить, что Дотторе на самом деле умеет чувствовать.
— Я для тебя проект? — тихо произнёс Панталоне с горькой усмешкой. А разве можно было ожидать другого от доктора. Возможно, Сандроне всегда и во всём была права, возможно…
— Не ты, — прервал Дотторе поток его негативных мыслей, и банкир поднял на него глаза. — Твоя жизнь.
С каждым словом доктора он будто бы понимал всё меньше и меньше.
— Дотторе, ты хочешь превратить меня в монстра. Я же прочитал документы, ты…
— Я хочу спасти тебя! — криком прервал его Дотторе и тяжело выдохнул. Потянулся рукой к бокалу и ещё раз отпил из него.
Как жаль, что у него на столе нет маятника. Надо подарить.
— Я тебя не просил меня спасать, — покачав головой, уверенно сказал Панталоне. И с каких только пор у доктора появился синдром спасателя? Нашёл даму в беде и решил поиграть в рыцаря на белом коне. Хах.
— Поэтому соврал? — уже с привычным спокойствием произнёс Дотторе, не отводя взгляда от хрусталя в руке.
— Из нас двоих ты врёшь. Как мне вообще теперь тебе верить, — с какой-то необъяснимой печалью сказал Панталоне. В Заполярном слишком много интриг, слишком много личных целей у каждого, верить Дотторе было… комфортным самообманом. Можно понять эту странную боль в районе сердца, когда завеса тумана рассеялась.
Можно же?
Доктор заметно удивился и перевёл взгляд сначала на папку между ними, а потом и на банкира. И кажется, испытал какое-то озарение.
— Видимо, ты не прочитал до конца. Открой последние страницы, и ты всё поймёшь.
Панталоне колебался. Да, он действительно не прочитал полностью, но ему показалось, что он достаточно видел. Учитывая все планы, расписанные на первых страницах, страшно представить, что было в конце.
Он всё-таки потянулся к папке и открыл её на этот раз сзади. Один взгляд на последние страницы, и он наконец-то понял.
«Ересь», «война Архонтов», «Разлом», «ересь», «непоправимые последствия», «богохульство», «ересь», «ересь»…
— Подожди, твоя командировка была…
— Нет. Я заехал в Ли Юэ на обратной дороге, — Дотторе поставил бокал на стол, скрестил руки на груди и посмотрел на Панталоне. — Некоторые аномалии в твоих показателях не давали мне покоя уже давно. При последней проверке аномалии только ухудшились. Раз ты мне ничего не говорил, я решил сам попробовать поискать ответ… на твоей родине. И я его нашёл. — доктор взял какой-то из лежащих на столе файлов, достал из него плотную бумагу и кинул в сторону банкира. Панталоне взял в руки и усмехнулся. Перед ним была открытка с видом деревни Цинцэ. — Привет тебе от брата.
— Не хочу даже знать, каким образом ты выудил из него эту информацию, — Панталоне повернул открытку и прочитал всего пару слов.
«Надеюсь, у тебя всё хорошо. Бай Чжу».
— Это было достаточно легко, — Панталоне приподнял одну бровь и перевёл взгляд на Дотторе. — Не волнуйся, без рук и пыток. Вы с ним похожи, знаешь ли, — от этого комментария банкир только фыркнул. — Я серьёзно. Предложи ему то, что вызовет у него интерес, и сделка будет закрыта. Так уж вышло, что я со своим положением имею доступ к многому, что способно заинтересовать аптекаря… и учёного, — доктор сделал ещё один глоток вина, прежде чем продолжил. — Чья идея была поиграть с останками богов: твоя или его?
— Моя, — без колебаний ответил Панталоне. Как пренебрежительно со стороны Дотторе называть то, что они сделали, игрой.
Хотя, возможно, по его меркам это действительно только детские шалости.
— Я так и думал. Никогда в тебе не сомневался, любовь моя, — усмехнулся Дотторе, но моментально вновь стал удивительно серьёзным. — Вы два идиота, которые не были готовы к последствиям. И теперь вы оба умираете. Хоть тебе и меньше досталось, тебя это всё равно коснулось. Это стоило того?
