Work Text:
Мико колебалась всего минуту, прежде чем нажать кнопку вызова.
«Малышка, я не уверен, что тебе разрешено общаться со мной», — ответил Уилджек.
«Единственный, кто может запретить мне с кем-то говорить, это Балк, и я не думаю, чтобы он когда-нибудь оборвал с тобой связь, — Мико слабо улыбнулась, хоть и знала, что этого никто не увидит. — Прости, что не вступилась за тебя тогда...»
«Мико, малышка, это не твоя вина, — вздохнул Уилджек. — Это было всего лишь вопросом времени, рано или поздно я перешёл бы кому-нибудь дорогу.»
«Это было и моё решение, по меньшей мере, наполовину. Тебе не стоило... — Мико прикусила губу, чтобы не разрыдаться. — Рэтчет говорит, что сканы Балка обнадёживают. Я буду держать тебя в курсе восстановления.»
«Спасибо, малышка, это много для меня значит», — Уилджек не стремился поскорее сменить тему. Прошло уже много времени с тех пор, как он убил своего первого врага, и с тех пор, как впервые потерял товарища, но он помнил чувство неуверенности, потребность найти какую-то опору. Мико была маленьким рэкером, и она обратилась за помощью к единственному рэкеру на планете. Он не собирался игнорировать её, когда ей нужно было с кем-то поговорить.
«Привет, Уилджек. Балкхэд ненадолго включил оптику, — сообщила Мико пару дней спустя, — но Докбот сказал, что мне просто показалось.»
«Я же говорил, Балк нас не оставит нас.»
Почти все её отчёты следовали в том же духе: незначительные улучшения, иногда сменявшиеся небольшим регрессом.
В один из дней Мико позвонила в слезах, и бросила трубку, так ничего и не объяснив.
Уилджек прервал на середине диагностику своего корабля. Он изучал местные формы жизни по электронным следам, которые они оставляли, и каждый раз, когда кто-нибудь плакал из-за того, что кто-то, о ком он заботился, оказывался в ремонтной мастерской, в этом не было ничего хорошего. Из множества возможных вариантов худшим мог быть дезактив Балкхэда.
Уилджек, не мешкая, поднял «Джекхаммер» в воздух и взял курс на Джаспер.
Мико была рэкером, маленьким человечком, но всё же одним из них, а рэкеры всегда поддерживали друг друга.
Было около полуночи, когда Уилджек наконец добрался до Джаспера, и больше времени потратил на то, чтобы найти её домашний адрес. Он мигнул фарами и рыкнул движком, на мгновение подумав, что совершил ошибку, прежде чем окно открылось, и из него высунулась голова Мико.
Недолго думая, она ловко спустилась по водосточной трубе и бросилась к нему, разве что не нырнув на переднее сиденье.
— Теперь расскажешь мне, — спросил Уилджек, трогаясь с места. — Что случилось?
— Балк пришёл в себя. Он даже узнал меня, но потом... что-то произошло... судорожный приступ или что-то вроде, затем он... он посмотрел на меня, сказал: «Всё в порядке, Джойрайд», и его снова скрутило, — Мико сдержала слёзы. — Рэтчет сказал, что повреждена какая-то линия или магистраль.
— Шлак. — Должно быть, воздействие токс-эна вызвало коагуляцию жидкостей в гидравлической системе или энергоновых магистралях, что привело к их закупорке. — Им удалось это исправить?
— Не знаю. Оптимус отправил меня домой, — всхлипнула Мико.
Какое-то время они ехали в тишине. Наконец, Мико прочистила горло:
— Кто такой Джойрайд?
Испытав облегчение от смены темы, Уилджек усмехнулся:
— Это ты, малышка.
— Я?
— Ты же знаешь, как много языков на вашей планете? И что некоторые вещи не всегда удаётся точно перевести с одного языка на другой?
— Расскажи мне об этом, — Мико слабо улыбнулась. — Английский ведь не мой родной язык.
— Твоё имя, «Мико», не имеет точного аналога на кибертронском. Его звучание преобразуется практически в пару кликов, но если переводить значение, то в итоге у нас получится «Проситель», что совершенно не отражает твоей индивидуальности. На Кибертроне боты обычно получают имена, соответствующие их характерам, интересам и даже профессиям, для которых они были созданы, за некоторыми исключениями. И поскольку Балк — твой защитник, он выбрал для тебя имя на нашем языке. Так что Джойрайд — это ты, — объяснил Уилджек.
— Правда? Значит, у Рафа и Джека тоже есть имена?
— Да. Полное имя Рафа, «Рафаэль», на самом деле легко переводится на наш язык, но обратный перевод слегка меняет его. «Патч-Джоб» или «Патч-Ап» самые удачные варианты, Бамблби зовёт его «Патч», поэтому я не знаю, на каком из них он остановился. Джек — особый случай, его имя изначально звучит как одно из самых распространённых на Кибертроне, — Уилджек почувствовал, как Мико устраивается на сиденье, слушая его рассказ.
— Джек — очень популярное имя и на Земле, — заметила она, — но полная его форма — «Джексон». Это что-то меняет?
— Не особо. Во всяком случае, не так, как ты думаешь, — Уилджек затормозил около «Джекхаммера». — А как у вас? Наши имена меняются в переводе на твой родной язык?
— На самом деле, нет. Имя Оптимуса вообще не переводится, потому что оно не английское, и я понятия не имею, что получится в результате, — Мико выпрыгнула наружу, и Уилджек трансформировался, остановившись только для того, чтобы поднять её поближе к своей голове.
Мико зевнула и продолжила:
— Мне не терпится назвать Джека другим именем, чтобы посмотреть на его реакцию.
— Уверен, это было бы забавно. Тебе стоит попробовать, — Уилджек аккуратно посадил её на кресло и снова запустил процесс диагностики. Мико хихикнула.
— Да, это... должно быть весело, — её голос звучал всё тише, и, взглянув вниз, рэкер обнаружил, что Мико заснула.
— Спокойной перезарядки, Джойрайд. Я буду охранять тебя, — пообещал Уилджек маленькому спящему существу. Он вернёт Мико обратно домой, когда она проснётся, а до тех пор будет присматривать за ней.