Work Text:
Венти сжимал в руке семена одуванчиков, смотря перед собой.
Слишком странно было услышать в ветрах чужой, но безусловно известный ему голос. Обычно ему так молились мондштадтцы или туристы, которым рассказали об этом около храма, вот только в этот раз призыв был вовсе не от обычного человека. Пускай звавший его и звучал спокойно, но нотки, в которых явно читалась тревога, не давали Барбатосу расслабиться, проигнорировать. Внутри всё перевернулось от факта, что сейчас с его другом могло что-то произойти.
Он никогда не использовал этот метод, чтобы позвать его.
Он в принципе не нуждался в том, чтобы специально пригласить его – обычно анемо архонт приходил сам. И, быть может, в этот раз старый дурак решил всё-таки обсудить с ним что-то важное, а не проигнорировать, не уведомляя о своих планах. Но гадать о подобном можно было долго.
Сейчас, прижимая присланное к груди, бард порхал на ветрах, надеясь, что всё в порядке, а гео архонт послал за ним лишь для какой-то мелочи.
Пустяка, не более…
Вот только этот кусок камня не звал его даже тогда, когда инсценировал свою смерть, отчего в жизни Барбатоса случилось слишком много проблем.
Думать об этом не хотелось.
Ли Юэ встретило его теплом и отблесками золота от солнечных лучей. Мирные жители лопотали на привычных работах, ожидая времени, чтобы оставить ту и разойтись по домам.
Венти мягко порхал над крышами, цепляясь плащом за ветки деревьев и выискивая привычное окно, в которое обычно предпочитал влетать, чтобы навестить Моракса. Он будто слегка поторопился, заблудился в известных ему домах, но спешно нашёл нужный.
И, когда он оказался в помещении, внутри стало в разы легче.
Чжун Ли был в порядке.
Старый дурак привычно сидел за столом, погружённый в известные одному ему раздумья, отложив от себя бумаги. Это уже было тревожным звоночком — трудоголичный бог редко отвлекался от важных дел. Когда легкий порыв тёплого ветра мягко всколыхнул окружение, он оторвал голову, смотря на стоящего посередине комнаты Барбатоса.
– Прошу прощения, друг мой, что сорвал тебя столь спешно, – начал Моракс, видя, как непривычно напряжённый Венти слегка расслабился. Бард смотрел на собеседника с нескрываемым непониманием, но, увидев спокойное лицо, не сдержал облегчённого вздоха.
– Ты напугал меня, Моракс, – не скрывал анемо бог, сократив расстояние до стола. Раз уж гео архонт вполне себе в порядке, то, вероятно, дело могло быть и не настолько серьёзным, чем мог надумать себе Венти.
– Напугал? – Удивлённо вскинул брови мужчина, а после вновь расслабился в лице. – Нет причин бояться.
Барбатос сдерживал желание подразнить, сдуть со стола все бумаги, показывая, что он раздражён, но смягчился, стоило ему столкнуться с пристальным и спокойным взглядом янтарных глаз.
Не так и важно.
Раз сам Моракс говорит, что всё хорошо — то не может и быть иначе.
– Что же тогда произошло, что великий Моракс воззвал ко мне столь интересным способом? – Венти мягко присел на стол, сдвинув стоящие на нём вещи чуть в сторону. Ему было интересно наблюдать, как ранее спокойный Рекс Ляпис, явно вспоминая, зачем всё-таки позвал бога свободы, чуть нахмурился, сцепив пальцы и утыкаясь лбом в “замок”.
– Мне нужна твоя помощь.
Это заявление заставило слегка зависнуть. Губы дрогнули в странной и не понимающей улыбке.
***
Венти не был из тех, кого можно было обескуражить чем-то.
Вот только Моракс часто это делал. Он был статичным, неподвижным, как созданные им скалы, но порой даже камень может сдвинуться в неожиданную для всех сторону.
Барбатос не ожидал, что это произойдёт и с гео архонтом.
— То есть ты хочешь попросить меня, — бард слегка прервал свою речь, будто ища подвох, а после тихо усмехнувшись. — Попросить меня консультировать тебя в делах любовных. Я правильно понял, Моракс?
Собеседнику не нравилось, что в голосе анемо архонта были слышны нотки издёвки, но он знал, на что шёл и кого звал.
— Не думал, что слух подводит тебя, друг мой, раз ты переспрашиваешь то, что я и так внятно тебе разъяснил, — Чжун Ли звучал лишь слегка раздражённо, но явно не зло. Барбатос был не готов к тому, что тот будет настолько серьёзен именно в этой просьбе.
— Неужели, ты?.. — Венти смотрел на мужчину так пристально, будто тот внезапно должен был исчезнуть, а на его месте возник бы тануки, о которых рассказывала Люмин после путешествия в Инадзуму. — Ты влюбился, Моракс?..
Отчего-то сказанное как-то больно кольнуло в груди барда, пускай тот и спешно выдохнул, прогоняя неприятное ощущение. Сейчас ему не хотелось думать о причинах собственной реакции. Он ждал ответ от своего друга, который не выглядел так, будто позвал его ради шутки или чего-то подобного.
— Мне… симпатичен один человек, — непривычно неуверенно ответил Моракс, отчего все сомнения, которые были у Барбатоса, развеялись его же ветрами.
Гео архонт почти никогда не отвечал так.
Он говорил хлёстко, прямо, подобно каменному копью, что неминуемо рассечет воздух, если его бросить. Это могло означать лишь то, что тот и правда столкнулся с чем-то, с чем раньше, быть может, не сталкивался совсем.
Венти слышал об интрижках Моракса, но за эти тысячелетия не проверял, действительно ли тот вступал в романтические отношения хоть с кем-то. Уж кто-кто, но тот явно не был эталоном идеального парнёра, который кинется в любовь с головой. Венти порой сомневался, что тот вообще может испытывать какие-то слишком уж человеческие привязанности.
— Рыжий предвестник? — Предположил анемо архонт, наблюдая за реакцией, вновь ловя какую-то тяжесть в груди, стоило ему заметить румянец на светлой коже. — Ох, не думал я, что этот парень из Снежной будет тебе интересен.
— Почему же? — Заинтересованно спросил Чжун Ли, на что Барбатос не смог сдержать тихого смеха.
— Вероятно, моё мнение о твоём вкусе было немного иным, — сказал Венти, чуть болтая ногами, всё ещё сидя на столе.
— Каким же? — Слегка нахмурился собеседник, явно не понимая, что в его предпочтениях было не так.
— Ну, может, я ждал, что твой избранник будет отчасти похож на тебя в своих предпочтениях — кто-то до ужаса педантичный и упёртый, у которого явно немало интересных историй, от которых, порой, хоть и хочется зевать, но они достаточно увлекательны, чтобы всё-таки их дослушать, — Барбатос задумчиво хмыкнул, после сказанного, добавляя. — И, вероятно, я ждал, что твой избранник будет чутка постарше.
— Не думал, что ты действительно так чётко ответишь, — Чжун Ли смотрел на собеседника пусть и спокойно, но явно не без удивления. Венти уж точно мог заметить это в чужом голосе.
