Work Text:
Щелчок.
Большим пальцем он поднял крышку зажигалки и резко провернул колесико. Кремень дал искру, и фитиль загорелся маленьким пламенем.
Шикамару затянулся очередной сигаретой. Узнай Темари, сколько он курит, давно прибила бы своим веером. Терпкий табачный дым едва обжигал легкие, согревая изнутри. Шикамару чувствовал, что дым внутри него мог только клубиться и выходить наружу, отравляя лишь его самого. А после — рассеиваться в воздухе, исчезая и не оставляя за собой следа, словно шиноби.
Огонь, что бушевал внутри Наруто, был иным. Он даровал тепло всем, кого он считал своей семьёй. И бесследно испепелял всех, кто мог принести вред миру шиноби.
Даже если это были жители Конохи.
Шикамару окинул взглядом притихшую троицу. Понурые головы, одинаковые татуировки на левом плече и никакой воли Огня. Лет на десять старше него.
— Ничего личного, парни, приказ Хокаге.
Шикамару знал: они не преступники, лишь те, кто были недовольны режимом правления Нанадайме. Шиноби старой закалки, что не доверяли бывшим врагам. Наруто следовало прислушаться к ним, но приказ о ликвидации и в этот раз не заставил себя ждать.
— Чтобы сгорел лес, достаточно тлеющей спички в жаркий день, — усмехнулся элитный джонин, становясь на колени. — Ваш Нанадайме слишком заботится о саде, забывая о лесе вокруг.
— Шиноби нового поколения не умеют толком убивать. Головы генинов заняты карточными играми и едой, а не тренировками. Всё меньше людей хотят отдавать детей в Академию. Всё больше выпускников не желают продолжать карьеру шиноби, предпочитая её работе гражданских. А справку об окончании Академии они используют для прибавки к зарплате. Кто будет защищать деревню и страну Огня, когда на нас опять нападут?
— Времена меняются. Быть может, больше не…
— Правда думаешь, что после смерти Нанадайме Коноха будет процветать?
Щелчок. Блестящая поверхность зажигалки, некогда принадлежавшей Асуме, он всё ещё использовал только её. Шикамару встретился взглядом с самым спокойным из них. Взъерошенные светлые волосы. Половина лица обездвижена, покрыта глубокими шрамами. Тяжелый ледяной взгляд одного из Яманака. Этот шиноби просто ждал ответа.
— Мир, который пытается поддерживать Нанадайме, действительно является миром? На сколько мне известно, только Пятерка великих стран процветает. Все остальные страны тонут в нищете и разрухе, люди страдают от болезней. До сих пор зализывают раны после Четвертой мировой войны. Страна Безмолвия превратилась в рассадник преступности. В то время как шиноби играются с нинджетами, богачи скупают оружие и создают новые нинджеты. Наркоторговля процветает. Ты ведь сам знаешь, кто основные клиенты.
Шикамару кивнул, разглядывая маленькое пламя зажигалки.
— Бывшие шиноби. Шиноби тех стран, где скрытые деревни перестали существовать.
— Знаешь, почему они это делают?
Шикамару отрицательно покачал головой. Пора было заканчивать. Он и сам знал, что в мире за пределами Пяти Великих стран шиноби не в почете. Знал, что мир, который создал и всеми силами пытался поддерживать Наруто, был отчасти иллюзорен.
Только Шикамару никак не мог взять в толк, отчего Нанадайме уничтожал всех, кто пытался донести истину о внешнем мире до жителей.
— Мы… всегда… — запнулся третий преступник, левой рукой он сжимал окровавленные обрубки пальцев правой руки, — защищали деревню из тени. Чтобы такие, как ты, могли жить спокойно.
Зажигалка захлопнулась со звонким щелчком. Пора заканчивать, иначе он и сам рискует оказаться в скором времени на их месте.
— Сай, заканчивай. Приказ Хокаге знаешь.
Яманака протяжно засмеялся, становясь на колени рядом с напарником:
— АНБУ уже не те. Что будешь делать, бывший член Корня? Зарежешь, как свиней, а после им же и скормишь, или дашь умереть как учили в АНБУ? Хотя откуда такому, как ты, знать об этом?
— О чём он? — уточнил Шикамару у Сая.
— Думаю, о татуировке. У членов Корня её не было. Это отличало нас от АНБУ Хокаге.
Яманака кивнул:
— Тела не останется.
Шикамару вновь заглянул в глубокие ледяные глаза. Он ошибся. В них было гораздо больше воли Огня, чем в нём самом.
— Разреши им умереть так, как они хотят.
— Но приказ Хокаге… — Сай на мгновение задумался и убрал танто в ножны. — Хорошо, напишу в отчёте как он приказывал.
***
Шикамару вышел из тюрьмы и глотнул свежего утреннего воздуха.
Тел шиноби и правда не осталось. Татуировка на левом плече была особым видом фуиндзюцу. Так, АНБУ могли пересекать незамеченными барьер и ликвидировать свои тела.
Металл зажигалки неприятно обжигал кожу. Память об учителе, сигареты, смерть Хидана. Была ещё одна причина, по которой он никак не расставался с зажигалкой Асумы. Большим пальцем он приподнял крышку зажигалки и тут же опустил. Идеальный баланс между лезвием крышки и ее весом позволял без труда перерезать пальцы жертвам.
Кто же станет тлеющей спичкой?