Chapter Text
«Мы живём в мире, где название нашей страны вызывает не уважение, а страх.
Территория Британской Империи занимает почти двадцать процентов всей суши нашей планеты, а её население составляет полтора миллиарда человек. Это могущественное государство, обладающее чудовищно огромными ресурсами, но все они обращены на осуществление одной цели: тотального доминирования.
Мы живём в мире, который Британская Империя считает своим, и никто за последние двадцать лет не смог бросить ей вызов.
Где бы вы ни жили — в благополучном Лондоне, в обветшалой провинции или и вовсе на другом конце света — вы боитесь сказать лишнее слово, боитесь даже подумать что-то не то. Потому что за вами придут.
Бежать бесполезно. В новом мире, являющемся нашей страшной реальностью, вы нигде не сможете спрятаться от всевидящего ока МИ-6.
Агенты с лицензией на убийство — это машины, запрограммированные на уничтожение. Люди, которым по их доброй воле вживляют в мозг чип, превращающий их в монстров. Всё во благо Империи и её Императора, но кто захочет, чтобы его мифическое благо отстаивало чудовище, отказавшееся от человеческих принципов и морали? Государство, на защите которого стоят человекоподобные монстры, не должно существовать.
Мы называем себя „Квант“ и мы обещаем вам: Империи осталось стоять недолго. Но лишь от вас зависит, как скоро она рухнет».
Гарет Мэллори выключил потемневший экран и, оторвавшись от краешка стола, на котором сидел всё это время, обернулся к своей собеседнице. Перед глазами всё ещё стояли кадры из видео: разрушенные дома, мёртвые тела на улицах, залитые кровью комнаты, расстрельные плацы. Как будто он посмотрел ролик про гитлеровскую Германию.
— Ты по-прежнему будешь говорить, что ещё не время предпринимать активные действия? Это показали по всем каналам. Только первые пятнадцать секунд, прежде чем удалось прервать трансляцию, но меня поражает, что им удалось даже это.
Оливия Мэнсфилд недовольно поджала губы.
— Эти клоуны — далеко не первые, кто обещает перевернуть всё наше королевство вверх дном и навести порядок, — резко отозвалась она.
— Империю, — мягко улыбнувшись, поправил Гарет. Он оперся кулаками на её стол и наклонился ближе. — Мы ждали этого семь лет, — напомнил он уже без улыбки.
— Мы ничего о них не знаем, — возразила Оливия. — Кто они, откуда взялись, насколько развита их сеть, кто их финансирует, можно ли им доверять...
— В твоём распоряжении целая секретная служба. Это их работа — находить ответы на такие вопросы.
Она ничего не ответила, пристально глядя на пустой экран за его плечом, и Гарет терпеливо ждал, пока она примет какое-нибудь решение. Они знали друг друга уже достаточно давно, чтобы научиться понимать, когда можно давить, требуя ответ, а когда лучше дать время.
Десять лет назад, когда они встретились впервые, Гарет и подумать не мог, что однажды они будут вместе устраивать заговор против Короны. Отчасти, потому что они невзлюбили друг друга с первого взгляда. Отчасти, потому что никто не ожидал, что через три года она станет главой МИ-6, а ещё через два сам Мэллори займёт пост министра внутренних дел. Тот факт, что заговор против Короны является государственной изменой, не смутил бы их уже тогда.
— Мы не станем ничего предпринимать, пока у нас не будет достаточно информации, — произнесла Оливия наконец.
— Но когда у нас появится информация, мы обсудим возможность объединения сил с «Квантом», — добавил Гарет.
— Я искренне надеюсь, что этот вопрос даже не встанет.
— Ты слишком привыкла к сложившемуся положению.
— Я не вижу ни одного человека, который смог бы удержать власть, даже если бы мы помогли её захватить. Порой мне кажется, что страна заслужила это, — на её лице отразилось отвращение, и Гарет накрыл её ладонь своей.
— Чушь. Ты не веришь в это, и мы оба это знаем.
Она перевернула ладонь тыльной стороной вниз и переплела их пальцы. Единственное проявление нежности, которое она могла себе позволить здесь, в штаб-квартире МИ-6. Гарет всегда поражался её безукоризненной выдержке, которая невольно помогала ему самому держать себя в руках и сохранять профессионализм. Кто-нибудь мог бы решить, что она просто хладнокровная стерва, но Гарет слишком хорошо знал, насколько это далеко от истины.
Он провёл большим пальцем по ладони Оливии и чуть сжал её.
В дверь коротко постучали, и они едва успели разнять руки, когда в кабинет заглянул Билл Таннер.
