Chapter Text
Чанёль мельком взглянул на своего секретаря и уверенным шагом направился к дому, слыша позади шорох гравия под колёсами отъезжающего в гараж автомобиля. Секретарь на ходу быстро и чётко докладывал недавние новости, о которых Чанёль был не в курсе по причине отлёта в другую страну, и альфа автоматически либо отметал то, что ему было не очень интересно, либо делал в уме пометку, чему бы стоило уделить больше времени. Он быстро прошёл через просторный холл в гостиную, лишь молча кивнув прислуге на вопрос будет ли он ужинать, и вновь вернул своё внимание работнику, который внезапно замолчал, неловко переминаясь с ноги на ногу.
Чанёль вопросительно изогнул бровь, ожидая, когда же тот продолжит свою речь, и секретарь под его требовательным взглядом набрал в грудь воздух, прежде чем выпалил.
— Вонхо здесь и ожидает вас в библиотеке.
— Что этот глупый мальчишка опять натворил, пока меня не было? — скупо спросил альфа.
— Вроде ничего, — пожал плечами секретарь. — По крайне мере, до сих пор ничего не всплыло и мне ни о чём не докладывали.
— И всё же он внезапно прилетел из Японии и хочет меня видеть. Ладно, — Чанёль расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке и слегка ослабил узел на галстуке. — Срочные для рассмотрения документы есть? — секретарь кивнул. — Тогда жди меня в кабинете.
Альфа провёл пятерней по идеально уложенным тёмным волосам и направился в библиотеку, на ходу перебирая возможные причины возвращения младшего брата. Не то, чтобы он был отменным придурком, по крайней мере, дела Семьи в Японии он вёл достаточно успешно, но молодая и горячая кровь время от времени напоминала о себе слишком лихими повадками и поступками. Чанёль за столько лет сумел привыкнуть к тому, что время от времени младшего нужно было вытаскивать из различных передряг и прикрывать его задницу, но пост главы Семьи и одного из Глав Кындаля обязывал наказывать за подобные промахи даже своих. Вернее, своих — в первую очередь. Чтобы чужим было неповадно. И Чанёль прекрасно помнил своё обещание, что больше не потерпит неподобающих брату главы Семьи промахов.
Голова с плеч, конечно, не полетит, но официально отлучить от дел Семьи, что потянет за собой позор, и заслать куда-нибудь в страну третьего мира он может. И сделает так без зазрения совести, если понадобится сохранить честь Семьи.
Войдя в библиотеку, он первым делом обратил внимание на напряжённую фигуру младшего брата, который стоял к нему спиной возле окна, но быстро повернулся.
— Здравствуй, — Вонхо неуверенно улыбнулся Чанёлю. — Давно не виделись.
— И это радует.
— Только не начинай о том, что раз мы столько времени не встречались, значит, я хорошо себя вёл.
— Не буду, ты сам это прекрасно знаешь.
Альфа подошёл ближе, но резко остановился, заметив ещё одного человека в помещении — в дальнем кресле у стены сидел темноволосый парень, его голова была низко опущена, а руки нервно сжимали потёртую джинсовую ткань на худых коленках.
— Потрудись объясниться, — потребовал Чанёль. Незнакомый, — он принюхался, с трудом различая запах, — омега в его доме, без его ведома и разрешения на это, обязывало Вонхо оправдать перед главой Семьи свои действия.
— Чанёль, — несмело начал Пак-младший и сделал несколько шагов навстречу брату. — Это Бэкхён. Бён Бэкхён, — выражение лица Чанёля осталось совершенно беспристрастным. — Я пришёл к тебе просить за него. И для меня это очень важно, — на лице альфы не дрогнул ни единый мускул, обозначавший какой-либо интерес к разговору. Но раз он молчал, у Вонхо ещё был шанс. — Разреши принять его в Семью, — голос Вонхо едва не дрогнул под взглядом Чанёля.
— С какой стати?
— Я же говорю, что для меня это очень…
— Вонхо, — Чанёль даже не повысил голос, но младший брат моментально подобрался и сглотнул. — Ещё раз спрашиваю: с какой стати я должен принимать в Семью неизвестно кого?
— Я ручаюсь за него, он никогда…
— Это не основание, — прервал его Чанёль, ожидая от брата более существенной причины.
Вонхо вдохнул, сжав кулаки и, кинув взгляд на омегу, тихо добавил:
— Мы хотим пожениться.
— И?
— Я собираюсь дать ему официально нашу фамилию.