Вообще, он и сам не ожидал, что у него будет чёткий ответ. Не то, чтобы он думал об этом специально, но пару раз анемо архонт действительно ловил себя на подобных мыслях. Наблюдая за изменениями в гео боге, он всё-таки не мог избежать банальных размышлений — а может ли сам Моракс найти себе кого-то для коротания вечности? Будет ли это бог, адепт, а может он и правда предпочтёт простого смертного?
Вот только годы шли, а каких-то явных влечений у Рекс Ляписа не наблюдалось, отчего Венти просто оставался со своими предположениями наедине, проводя пальцами по лире и придумывая очередную песню о властелине камня.
— Вероятно, ты занят, и мне не стоило тебя беспокоить, Барбатос, — прервал его раздумья Чжун Ли, отчего бард слегка замялся, но после привычно и с улыбкой отмахнулся.
— У меня всегда найдётся время для старого друга, о, Моракс! — Венти звучал слишком уж счастливо для того, кому явно придётся неплохо поработать, чтобы гео архонт смог правильно ухаживать за весьма специфичным смертным. — Ты обратился по адресу!
Моракс раньше не реагировал на такие, казалось, обычные слова, но сейчас тот явно чуть улыбнулся одними уголками, смотря на Барбатоса так непередаваемо тепло, что тот даже слегка подвис, а после начал болтать ногами активнее, усмиряя предательски забившиеся сердце его физической оболочки.
— Надеюсь, что тебе это будет и правда не в тягость, друг мой…
***
Венти тяжело вздохнул.
“Не в тягость.”
Ага, оказывается, это было не так и просто. Писать о любви, слагать песни об этом чувстве — не равно тому, чтобы разбираться в делах сердечных. Он бесцельно слонялся по Мондштадту, чтобы зацепиться хоть за какую-то мелочь, придумать хоть что-то, что могло бы помочь гео архонту в его нелёгком деле. Но по итогу он имел лишь список самых банальных свиданий, пару-тройку неумелых подкатов от рыцарей Ордо и разочарование во всех своих подопечных.
Разве в городе свободы действительно настолько всё плохо с ухаживаниями?
Закономерно, что вскоре его занесло в таверну, где он вновь встретился с хмурым, но вполне очаровательным барменом, который даже не прогнал его, стоило ему завалиться и потребовать лучшего вина во всем Мондштадте. Правда, ворчаний от Дилюка избежать не удалось, но теперь, быть может, в слегка захмелевшую голову будут лезть идеи.
— Ты выглядишь непривычно задумчивым, — сказал Рагнвиндр, привычно убирая пустую бутылку, но пока не торопясь выдавать Венти новую.
— Хе, мастер Дилюк как всегда очень внимателен к своим клиентам, — бард не сдержал улыбку, мягко растягиваясь на барной стойке, протягивая руки, будто пытаясь самостоятельно достать для себя следующую бутылку, но по итогу просто потягиваясь.
— Как и любой другой порядочный хозяин таверны, — Дилюк звучал вполне обыденно, на него явно больше не действует вся та лесть, что льётся из уст местного завсегдатая.
— Не прибедняйтесь, я же не даром сижу именно у вас, а не у ваших конкурентов, — продолжил Венти, надеясь, что сможет “растопить” сердце неподкупного бармена своими сладостными речами.
— Никакие конкуренты не позволят тебе открыть счёт долга, который превышает несколько тысяч моры, — совершенно не поддаваясь, отметил Рагвиндр, смотря на столик неподалёку.
— Я отработаю все хорошей песней! Даю слово, а мое слово — это не пустые слова на ветер! — Венти грациозно взмахнул рукой, а после чуть повернул голову в сторону взгляда наследника винокурни.
Звучало иронично, но Дилюк лишь тихо кивнул, слыша смешок капитана кавалерии, на которого он и обратил внимание.
Конечно, тот подслушивает. Как будто могло быть иначе.
Сэр Кейа и впрямь мог быть полезен в его деле, поэтому то, что он все прекрасно слышит, может сыграть ему на руку. Лишними советы от ещё одного завидного холостяка Мондштадта явно не будут.
— Но раз уж вы беспокоитесь о вашем драгоценном барде, то… Подскажите, мастер Дилюк, вам уж точно можно доверять такие дела, — Бард медленно выпрямился, смотря на собеседника настолько внимательно, будто сейчас он явно будет выпытывать что-то по-настоящему важное.
— Какие дела? — Дилюк нахмурился, смотря на то, как захмелевший завсегдатай будто по щелчку пальцев уже и не такой захмелевший, а в его голосе сквозь всю лесть слышались и нотки серьёзности.
— Сердечные, конечно! — сказал Венти, даже не смотря на покатившегося со смеху сэра Альбериха, который тоже сначала замер от внезапного напряжения. — Вы же бармен, явно наслушались!
Дилюк смерил Кейю раздраженным взглядом, убирая из-под стойки буьылку, которую планировал дать слишком уж наглому капитану. Анемо архонт заметил и это, улыбаясь слишком хитро и планируя, что тогда сам заполучит эту бутылку.
— И с чем же тебе помочь? — Рагнвиндр отвернулся от слишком уж весёлого капитана кавалерии, возвращаясь к своим привычным делам.
— Свидание. У моего друга совершенно нет опыта в таком. А он хочет проявить знаки внимания к своему особенному человеку, — зачем-то бард специально чуть наклонился, говоря это тише, заговорчески. — Ах да, не упомянул, но избранник моего друга из весьма своеобразных мест, если это поможет вам в идеях.
Кейа, которому явно был слышен не весь разговор, стал тише, что явно было по нраву бармену, который уже хотел прогнать шумного парня домой.
— Хм. Раз ты упомянул места, то… — Дилюк слегка нахмурился, отставляя протираемый им бокал. — То было бы уместно ознакомиться с традициями этой местности. Что у них принято во время ухаживаний. Это не лишний раз покажет то, что партнер внимателен и действительно заинтересован в нём.
— Традиции, — задумчиво протянул Венти, утыкаясь лицом в барную стойку, а после чуть повернув голову. — Звучит как замечательная идея!
А ведь и правда!
Избранник Моракса был из весьма специфичных мест — Снежная даже его народом считается не самым романтичным местом по общепринятым нормам. Но люди же везде оставались людьми, поэтому даже у них должны быть какие-то особые ухаживания за объектом симпатии. Это было превосходной зацепкой, которую Венти никак не мог позволить себе упустить.
— Я ваш должник, мастер Дилюк! — Озарился улыбкой Венти, напрочь забывая о своих планах на очередную бутылку, чуть ли не взлетая с места. — Обещаю, в долгу не останусь!
Бард слишком спешно покинул таверну, что удивило не только Кейю и Дилюка, но и зазевавшихся пьяниц, которые явно не ждали чего-то настолько внезапного в этот вечер.
Кейа смотрел вслед ушедшему с нескрываемой улыбкой. Капитан кавалерии любил наблюдать, когда чужая жизнь весьма интересно набирает обороты, а уж то, что теперь та разогналась и у их местного барда — само собой событие.
— С кем, интересно, хочет организовать свидание наш бард? — Всё-таки спросил вслух Кейа, присаживаясь за барную стойку. Дилюк явно ждал такой финал вечера, отчего даже не стал хмурее.