Доктору не нужно было произносить это вслух. Так это почти начинало пугать. Панталоне знал свою судьбу с того самого момента, как скормил брату найденный в пещере в Разломе цветок с божественной аурой.
— Все рано или поздно умрут, — пожал плечами банкир, чем, кажется, разозлил Дотторе.
— Не все. Я не умру. Как ты предлагаешь мне жить без тебя?
Так вот, о чём всё это. Об эгоистичных желаниях доктора владеть им полностью и до самого конца.
Дотторе ещё некоторое время смотрел прямо на него, прежде чем ещё раз усмехнулся, встал и подошёл к банкиру.
— Скоро я отправлюсь в Сумеру, — сказал доктор, присаживаясь на стол перед Панталоне. — Оттуда я вернусь с двумя гнозисами. План Её Величества пересечёт экватор. До конца старого мира всё меньше и меньше времени, — он невесомо прикоснулся рукой в перчатке к щеке банкира. — В одном наша дорогая Сандроне права. Ты просто человек. Как я теперь знаю, умирающий из-за неосторожного богохульства человек. Шансы, что ты переживёшь кульминацию, минимальны.
Панталоне опустил глаза вниз. Дотторе точно не стоило всё это произносить вслух.
— Но я переживу, мы оба это понимаем, — продолжил доктор. — И останусь в новом мире один. Опять, — он вздохнул и убрал руку. — Я не хочу просто пережить то, что грядёт, я хочу пережить это с тобой. Именно поэтому твоя жизнь — мой самый ценный проект.
Панталоне нечего было ответить. Это было одновременно самое жестокое и самое потрясающее, что он когда-либо слышал.
Ненадолго повисла тишина.
— Когда я встретился в Ли Юэ с твоим братом и узнал всё о вашем прошлом, я запаниковал. Впервые в своей жизни, возможно, — вновь заговорил Дотторе. — Я достаточно экспериментировал с останками богов, чтобы знать, чем это может грозить. Не знаю, чем я думал, когда заявился к тебе с требованием сдать анализы. Очевидно было, что ты заподозришь неладное и заинтересуешься этим проектом. Это моя главная ошибка.
— Почему ты не мог мне просто рассказать? — наконец-то сказал что-то Панталоне, поднимая глаза на доктора.
— Когда ты прочитал файл, твоей первой мыслью было не то, что я ищу способ тебя спасти, а то, что я хочу превратить тебя в монстра.
— А как ещё это могло для меня выглядеть?
— Это лишь показывает, как слабо ты понимаешь масштабы моей работы, — пожал плечами Дотторе. — Скажи я всю правду изначально, тебя бы это только испугало.
Возможно, он был прав. Его и сейчас это всё пугало, когда пазл уже полностью сложился, когда всему нашлось объяснение.
— И есть ещё одна причина, — немного подумав, решил добавить Дотторе. — Это мой самый большой секрет, потому что никто не должен знать мою единственную… — он запнулся, но Панталоне уже и сам понял, что он хотел сказать. — Если люди будут знать, как сильно я дорожу твоей жизнью, это легко станет компроматом против меня.
Банкир мягко улыбнулся. Быть слабостью одного из самых опасных людей? Это определённо льстило.
— С каких пор у тебя такое нежное и трепетное сердце, Дотторе?
— С тех пор, как самый прекрасный мужчина во всём Тейвате снял мою маску, посмотрел в глаза и сказал, что любит меня, — абсолютно серьёзно произнёс Дотторе последнее, что Панталоне ожидал от него услышать.
Любовь. Какой странный концепт для таких людей, как они.
— Кто бы мог подумать, что внутри тебя сидит неисправимый романтик, — легко рассмеялся Панталоне и встал с такого удобного кресла Дотторе, чтобы посмотреть ему прямо в глаза. — Хочешь остаться со мной даже после конца света? Хорошо. Знаешь, я тоже не пылаю желанием умирать, — он нашёл пальцами руку доктора и крепко сжал её. — Делай, что хочешь, но найди способ для нас остаться вместе на развалинах старого мира. Только больше без секретов, любовь моя.