Чанёль медленно повернул голову и смерил с ног до головы омегу, что всё это время молчал и даже головы не поднял, видимо, прекрасно чувствуя себя под защитой младшего брата главы Семьи Пак.
— То есть сейчас ты даже не спрашиваешь у меня позволения, а ставишь перед фактом, что хочешь связать свою жизнь вот с этим? — он кивнул на омегу, и тот совсем сжался, чувствуя на себе пристальное, но достаточно пренебрежительное внимание.
— Чанёль, я…
— Мне ещё раз задать этот вопрос?
— Не нужно. Да, я хочу связать с ним свою жизнь, и именно потому и прилетел из Японии. Я прошу твоего позволения на этот шаг, как и на то, чтобы Бэкхёна ввели в Семью как моего законного супруга. По всем правилам и со всеми почестями.
— Почестями? — хмыкнул Чанёль. — Кто он такой, чтобы его принимали с почестями? Я могу дать тебе своё добро на свадьбу, но это не значит, что Семья обязана исполнять твои прихоти относительно омег, которых без разбора тащишь в свою постель и вообще в жизнь.
— Мы любим друг друга и осознаем, что на нас ложится обязанность создать семью, которая будет достойна Семьи Пак. Я знаю, что в своей жизни сделал много такого, что бросает на мои слова тень, но хочу, чтобы сейчас ты поверил мне. И Бэкхёну, — Вонхо рвано вдохнул и Чанёль прищурился, выискивая недосказанность в словах брата. Всё выглядело достаточно поверхностно: Вонхо встретил омегу, влюбился и хочет его себе. Омега тоже не промах — знает, кого подцепил и сделает всё, чтобы Пак-младший не сорвался с крючка.
— Я должен знать, кого ты приволок в мой дом. Когда у меня будет вся информация на твоего избранника, — Чанёль насмешливо изогнул губы, больше даже не удостаивая омегу взглядом, — я сообщу тебе о своём решении. А пока жди.
— Рассмотри его кандидатуру сейчас. Пожалуйста, — голос младшего альфы понизился. — Пожалуйста, — тихо повторил он, чем вновь заставил Чанёля задуматься о причинах такого поведения брата.
— Во что ты умудрился вляпаться?
— Если бы это было так, тебе бы уже давно доложили, ведь так?
— Допустим. Но ты что-то скрываешь. И пока я не узнаю что, даже говорить на эту тему не буду.
Вонхо подошёл к омеге и положил на его плечи руки, чуть сжимая их.
— У нас будет малыш, — выдохнул альфа, посмотрев Чанёлю в глаза. — И я хочу, чтобы он стал моим официальным наследником. А это возможно только в том случае, если ты примешь Бэкхёна в Семью.
— Если это действительно так, то я приму вашего ребенка. Раз уж тебе настолько чесалось обзавестись наследником, а твой, — Чанёль почти выплюнул имя омеги, — Бэкхён был не против почесать.
— Но ему тоже нужна защита. Ты ведь прекрасно знаешь, что никто не посмеет даже недобро взглянуть в его сторону, если все будут знать, что он наш. Защита Бэкхёна — это защита ещё неродившегося малыша.
Омега впервые полноценно шевельнулся, положив свою ладонь на пальцы Вонхо и поддерживающе сжав их. Но взгляд так и не поднял — знал, что открой он без разрешения рот, тут же вылетит из дома, и даже Вонхо не спасёт его от этой участи. Чанёлю в принципе наплевать, кто и когда залетел от его братца, а учитывая, что джемпер омеги не скрывал его худощавой фигуры — парень забеременел совсем недавно, а значит, в любом случае это можно было при необходимости решить.
— Чанёль, ты ведь можешь.
— Могу, но не хочу, — отрезал Чанёль. — И я не знаю, на что ты надеялся, прилетев из Японии и притащив его с собой.
— Я надеялся, что ты дашь своё согласие, и мы распишемся, устроив скромную церемонию только для своих. Хотя, можно и вообще без неё.
— Бэкхёну уже так хочется окольцевать тебя, что он даже согласен на скромную церемонию? — ехидно переспросил Чанёль.
— Это мне хочется окольцевать его. И я понимаю все последствия этого брака.
— Как и то, что ты в данном случае лишишься управляющего места в Японии? — Чанёль прекрасно знал, как это ударит по гордости брата. Но не мог позволить тому вернуться в Японию в компании непонятно откуда взявшегося, ещё и обрюхаченного омеги.
— И это тоже, — слишком послушно кивнул Вонхо. — Куда посчитаешь нужным. Но с ним.
— Твои аппетиты растут, — недовольно подбил итог Чанёль. — Что же будет дальше?
