Chapter Text
За последние четыре года Вэй Усянь осознал, насколько одинок был Лань Чжань так долго. Четыре года брака показали, насколько его муж нуждается в доказательствах, что он реален.
Сычжуй прибежал к паре, окружённой кроликами и наслаждающейся утренним солнцем. Он поклонился обоим:
— Доброго дня, господин Вэй, Хангуан-цзюнь, я принёс сообщение от главы клана по одному вопросу. Он желает видеть Хангуан-цзюня в главном зале библиотеки.
Сычжуй бросился было бежать дальше, как Вэй Усянь подал голос:
— Боги, боги, как же мало внимания к бедному старому мне.
Я думал, ты хоть немного по мне соскучился, малыш. Сычжуй смутился и неловко улыбнулся Вэй Ину:
— Мне ж-жаль, господин Вэй, но мне нужно доставить ещё несколько сообщений.
Вэй Ин ответил тёплой улыбкой и произнёс:
— Ничего страшного, но я надеюсь, что ты присоединишься к нам за чаем этим вечером.
Он отослал их обоих и вернулся в живописный маленький коттедж, который они занимали. Вэй Усянь и Лань Ванцзы провели почти три с половиной года своего брака в путешествиях по миру. Они совсем недавно вернулись в Облачные Глубины, и Вэй Усянь всё ещё обживался и привыкал к людям. К дяде его супруга привыкнуть было сложнее всего. Пусть тот и не одобрял их брак с самого начала, он всё же немного оттаял при взгляде на счастливого племянника.
Заскучав, Вэй Усянь решил сходить в кладовую в коттедже, которую они никогда не отпирали. Однажды он спросил Лань Чжаня о содержимом комнаты — тот посмотрел на него с грустным блеском в глазах и обронил: «Воспоминания». Вэй Усянь тут же соотнёс это с вещами его матери и никогда больше не поднимал этот вопрос. Любопытство взяло над ним верх, и он решил взглянуть, пока его муж не вернулся.
Дверь тихо скрипнула, неиспользованная годами. Он шагнул внутрь, обнаружив старую пыльную спальню с огромной кроватью посередине. Даже сквозь слои пыли он смог заметить тончайший шёлк, накрывающий кровать. При дальнейшем осмотре комната стала казаться более наполненной. Несколько серебряных ваз на прикроватном столике, большие золотистые изображения хризантем, богато украшенное зеркало и несколько сменных шёлковых одеяний. Наполненная роскошью, дабы заполнить пустоту, оставленную любовью. До чего избито.
Пройдясь вокруг, он наткнулся на стол, накрытый шёлковой скатертью. Они выглядели относительно новыми, и слой пыли на них был значительно тоньше, нежели во всём остальном помещении. Прежде, чем Вэй Ин смог изучить его, до его слуха донеслись голоса снаружи, так что он решил отложить обследование. Он знал, что Лань Чжань не будет ругать его за вторжение, но он боялся вернуть к жизни печальные воспоминания.
С ослепительной улыбкой он помахал двоим самым прекрасным мужчинам в его жизни. Губы Лань Чжаня сами собой изогнулись в тончайшей улыбке.
— Вэй Ин, возникли небольшие проблемы с маленьким кланом совершенствующихся, и мне необходимо уехать, дабы принять дипломатические меры. — сказал он с неуверенностью во взгляде.
Вэй Ин знал, что тот мог бы остаться и отослать кого-то вместо себя, если бы он попросил, но он не стал этого делать. Не стоит давать его дяде повод считать, что его брак с Вэй Ином скажется на его обязанностях в клане. Он широко улыбнулся Лань Чжаню и переплёл с ним пальцы. Весь оставшийся вечер они провели за разговорами и успешными попытками Вэй Ина поддразнить бедного Сычжуя. Лань Чжань быстро ушёл с обещаниями принести Улыбку императора и сногсшибательным поцелуем, который Вэй Ин чувствовал на своих губах даже спустя какое-то время.
Он долго ворочался, не в силах заснуть. Он настолько привык к тёплому телу рядом каждую ночь, что теперь их постель казалась пустой. Недолго думая, он решил вернуться к обследованию кладовой. Пробравшись внутрь, он направился прямо к куче шёлка и принялся очищать её от пыли. Несколько запечатанных свитков выпало из шёлковых складок. Вэй Ин поднял их и заметил имя на свитках. После минутной заминки он решился их открыть. Он подумал, что это письма отца Лань Чжаня к его матери. История их любви была подобна сказке, так что Вэй Ину стало любопытно, и он решил прочесть.
«Лето. Я не осознал, как прошёл год. Весенние цветы в самом расцвете и покрывают сад многообразием цветов. Тебе бы понравилось. Ведь твоя улыбка всегда была немного ярче самого лета.
Теперь дни кажутся дальше, когда я больше не с тобой. Ночи проходят в ожидании отклика твоего голоса и понимании, что этому никогда не бывать. Теплу летнего ветра ни за что не отогреть мороза, поселившегося в моих костях. Ты снишься мне каждую ночь, и я просыпаюсь с желанием, чтобы эти сны не заканчивались. Я играю на струнах в надежде, что ветер донесёт до тебя мелодию. Я читаю поэмы о любви и мечтаю о шансе любить тебя всеми тысячами этих способов.
Сейчас лето и я даже не понял, что уже прошёл год. Целый год без тебя. Лань Юань стал на год старше, он прилежный ученик. Каждый раз, когда он улыбается и цепляется за мою ногу, я вижу в нём тебя. Я бы хотел, чтобы ты был здесь, видел, как он растёт. Я проклинаю ветер, горы и моря за то, что они забрали тебя у меня.
Вэй Ин, любовь моя, перестанет ли однажды моё сердце кровоточить по тебе?»
Вэй Ин долго сидел на полу, пытаясь понять. Это были письма самого Лань Чжаня, а не его отца. Бумага на вид была довольно старой, а значит он писал это когда Вэй Ин был мертв. На долгий тихий момент острая боль поселилась в его сердце, отказываясь отпускать.
Вэй Усянь знал, что Лань Чжань скорбел о нём, как о возлюбленном, эти тринадцать лет. Что ему было больно. Но он не осознавал... насколько.
-------------------------------------
Find Адриана Моргенштерн aka Adriana Morgenstern on her official translation page here
---> https://ficbook.net/readfic/8472002