— Простите, мэм, срочные новости. — Таннер был встревожен. Он покосился на Мэллори, замершего у стола М, и бросил неуверенный взгляд на свою начальницу, не решаясь говорить в присутствии постороннего. Гарет стиснул зубы. Он мог быть хоть самим канцлером, но МИ-6 не доверяла никому, кроме своих, и каждый раз ему старательно напоминали, что он к «своим» не относится.
Оливия нетерпеливо взмахнула рукой.
— Докладывайте, Билл. Что у вас там?
— Четыре часа назад в Брюгге был убит Чарльз Дорвелл.
Оливия переглянулась с Гаретом, после чего задала более чем уместный вопрос:
— Какого дьявола мы узнали об этом лишь теперь?
— Генерал-губернатор был найден в своём особняке в пригороде Брюгге, — извиняющимся тоном ответил Таннер, словно в несвоевременном получении новостей виноват был лично он. — Его обнаружил сын, вернувшийся из поездки в Амстердам. Все в доме были мертвы, включая охрану и прислугу. Двадцать человек, мэм. Сообщить было просто некому.
— Очевидно, в моём ведомстве об этом пока не известно, — сухо предположил Гарет. Ответный взгляд Таннера был преисполнен смирения и отрешённости.
— Я не обладаю сведениями, подтверждающими или опровергающими это предположение, сэр.
Гарет скрипнул зубами и бросил взгляд на часы.
— Мне нужно отдать необходимые распоряжения. Благодарю, что уделили мне время, М.
Та благосклонно кивнула, и Гарет стремительным шагом покинул её кабинет. Он был уверен, что она подумала о том же, о чём и он сам, но обсуждать это в присутствии Таннера было неразумно.
***
Тереза лежала на животе, повернув голову на бок и положив под неё скрещенные руки. Глаза девушки были закрыты, на губах сияла мягкая счастливая улыбка, и Бонд невольно улыбнулся тоже.
— Я скучал по тебе, — негромко произнёс он, почти щекоча дыханием её нежную кожу.
Улыбка Терезы стала шире, и она ответила, не открывая глаз:
— Ты уже говорил это вчера... и не один раз.
Бонд, ухмыльнувшись, укусил её за округлую ягодицу, и Тереза невольно вскрикнула. Однако в её голосе не было возмущения, скорее — лукавое поддразнивание.
— Я готов повторять это снова... — Он вновь принялся покрывать поцелуями её спину, медленно двигаясь на локтях вверх по кровати. — И снова... — Поцелуй. — И снова... — Поцелуй.
Тереза перевернулась на спину, обвивая руками шею Бонда.
— Тогда зачем ты каждый раз уезжаешь, Джеймс? — Она не упрекала его, вопрос был скорее риторическим. Она хотела бы услышать, что он не уедет от неё больше никогда. И Бонд испытывал болезненное желание пообещать ей это. Однако они оба знали, что это невозможно. Бонд мягко улыбнулся уголками рта и коснулся губами лба Терезы.
— Чтобы ты успела соскучиться по мне тоже.
— О, поверь, я успела. И не меньше твоего.
— Не знаю, не знаю, — с сомнением протянул Бонд. — Ты не убедила меня.
— Может быть, тебя убедит это. — Тереза притянула его к себе и поцеловала. Бонд, продолжая упираться одной рукой в кровать возле головы Терезы, второй провёл по её ноге, снизу вверх, и скользнул ладонью между горячих бёдер. Тереза с готовностью раздвинула их, одновременно подаваясь вперёд, навстречу его ладони.
Именно в этот момент зазвонил телефон.
Бонд разочарованно выдохнул и убрал руку.
— Прости, — пробормотал он, коротко поцеловал Терезу в губы и сел на постели. Дотянувшись до прикроватной тумбочки, он взял наушник, вставил его в ухо и ответил на звонок. — Бонд.
— Ты нужен в штаб-квартире. Срочно.
— Билл, я всего полтора часа назад вернулся с очередной операции, — напомнил Бонд. Тереза обняла его со спины и поцеловала в плечо, поглаживая одной рукой его грудь, которую справа пересекал ещё не до конца затянувшийся шрам. Бонд накрыл её ладонь своей, заставляя замереть.
— Я бы не звонил, если бы дело не было серьёзным, — с раздражением в голосе ответил Таннер, и Бонд понял, что всё и правда серьёзно, если даже обычно невозмутимый начальник штаба едва держит себя в руках. — М просила вызвать именно тебя, — добавил тот. Бонд вздохнул. Он рассчитывал провести этот день с Терезой, однако его планам явно не суждено было осуществиться.
