Chapter Text
Санса Старк очень похожа на своего брата — об этом Дейенерис думает в первую минуту их встречи. Одна северная стать, одна светлая, почти белая кожа, только у леди Старк рыжие волосы и светлые глаза.
Она улыбается и говорит: «Винтерфелл ваш, Ваше Величество», но улыбка только на ее губах, не в глазах.
Дейенерис говорит что-то приветственное. Говорит что-то вежливое. Говорит, что леди Винтерфелла еще красивее, чем рассказывал Джон.
Улыбка — все та же, холодная, безразличная, вновь касается губ северянки и исчезает.
Дейенерис думает, что, по крайней мере, не солгала.
Джон Сноу, лорд Винтерфелла и Хранитель Севера, тренируется со своими (её) солдатами — удар, отбив — Дейенерис смотрит на них со стены замка.
Королей Севера называли также Королями Зимы. Дейенерис смотрит на Джона и видит улыбку, которая способна растопить снег вокруг. Растопить даже ледяную стену, которую она выстроила между собой и миром — куда там Стене, за которой ждут своего часа Иные. Джон Сноу смеется и хлопает кого-то по плечу.
Дейенерис думает, что леди Старк выглядит куда более зимней, чем собственный брат. Ее волосы похожи на блик скупого северного солнца, но в глазах холода столько, что хватило бы превратить в вихтов всех ее Безупречных, всех дотракийцев, может, даже драконов.
Огонь не обжигает драконью королеву, но взгляд леди Сансы — недоверие, равнодушие, холод, пронзающий до костей — приковывает к земле.
Сир Давос похож на своего (бывшего) короля. Какой-то светлый до глубины души, а еще честный до невозможности — он говорит, что Битва Бастардов, как прозвали северяне сражение сил Старков и Болтонов, была бы проиграна, если бы не леди Старк.
Молчаливая северянка, спрыгнувшая со стен Винтерфелла, даже не имея ни единого шанса на выживание.
Дейенерис думает, это был прыжок веры. И отчего-то вспоминает, как сама когда-то вошла в пышущий жаром костер, сжигающий дотла колдунью, тело мужа, ласкающий алыми языками три драконьих яйца.
«Вы говорите, ее выдали замуж за Болтона против желания, сир Давос, — требовательно говорит Дейенерис, теребя белый мех на рукаве своей шубы. — Что же сталось с лордом Болтоном после боя?»
«Я скормила своего мужа его же собственным псам», — доносится спокойный ответ откуда-то сзади.
Санса Старк похожа на черное изваяние, распространяющее вокруг себя холод. Нет, она не похожа на Джона, Дейенерис теперь смешно это ложное первое впечатление. В ней больше Севера, чем в лорде Сноу, больше, чем в любом из северян вокруг.
«Вы, должно быть, полюбили после этого собак», — замечает Дейенерис и успевает увидеть на губах леди Винтерфелла легкую улыбку.
Касается она глаз или нет, Дейенерис заметить не успевает.
Колокола бьют тревогу, Дейенерис всматривается в горизонт, туда, откуда — она будто чувствует это чем-то, пламенем, пробудившим драконов, глубоко внутри нее — идет холод, лед, смерть.
«Ваше Величество», — леди Старк подходит неслышно. Не так неожиданно и порой пугающе, как ее же сестра, но тихо — черная тень на белом снегу.
Дейенерис вспоминает, как говорила лорду Сноу, что ее насиловали и унижали, продавали как кобылу и пытались убить множество раз. Дейенерис думает, то же справедливо в отношении леди Сансы.
Как и вера в себя. Без нее невозможны прыжки вперед, в неизвестность, где точно не будет грязи, остающейся позади.
«Зима уже здесь», — говорит леди Санса, эхом откликаясь на собственный семейный девиз.
«Я всю жизнь жила мечтой о доме. Красная дверь, лимонное дерево за окном. Теперь нам всем остается лишь грезить о весне», — слова вырываются изо рта королевы облачками пара.
Санса Старк молчит. Они не друзья, думает Дейенерис, она уже сказала Джону Сноу, им не нужно быть подругами, леди Винтерфелла — вассал Королевы Семи Королевств. Они не друзья, но могут умереть бок о бок этой ночью, когда пламя драконов столкнется с вечным льдом, пришедшим из-за Стены.
«Я всегда любила лимонные пирожные. Может, вы пришлете мне пару лимонов, когда вырастите их рядом с Красным Замком». Санса Старк улыбается. На этот раз не одними губами — и Дейенерис улыбается в ответ.
Ее рыжие волосы, на секунду думает Дейенерис, отдают теплом, напоминая о весне.