Work Text:
Иногда цена бывает слишком высока. Пока не почувствуешь это на своей шкуре – не поймешь. Стив все потерял там, где слабый ветер шевелил траву, покрытую пеплом. Теперь он задыхается в серой пустоте, потому что тот, ради кого стоило дышать, – погиб.
Стив ужинает поздно, его затянул круговорот рутинных для уцелевшего мира дел. Он снимает с плиты вскипевший чайник и заваривает дрянной кофе. Перебои в поставках постоянны и ощутимы. Две чашки ждут, когда их наполнят.
– Сегодня победил ты, твоя правда – тяжелый выдался день, – говорит Стив, глядя на пустующее за столом место. – Подключили электричество в четырех районах, люди возвращаются в дома. Когда этот мир успел настолько привыкнуть к комфорту? Каких-то сто лет назад перебои с водой считались нормой. Помнишь, Бак?
Стив уверен, что день за днем сходит с ума. На него давит слишком многое: ответственность, долг и чувство вины. Последнее убивает.
– Знаешь, я готов упасть и проспать сутки, – нервно смеется он и делает два бутерброда. – Если бы не эти сны. Но не беда, правда, Бак?
Блюдце с конфетами занимает место посередине стола, чтобы было удобно дотянуться.
– Карамель невкусная, – сетует Стив, отпивая глоток кофе. Он морщится, потому что вкус ужасен. – На следующей неделе обещали подвезти что-нибудь из сладкого.
Две вымытые до блеска чашки занимают свои места на сушилке.
– Пора спать, – говорит Стив.
Он идет в спальню. Матрас прогибается, принимая в свои объятья, и Стиву снова снится чужая земля. Джунгли цветут красивыми яркими цветами, трава… такой не бывает в городах. И ветер. Дует, ворошит листву и уносит с собою пепел. Стив просыпается от собственного крика. Он встает и вытаскивает из шкафа футболку Баки, вжимается в нее лицом. Стив думает, что уже сошел с ума, и ему хочется плакать. Вот только слез нет, их высушило ветром.
– Нет, – шепчет Стив. – Это не конец. Слишком просто.
Он вспоминает, как Баки садился на край кровати и гладил его по спине, если снился кошмар. Где Баки услышал эту считалку, откуда она пришла, Стив не знал, но она успокаивала, хотя и пугала до жути. Как это уживалось, одному богу известно.
Раз, два, три, четыре, пять.
Ночью нужно сладко спать.
В прятки ты играть готов?
Не боишься страшных снов?
В каждой тени ужас скрыт,
Под подушкой нож лежит.
Далеко не убежать.
Значит, время убивать.
Стив проводит остаток ночи без сна, а потом звонит своим и предупреждает, что берет выходной. Он начинает с того, что заходит в бывший спортивный зал, берет стул и занимает место в кругу таких же, как и он, усталых измученных людей.
– Здравствуйте, – кивает он. – Меня зовут Стив Роджерс, и я умер.
– Здравствуй, Стив, – здороваются с ним и узнают. – Что ты будешь делать дальше? Что нам делать?
Стив пожимает плечами, потом немного наклоняется, притягивая к себе внимание. Он уверен, что этот день – за ним.
– Для начала соберем больше таких, как мы, и будем думать. Вместе. А если станет страшно, повторяйте считалку, которой научил меня друг. Она простая.
Люди недоумевают, а потом повторяют за Стивом хором, словно прилежные ученики:
– Раз, два, три, четыре, пять…