Archive of Our Own

Рано утром пятнадцатого марта, возвращаясь со своей ежедневной прогулки, Чжан Синьцзе среди массы рекламных листовок и проспектов достал из почтового ящика ярко-розовый конверт. Адрес был написан каллиграфическим почерком темно-красными чернилами, но имени получателя не было.

От конверта сладко пахло духами, а на марке красовалась алая бабочка на пионе.

Задумчиво осмотрев его со всех сторон, Синьцзе направился к лифтам - как раз одна из кабинок открывалась. Из нее вышла миловидную девушку с пушистым померанским шпицем на руках. Заметив Синьцзе, собака тявкнула и помахала пушистым хвостом.

- Доброе утро, - улыбнувшись, поздоровалась его хозяйка.

Они не были знакомы, но часто сталкивалась в парке по утрам.

- Доброе утро, - ответил Синьцзе.

- О, у кого-то скоро свадьба? - девушка обратила внимание на конверт и попыталась поудобнее перехватить собаку, которая всем своим видом показывала, что хорошо бы уже гулять, а не вести светские беседы с соседями.

- Свадьба? - переспросил Синьцзе, но почти сразу сообразил, что речь идет о письме. - Ах, да. Родственники.

- Свадьба - это всегда прекрасно, - мечтательно заметила девушка. Было видно, что ей хотелось бы поговорить еще, но шпиц требовательно затявкал, и беседу пришлось закончить. - Хорошо вам провести время, - она помахала на прощание рукой и поспешила к выходу.

Лифт уже закрылся, но Синьцзе успел нажать на кнопку вызова, пока тот не уехал наверх.

Свадьба...

Судя по всему, письмо было от двоюродной сестры Хань Вэньцина, которая уже который год усиленно собиралась замуж, но все никак не могла найти достойную пару. Видимо, на этот раз ей повезло.

В кабине лифта запах от конверта стал куда более ощутимым и тяжелым. Хорошо, что ехать надо было недолго.

Дома встречать Синьцзе первым выехал робот-пылесос, как раз закончивший уборку в спальне. Замерев перед хозяином, он погудел, обрабатывая информацию о возникшей преграде, бибикнул, выбрал наилучшую траекторию и неспешно скрылся в зале. Следом за ним, потягиваясь, вышла Лапка. Она явно только проснулась и решила посмотреть, что вкусного или интересного ей принесли. В том, что это ей, она не сомневалась никогда.

Синьцзе присел на корточки и потянулся погладить пушистую спинку, но кошка, почуяв запах конверта, фыркнула, ловко увернулась от ладони, и ушла на кухню, откуда уже слышался шум закипающего чайника.

- Доброе утро! - громко сказал Синьцзе, поднимаясь.

Понюхав свою ладонь, он поморщился. Надо же было выбрать такой стойкий и неприятный парфюм! Не удивительно, что Лапка отказалась от ласки. Любой бы отказался! Он разулся и пошел на звук.

Хань Вэньцин сидел за ноутбуком, пересматривая запись одной из последних игр чемпионата. “Маленькая Трава” с разгромным счетом побеждала “Небесные Мечи”. На следующих выходных “Тирания” как раз должна будет встретиться с “Травой”. Матч, надо сказать, предстоял не из легких.

- Ты был прав, - сказал Вэньцин, когда Синьцзе зашел на кухню. - “Мечи” в этом году сильно сдали.

- Им нужно менять Боевого Мага. Новичок явно не тянет и топит всю команду, - положив было на стол злосчастный конверт, Синьцзе вздохнул и подложил под него салфетку. - Это тебе, - сказал и ушел мыть руки.

Когда он вернулся, Вэньцин как раз рассматривал яркую открытку-приглашение.

- Юйлань, наконец, нашла себе кандидата в мужья. Тетка, небось, на седьмом небе от счастья. Приглашают на свадьбу.

- Кандидата?

- Ну да. До свадьбы почти три недели, - ткнув в мигающую иконку кукушки, Вэньцин прочел пришедшее сообщение, - у него есть время одуматься и сбежать.

- Какого ты хорошего мнения о своей сестре! - рассмеялся Синьцзе.

Он почти ничего не знал о Юйлань. Разве что то, что она недолюбливала своего двоюродного брата, впрочем, как и он ее, из-за какой-то душераздирающей истории, случившейся в детстве. Вэньцин терпеть не мог рассказывать о своей семье, а Синьцзе не настаивал.

- Три недели? - уточнил он, глянув на календарь, висящий на дверце холодильника. - Тридцать первого марта?