— О чём ты? — Рагнвиндр вновь отвлёкся на работу, не смотря на Альбериха, который продолжал улыбаться слишком уж хитро. Он прекрасно понимал, что для того всё произошедшее — неплохое развлечение.
— Ну же, мастер Дилюк, когда обычно спрашивают о чём-то подобном, а потом говорят, что это, мол, "для друга" — это явно не для друга, — Кейа надеялся, что бармен плеснёт ему вина, но тот лишь хмыкнул, специально отворачиваясь, давая понять, что никакого алкоголя больше рыцарю не светит.
— Мне кажется, что если бы Венти нужно было что-то для себя, то он бы так и сказал, — спокойно отметил Дилюк, не понимая, куда вообще ведёт разговор и отчего тот был об недавнем госте.
Венти и правда был прямолинеен. Он не стал бы просить что-то “для друга”, если бы это действительно было не для него. Вот только и чутьё Кейи явно не обманывало капитана кавалерии — тут явно был, скорее, не “просто друг”.
— О таких вещах даже самые бойкие и неотразимые могут спросить таким способом, — стакан Альбериха всё-таки слегка наполнился, отчего тот одарил бармена привычной очаровательной улыбкой. Вот только Дилюк нахмурился, вспоминая кое-что очень в тему и о самом собеседнике.
— То есть несколько дней назад ты интересовался, что бы мне понравилось в качестве небольшого подарка не для того, чтобы помочь "неуверенной подруге"? — Рагнгвиндр не сдержал легкой улыбки, наблюдая, как беспечный капитан кавалерии явно чуть напрягся в плечах, невольно отводя взгляд, тем самым выдавая себя с потрохами. Кейа явно не ожидал, что всё так внезапно сместится на него самого, отчего не успел никак отшутиться, а реакции отражали истинное смятение.
— Закрыли тему, — только и смог вымолвить рыцарь, вливая в себя остатки вина, отворачиваясь, слыша тихий смех.
Польза от этого вечера была и для Дилюка.
***
Люди из Снежной — это что-то воистину интересное.
Венти следил за парочкой фатуйцев, думая, как вообще ему стоит пообщаться с ними, чтобы узнать всё необходимое.
Он мог подслушать, но вероятность того, что те внезапно начнут со всей ностальгией вспоминать какие-то традиции, слишком мала. Да и надеяться на такое было больше, чем глупо. Барбатос пусть и был архонтом, но не настолько, чтобы оборачивать события себе на руку.
Вот только наблюдения были не такими уж и ненужными. Он отметил, что в перерывах от работы его “жертвы” любят пригубить что-то из какой-то странной фляги, отчего становятся раскрепощённее, открытее к общению. Предложи Венти этим господам выпить с ним что-то подобное — это в миг развяжет им языки.
Узнать же, что это, не составило труда.
Огненная водка — то, что так любили пить те мужчины. Он выцепил это из их разговора, а остальное было за малым. Добыть бутыль этого алкоголя богу ветра было не так сложно. Он даже оставил торговцу мешочек моры — бард не был вором, пусть и взял нужное не совсем прямо.
Никто в лагере фатуи так и не понял, как к ним на вечерний отдых затесался мондштадтский бард, “выкупая” место в их уютном кругу бутылкой хорошей водки. Но те были приятно удивлены неподдельным интересом местного музыканта к традициям их родины. Венти улыбался, стоило кому-то сдаться и пуститься в душевые разговоры о любви и том, как всё-таки “дома лучше”.
Сам того не замечая, анемо архонт и сам увлёкся не особо привычным спиртным, чувствуя ветер в своей же голове, пускай всё и тщательно запоминая.
Он всё это делает не просто так!
Во имя Моракса!..
Вот только очнуться потом у гео архонта в комнате он не планировал.
Смертное тело без гнозиса не выдержало натиска весельем и крепкой выпивкой, отчего он, возможно, мог немного вырубиться.
Просто прикрыть глаза.
Он чуть приподнялся, ощущая, что накидка с его плеч явно уже давно снята и, возможно, потеряна, но, увидев ту аккуратно сложенной рядом с постелью, Венти не сдержал улыбки. Самого же хозяина комнаты рядом не оказалось, отчего Барбатос позволил себе вновь плюхнуться в мягкую подушку лицом и шумно вдохнуть, замирая на какое-то мгновение.
А после прикрыть глаза, улыбаясь.
Даже постель Моракса пахла привычно пылью и чем-то узнаваемо-терпким.
***
— Я добыл нужную информацию! — Громко сказал Венти, буквально сметая уже привычно листы со стола Чжун Ли.
Да, они так и не поговорили о том, как Барбатос оказался у Моракса дома, но это было не так важно. Ведь бард напился для очень важной цели!
Вот только гео архонт не выглядит таким уж удивлённым. Он смотрел на друга так, будто тот уже говорил ему это. Может, в пьяном бреду?
— Надеюсь услышать внятный рассказ, — сказал мужчина, подтверждая догадки Венти.
Анемо бог счастливо рассмеялся, усаживаясь на стол удобнее.
Было не так важно, что он уже мог рассказать, поэтому он, сделав максимально важный вид, начал.
— Как тебе известно, мой дорогой Моракс, у Снежной весьма богатая история и немало традиций. Чтобы покорить твою жертву, тебе стоит узнать о самых главных, — Барбатос с нескрываемым самодовольством выудил буквально из ниоткуда несколько листов, укладывая их перед собеседником поверх всех документов. — Вот пара тех, что пригодятся тебе.
Он гордо спрыгнул на пол, выуживая лиру и наслаждаясь максимально серьёзным Чжун Ли, который с нескрываемым интересом впитывал всё то, что анемо архонт изложил в своих “писаниях”. В какой-то момент чужое лицо явно расслабилось, а после Моракс одарил Венти весьма довольным взглядом.
О, да, бард прекрасно знал, что он добыл воистину прекрасное, так что первое свидание его дорогого друга будет не просто на высоте. Оно будет идеальным настолько, что даже сам гео архонт будет в восхищении.
Тут-то Венти и поймал себя на мысли, что то, что он, по сути, помогает Чжун Ли, делается лишь для того, чтобы увидеть эти до невозможности редкие проблески счастья в чужих глазах. Барбатос почему-то очень хотел, чтобы другой бог вкусил прелесть жизни.
А уж тем более любви.
— Я недооценивал тебя, — признался Моракс, что уже было величайшей похвалой. Рекс Ляпис был достаточно скуп на похвалу. За тысячи лет Венти сможет насчитать лишь пару десятков искренних комплиментов в свой адрес от гео архонта.
— Увы, это действительно так, — довольно усмехнулся Венти, проводя пальцами по струнам, отчего приятный перелив слегка скрасил их разговор. — Тебе стоит больше ценить меня. Я весьма недурен во многом.
— Например? — Зачем-то спросил Чжун Ли, что слегка сбило анемо архонта, заставляя чуть замешкаться.
— Ну, если у тебя есть пара десятков лет в запасе, то я с радостью бы изложил то, насколько я прекрасен, но, боюсь, твой смертный не оценит подобного, — Венти наблюдал, как подобные упоминания слегка “смущают” собеседника. Хотя смущение Моракса для чужих глаз не отличается почти ничем от его обычного вида. Но вот бог анемо ловил эти изменения с превеликим удовольствием.
