Chapter Text
Проснулся Кайден от разговоров Плутона и Картейна, которые говорили о своём, но почему-то прямо у него под ухом, а не в гостиной, как обычно.
– Почему вы здесь? – недовольно спросил Брейк, поднимая своё кошачье тело с пола.
– А нам запрещено? – вопросом на вопрос ответил Картейн.
На это Кайден лишь цокнул, не желая продолжать диалог, и, превратившись в человека, пошёл в ванную.
«Надо привести себя в порядок перед тем, как идти к ней», – подумал он. Мужчина со вчерашнего вечера прокручивал в голове то, что хотел сказать. Он обдумывал, как правильно донести то, что отношения с ним – это не какая-то проблема, которую надо опасаться. Донести, что она для него не угроза, а желание жить и двигаться дальше. Именно это он хотел сказать вчера, а не поставить её в неловкое положение своим напором, который сам с трудом контролировал.
«Нужно было просто успокоиться, а не стоять на своём», – сказал про себя он, вытирая лицо полотенцем. – «Но я мало того, что вчера немного разозлился, так её ещё и напугал… Придурок».
Кайдену было не по себе. Он понимал, что женщина чувствовала себя с ним незащищенной, по крайней мере из-за того, что она часть своей жизни провела с конченными пробуждёнными в лаборатории, которые издевались над детьми, из-за чего она не могла быть уверена в том, что он её не тронет.
«Ладно, в первую очередь, извинюсь за вчерашнее, а потом спокойно расскажу, что у меня на душе», – с этой мыслью он направился к комнате женщины, которая, как он надеялся, уже не спала. Однако, он так и не решался открыть дверь. Боялся, что Юджон ещё не остыла, что она выгонит его сразу, как только увидит.
«Почему я сейчас веду себя, как мальчишка? Я так не переживал даже перед тремя из топ-10, а тут перед женщиной чуть ли не трясусь от страха», – подумал Кайден и, тяжело вздохнув, открыл дверь, надеясь, что Юджон сидит на кресле. Вот только Юджон в комнате не было… На кровати лишь мирно спала Гестелла.
«А где…», – пронеслось у него в голове, из-за чего он резко захлопнул за собою дверь, сделав так, чтобы девушка проснулась.
– М-м, – промычала Гестелла, открывая глаза. – Кто?
– Сейчас вопросы задаю я! – зло сказал Кайден, подходя и нависая над девушкой. – Где Юджон?
– Что? – не поняла она.
– Где, блять, Юджон! – прокричал он, явно не контролируя себя. – Что ты с ней сделала?
– Ничего, – ответила Гестелла, отодвигая от себя Брейка, чтобы она спокойно могла подняться с кровати.
– Тогда, где она, если ты в её комнате?
– Кайден, не знаю, что ты сейчас себе надумал, но я бы не тронула её и пальцем, как минимум потому, что она человек, – недовольно сказала девушка, явно понимая, к чему он ведет.
– Где Юджон? – будто не слыша её, проговаривал он как мантру.
– Ты меня вообще слышишь? – встав напротив, спросила она. – Я тебе сказала, что я не знаю, где она. Уехала рано утром, а меня отправила спать сюда.
– Как уехала? – опешил он, из-за чего весь гнев моментально испарился.
– Вот так, – девушка развела руками. – Сказала, что ей пора возвращаться. Это единственное, что я знаю, – добавила она, умолчав, что главная причина отъезда сейчас стоит прямо перед ней, явно ошарашенная данной новостью.
Кайден не мог поверить своим ушам.
«Получается, что наш вчерашний диалог был последним…» – подумал он и уставился в пол, совсем позабыв о том, что Гестелла сейчас находится рядом с ним. – «А я вчера повёл себя как последний мудак».
Заметив, что Брейк полностью поглощён вестью, девушка решила уйти от греха подальше, пока этот твердолобый снова себе что-то не надумал. Поэтому она, не сказав Кайдену ни слова, просто испарилась, оставляя его с самим собой.