— Хорошо. Оденусь и приеду, — буркнул он, прежде чем снять наушник.
— Почему они не могут оставить тебя в покое хотя бы на один день? — пробормотала Тереза, снова целуя его в плечо.
— Очевидно, потому что я незаменим. — Бонд натянуто улыбнулся и, притянув к себе девушку, снова поцеловал. — Обещаю, мы продолжим, когда я вернусь.
Он встал с постели и бросил взгляд на часы. Пробки в это время дня, должно быть, смертоубийственные, а значит, времени принять душ у него тоже не было.
Бонд снова вздохнул и пошёл искать свои брюки, сброшенные куда-то второпях всего полутора часами ранее.
***
Этот город, хоть и навсегда изувеченный прошедшей два десятилетия назад войной, был слишком прекрасен, чтобы винить его в несовершенстве нового мира.
В кабинете М, помимо её самой, Бонда ждали Билл Таннер и незнакомая ему женщина, брюнетка с ярко подведёнными голубыми глазами — Бонд видел её впервые, но сразу узнал её запах: она частенько бывала в этом кабинете, а значит, имела достаточно высокий уровень допуска. Вряд ли полевой агент — от неё не пахнет оружием. И точно не агент с лицензией — тонкий химический запах активатора трудно с чем-то спутать. Аналитик? Глава одного из отделов, о существовании которых Бонд может только догадываться?
— Мисс Линд, это Джеймс Бонд, агент 007. — Голос М звучал как всегда недовольно, и трудно было сказать, вызвано её недовольство тем, как долго Бонд добирался до штаб-квартиры, или же сложившейся ситуацией, о которой ему пока ничего не было известно. — 007, это Веспер Линд, наш специалист по Западной Европе.
— Аналитик, — уточнил он, протягивая руку для пожатия и обаятельно улыбаясь — скорее по привычке, нежели пытаясь произвести впечатление. Веспер Линд, холодная и не слишком-то приветливая, не казалась женщиной, на которую можно произвести впечатление.
— Финансовый консультант, — сухо ответила она, коротко пожимая руку Бонда. У неё были тонкие, но неожиданно сильные пальцы, и Бонд даже слегка удивился тому, что они были тёплыми. Это совсем не вязалось в его голове с образом Снежной Королевы.
Бонд улыбнулся и обернулся к М.
— У нас случился финансовый кризис?
— У нас случился кризис влияния, — процедила та и кивнула Таннеру.
— Сегодня утром в Брюгге был убит генерал-губернатор Западной Европы.
— Дорвелл? — удивился Бонд. — Странный выбор для террористов. Он же политически совершенно безобиден. Я бы поставил скорее на личные мотивы.
— Не слышала, чтобы он был конфликтным человеком.
— Он был завзятым игроком в покер.
— В Бельгии сосредоточена изрядная часть золотого запаса Короны, — в голосе мисс Линд сквозила некоторая брезгливость, словно она не понимала, как взрослый человек, напрямую связанный с политическими процессами внутри и за пределами Империи, мог не знать или не помнить о таком важном факте.
— Не думаю, чтобы это было как-то связано. — Бонд лёгким пожатием плеч отбросил от себя её неодобрение. Его никогда не интересовало мнение красивых женщин о его умственных способностях; единственной, чьё мнение имело значение, была М, и уж ей-то о Бонде и его способностях было известно всё.
— Вы поедете в Брюгге, чтобы провести расследование и опровергнуть или подтвердить подозрения мисс Линд. — М тоже было мало дела до мнения некомпетентных в вопросе лиц. — Мисс Линд едет вместе с вами.
Бонд вежливо приподнял бровь.
— При всём моём уважении, мэм, я не уверен, что являюсь подходящей кандидатурой для выполнения этой миссии.
М бросила на него предупреждающий взгляд, словно говоривший: «Срать я хотела на ваше уважение».
— Вам понятно задание, 007?
Бонд вздохнул и качнул головой.
— Так точно, М.
— Хорошо. Мистер Таннер даст вам все необходимые инструкции, а Кью выдаст оборудование.
— Мой любимый момент, — пробормотал Бонд, — никогда не знаешь, что старик придумал на этот раз.
***
В глазах Оливии отражались языки пламени, танцевавшего в разожжённом камине; несмотря на середину июня, ночи в Лондоне были сырыми и холодными, и камин был отнюдь не излишеством. Гарет протянул ей виски и остался стоять, задумчиво покачивая в руке свой стакан и глядя на огонь.
— Я не смогу ответить на твой вопрос, пока ты не задашь его, — негромко заметила Оливия. Гарет обернулся и грустно улыбнулся.