— Всё же я бы хотел услышать, в чём же я тебя ещё недооценил, — сказал Чжун Ли, но эта фраза ощущалась слишком иначе, чем все фразы гео архонта до этого. Почему-то от этой интонации бог ветра чуть вздрогнул, отмечая, что слишком уж… по-драконьи это прозвучало.
В истинной форме Барбатос видел его лишь однажды, но забыть об этом даже спустя тысячу лет он не мог.
А уж забыть эти интонации — тем более.
— Однажды, обещаю, ты всё услышишь, — чуть тише ответил Венти, надеясь, что собеседник этого не услышит.
Тот же еле заметно улыбнулся уголками губ.
***
Он не собирался наблюдать за свиданием Моракса.
Он определённо точно был в этом уверен. И вообще… Венти случайно оказался в том же месте в то самое злополучное время.
Вот только сейчас он буквально старался не выдавать себя, видя до непривычного странную картину. Нет, он правда допускал, что Моракс может быть обворожительно приятным, особенно с тем, к кому он питал некую симпатию, но… Барбатос чувствовал неприятное осознание, что с ним он так себя не вёл. Гео архонт не пытался быть максимально чутким и внимательным, не пытался как-то ему понравится. Нет, он был собой во всей красе — упёртым, бескомпромиссным, до невозможности вредным, но… собой.
Сейчас бард наблюдал как простой смертный по имени Чжун Ли пытается вести себя так, будто он живет свою первую и единственную жизнь, а человек рядом с ним — сокровище, которое он искал все эти годы.
Венти аккуратно спрыгнул с дерева, тут же прижимаясь спиной к камню, чтобы не выдать своего присутствия.
Внезапно отчего-то захотелось просто вернуться в Мондштадт и выклянчить у мастера Дилюка бутылку одуванчикового вина.
Или даже сока.
Сейчас почему-то ему было все равно…
***
Когда семена одуванчиков вновь принесли ему чужой призыв, Барбатос чуть не выронил лиру. Он сидел на дубе в долине Ветров, наигрывая какую-то приятную мелодию, иногда напевая забытые всеми людьми слова — вероятно, эту песню больше нигде и не услышишь.
Теперь он уже не мчался стремглав к Мораксу — он уже знал, что тот зовёт его по особой причине.
И, судя по весьма довольному виду, Чжун Ли вполне неплохо провёл время с одним предвестником.
— Чтож, ты вновь воззвал ко мне — о, великому Барбатосу! — Венти специально для пущего эффекта развел руками, на что Моракс тихо кашлянул, давая понять, что ему это не особо по нраву. Барбатос же тихо засмеялся, смотря на друга с нескрываемым интересом.
— Вероятно, я злоупотребляю твоей добротой, — сказал Чжун Ли, на что бард лишь махнул рукой.
— Да брось, я же не серьёзно, — анемо архонт вновь сел на край стола. — Я так понимаю, что всё прошло хорошо.
— Ты и сам это видел, — сухо отметил мужчина. Венти только и смог, что беззаботно улыбнуться. Он мог бы понять, что даже без гнозиса гео архонт оставался собой.
Конечно же тот заметил его, как иначе.
Раньше Венти бы просто отшутился, не воспринял это так близко к сердцу, но сейчас ему было неловко. Стыдно.
И горько…
— Я рад, что всё хорошо, — Барбатос сказал это чуть иначе, чем хотел, и эту перемену заметил Моракс. Чужие глаза блеснули недоверием, но вскоре вновь смотрели на собеседника как обычно.
— Так… Нужна моя помощь? — Спешно реабилитировался анемо бог, после привычно улыбнувшись. Не фальшиво — это и правда была искренне.
— Да, нужна, — Чжун Ли встал с места, подходя к открытому окну. Барбатос не заметил ранее, но сейчас на подоконнике стояла достаточно громоздкая ваза, в которой красивым букетом раскинулись глазурные лилии вкупе с цинсинь. Мужчина же сначала мягко коснулся пальцами в перчатке цветов, после вновь сцепляя руки на груди в привычной задумчивости. Впервые за эти дни тот предпочёл не говорить с ним лицом к лицу, это больше походило но какой-то монолог.
Но Венти был готов слушать.
— Он подарил мне в самом конце этот букет, — начал Моракс, смотря вдаль. — Цинсинь с глазурными лилиями — очень неплохой подарок. Как ты знаешь…
— Да-да, цветы, которые очень ценятся в Ли Юэ, — перебил Венти, явно не желая слушать то, что и так знал.
Чжун Ли не разозлился тому, что его перебили. Он чуть прокашлялся, продолжая.
— Я был тронут этим, пускай в качестве подношений люди часто приносили их. Но я совершенно не знал, что стоит подарить мне. Мы не готовились к этому, отчего это вызвало весьма… странную ситуацию, — закончил гео архонт.
— Весьма неожиданно слышать о том, что великий Моракс и попал в странную ситуацию, — Барбатос и сам подошёл к собеседнику, смотря вдаль. — Ты бы хотел сделать ему ответный подарок в следующий раз, верно?
— Мы не говорили о следующем разе, но… — Моракс наконец-то повернул голову в сторону Барбатоса. — Да. Что-то, что тоже бы имело отношение к тому, что ему дорого.
Почему-то Венти захотелось тяжело вздохнуть, но он спешно подавил это, после лучезарно улыбнувшись.
— Ну, как я могу тебе отказать?
***
Прошло уже несколько дней с тех пор, как Барбатос принял “задание” от своего друга. Подарок для предвестника, так ещё и по таким требованиям — это действительно то, что подвластно найти только богу. Вот только была проблема, которая знатно портила всё — он не знал о фатуйце ничего, кроме того, что рассказывала Люмин.
И это было сложно. Слишком сложно.
Он сидел около своей же статуи, задумчиво наигрывая какую-то мелодию. Идеи никак не хотели рождаться в его голове, отчего он решил просто прогуляться по городу в поисках вдохновения.
Стоило ему спуститься к штабу Ордо Фавониус, как он услышал странный стук, а после топот, будто к нему мчится ребёнок. Он вовремя успел развернуться, замечая маленькую девчушку, которая, похоже, от кого-то удирала. Но, вероятно, Венти слегка помешал её побегу, отчего она резко остановилась, смотря на него так внимательно, будто что-то собираясь сказать. Только сейчас бард обратил внимание, что у девочки в руках была книжка.
Со сказками.
Барбатос сам не заметил, как расплылся в улыбке, понимая, что ему пришла почти гениальная идея.
Вот только, вероятно, ему понадобится и чужая помощь.
***
Чжун Ли не ожидал, что Венти буквально влетит в нему на улице, утягивая чуть поодаль. Он привык, что тот является в его комнату, а там уже они беседуют. Но, судя по тому, насколько взъерошенным был бог ветра, тот не мог терпеть до вечера.
Ему в руки почти всучили какой-то свёрток, который он, нахмурившись, поспешил развернуть. И, стоило увидеть на обложке серебряное тиснение, прочесть название, как он вновь посмотрел на Барбатоса.