В его голове же крутилось много мыслей, но все они были ни о чём. Единственное, что он понимал – он сожалеет. Сожалеет за свой вчерашний порыв, сожалеет, что начал стоять на своём, а не просто согласился с её мнением. Сожалеет, что не извинился за всё. Это был второй раз, когда он о чём-то так сильно переживал. Всю свою жизнь, он был уверен, что чувства и эмоции должны быть позади и не выходить на первый план. Страшно? Тренируйся и не думай об этом. Расстроен? Тогда возьми себя в руки и займись чем-нибудь полезным, а не просиживай жизнь, смотря в одну точку. Но сейчас… Он не знал, что делать. Он не мог идти тренироваться, не мог делать вид, что ничего не произошло. Он не проигрывал, но сегодня первый раз, когда он потерял. Да, это была не жизнь и не достоинство, которых он мог лишиться во время сражения. Вот только это ощущалось гораздо хуже.
Прокручивая в голове вчерашний вечер, он почувствовал, как место пощёчины начало жечь, будто он снова получил по лицу. Не в силах стоять, он сел на край кровати и уткнулся в одну точку, обдумывая, что он может сделать, чтобы хотя бы извиниться за своё поведение.
«Куда она уехала, я не знаю, ведь это такое же секретное место, как и лаборатория, где она работала, поэтому прийти к ней я не могу… Может, попросить её номер телефона у Джиу? Но как тогда я объясню ему, зачем мне нужна его мама? Я бы честно ему признался, но… Тогда придётся рассказать всё, что я вчера натворил, а это… Не выставляет меня в лучшем свете», – Кайден тяжело вздохнул. – «Чёрт! Я в тупике».
Первый раз в жизни Брейк не знал, что делать. Любовь была не его сильной стороной, именно поэтому он не давал советов Джиу, так как не знал, как правильно его направить, чтобы он сделал выбор, о котором не будет жалеть всю оставшуюся жизнь. Да Джиу мог бы сам раздавать любовные советы ему, Картейну и Плутону, поэтому Кайден даже не пытался вступать на эту территорию. Но… Всего одна женщина заставила его пожалеть о том, что он не развивался в этом ключе, что откидывал любовь и чувства на задний план, предпочитая сражения. Может, если бы он хоть капельку знакомился с девушками, общался с ними, он бы не допустил ошибки, которая перечеркнула всё между ним и Юджон? Вот только он поздно задался этим вопросом. Сделанного не воротишь, поэтому ему оставалось только надеяться, что она простит его и приедет к Джиу, и тогда они спокойно поговорят, он расскажет всё, о чём жалеет. Всё, что желает. А сейчас… Ему остается только покорно ждать, пока они снова не увидятся.
«Пускай с тобой всё будет хорошо, Юджон», – подумал Кайден и поднялся с кровати. Однако, как бы он для себя ни решил её ждать, на душе всё равно было пусто. Пусто от осознания того, что, возможно, это была их последняя встреча и последний разговор, ведь она больше не приедет. Будет избегать этого места, как огня. Выходя из комнаты женщины, он подумал:
«Пожалуйста, дайте нам увидеть вн…», – но тут его прервал дрожащий голос Амёна, который произнёс то, что ему никогда не хотелось бы слышать.
– Профессор Кан… Она… – парень, которого Кайден знал, как безэмоционального убийцу, сейчас плакал, стоя на коленях и не в состоянии поднять головы, и держал в руках окровавленный кусок ткани, из-за чего ему не нужно было говорить всем находящимся в доме, что с ней случилось.
Переведя взгляд на Джиу, Кайден заметил, как парень резко побелел. Он открывал рот, но не вымолвил ни слова, будто повредил голосовые связки. Из-за потрясения, которое ещё не вырвалось из уст Амёна, но уже витало в воздухе, парень упал на колени и так же, как и Амён, начал рыдать навзрыд.