- Тридцатого, - закрыв ноутбук, Вэньцин отодвинул его в сторону, освобождая место для чая и тарелки с блинчиками, которые Синьцзе купил по дороге домой у уличного торговца.

Они еще были горячие и пахли так, что перебивали даже приторно-сладкий запах приглашения. Когда их достали из пакета, Лапка встрепенулась, хотя до этого лежала растекшись пушистой лужицей на полу в квадрате солнечного света.

- Два дня сплошных праздников, - улыбнулся Синьцзе, перехватывая кошку, которая с пола телепортировалась на стул и уже намеревалась забраться на стол, сел, устроив ее у себя на коленях, однако та сдаваться не собиралась и потянулась когтистой лапкой к еде. Но хозяин был бдителен, отодвинул тарелку и строго сказал: - Нельзя!

Кошка возмущенно мяукнула, дернула ушами и сделала вид, что смирилась, ткнувшись лбом в ладонь, дескать: хозяин! Не хочешь кормить - чеши!

Пришлось чесать.

- Думаю, лучшим подарком будут деньги, - Вэньцин взял верхний блинчик, разломил его и, вытащив кусочек мяса, положил на край стола, поближе к Лапке.

- Не стоит ее баловать! - строго сказал Синьцзе. - Это не полезно…

Но кошке было все равно полезно это или нет, она уже ухватила угощение и спрыгнула с добычей на пол.

- Деньги - идеально. Они никогда не бывают лишними, - проследив как кошка принесла мясо к своей миске и гордо положила его на горку сухого корма, Синьцзе вздохнул и тоже потянулся за блинчиком.

Больше о свадьбе до конца месяца они не говорили.

Вэньцин позвонил в начале десятого вечера сказать, что они с бабушкой скоро приедут. Судя по голосу, он был выпившим. Хотя это было не удивительно. Кто бы ему позволил остаться трезвым на свадьбе?

- С бабушкой? - удивился Синьцзе.

- Да. Деда не было. Она одна приехала. Говорит, что соскучилась и хотела бы увидеться с тобой. Ты же не против?

- Нет, конечно! Буду только рад. Закажу что-нибудь на ужин.

- Пусть не беспокоится насчет еды, - услышал он приглушенный голос бабушки Янмей, которая пыталась перекричать музыку на заднем плане.

- Да, не беспокойся, нас накормили так, что хватит на год вперед, - хмыкнул Вэньцин. - Еще и с собой сунули.

- Добытчики, - рассмеявшись, Синьцзе добавил: - Жду вас.

Отложив телефон, он посмотрел на Лапку, устроившую посреди зала склад своих любимых мышей, подумал, что надо будет убрать в сторонку это кошачье счастье, и пошел доставать свежее постельное белье и запасные подушку с одеялом.

На душе было тепло и радостно. Бабушка Янмей была единственной в семье Вэньцина, кто принял их отношения, единственной, кто принял Синьцзе. С одной стороны, это было печально, что только она, а с другой… с другой, так хорошо, что хоть кто-то.

Задумавшись, Синьцзе сам влетел в кошачьи игрушки, наступил на какую-то особо твердую мышь, охнул, пытаясь удержать равновесие, ругнулся и уставился на прискакавшую с кухни Лапку, которая смотрела на него крайне неодобрительно.

- Мяу! - сказала кошка.

- Вот только не надо винить меня во всем! - предупредил ее Синьцзе.

Кошка фыркнула, дескать - не собиралась я! И опять принялась собирать мышей в кучку, пока Синьцзе застилал диван.

Он ставил чайник, когда в замке входной двери повернулся ключ.

- Мы дома! - возвестил Вэньцин.

Первой встречать его и бабушку бросилась Лапка.

Когда в коридор вышел Синьцзе, кошка, урча как трактор, терлась о ноги старушки, всем своим видом выражая любовь и привязанность.

- Вот ведь подлиза! - смеялась бабушка, а заметив Синьцзе, поманила его к себе: - Не стой там, детка, иди сюда - обниму.

Она не только обняла, но и поцеловала его в щеку, прижалась, сказав:

- Соскучилась по тебе, дорогой. Рада тебя видеть.

- Я тоже очень рад.

- Вэньвэнь тоже сказал, что ты будешь рад, - она отстранилась и принялась расстегивать пальто. - Жаль, что тебя не было с нами…

- Бабуль... - начал было Вэньцин, но та махнула на него рукой.