— Согласен, это идеальный подарок для твоего смертного, не благодари! — Анемо архонт явно был настолько горд собой, что не мог сдержать улыбки.
Книжка со сказками из Снежной.
То самое издание, которое так популярно в чужой стране. Почти в идеальном состоянии. И, если бы Моракс знал, как много людей помогали ему её найти, то точно бы рассердился.
Но Венти не выдал свою тайну.
— Предания родины… Классическое оформление, весьма неплохое издание, — Чжун Ли говорил это так, будто сейчас ему нужно было оценить вещь, а не осознать, для чего её ему дали. Это слегка оскорбило барда, который ожидал немного иной реакции, отчего он закономерно насупился, что не ускользнуло от глаз гео архонта.
— Весьма неплохое издание, ага, — всё-таки сказал Барбатос, пихая друга локтем. — Скажи лучше спасибо, старый дурак. Книги из Снежной не так и просто достать.
Собеседник опустил книгу, смотря на Венти, а после тихо кивнул.
— Я очень ценю твою помощь. И, пускай я уже не бог контрактов, ты все равно можешь рассчитывать на мою помощь, — Моракс сказал это так буднично, как будто озвучил условия очередного контакта, на что Барбатос всё-таки чуть не сдержался, пустив ветром чуть песка в сторону упёртого бывшего бога.
— Я ждал обычное человеческое ”спасибо”, камень ты недалёкий, — Венти смерил того взглядом, а после, решая, что он выполнил свою “миссию”, решил покинуть мужчину, отправляясь обратно в Мондштадт.
У него явно есть дела поважнее, чем “нянчиться” с архонтом, который так за все тысячи лет и не понял, что Барбатосу многого от него и не нужно.
Или же, быть может, ему нужно что-то больше, но эту мысль Венти старательно отсёк, напевая по дороге домой слишком уж любимую мелодию…
***
Он помогал Мораксу ещё несколько раз.
Прилетал по первому зову даже быстрее, чем преданный гео архонту якша, которого Барбатос тоже пару раз видел в покоях своего друга. Тогда они просто перекинулись приветствиями, особо не контактируя. Верность Сяо сохранилась и после отставки его господина, что казалось чем-то слишком уж несправедливым, но Венти очень давно пообещал себе не лезть в чужие дела.
Ему хватало своих.
В этот раз дело было даже очень увлекательное. Свидания Чжун Ли и рыжего предвестника, казалось, шли просто восхитительно — они обошли чуть ли не весь Ли Юэ, пускай Венти больше и не пытался их отследить. Да и вообще, он и в первый раз сделал это не специально, просто так получилось.
Бард не знал, насколько уж Чайлд был порядочным парнёром, но то, каким умиротворённым и по-своему счастливым был Моракс, было намного важнее всего, что происходило. Венти и сам не понимал, почему он так печётся о чужой личной жизни. Он пару раз замечал, что какие-то вещи и правда вызывают у него неприятную тяжесть в груди, но списать это на отсутствие гнозиса было банально легче, чем пытаться искать истинные причины.
Сейчас он внимательно смотрел на небольшие заготовки из сосны с Драконьего хребта, а после старательно начал аккуратно надрезать одну из них ножом. В этот раз получилась намного лучше, чем в сотню до этого. Небольшие деревянные птички выходили вполне неплохими, а последние уже могли “свистеть”, если подуть им в отверстие через хвост. Найти мастера из Снежной, что научил его вырезать традиционные детские игрушки, он смог аж в Сумеру, а уж спешно добыть бутылку огненной водки для его “подкупа” без мастера Дилюка бард бы никогда не смог — прошлый его “источник” был арестован рыцарями Фавония за нелегальную торговлю, отчего весь товар спешно уничтожили.
В корзинке красовались очередные заготовки и парочка неплохо вышедших птичек, отчего Венти решил, что вполне может отправляться к Мораксу с очередной восхитительной идеей.
И, почему-то, Барбатос искренне хотел бы, что это была их последняя встреча насчёт “любовных похождений” гео архонта. Но бард понимал, что стоит тому вновь попросить, то он не сможет отказать.
Пришлось просто отогнать эти мысли.
В Ли Юэ Венти явился только к вечеру.
Перемещаться на ветрах с корзиной и заготовками оказалось не так просто, а уж то, что он привлекал внимание местных охотников за сокровищами тем, что спешил куда-то с какими-то вещами — тоже вызвало некоторые затруднения.
Моракс явно готовился уже закончить работать, убирая бумаги в стол, как резкий поток ветра заставил его перевести взгляд к окну. Венти, чуть запыхавшись, плюхнул большую корзину прямо гео архонту на стол, после садясь рядом.
— Добрый вечер, герой-любовник! — Поздоровался Барбатос, а от такого прозвища Чжун Ли закономерно нахмурился. — Свободные ветра Мондштадта принесли тебе очередную идею, в которой даже тебе придётся принять участие.
Гео архонт ждал, когда бард вытащит из корзинки принесённое, а после скинет ту на пол. В какой-то момент он обратил внимание, что руки Венти были какими-то… Необычными, в отличие от привычных дней до этого. И, стоило тому взять одну из заготовок, Моракс понял, что было не так — чужие пальцы были покрыты мелкими порезами, которые, в связи с тем, что они больше не были богами, не заживали так уж быстро.
Это наводило лишь на один вывод — Венти и правда отдавал всего себя, чтобы помочь ему с ухаживаниями за Чайлдом.
— В общем, старый дурак, сейчас я, великий Барбатос, обучу тебя нелёгкому ремеслу, — анемо архонт вытащил небольшой ножик, снабжая всем необходимым своего нового “ученика”.
Он сел к нему так близко, буквально наклоняясь, чтобы всё показывать. Он перетащил ради этого хромой табурет, отчего иногда тот покачивался, но “учителю” было будто всё равно. Он терпеливо ждал, когда Моракс слегка “отвиснет”, чтобы наконец-то начать свои уроки.
Чжун Ли слушал. И, как только Венти показывал ему что-то на практике, то старался повторить. Казалось, человеческое ремесло должно даваться тысячелетнему богу без труда, но, увы, гео архонт был явно слишком уж высокого о себе мнения. Барбатос был на удивление очень хорошим наставником. Он терпеливо ждал, когда подопечный мягко “струганёт” лезвием заготовку, иногда направляя правильно, аккуратно касаясь чужих рук. Мораксу пришлось снять привычные перчатки, отчего чуть прохладные пальцы анемо бога ощущались иначе, чем он привык. В какой-то момент он понял, что уже так давно не касался голыми руками рук своего давнего друга, что неминуемо резанул себе лезвием палец. Венти мягко остановил его, доставая из корзины небольшой бутылек и кусочек ткани. Совсем скоро небольшая ранка была осторожно обработана, а сам Венти лучезарно улыбнулся.
— Что, даже всемогущий Моракс может ошибиться? - Барбатос звучал беззлобно, даже с какой-то непривычным теплом в голосе.
С нежностью.
На этот вопрос не нужно было отвечать. Бард мягко отложил свою заготовку, которая теперь походила на небольшую резную птичку. На крылышках уже появился замысловатый узор — похожий на те, что были на обложке книги со сказками из Снежной. Вероятно, это что-то и правда традиционное.