— Я не…
— Я знаю, что ты «не», и только это тормозит меня от отказа прямо сейчас.
— Спасибо, — выдохнул Вонхо, и его губы дрогнули.
— Пока не за что, я ещё ничего не решил. И решение будет позже. Сейчас мне важнее заняться делами Семьи, а не твоей личной жизнью.
— Да, конечно, — Вонхо на мгновение зажмурился, видимо, в уме благодаря Бога за то, что Чанёль не сразу отправил его к чертям.
— Тогда жди, — Чанёль развернулся и направился к двери, уже почти доходя до неё, когда в отражении одного из стекол в шкафу внезапно мелькнуло движение омеги рукой — тот настолько перенервничал, что сейчас, чтобы нормально вдохнуть чуть оттянул ворот джемпера.
Не веря своим глазам, Чанёль резко обернулся, сощурив глаза и вперив взгляд в тут же замершего омегу.
— Снять джемпер, — со сталью в голосе приказал Чанёль, видя, как ужас почти физически отразился в глазах паренька.
— Чанёль… — Вонхо вышел вперёд, прикрывая омегу.
— Я приказал снять джемпер!
— Не нужно…
Чанёль приблизился сам, отталкивая брата, грубо выдёргивая парня из кресла и стягивая с него одежду.
— Ты с ума сошёл? — прошипел он, смотря на омегу, который остался стоять в одной майке, из-под которой откровенно красовалось, будто насмехаясь, тату принадлежности. Чужой Семье. — Это что, шутка такая?!
— Чанёль…
— Рот закрой, и выметайтесь оба, — Чанёль со злостью прошёлся глазами от ключицы по левой руке омеги, на которой до самого локтя были изображены цветы лилии. И эти цветы были лишь незначительным предвестником тому — альфа был уверен — что было изображено на спине омеги. Развернув его на месте, словно безвольную куклу, Чанёль едва нервно не расхохотался — как он и предполагал, под тонкой майкой прятался тигр в высокой траве. Именно его хвост предательски выглядывал сейчас, заканчиваясь над кромкой майки. — Считай, что шутку я твою не оценил, но если в течение пяти минут вас здесь не будет, я закрою глаза на отсутствие ума в твоей голове.
Омега обнял свои плечи дрожащими руками, едва сдерживая плач, и Чанёль швырнул его джемпер в лицо брату.
— Помоги нам, — не унимался младший альфа.
— Нет. И я скажу тебе больше, ты сейчас же вернёшь его Семье Ли, и если будет нужно, а так оно и будет, учитывая, что вы сделали — принесёшь официальные извинения. От меня помощи не жди. Сам натворил — сам расхлёбывай.
— Он не вернётся к Ли, — прошептал Вонхо, и Чанёль посмотрел на него как на умалишённого. Неужели брат осмелился пойти против него. Ещё и выбрал такой путь.
— Вернётся.
— Но ему нельзя!
— А вот на это мне плевать. Я не желаю знать тому причину, но у Ли свои законы и порядки, и они сами будут решать, что делать с провинившимся. Ли, но никак не ты. И уж точно не я. Мне не нужна война из-за какой-то шлюхи, что пожелал перебежать.
На этих словах омега не сдержался и окончательно разревелся, утыкаясь лицом в ладони, безмолвно содрогаясь.
— Мы уедем так далеко, что нас не найдут. Обещаю.
— Нет, — процедил Чанёль, понимая, что вскипает, и, понимая, чем грозит поступок его брата.
— Тигр ещё не добит, мы можем исправить это и поменять рисунок, если ты…
— Я сказал — нет! — прогромыхал Чанёль, делая шаг назад. — Семья Ли официально приняла его. Но если ты настолько хочешь его себе, что тебе плевать на устоявшиеся правила, то можешь попроситься к ним. Сомневаюсь, конечно, но в жизни всякое бывает — вдруг Ли Хансу наступит себе на горло и согласится принять в свои ряды Феникса.
— Он не примет, ты прекрасно это знаешь! — не сдержался Вонхо.
— Так же, как и я не приму Тигра!
— Он ещё не…
— Пошёл вон.
— Я сделаю всё, что ты захочешь, — взмолился Пак-младший. — Абсолютно.
— Тогда верни его туда, где взял, и верни сегодня же. И не забудь оплатить аборт. А я постараюсь смолчать, что из всех Семей ты выбрал раздор именно с той, отношения с которой у нас складываются хуже всего.
— Пожалуйста… — Вонхо вцепился в руку брата, посмотрев ему в глаза.