Смотря на плачущих мальчишек, трое мужчин не знали, что делать. Они понимали, что надо их успокоить, но… Они были не в состоянии даже сдвинуться с места, не говоря уже о том, чтобы успокаивать парней, которым Юджон являлась мамой. Для Джиу биологической, а для Амёна – фигурой матери, которая была светом в его тёмной жизни, тем самым маяком, который заставлял жить в том аду.
Но для Кайдена это было не меньшим потрясением. Даже осознавая, что Юджон уже нет, он не мог поверить в это. Для него это какая-то неудачная шутка, которая скоро всплывёт наружу. Вот только… Это не было дурачеством Амёна, как минимум, потому что он бы не стал сообщать такие новости о своей спасительнице, если бы это было неправдой.
«Блять», – пронеслось у Брейка в голове. Только минуту назад он верил в то, что они обязательно встретятся, поговорят, что останутся хотя бы просто наставником и мамой Джиу. А сейчас… Сейчас женщины, которой он признался, которую полюбил первый раз в своей жизни, не стало… Одно лишь осознание этого сковало его, что он не мог двинуться с места. Ноги будто приросли к полу.
Он не знал, как выглядел со стороны, стоя на втором этаже и наблюдая за всей этой картиной, но одно он знал точно: сейчас его лицо искажает такие эмоции, которых Картейн и Плутон ни разу у него не видели. Да и ему было на это наплевать. Ему было неважно, как он выглядит в их глазах, ведь он в любом случае мог всё решить дракой. Но, переведя взгляд на своих братьев по несчастью, которые почему-то находились в телах людей, он заметил, что они выглядят не лучше. Все они стояли будто вкопанные, не в состоянии даже подойти к Джиу, не говоря уже о какой-то поддержке.
«Нужно поговорить с Амёном», – подумал Кайден. – «Узнать, как именно это произошло и кто это сделал».
Собравшись с силами, Брейк всё-таки начал:
– Амён, – твёрдо позвал его мужчина, пытаясь не показывать шок, – что случилось?
Услышав тон Кайдена, он собрал волю в кулак и, сдерживая слёзы, сказал:
– Профессора Кан убили…
– Это мы уже поняли, расскажи всё, что ты знаешь, – Кайден спустился и сел на диван. – Ничего не скрывая, – уточнил он.
– Как вы знаете, я стараюсь следить за профессором Кан, чтобы с ней ничего не случилось. Однако… Я подумал, что раз она находится здесь, то нет смысла этого делать, ведь это буквально самое безопасное место в мире, поэтому позволил себе заниматься своими делами. Я был уверен, что она задержится на подольше, и к этому времени я успею вернуться и сопроводить её до места работы, чтобы она добралась в целости и сохранности. Вот только всё пошло не по моему плану, – Амён шмыгнул, пытаясь сдержать подступающие слёзы. – Я пришёл, когда было уже поздно…
В комнате повисла гробовая тишина, которую никто не в состоянии прервать. Кайдену, конечно, хотелось узнать, кто это сделал, но он не хотел торопить Амёна, для которого данная новость являлась не менее шокирующей, а возможно, она ударила по нему даже больше, чем по Кайдену или Джиу, ведь он видел, как её убивали собственными глазами.
– Их было около 6 человек. К сожалению, я не смог защитить её. Я убил четверых. Точнее, мне показалось, что я убил всех, но двое оказались теми ещё орешками, поэтому они всего лишь притворились, а после нанесли удар со спины и забрали тело профессора Кан…
– Ты помнишь, как они выглядели? Может, были какие-то отличительные знаки? – уточнил Кайден.
– Они были одеты, как ассасины. Полностью в черное и с маской на лице. Но это не те, с кем я работаю. Они точно являются какими-то пешками у большой шишки.