— Этих птичек часто вырезали детям в Снежной. Они не обязательно должны быть аккуратными и изысканными, — сказал Барбатос, видя, как Чжун Ли пытался повторить подобный рисунок лезвием. — Даже как музыкальный инструмент они не особо ценятся. Думаю, что если ты подаришь птичку, которую вырежешь сам, то твой рыжий предвестник будет в восторге.
В голосе барда слышалась некая легкая грусть, которую раньше Моракс в нём не улавливал. Отчего-то именно это сейчас показалось важнее, чем процесс создания очередного “знака внимания” для Чайльда.
Но почему-то гео архонт не решился спросить прямо, хотя обычно он бы не сдерживал себя. Что-то в этот раз было совершенно отличным от прошлых. или, быть может, бог контрактов только сейчас внезапно “прозрел”, а до этого предпочитал в упор не замечать.
Венти мягко довырезал ещё одну птичку, пока Моракс мучился с первой. У нового творения барда были слегка вздёрнутые крылья, а на боках красовались уже далеко не узоры из Снежной. Нет, на туловище были вырезаны мягкие завитки облаков, в которых, будто витиеватые тексты, прятались знакомые мотивы.
Он помнил, что уже видел их — в той самой печати в логове Бури.
— Чтож, а у тебя неплохо выходит, — прервал его мысли Барбатос, который, как оказалось, следил за его работой намного внимательнее, чем сам резчик. — Я не сомневался, что ты быстро научишься. Гляди, так и станешь резчиком деревянных игрушек!
Венти подбадривал его. Гео архонт не был слепым настолько, чтобы не замечать…
Или же он всё-таки был?..
— Ты больше не придёшь, если я позову тебя, Барбатос? — Внезапно спросил Чжун Ли, чем явно заставил барда замереть.
Тот просто смотрел на последнюю вырезанную игрушку, чуть вертя её в руках, а после тяжело выдохнул. Взгляд бирюзовых глаз метнулся к нему, встречаясь с чужим, замирая.
Впервые Мораксу было слишком тяжело внутри от того, что он, похоже, прекрасно знал чужой ответ.
— Мне кажется, что дальше ты и сам справишься, — с мягкой улыбкой ответил Барбатос.
Вот только взгляд был настолько тяжёлым, будто отражая все те годы страданий и мучений в роли архонта.
Впервые гео бог видел это в таких знакомых глазах.
Моракс просто кивнул, смотря, как друг мягко встаёт, чуть разминая спину, а после, не прощаясь, покидает помещение так, как и пришёл — через окно.
И почему-то именно сейчас внутри бывшего архонта Ли Юэ возникло ощущение, что что-то ушло вместе с Венти…
***
Бард рад, что всё прошло именно так.
Он бы не смог сам сказать, что больше не может приходить. Нужно было искать причину, оправдываться, будто он лодырь и пытается увильнуть от работы. Но Моракс будто и сам всё понял, отпуская его на привычную свободу.
И почему-то впервые Барбатос был не рад ей. И если то, что теперь ему не придётся участвовать в делах любовных, действительно было приятным, но то, что теперь он вновь буквально наедине с собой — начинало давить. Он помогал гео архонту около двух недель, но за это время тот не пытался прогнать его, а то, что в обычное время бы обрекло Барбатоса на огромный камень с неба, вызывало лишь нахмуренные брови и чуть напряжённое лицо.
Венти не хотел думать о том, что, несмотря на контекст происходящего, ему нравилось вот так о чём-то говорить с Мораксом, чем-то заниматься. Как-то вышло, что их общение за тысячи лет походило на что-то весьма непонятное. Кажется, что многие люди за свои конечные жизни общались со знакомыми больше, чем общались боги.
Всё это осознание ложилось на плечи чем-то тяжелым, отчего он уставше разлегся по привычной барной стойке. Дилюк смотрел на барда лишь иногда и то лишь потому, что было очень непривычно, что постоялец вместо обыденного уничтожения его запасов наоборот растягивал одну-единственную бутылку, пребывая в некой задумчивости.
Кейа так же наблюдал развернувшуюся картину, позволяя себе подсесть ближе, смотря на барда.
— Помог другу? — Спросил Альберих, за что получил от Рагнвиндра взгляд полный осуждения. Было очевидно, что причина такого состояния их барда связана именно с этим, но капитан кавалерии решил не ходить вокруг да около.
— Более чем, — отозвался Венти, смотря на остаток вина в бутылке с какой-то тоской.
— Тогда отчего ты такой грустный? Вроде как нужно радоваться, — Кейа махнул Дилюку, надеясь, что тот поймёт, что нужно сделать. — Твой друг, вероятно, счастлив, так чего и тебе бы не расслабиться?
Бармен осторожно поставил ещё одну бутылку прямо перед носом своего архонта, но тот как-то кисло улыбнулся, отворачивая голову.
Тут уже даже Кейа насторожился.
Задавать вопросы было лишним. Теперь уже никто из знающих людей не сомневался, что Барбатос явно помогал не совсем и другу. Вот только, похоже, это осознание стало доходить и до самого Венти, отчего его состояние лучше не стало.
В какой-то миг он буквально вспорхнул с места, материализую лиру и устраиваясь на привычном бардовском месте, начиная наигрывать знакомую всем Мондштадцам мелодию.
Вот только та не была веселой.
И история в строчках явно не имела хорошего конца.
***
Чжун Ли смотрел на резную птичку, которую почему-то решил оставить прямо на своём столе. Эта была не та поделка, что он вырезал сам. Нет, это было то, что последним изготовил Венти — та самая заготовка, на которой красовались узоры на крыльях, знаки анемо стихии на туловище.
Моракс не знал, что расстроило Барбатоса.
Но точно знал кто.
Анемо архонт и правда помог ему — его прогулки с Чайлдом явно шли гладко, а интерес парня разгорался намного быстрее и лучше, чем если бы бог контрактов решил сделать всё сам. Знания традиций Снежной, книжка со сказками, которая удивительным образом была той самой из детства Аякса и многое другое. Мораксу нравилось это восхищение и восторг в чужих глазах, но почему-то внутри что-то странно тянуло, стоило ему попытаться себя отпустить.
Пока он не словил себя на мысли, что все эти смертные эмоции он уже видел, вот только намного ярче и искреннее, чем сейчас. Чужой смех был не чем-то редким, а частым и переливающимся, словно музыка на ветру. Улыбка искренней, а не украдкой.
И всё эти замечания приводили к тому, что Чжун Ли оказался действительно придурком. Таким, каким и обзывал его Барбатос.
Он привык иметь то, что ему нравится — эти драконьи замашки остались с ним испокон веков, отчего даже сейчас юный предвестник был не более, чем каким-то странным желанием. Будто ему просто хотелось узреть восхищение именно в этих глазах. Но разве для этого нужно было звать старого друга? Разве не смотрел ли анемо архонт на него именно с таким обожанием и восхищением все эти годы?
Разве не это заставляло бога контрактов порой улыбаться одними уголками, гордо расправляя плечи?..