- Что бабуль? Хотя нет, не жаль. Ты не обращай внимание на мою болтовню, позволила себе выпить лишнего, теперь могу нести всякую чушь. Вэньцин! Ты судки на кухню отнеси, а я очень надеюсь на чай.

- Вода только закипела, - Синьцзе помог бабушке с пальто и ботинками, достал купленные специально для нее мягкие пушистые тапочки.

- Ох, мальчики, как же у вас уютно и хорошо, а главное - тихо, после всего этого шума и суеты. У меня даже голова перестала болеть. Но мне бы сесть - ноги гудят.

Уже совсем скоро бабушку усадили на диванчик на кухне. Вэньцин сел рядом, подальше от большого кулька с едой, который он поставил на стол и пытался даже не смотреть в его сторону. Синьцзе заметил это, усмехнулся и убрал кулек в холодильник, а после принялся наливать чай.

- Как все прошло? - спросил он.

- Пышно, - первой ответила бабушка.

- Громко и много людей, - сказал Вэньцин, а потом добавил. - Очень много.

- На свадьбах так обычно и бывает. Семья собирается вместе, приходят друзья. - Синьцзе перенес чашки с чаем на стол и тоже сел. - У вас же большая дружная семья.

- Немаленькая. - бабушка откинулась на спинку диванчика и, прикрыв глаза, тепло улыбнулась. - И еще нарожают.

- Бабуль, - буркнул Вэньцин.

- Что бабуль? - отозвалась та. - Юйлань нашла себе неплохого мальчика. Только он тоненький такой, - она вздохнула и покачала головой. - Кормить и кормить его, чтобы нормальным человеком стал.

- Уверен, с этим она точно справится, - Вэньцин посмотрел на чашку с чаем как на своего личного врага. Есть ему не хотелось от слова совсем, как и пить. Хотелось отлить и лечь спать, оставив все мысли о семье, еде и прочей ерунде на завтра.

Сидели они недолго. Сделав пару глотков из чашки, бабушка первой пошла отдыхать. Лапка увязалась за ней, что-то мурлыча по дороге.

- И мы пойдем? - спросил Синьцзе, потянувшись через стол и погладив ладонь Вэньцина.

Тот кивнул.

- У бабушки завтра поезд днем. В два или в три, надо будет уточнить. Она боится деда надолго одного оставлять. Он опять себя неважно чувствует. И на свадьбу не приехал.

- Проводим обязательно.

- Проводим… - Вэньцин встал и обнял Синьцзе, прижимая к себе так, словно боялся, что тот куда-то денется. - Так по тебе соскучился, - шепнул ему на ухо, и только после этого отпустил и, пьяно пошатываясь, ушел в туалет.

- Доброе утро, дядюшка Лян. Три сладких булочки, пожалуйста.

- Доброе утро, господин Чжан. Обычно вы берете две.

- У нас гостья.

- О, гости это всегда хорошо. Вот, держите ваши булочки.

- Спасибо. Сдачи не нужно.

- Благодарю вас и хорошего дня!

Утро было теплым и ясным. И хотя по прогнозам ближе к вечеру обещали дождь, сейчас небо было чистым, без единой тучки. Под стать ему было и настроение - преотличное. И, проходя мимо большого детского магазина, Синьцзе остановился, усмехнулся и зашел. Этот день для кое-кого обязательно должен был стать совершенно особенным. И у него по этому поводу были кое-какие мысли.

***

- Я дома! - объявил он, закрывая за собой входную дверь.

- Мы на кухне, дорогой, - ответила бабушка Янмей.

Синьцзе успел разуться, прежде чем из зала выкатил робот-пылесос, обычно встречавший его первым после прогулки, следом за ним подтянулась Лапка, удивленно уставившись на хозяина во все глаза. Было такое ощущение, что она не знала, что делать - броситься бежать или начать защищаться прямо здесь и сейчас. Синьцзе же приложил палец к губам, дескать - все в порядке, тихо.

- Это сюрприз, - прошептал он и пошел на кухню, откуда вкусно пахло разогреваемой едой.

Бабушка стояла у плиты и не сразу заметила “сюрприз”, как и Вэньцин, сидящий за столом и что-то увлеченно печатающий на клавиатуре ноутбука.

Синьцзе кашлянул, привлекая к себе внимание. Лапка молнией промчалась мимо него и бросилась под стол, где и затаилась.

- Надо же, - только и смог выдавить из себя Вэньцин, подняв голову.

- С днем рождения, - усмехнулся Синьцзе, протягивая ему букет разноцветных воздушных шариков, наполненных гелием.

