Chapter Text
Шум игры, выкрики и звук удара мяча о биту слышался с самой парковки. Таксист высадил Бьякую у небольшого бейсбольного поля, грубо потребовал чаевые и на выезде громко взвизгнул шинами по асфальту. После Японии с её услужливыми и крайне вежливыми работниками сферы услуг Америка такой роскошью могла побаловать только в отеле. И эта путаница с ценами и обязательными чаевыми… Бьякуя пробыл здесь без малого два дня и уже хотел обратно.
Мало того, что ему не понравилась сама страна — слишком шумная, быстрая и грязноватая, так ещё и компания подобралась на редкость неудачная. Сам Ямамото и Зараки с его то ли замом, то ли ассистентом. Они разделились и Бьякуя с генеральным посвятили всё время Брауману, головному офису, переговорам и деловым завтракам, обедам и ужинам, а Зараки с Каффом уехали на производство и ближайший объект в фазе стройки. Чудесное решение, потому что Зараки надоел ещё по пути в аэропорт, где Бьякуя решительно поменял билет и из своего кармана доплатил за бизнес-класс плюс, чтобы после полёта на другой конец света быть в форме и здравом уме.
Прошедшие два дня были такими плотными и насыщенными, что в сегодня, в субботу, Бьякуя проспал дольше обычного и только в одиннадцать утра попросил вызвать себе такси. Не то чтобы он спешил… Но и опоздать тоже не хотелось, тем более, что ехать пришлось в пригород, где занималась бейсбольная команда, уже давно собранная по инициативе нескольких работников. Они тренировались по субботним утрам на поле средней школы и играли в любительской лиге. Вполне успешно играли, с гордостью заметил Брауман. Оглядевшись и поправив солнечные очки, Бьякуя обошёл высокий сетчатый забор и присел на первый ряд трибун поближе к лестнице, чтобы посмотреть за игрой. Большим поклонником бейсбола он никогда не был, но иногда смотрел игры, если по кабельному не находилось ничего интереснее, поэтому в правилах разбирался и мог назвать пару-тройку имён самых знаменитых игроков.
Игра шла довольно вяло и лениво, наверное, из-за жары. Солнце пекло нещадно, а тени на площадке не предусматривалось. Абараи отбил подачу, за мячом бросились сразу трое, чуть не подрались по дороге и, пока они переругивались, он прогулочным шагом пробежал все базы, остановился на последней и стал переговариваться о чём-то с подающим.
Опознать Абараи среди остальных удалось только по татуировкам, все игроки носили одинаковую форму в тонкую полоску и кепки. Как их не хватил удар от перегрева? Бьякуя изнывал от жары, а ведь он просто сидел. Неразбериха на поле закончилась, но подающий обернулся на трибуны, будто почувствовал взгляд, и сказал про гостя Абараи. Тот обернулся и замер. Бьякуя тоже оцепенел на секунду, вспоминая, зачем сюда приехал. Точно не поздороваться и сбежать в прохладу отеля. Он поднялся с трибуны и пошёл на поле, не дождавшись какой-нибудь реакции. Слабый ветерок подул в лицо, немного освежая и донося слова подающего:
— Это твой бывший босс, в которого ты до сих пор влюблён? — громко позубоскалил он. За два с лишним года Бьякуя подтянул знание языка и научился разбирать американский акцент, но всё равно сделал вид, что не услышал и не понял. Всё-таки это была их традиция — игнорировать неловкие ситуации.
— Заткнись, Базз Би, — Абараи пихнул друга в плечо и сам поспешил навстречу. — Здравствуйте, Кучики-сан! Вот это встреча! Никак не ожидал вас увидеть здесь… — он легко перешёл на японский, говоря слишком громко и быстро. — То есть, я вчера видел Зараки-сана и Мадараме-сана, они говорили, что вы тоже прилетели, но не думал, что у вас найдётся время на… ну, на это, — он растеряно махнул рукой и смутился, слишком очевидно читалось сомнение, что Бьякуя бы стал искать время в плотном графике именно для него.