Моракс только сейчас начал понимать, что гнался за тем, за чем гнаться и не нужно было — его просто нужно было позвать. Ему не нужно было мучиться и пытаться нарочно выстроить всё так, будто он следовал древнему ритуалу — Венти и так был.
И даже несмотря на то, что ему стало рядом с ним невыносимо, он все равно оставался рядом.
Даря искреннюю и тёплую улыбку просто так…
***
Барбатос никогда раньше не хрип. Он не напрягал голосовые связки своей физической оболочки настолько сильно, умея петь так долго, что это казалось удивительным. Но сейчас, заходясь в очередном напеве, он явно не звучал так мелодично, как раньше.
Отчего он просто прижал ладонь к струнам, резко обрывая всё, вставая с места.
Не прощаясь.
Он все равно вернётся завтра, вновь начнёт петь, донимать мастера Дилюка, а может и Чарльза. Будет привычный день.
Обычно вечера Венти предпочитал проводить либо около своего же храма, либо же отправляясь в долину ветров. Сейчас же что-то буквально тянуло его в сторону Ли Юэ, будто сами ветра вели, заставляя остановиться около каменных врат. Граница, которую сегодня он не пересечёт.
Быть может, ближайшие месяцы тоже.
Даже, если Моракс позовёт его.
Он не Сяо в конце концов, чтобы откликаться на зов своего господина.
Устроившись на возвышении, Венти смотрел на земли гео архонта с какой-то тоской. Гостиница Ваншу виднелась вдали яркими огнями, а снующие внизу хиличурлы привычно хрипели, явно готовясь ко сну. Ветра здесь были чуть другие — они будто напитывались отголосками гео, хоть анемо стихия совершенно не резонировала с ней, несли с собой запах земли и пыли вкупе с нотками горных цветов.
Подобные цветы уже дарили гео архонту в знак привязанности.
Барбатос поджал губы, материализуя лиру и с силой проводя по струнам пальцами, отчего звук вышел сумбурным, совершенно не мелодичным. Это внезапное раздражение осело внутри чем-то едким, неприятным, будто его вновь отравили бездной, заставляя корчится в агонии. Вот только никто не травил его.
Он отравился сам.
Своей глупостью и свободой, которая решила сыграть с ним злую шутку.
С каждым сделанным в таверне глотком приходило чёртово осознание, которое сейчас, когда Венти смотрел на земли Ли Юэ, становилось ярче. Яснее.
Горькая усмешка, за которой последовал проигрыш на струнах.
Угораздило ему согласиться помогать тому, кто без всех этих ненужных попыток понравится запал в бессмертную душу, которую не отнять, не вырвать вместе с гнозисом.
Он больше не бог, отчего ноющее не притупишь легким элементальным взрывом. Барбатос так хотел быть ближе к людям, что завяз в том, что их часто убивает.
В невозможности справиться со своими чувствами.
***
Моракс слишком много думал.
Даже сейчас, когда он буквально сам позвал Чайлда пройтись, он не мог отделаться от ощущения, что этого больше ему и не нужно. Человек рядом же шёл максимально беззаботно, отчего-то ничего не говоря. Они молчали, просто проходя мимо людей, что шумно разгружали корабли, иногда выкрикивая, ругаясь.
И, в какой-то момент Аякс прервал их молчание.
— Мне нужно будет уехать, — просто уведомил тот, смотря на Чжун Ли. Бывший гео архонт отвлёкся от мыслей, смотря на смертного.
Уехать. Да, он что-то про это говорил. Про то, что в Снежной будет праздник, а Царица велела предвестникам вернуться. И это неплохой шанс, чтобы передать семье подарки лично, ведь потом, кто знает, куда его занесёт.
Это не звучало прощанием. Скорее лишь предупреждение о том, что, вероятно, они не будут видеться какое-то время.
— Спасибо, что предупредил, — сухо даже для привычного тона ответил Моракс, смотря, как в чужих глазах будто промелькнуло какое-то осознание. А после разразился задорный смех рыжего предвестника.
— Неужели я надоел тебе, а, господин Чжун Ли? — Этот вопрос звучал с какой-то нескрываемой горечью.
— Почему же? — Бывший гео архонт искренне не понимал, что могло привести к таким мыслям. Он же делал всё, чтобы наоборот привлечь к себе, а не отдалить.
Неужели где-то пренебрёг указаниями Барбатоса?
— Вероятно, я ждал от тебя иной реакции, — Аякс смотрел на него слишком спокойно. — Слишком уж это отлично от того, что происходило все дни до этого.
Отлично.
Конечно, с тех пор, как Венти отказался ему помогать, он стал менее внимательным к деталям их встреч, ведя себя привычнее для него самого. Неужели это было уж настолько не заинтересовано в предвестнике?
— Может, оно и к лучшему, — Чайлд впервые за их разговор отвёл взгляд, поворачивая голову в сторону моря.
Чжун Ли так до конца и не понимал Аякса. Тот, казалось, был совершенно открытым, но порой его охватывала всеобъемлющая тоска, причину которой знал только рыжий предвестник. Пускай Моракс и был богом, но многие тонкие грани людских душ были ему непонятны, а изучать их приходилось уже лишь сейчас, когда он больше не архонт Ли Юэ. Может поэтому он и просил помощи у Барбатоса. Тот всегда был к людям ближе, чем все бессмертные Тейвата.
Одно он понимал сейчас слишком хорошо.
У них с Аяксом ничего и не могло быть.
Вероятно, человек понял это намного раньше, чем он сам.
— Пойдёшь к своему помощнику, когда мы разойдёмся? — Зачем-то спросил Чайлд, чем удивил даже гео архонта. — Передай ему мою благодарность — уж кому, как не мне знать, как сложно добыть хоть что-то из Снежной, когда весь Тейват настроен против моей родины.
Улыбка на губах парня была натянутой. Грустной.
Горько, пускай и понимал, что всё подошло к концу. Моракс уловил это слишком явно.
И просто кивнул…
Вероятно, что их разговор дальше не имел смысла. Было логично разойтись вот так — пожелав друг другу удачи. “Береги тебя архонты” — что-то подобное говорили люди, но сейчас так иронично было вспомнить об этой присказке. Вероятно, поэтому они толком ничего и не сказали друг другу.
Только напоследок его окликнул Аякс, чтобы просто сказать:
— Подари ему цветы. И то, что точно сделает его счастливым. Он заслужил.
***
В ежедневный обход один из капитанов Ордо Фавониус был готов поклясться, что что-то в Мондштадте изменилось. Он обходил эти места в миллионный раз, охраняя чужой покой, но именно сегодня что-то было в разы иначе. Может, ветра дули как-то иначе, или же просто общее настроение города свободы изменилось. Что бы это ни было — оно было, и настолько явно, что даже подчинённые невольно реагировали на это.
Это было не совсем к добру.
Даже после нападения Ужаса Бури не было таких изменений.
Самое логичное решение было пойти к ещё одному “не дремлющему” человеку. Пришлось даже потратить какое-то время, чтобы добраться до винокурни, где встретили его даже слишком радушно.
— Чувствуешь это? — Задали ему вопрос в лоб, а в чужих глазах читалось беспокойство. Дилюк не был из тех, кто пытался скрывать какие-то свои переживания, если того не требовала ситуация. Кейа кивнул.