— Я каждый раз надеюсь, что мы не будем обсуждать работу за пределами наших кабинетов.
— Но ты продолжаешь думать об этом. Точно так же, как продолжаю думать я. Так какой смысл в том, чтобы обманывать друг друга?
Гарет снова посмотрел на огонь, затем решительно перевёл взгляд на Оливию, встречаясь с ней глазами.
— Убийство Дорвелла — дело рук агента с лицензией. Я уверен, твои люди сообщили тебе то же, что и мои: убийца действовал в одиночку. А я не знаю ни одного человека, который смог бы одолеть двадцать противников без чьей-либо помощи, да ещё и настолько хладнокровно и безжалостно. А ведь среди убитых были и телохранители Дорвелла, настоящие профи.
— Да, это звучит логично.
— Сколько у тебя агентов с лицензией? Десять? Дюжина? И сколько из них ты не в состоянии контролировать, помимо Бонда?
— В настоящий момент в распоряжении МИ-6 семеро агентов с лицензией, — Оливия, казалось, становилась тем спокойнее, чем сильнее распалялся Гарет, и это заставило его опомниться. — Ещё пятерых готовят к имплантации, но, скорее всего, только один из них подходит для получения лицензии.
— Ты не ответила на мой второй вопрос, — как можно мягче напомнил Гарет. Она поморщилась.
— Зачем, если ты и так знаешь ответ? Кроме того, у нас нет доказательств тому, что Бонд вышел из-под контроля.
Гарет, не сдержавшись, громко фыркнул.
— Господи, какие ещё доказательства тебе нужны? Ты видела его отчёты. Он действует за пределами человеческих возможностей, даже не используя активатор. Мы до сих пор не знаем, что именно произошло в Нейтральной зоне два года назад, но очевидно, что он больше не зависит от активатора.
— Элис так ничего и не рассказала?
Теперь настала очередь Гарета болезненно морщиться.
— Нет. Она вообще со мной почти не разговаривает, ты же знаешь. А в этом случае, я уверен, ей просто нравится дразнить меня тем, что она знает о чём-то больше, чем я. — Он замолчал ненадолго, затем снова посмотрел на Оливию. — Не пытайся увести меня от темы.
— Мне почти удалось, правда? — она мягко улыбнулась, и Гарет едва не признался ей в том, что эта улыбка сбивала его с мысли куда вернее, чем упоминание о дочери. Впрочем, она и сама прекрасно об этом знала.
Два года назад, когда единственную дочь Гарета похитили враги Короны, именно Бонд спас её и вернул домой, нарушив все вероятности и попросту сделав невозможное. То, что произошло тогда, явно его изменило, но никто до сих пор не знал подробностей.
Испытывать недоверие к тому, кто спас одного из двух самых дорогих тебе людей, было нелегко, но Мэллори успешно справлялся.
— У Бонда была возможность, — продолжил он. — И в момент убийства он был в Европе.
— Я не вижу мотива.
— О, да ладно, — саркастически хмыкнул Гарет. — Бонд ненавидит Империю. Ты сама его этому научила, вот только, в отличие от тебя, он явно не готов ждать годами, вынашивая план государственного переворота, в ожидании подходящего момента, который, будем откровенны, может не подвернуться никогда.
— Ты обвиняешь меня в нерешительности.
— Скорее, я намекаю на твою неготовность передать власть в чужие руки.
— Не уверена, что понимаю этот намёк.
— Брось. Тебе не нравится «Квант» не потому, что ты ничего про него не знаешь. Ты просто не можешь позволить кому-то наводить свои порядки у тебя за спиной. Пора признать, что единственные, кому мы оба доверяем в этом плане, это мы сами.
— Из тебя вышел бы неплохой канцлер, — улыбнулась Оливия. Гарет подошёл к ней и опустился на корточки у её ног.
— Давай договоримся, — произнёс он, глядя ей в глаза, — если «Квант» не выдержит нашу проверку, мы больше не станем тянуть и сделаем всё сами. Хорошо?
Оливия прикоснулась к его щеке, зарылась пальцами в короткие жёсткие волосы, изрядно поредевшие за последние годы и тронутые сединой.
— Мне всегда хотелось верить, что у нас в запасе ещё много времени, — она невесело улыбнулась и кивнула. — Хорошо.
— Ты так и не ответила мне про Бонда.
— Мне нужны доказательства. Именно для этого я отправила с ним мисс Линд. Если это его рук дело, она это докажет.
— Либо он её убьёт.
— Это тоже будет доказательством, — Оливия усмехнулась и снова погладила его по щеке. — Я устала от этого разговора, Гарет.
— Я тоже, — честно ответил он.