Абараи обернулся на команду, крикнул, что у него перерыв, и повёл Бьякую к скамейкам под козырьком. Из сумки-холодильника он вытащил две холодные бутылки с водой, одну отдал, а к другой присосался сам, по пути скидывая кепку и утирая пот со лба. Прежняя грива отрасти не успела, торчал лишь куцый хвостик на затылке, волосы из которого выпали, стоило кепке перестать придерживать их.
— Смотрю, ты решил вернуться к своему цвету, — не мог не сказать Бьякуя, делая глоток. У Абараи оказались насыщенно-каштановые волосы, которые, впрочем, отдавали рыжиной. Он испытывал неловкость и не знал, как общаться после такого долгого перерыва, но сказать что-то хотелось.
— Здесь красить волосы оказалось не так весело. У Базза вообще розовый ирокез. Я рядом с ним — бледная тень, — усмехнулся он, указывая на друга. Глупо ревновать Абараи к другу или нет? Бьякуя кивнул, разглядывая подающего внимательнее. — Но татухи даже тут народ впечатляют. Половина думает, что я сбежал от якудза, но здесь это даже прикольно, а не обидно.
— Вижу, ты освоился, раз тебя это не задевает. Вчера какая-то прохожая назвала меня горячим самураем. Не очень понимаю, что она имела в виду, мой английский не на столько хорош.
Неожиданно Абараи рассмеялся, поперхнувшись водой. Непонятно, что рассмешило его — слова странной женщины или выражение лица Бьякуи:
— Она имела в виду, что вы офигенный, Кучики-сан, — прохохотался он и соизволил пояснить. — Красивый, даже не так. Сексуальный, — какой ужас. Неудивительно, что Абараи нравилось жить в Америке, потому что он единственный в Японии, кто мог в лицо наградить Кучики Бьякую такими эпитетами.
— Неужели здесь в порядке вещей кричать об этом незнакомым людям? — Бьякуя покачал головой, вздыхая. — Зачем ставить меня в такое неудобное положение? Да ещё и публично. И я совсем не самурай, скорее сёгун.
— Не переживайте так. Это был всего лишь комплимент, — попытался успокоить его Абараи. — Здесь это нормально, американцы более открытые и свободные, чем японцы. Ко мне тоже иногда кто-нибудь подходит и говорит, как ему нравится моя футболка или куртка. Обычное дело.
— Поэтому тебе здесь лучше? — спросил Бьякуя. Не хотелось признавать, но этот Абараи выглядел намного беззаботней и спокойней, чем Абараи из Токио. Сейчас разница была очевидна.
— Да, поэтому… Но я всё равно скучаю.
Бьякуя согласно кивнул и замолчал. Он тоже скучал.
— Вы когда улетаете? Может, сходим пообедать или поужинать? Есть один гриль-бар, где делают очень острые крылышки Баффало. Если вы готовы пережить факт, что их придётся есть руками, мы можем съездить. Я на машине.
В отеле лежал билет с сегодняшней датой вылета. По-хорошему, в аэропорт стоило выехать через два часа, чтобы без спешки добраться и зарегистрироваться на рейс. С другой стороны, рабочий ноутбук был с собой, а личный счёт позволял менять рейсы так же часто, как меняется ветер в сезон тайфунов. Почему бы и нет?
— За кого ты меня принимаешь, Ренджи? И очень надеюсь, что ты прилично водишь, потому что я не брал права. Иначе мы будем пользоваться общественным транспортом, и плевать сколько времени это займёт, — вести себя, как они оба привыкли, и держать немного высокомерный тон, как три года назад, получилось неожиданно хорошо.
— Обязательно, босс, — просиял Абараи, выкинул пустую бутылку и убежал к своим, предупредить или попрощаться, наверное. Бьякуя смотрел ему в спину, катал остаток воды в бутылке и размышлял, чем закончится эта поездка, кроме продления контрактов и укрепления международных связей. Он мог только предполагать или строить гипотезы, но с Абараи ничего нельзя было знать наверняка. Бьякуя решил не думать, куда его может завести это согласие, но очень понадеялся, что в Лас-Вегас. Он где-то слышал, что всё что происходит в Вегасе, там и остаётся. Возможно, это стоило проверить.