– Понятно, – протянул Кайден и откинулся на спинку дивана. – Значит, люди с прошлого места работы нашли её…
– Мне очень жаль, – прошептал Амён.
– Не вини себя. К сожалению, нападение нельзя предугадать…
Кайден посмотрел на Джиу, который всё время смотрел в пол и сжимал кулаки. Мужчина догадывался, о чём думает его первый и единственный ученик. Ему больно, он злится, он хочет отомстить. То же самое чувствовал он сам. Ему хотелось прямо сейчас подорвать все базы данной лаборатории, чтобы найти Юджон, но кто гарантирует, что она ещё жива? Скорее всего, она не выдержала увечий от пробуждённых, поэтому они просто принесли её своему главному, чтобы показать, что они разобрались с предательницей. Только одна мысль об этом заставила Кайдена сжать челюсть.
«Я обязательно найду и уничтожу всех, кто заставил тебя прятаться», – подумал Брейк и тяжело вздохнул, заставив Джиу поднять на него свои пустые глаза. От этого взгляда у него сжалось сердце. Он много раз видел своего ученика уставшим, когда его глаза не горели, но сейчас… Он потухший. Будто часть его умерла с его мамой. Это заставило Кайдена сесть рядом с Джиу и обнять его.
– Я обязательно найду тех, кто забрал её жизнь, – прошептал он, – я тебе обещаю.
Находясь в руках своего наставника, он вновь заплакал.
– Я… Я… – начал Джиу, но голос обрывался, не давая даже начать то, что он хочет сказать.
– Всё хорошо, плачь, – Кайден погладил его по спине.
– Я только вчера передал ей фотографии и скинул их на телефон, – сквозь слёзы выпалил Джиу.
– Какие фотографии? – мягко спросил Брейк.
– Того, как мы отдыхали вместе. Я хотел, чтобы мама вспоминала эту поездку, смотря на нас, чтобы она знала, что её тут ждут. Но она… Она больше их не посмотрит. Она не приедет, не напишет. Моей мамы больше нет.
Последняя фраза будто ножом проехалась по сердцу Кайдена. У него никогда не было родителей или наставника, чтобы ощутить ту боль потери, которую сейчас испытывает Джиу, но… Его сердце также болело. Только после слов Джиу он окончательно осознал, что больше не увидит Юджон, что не извинится. И только сейчас до него дошли слова, которые пыталась донести она вчера.
«Чувствую себя ничтожеством из-за того, что не смог защитить то, что мне дорого», – подумал Брейк. – «Она хотела, чтобы я был счастлив, но… Как я могу быть счастливым, когда её нет?»
Из потока мыслей Кайдена вывел глубокий вздох Амёна.
– Ты хочешь что-то ещё сказать? – спросил мужчина.
– Она просила передать, что ей очень жаль, – прошептал парень, но шепот эхом охватил всю комнату.
– Когда она успела?
– Перед тем как меня ударили со спины, – Амён сжал кулаки. – Я думал, что отнесу её сюда, чтобы господин Картейн спас её, даже если бы она отнекивалась, но… – он вновь заплакал.
– Я тебя понял, можешь не продолжать, – остановил его Кайден.
«Жаль…» – пронеслось у Брейка в голове. – «На неё напали, а она говорит, что ей жаль. Прямо напоминает Джиу, когда ему сломали ядро».
В комнате вновь наступила тишина, которая прерывалась всхлипами Джиу, который до сих пор не мог взять себя в руки, поэтому, взяв ученика на руки, Кайден понес его в комнату, чтобы тот поспал.
Укладывая его на кровать, он услышал, как Джиу тихо произнёс:
– Ты же меня не бросишь?
– Нет, не переживай, – ответил Брейк и погладил его по голове. – А теперь ложись спать. Тебе нужно отдохнуть.
Собираясь уже уходить, Кайден почувствовал, как его схватили за руку.