— С утра ветра какие-то… Не такие, — ответил Альберих, на что получил кивок. Рагнвиндр явно о чём-то догадывался, но пока не торопился делать выводы. Капитан кавалерии слишком хорошо знал эту задумчивость и просто ждал, прислушиваясь к окружению. Люди на винокурне тоже ворчали.
— Они воют, — тихо сказал Дилюк, будто это ставило точку в каком-то его размышлении. — Нужно найти Венти.
— При чём тут он? — Кейа непонимающе нахмурился, на что наследник винокурни просто прошёл мимо, явно зная, с чего стоит начать поиски.
— Думаю, что ты и сам прекрасно понимаешь почему, — сухо ответил Рагнвиндр.
Отчего-то Альберих не мог с этим поспорить…
***
Барбатос не собирался менять ветра. Совершенно нет. После потери гнозиса те стали слишком своенравными, делая то, что им заблагорассудится. Или же просто он хотел так думать.
Они стали холоднее. Венти больше не чувствовал отголосков из Ли Юэ — теперь чувствовался стойкий мороз Драконьего хребта.
Ему было стыдно перед людьми — те чувствовали изменения, хоть и не понимали. Но он не мог ничего сделать. Теперь он даже не их бог в той мере, чтобы что-то контролировать.
Он даже себя контролировать не может.
Решение переместиться в логово Бури не было спонтанным — Барбатос прекрасно понимал, отчего это место так сильно манило его сейчас. Она хранила в себе отголоски его полной силы в отличие от дерева Ванессы. Если в долине Ветров он мог отдохнуть, то именно в бывшей столице старого Мондштадта он мог подумать.
И даже отчасти заглушиться, как делал это слишком давно, что уже забыл, как это делается.
Всё внутри кричало о том, что он должен просто заглушить, закрыться. Просто заставить себя думать о своих людях больше, чем о внезапно человеческой части себя.
И он был совершенно не готов, сидя на одной из скал, почувствовать дрожь гео слишком близко с собой. Он почти спрыгнул, будто пытаясь сбежать, но что-то внутреннее “схватило его за шкирку”, заставляя обернуться в сторону знакомой фигуры.
Моракс.
Когда гео архонт приходит сам, можно ждать только неприятностей.
Просто потому, что он не приходит просто так.
— Если ты хочешь поговорить о смене ветров в Ли Юэ, то я уже занимаюсь этим вопросом, — сухо уведомил Венти, отворачиваясь, надеясь, что именно это и было причиной прихода старого друга.
— К моему стыду, это второстепенная из проблем, которая сейчас стоит передо мной, — спокойно ответил Моракс, а внутри Барбатоса кольнуло что-то едкое и неприятное.
Неужели он только что назвал его проблемой? Вот нахал!
Зародившееся бурным потоком возмущение заставило его вновь повернуться, приготовиться “напасть” словами на собеседника, но…
Цветы.
В его руки мягко вложили охапку сессилий и ветряных астр, которые буквально чуть не снесли его с ног, не распались на отдельные стебельки из единого потока. Букет, который на него буквально “уронили” ошеломлял как размерами, так и ароматом.
Венти буквально вынырнул из подаренного, непонимающе смотря на Моракса.
Вот только этот “кусок скалы” стоял настолько неподвижно и невозмутимо, будто и правда являлся таковым.
— О, бездна, только не говори мне, что все подарки ты дарил своему рыжему предвестнику так же, — зачем-то сказал Венти, а этот образ перед глазами вызвал слишком искреннюю улыбку и хихиканье где-то внутри.
Невозмутимость Моракса “пала” от этой фразы, отчего он слегка нахмурился.
— Как это — “так же”? — Гео архонт явно не был особо доволен сказанным.
— Ты просто буквально… Уронил на меня свое ухаживание, Моракс, — ответил Венти, теперь уже не сдерживая хихиканье.
О, бездна, отчего сейчас он в таком странном смятении чувств?
Чжун Ли стоял сейчас перед ним с тем самым видом, который означал всю эту чёртову каменную решимость, но то, что говорил ему Венти, эту решимость буквально слегка колебало.
И, замечая сквозь всё это некое смущение, Барбатос хитро улыбнулся.
Моракс пугал его лишь на расстоянии. Он тревожился и нервничал, но стоило ему вести себя как обычно, то самый грозный архонт уже и не такой грозный. Может, это было не по душе гео богу, но тот сам виноват.
Виноват в том, что он слишком нравится Барбатосу, отчего обречён на его компанию.
Чжун Ли чуть прокашлялся, возвращая свою невозмутимость. Если у него и были какие-то планы на Венти, то реакция анемо архонта явно сбила всё на корню.
— Я бы хотел извиниться, — всё-таки изрёк собеседник, на что бард понимающе кивнул. — Я пользовался твоей добротой. Слишком эгоистично.
— О, это ты верно подметил, — подтвердил Барбатос, наблюдая, как мужчина перед ним тяжело выдохнул.
Да, Венти был собой. Признавать свои и чужие ошибки — это не то, к чему привык Моракс у людей и подопечных. Но анемо бог признавал.
— Ты потратил на меня своё время и силы, — продолжал гео архонт, а его внимательно слушали.
— Неоспоримо, — вновь кивнул Барбатос, понимая, что вот такое признание своих ошибок у старого друга ему… нравится? То, что упёртый придурок “жертвует” своей гордостью, было чем-то настолько необычным, что в какой-то момент казалось, что Венти просто все ещё пьян.
— И ты имеешь полное право прогнать меня, — добавил Чжун Ли, что весьма удивило.
— Могу. Всеми ветрами в спину, — это уже начинало чуть веселить, но бог перед ним оставался серьёзным до самого конца.
— И имеешь полное право не принимать мои приглашения, — Моракс чуть замер, смотря прямо в бирюзовые глаза. Пронзительно, ловя чужие.
О, бездна, да тот все это время специально всё это говорил!
Венти знал этот взгляд, словил чужую улыбку одними уголками.
Селестия его дери, он невыносим!
— Вот тут я поспорю, ты должен приглашать меня чаще в знак своего искреннего раскаяния! — Барбатос прижал цветы плотнее к себе, делая шаг, отчего они стояли почти впритык друг к другу.
В какой-то момент бард понял, что сейчас происходит. Это почти контракт, ведущее во что-то более глубокое, чем извинения. Он замолчал, ощущая, как что-то тёплое слишком приятно осело в груди.
— Имеешь полное право приходить без приглашения, нарушая мой покой. Играть на лире столько, сколько тебе вздумается. Выпить хоть всё вино, что ты приносишь на наши встречи и… — гео архонт прервался, чувствуя резкий порыв ветра, который буквально вметнул цветы ему в лицо, а после — мягкие ладони на своих щеках. Венти был напротив его, бирюзовые глаза смотрели с какой-то слишком искренней и непередаваемой нежностью, а сам Моракс будто был лишён возможности дышать.
— Просто признай, что я тоже тебе небезразличен, упёртый болван, — прошептал Барбатос в самые губы.
Подтверждение последовало весьма закономерное.
И бессловесное.