Work Text:
— Может, всё-таки по старинке? — с какой-то усталой обречённостью спросил Макар.
Близился экзамен по такому неблагодарному для него предмету, как «Математическая логика». Сам Макар предпочёл проводить время с конспектами, собственными выписками из книг (всё для клятых докладов, для сообщений, для собраний) и учебниками. Страшиться у него сил не оставалось, всё уходило на подготовку. Даже дорогая Меланка Хомовна уже не страшила, потому что она вела последний семестр…
Однако спокойно готовиться мешали просто бесценные соседи по комнате. И если второкурсник Олег, приехавший откуда-то из Белограда, был тихий и тоже обычно старался готовиться по своим предметам, то Гнат уже просто напрашивался на прицельный учебник по древненаттскому. В голову, чтобы не шумел.
Гнат фонтанировал идеями, как обойтись без глодания камней науки, чтобы сдать на высшую оценку. Если бы он не делился ими вслух, наворачивая круги по комнате, размахивая руками и расписывая грядущие светлые времена, Макар бы стоически перетерпел. Три года как-то уживались вместе до сегодня. И пять сессий вместе пережили.
— Это совершенно ненаучно! — заявил Гнат, наконец-то усевшись на свою постель. — Необходимо разработать в сжатые сроки методику для…
Макар перелистнул страницу. Стоило бы ещё раз разобрать несколько формул, но идти ради такого в читальный зал крайне не хотелось. А соседа угомонить стоило слишком много времени.
Которое можно потратить на подготовку.
— …поэтому, — торжествующие нотки в голосе Гната пробились сквозь сосредоточенность Макара, — за составление подобного Хомовна просто обязана поставить двенадцать!
«Или сдать тебя скиалогу, для уточнения здравия твоей тени», — мысленно добавил Макар.
Но вслух сказал:
— Пока ты тут заливаешься жаворонком, уже и записал бы как надо. Хотя бы черновик.
— А это мысль! — Гнат потянулся к своему столу.
Макар возблагодарил апостолов и святых, что на какое-то время можно будет готовиться в тишине. Поскольку «Математическая логика» давалась ему тяжело, он очень, очень нуждался в небольшом покое. Гулять по закоулкам родного Сичеслава уже было поздно.
Либо пан, либо пропал, как один раз высказался Олег. Правда, это было к проекту Гната с вскрытием окна в комнаты Меланки Хомовны, пока она на занятиях, чтобы утащить или скопировать билеты. И к эксперименту алхимиков на кухне — из-за дыма вызывали тушить пожар, хотя огня и не было. И к… честно говоря, к целой куче ситуаций, которые только мешали сейчас готовиться! Макар даже рассердился.
— Макар, а как правильно методику оформлять?
— Можно, пожалуйста, не нарушать тишину?
Макар повернулся к впервые подавшему голос Олегу. Нет, он предупреждал, что умеет на людей воздействовать, и переживал, что они не уживутся… Но чтобы таким давящим голосом говорить? Голосом, который буквально забирается куда-то под череп и давит на рычаги? Не-е, такого раньше не было.
Гнат икнул и замолк. Олег выдохнул, робко улыбнулся Макару и вернулся к штудированию своей «Теории языка».