Work Text:
Свадьба и муж сделали Лидию более покладистой. Возможно, дело в том, что она наконец-то ощутила настоящую заботу. Возможно, в том, что муж всегда учитывал её интересы.
Из-за этого она решила, что можно в один из отпусков сгонять туда, куда так хочется мужу.
Забавно, что тот воплотил в жизнь один из её затаённых страхов. Он мечтал посмотреть на обновлённые гонки на грузовых кораблях. На Кассандре, планете киборгов.
Конечно, им не нужно было останавливаться на самой планете (это в целом было нежелательно), всего лишь на станции на орбите. И всё же ощущение безысходности и затаённые страхи прошлого захватили Лидию.
Мать всегда была отрешённой с ней. И киборга в результате воспринимала как сына, куда ближе, чем родную дочь. Может, в этом была и вина Лидии, когда она смотрела на общение мужа с родителями, то понимала — в её семье было не так в обе стороны. Но признавать свои ошибки тяжело, да и бессмысленно. Киборга давно нет, матери нет ещё дольше. Так зачем бередить себя старыми обидами.
И всё же где-то внутри оставались свои страхи.
Ей снился Джек. Такой, каким она его помнила с матерью — в поварском колпаке, идеально нарезающим морковь для морковного же торта.
Мамин фирменный рецепт, единственная сладость, которую она никогда не сможет забыть. И никогда уже не попробует вновь.
Ещё снились его глаза, пустые и бессмысленные, когда она его отдавала. Она старалась не смотреть на него, но на секунду обратила внимание, когда уже подписала бумаги. В глазах его не было боли или страха, но она всё равно ощущала себя предателем, хотя по сути просто продала технику.
После таких снов её мутило и есть завтрак было особенно тяжело. Муж договорился, чтобы ей на завтрак готовили смузи и коктейли, на альтернативном молоке. Святой мужчина! И как он её такую только терпит.
К счастью, перелёт до станции не занял слишком много времени, несмотря на то что Кассандра была на окраине и помимо туристического рейса затем пришлось использовать обычный пассажирский.
Немного пугающим было лететь с кобайкерами, которые также направлялись на гонки, но они оказались вежливыми людьми, да ещё и парочка были давними знакомыми супруга ещё со времен учебы. Удивительно, какая бурная юность была у этого человека, ставшего её законным мужем.
На станции всё ещё больше напоминало о Джеке. То есть она, конечно, не думала о нём постоянно, но каждый киборг с эмблемой ОЗК (а здесь только такие и ходили), невольно заставляли вспомнить Джека. Конечно, он не был живой, как бы ни оживляла его мать. Но ощущение, что она предала её, да и его, при виде таких вот жутковатых улыбающихся киборгов не проходило.
Глупо было об этом думать.
***
— Что это за место? — перекрикивая толпу, спросила Лидия, едва не теряясь в толпе, через которую её уверенно вел супруг.
— В этом месте на станции принято смотреть гонки. Я бы, конечно, спустился на планету... Но пока что хороших мониторов там нет, а посмотреть крошечный кусочек с обзорной точки — так себе идея! — в ответ прокричал он. Толпа ненадолго затихла, но не расступилась. К столику подошел официант — киборг со светлыми волосами и в неопрятном комбинезоне. Поставил на стол воду и электронное меню — видимо, специально, чтобы не вылавливать его в толпе.
Лидия проводила киборга неприязненным взглядом. Их здесь было очень много, хотя и понятно, если под ними была их планета. Угораздило же кому-то отдать целую планету для сорванных машин. Как бы ни пыталось ОЗК убедить в разумности киборгов — стойкое ощущение опасности едва ли покидало её, когда одна из таких оживших кукол проходила мимо.
К счастью, сами гонки прошли, судя по всему, хорошо. Её мужчина порадовался, кто-то прыгал от радости, поздравляя некий «Третий шанс», занявший третье место, и некоего «Козыря».
Лидия вежливо похлопала, доела своё очень вкусное мясо и вежливо осталась дожидаться, пока её мужчина обсудит всё, что хочет, с друзьями и они наконец вернутся в каюту на другом этаже станции.
Наконец-то пора было уходить.
— Девушка, простите! — воскликнул парень или девушка, как было ясно ранее — местный распорядитель, с длинными волосами и совершенно бесполым голосом и чертами внешности. — Вам комплимент от шеф-повара, с собой. — Он протянул ей небольшую коробочку из крафтового картона, перевязанную белой ленточкой.
— С чего вдруг? — не удержалась от вопроса Лидия. Рядом вдруг раздался шумный возглас небольшой, но громкой компании. Она поморщилась и, не став ничего уточнять, взяла презент и направилась на выход из помещения.
— Что это? — уточнил муж, когда увидел у неё в руках коробочку.
— Комплимент от повара, видимо, какой-то десерт, — ответила Лидия, и они направились на свой этаж. Муж восторженно перечислял какие-то малопонятные ей нюансы гонок и команды, но Лидия почему-то никак не могла сосредоточиться на его словах.
— Давай чаю попьем? — предложил муж спустя несколько часов, перед тем как отправиться на встречу с друзьями отмечать гонки. Она отказалась идти с ним в шумную толпу, оправдываясь усталостью.
— Да, давай. — Пока он занимался заваркой, Лидия вытащила из холодильника тот самый презент. В коробочке под ленточкой оказался морковный торт.
— О, твой любимый? Интересно повар угадал, правда? — Рядом с ней на стол опустилась кружка, и муж сел напротив.
— Да, верно. Мой любимый. — Она аккуратно разделила небольшой тортик на четыре части и разложила по блюдцам половину. Почему-то, взяв ложечку, она ощутила смутную тревогу.
Первый кусочек растаял во рту, как давно забытые воспоминания. Это не просто был любимый торт. Это был тот самый торт. Мамин. Вот только мамы уже нет. По щекам её вдруг покатились слезы, а проглотить сладость она не смогла из-за комка в горле.
— Дорогая, все в порядке? — встревоженно спросил муж.
— Да… — с трудом выдавила Лидия. — Очень… вкусный торт.
Мамин торт. Который мог приготовить только один человек. Вернее — не человек. Живой киборг.
***
— Так а кому ты вдруг стал тортик готовить? — поинтересовался Леший, помогая с уборкой на кухне.
— Да так... Одной милой девочке, что очень любит морковные тортики. — Джек поправил колпак и подмигнул лучшему другу.