Work Text:
Как же иронично, что солнце для своего редкого визита в Питер выбрало именно тот день, когда Серёжа впервые за последние два месяца выбрался на улицу из офиса — и то лишь потому, что его умная и обучающаяся семимильными шагами Марго пригрозила приостановить все системы, если он не выйдет на свежий воздух. Малышка Марго, идеальные строчки кода, за которыми скрыто будущее — откуда ей знать, что у Серёжи в столе лежит скомканная похоронка, которую он перечитывает каждый день, надеясь, что вот сейчас-то буквы изменятся, что ну вот теперь отыщется приписка мелким шрифтом о дурацком розыгрыше.
Солнце слепит прямо в лицо, и Серёжа убеждает себя, что глаза слезятся именно поэтому. Точно не из-за того, что, когда Олег уезжал в последний раз, тоже было солнечно. Что-то тёмное, что-то, чему он так и не дал имени, ворочается внутри, набирая силу — что-то, о чём он не хочет вспоминать, что-то, что Олег всегда прогонял тёплыми руками или даже искажённым помехами голосом. Но его больше нет. Солнце это дурацкое есть, Питер есть, даже сам Серёжа зачем-то ещё есть — а Олега нет, как будто без него хоть что-то из этого имеет смысл.
Серёжа уже практически разворачивается обратно к офису, когда замечает через дорогу… Этого не может быть, но Серёжа уже перебегает шестиполоску, не обращая внимания ни на отсутствующий светофор, ни на какофонию гудков и криков.
— Олег!
Исхудавший, измученный и болезненно-бледный — Серёжа замечает всё это совершенно автоматически, прижимаясь к человеку, которого оплакивал бесконечные два месяца.
— Олег, Олег, Олег…
Олег ужом выворачивается из объятий и даром что не отпрыгивает, только трясёт головой и смотрит исподлобья.
— Нет, Сергей.
— Олег, я знал, что ты жив, что это ошибка. Ты ведь шёл ко мне? Почему ты не позвонил? Что там вообще произошло?
Олег хмурится и всё же отходит, почему-то постоянно оглядываясь назад.
— Парень, ты ошибся. Ещё раз, я Сергей.
Серёжа бы решил, что это розыгрыш, но Олег никогда бы так с ним не поступил — и никогда бы так не посмотрел, доходит до него следом. Всякое было — и злился, и волновался, и беспокоился, но никогда не боялся. За него? Конечно. Но его?
— Ты ничего не помнишь, да? Я Сергей, Сергей Разумовский, твой лучший друг. Мы вместе выросли, в одном детском доме. Потом ты бросил учёбу и ушёл в армию, но всегда возвращался ко мне. Неужели ты совсем ничего не помнишь?
— Мои родаки те ещё, конечно, но рос я точно с ними, а не в детдоме. И я из Смоленска, первый раз в Питере. Так что кого бы ты не искал, ты ошибся.
— Олег Волков, — шепчет Серёжа, пока его отчаянная версия с амнезией рушится на глазах. Но разве могут люди быть так похожи?
— Первый раз слышу.
— Что тут происходит?
Серёжа никогда не мог похвастаться особой наблюдательностью, но готов поклясться, что ещё мгновение назад этой женщины тут не было. А вот Оле... Сергей наоборот тут же цепляется за её руку и ощутимо расслабляется.
— Этот парень меня с кем-то перепутал. С каким-то Олегом. Всё нормально.
— Так ли перепутал? — Незнакомка словно сошла с портрета какой-нибудь княжны или графини, настолько всё в её осанке и позе кричит о превосходстве и статусе. И взгляд у неё совершенно гипнотический, подавляющий. — Разве может юноша с такими красивыми глазами что-то напутать?
Серёжа фиксирует лишь мгновение темноты, но когда он снова видит и контролирует себя, то перед ним заинтересованное лицо незнакомки и ещё сильнее напуганное Ол... Сергея.
— А вот это уже интересно. Я не видела подобного уже много, много лет.
— Оль, давай пойдём отсюда.
Чувствуя себя насекомым на лабораторным стекле под этим взглядом, Серёжа успевает оценить иронию — Ольга, ну надо же.
— Заходите к нам в гости как-нибудь, — покровительно тянет Ольга и берёт под руку своего Сергея, свободной рукой поправляя на нём шарф. — Думаю, это будет увлекательно.
— Где вы живёте? — Будто Серёжа и правда собирается приходить, будто его не пугает, что это «вы», кажется, не для него одного.
— О, не переживайте, вам сообщат. До свидания.
Солнце снова палит прямо в глаза, но Серёжа упорно не жмурится, пока пара не скрывается за поворотом. Ему отчего-то кажется, что что-то тёмное внутри него тоже заинтриговано.