– Что?
– Посиди со мной, пожалуйста, – попросил его Джиу, – иначе я…
На глаза парня вновь подступали слёзы.
– И что с тобой делать? – сказал Кайден и приложил руку к глазам Джиу. – Спи спокойно, – он, применив силу, насильно погрузил его в сон, как это делал, когда у парня было сломано ядро, чтобы облегчить его боль.
«Теперь можно идти», – подумал он и, накрыв своего единственного ученика, вышел из комнаты. Оглядев гостиную, он заметил только Картейна и Плутона, располагавшихся на диване и обсуждавших смерть Юджон.
– Где Амён? – спросил он, заставив мужчин обратить на него внимание.
– Ушёл, – ответил Картейн.
– Понятно, – сухо сказал Кайден и направился в комнату женщины.
Зайдя в спальню, мужчина почувствовал ком в горле. Перед глазами проносилась сцена ссоры, которая произошла между ними меньше суток назад. Если бы он только знал…
«Если бы я не начал это всё, она бы была жива?» – спросил он сам себя. – «Если бы принял её точку зрения, она осталась бы здесь – в безопасности?»
Вопросов было слишком много. Но ни один из них не мог вернуть её. Она умерла. И, к сожалению, с этим нельзя ничего сделать. Нельзя обернуть время вспять, чтобы не ссориться, чтобы не допустить её уезда. Кайдену оставалось только жить. Жить так же, как и до появления её в его жизни.
«Это мне жаль, что ты умерла не от старости», – подумал он, но тут раздался звук уведомления. – «Кто?»
На экране отобразился незнакомый номер, что заставило Кайдена нахмуриться, ведь его номер был только у Джиу, Картейна и Джиён.
«Может, ошиблись номером?» – подумал он, но всё же открыл сообщение:
«Привет, Кайден. Это Юджон.
Если ты читаешь это, значит, я уже вернулась на работу. Прости, что ушла, не попрощавшись. Но это правильнее – так нам обоим будет легче.
Я не хочу причинять тебе боль и не хочу быть цепью, которая держит тебя на месте. Не думай, пожалуйста, что я отрекаюсь от всех своих вчерашних слов. Это не письмо раскаяния и не просьба ждать, как ты можешь ошибочно подумать. Это письмо, чтобы не оставлять тебя без последних слов, держа в неведении.
Знай, что ты заслуживаешь всего самого лучшего, а я всего этого дать тебе не смогу. Я даже не смогла стать хорошей матерью для собственного сына… О какой девушке может идти речь?
Я больше не приеду, чтобы не ранить тебя снова. Позаботься о Джиу, пожалуйста. Это эгоистично – просить тебя об этом, но он по-прежнему мой любимый и единственный сын, которого я хочу защитить, даже на расстоянии.
Прощай, Кайден. Люби и будь счастлив».
Прочитав последнее предложение, Кайден кинул телефон на кровать. Это было запланированное сообщение.
– Сука! – выругался Кайден и ударил по кровати, из-под которой в этот же момент выпал конверт.
Открыв его, он увидел фотографии, о которых говорил Джиу.
«Значит, она их не забрала… Неужели догадывалась?» – пронеслось у него в голове, но он быстро отбросил эту мысль, ведь тогда бы она не писала о том, что едет на работу и будет там. Просматривая фотографию за фотографией, перед глазами мужчины вновь всплывали воспоминания о тех днях, из-за чего пустота в сердце росла. Но с ней росла и ненависть к тем, кто управляет лабораториями и экспериментами на пробуждённых, поэтому он решил для себя, что все те, кто причастен к смерти Юджон, получат по заслугам.
– Прости, но больше я не смогу полюбить, – прошептал он и, положив фотографии в прикроватную тумбочку, направился к двери. – Однако я очень хорошо умею мстить, – добавил Кайден и, закрыв за собой дверь, больше никогда туда не входил.