- Вот это подарок! - первой в себя пришла бабушка. Она рассмеялась и строго сказала внуку: - Чего сидишь? Иди забирай!

- Часть подарка, - уточнил Синьцзе.

- Ну ты даешь…

- И только посмей сказать, что тебе не нравится! - не унималась бабушка.

- Мне нравится, - Вэньцин послушно подошел и потянулся поцеловать Синьцзе, шепнув ему: - Я просто рассчитывал немного на другой…

- Другой тоже будет, - так же тихо ответил тот.

- Птенчики, - бабушка напомнила о себе. - Давайте садиться есть, если вы не против.

- Да! - встрепенулся Синьцзе. - Я только руки помою.

Но сразу уйти он не смог, еще раз поцеловал Вэньцина, на этот раз в губы, ушел только после этого, сначала в зал, где оставил шарики, потом в ванну, откуда вернулся на кухню, где уже почти все было готово - садись ешь.

Вся еда была принесенная вчера из ресторана. Острые овощные и мясные рулеты, курица по-сычуаньски…

- Е Сю написал первым, - Вэньцин как раз убрал ноутбук и взялся за палочки, как тренькнул его смартфон.

- Отключи эту штуку, - попросила бабушка. - Выпьем за тебя, потом включишь обратно.

Синьцзе как раз хотел спросить как там у Е Сю дела, но промолчал, глядя на то, как Вэньцин отключает звук в телефоне.

- Вот так, дорогой мой, - взяв стопочку с байцзю, бабушка откашлялась и торжественно произнесла: - Поздравляю. Ты уже большой мальчик, чтобы желать тебе всякую ерунду, поэтому пожелаю только здоровья. Остальное у тебя уже либо есть, либо ты сам себе можешь это обеспечить. Так что - за тебя!

- За тебя! - поддержал пожелания Синьцзе и вздрогнул от громкого хлопка и дикого мява. - Чтоб тебя, - подскочил он. - Лапка!

А та, перепуганная, уже примчалась сама, взметнулась по его штанам и рубашке, запрыгивая к нему на плечо и прижимаясь, ища защиты от страшных громких воздушных шариков.

***

Поезд у бабушки был в три. До этого они еще успели немного прогуляться, благо из багажа была всего одна небольшая сумка. К тому же, несмотря на все прогнозы, погода портиться не спешила.

На вокзал успели за двадцать минут до отправления, и бабушка, сев на свое место в вагоне, почти сразу прогнала мальчишек, сказав, что вполне способна уехать одна, без чьей-либо помощи. Но, выйдя на перрон, Вэньцин с Синьцзе сразу уходить не собирались, подождали пока поезд тронется. Бабушка махала им рукой из окна и выглядела очень довольной.

- Ребята нас ждут в ресторане недалеко от клуба, - Вэньцин глянул на часы. - Пройдемся? Мы как раз к четырем туда доберемся.

День рождения продолжался.

Смартфон Вэньцина то и дело тренькал сообщениями и звонил. После одного из звонков, Вэньцин фыркнул, спрятал телефон и долго шел молча, сунув руки в карманы.

- Что-то случилось? - решил спросить Синьцзе.

- Тетка. Больше всего меня раздражает то, когда начинают лезть в личную жизнь. Она и на свадьбе все спрашивала, когда же я уже невесту приведу. Еще и сегодня пожелала девушку себе найти. Все никак не угомонится, - он задумчиво почесал подбородок и сказал: - А как ты смотришь на то, чтобы пожениться?

- Швейцария? - ответил вопросом на вопрос Синьцзе. - Я бы с удовольствием прогулялся с тобой по Цюриху.

- Можно и Цюрих, - согласился Вэньцин.

- Ты знаешь, для меня это совершенно не важно - свадьба. Мне хватает того, что у нас есть, того, что нам хорошо вместе. Но по Цюриху я бы все равно погулял.

Вэньцин рассмеялся и заметно расслабился.

- Можно будет съездить на Новый год.

- Я запишу в свой ежедневник...

Синьцзе хотел сказать еще что-то, но опять зазвонил телефон.

Воздушные шарики висели под потолком, загнанные в угол, Лапка успешно их игнорировала, хотя, Синьцзе казалось, что это ненадолго. Он подозревал, что рано или поздно, кошка решит, что поиграть с ними - это лучшая мысль столетия.

- Это была моя ошибка, - повинился он.

- Пускай, - Вэньцин как раз вышел из ванны. - Как бы там ни было, я хочу основную часть своего подарка прямо сейчас, пока он не решил, что время идти спать.

И подарок был совсем не против.