— Я всё сказал, — Чанёль выдернул свою руку и демонстративно отвернулся, уходя. Только у самого выхода его внезапно окликнули, заставив остановиться, обернуться и нахмуриться.
— Глава Пак, — слишком тихо, слишком испуганно, слишком неуверенно. Едва переставляя ноги, омега приблизился к нему, опустившись на колени и впервые подняв на Чанёля глаза.
— Бэкхён, не нужно.
Но омега упрямо смотрел на Чанёля, хотя его глаза всё ещё застилали слёзы, дорожками устилая розовые щёки.
— Глава Пак, умоляю вас, не отдавайте меня Тиграм, — он часто моргал и закусывал нижнюю губу, открыто боялся, но при этом посмел заговорить. — Я не смогу у них, — сказал, но почти прохрипел, не справляясь с собственным голосом. А на дне его зрачков отпечатывалась сумасшедшая безысходность. Омега просил, но уже не верил. И Чанёль чувствовал, как вместе с надеждой омегу покидает ещё что-то очень важное, что-то невидимое взгляду, но при этом осязаемое где-то внутри. Мокрые ресницы омеги трепетали, а губы были болезненно сжаты и дрожали. — Не отдавайте меня, — омега наклонился и коснулся лбом его ботинка.
Чертыхнувшись про себя, Чанёль сел на корточки и поднял лицо омеги, придерживая его за подбородок. Парень затаил дыхание и вцепился ногтями в мягкий ворс ковра.
— Я готов есть землю, если понадобится, — прошептал Бэкхён.
— Ты и так будешь её есть, когда твой альфа узнает о том, что ты сбежал и опозорил его перед собственной и другими Семьями. Ты ведь знаешь, что такое не прощается? — омега кивнул. — Тебе начали набивать тату принадлежности, а значит, тебя уже для кого-то готовили. Для кого?
Омега прикрыл глаза, но промолчал.
— Теперь я его альфа, — набравшись смелости, отозвался Вонхо.
— Теперь ты никто, и ходишь на волоске от собственной смерти. И будешь наказан при любом исходе, — Чанёль практически ошпарил брата взглядом, вынуждая того отшатнуться, и опять посмотрел на омегу, сильнее сжав его подбородок. — Так кто твой альфа? — но омега упрямо молчал, хотя почти терял сознание от эмоционального напряжения. — Ты умоляешь меня помочь тебе, но при этом абсолютно не помогаешь мне. С какой стати я должен пойти против Ли и забрать тебя у них? Что я буду иметь взамен?
— Ничего, — одними губами произнёс Бэкхён, и Чанёль неосознанно подвис на них, рассматривая каждую ранку, что омега успел нанести себе за считанные минуты. — Я ничего не могу дать вам, кроме верности Фениксам и вашему брату, — губы омеги шевелились, и Чанёль даже воспринимал информацию, но в голове будто за секунду исчезли все мысли, кроме одной — поцеловать.
Встряхнув головой, альфа вздохнул.
— Ты уже обещал верность своему альфе, раз заслужил тигра на теле.
— Не обещал, меня не спрашивали, — Бэкхён открыл глаза, и Чанёль отдал бы многое, чтобы не видеть то, что плескалось на их глубине. Он никогда не вёлся на омежьи слёзы — слишком непостоянная и неверная валюта, - но прямо сейчас, смотря в глаза этому парню, Чанёль чувствовал, как начинает смягчаться. И это пора было прекращать.
Выпрямившись, альфа ещё больше ослабил галстук, почти развязывая его и понимая, что ему самому тяжело дышать. Но всё же одарил брата жёстким взглядом.
— Он получит Феникса, — Вонхо шумно выдохнул, но ничего не сказал, зная, что за такие подарки нужно платить, и был прав, потому что Чанёль продолжил: — Но взамен я не даю своего согласия на вашу свадьбу, а также отлучаю тебя от управления делами Семьи и высылаю в Европу. Запрещаю с кем-либо вести бизнес и вообще появляться в обществе. Фениксы на ваших телах дадут вам гарантии неприкосновенности, но это всё, что у вас будет. Остальное, и благоразумие в том числе — только в ваших руках. Встань! — Чанёль обратился к омеге, и тот поднялся, пошатываясь. — Твой тигр не полный, и это единственное, что спасло тебя. Но спасло условно. Тебе нужно избавиться от него как можно быстрее, — Чанёль протянул руку и провёл пальцем по горячей омежьей коже на плече, проследив прикосновением цветок лилии. — И не в Корее — сам понимаешь, что Ли об этом узнают уже через час. Вонхо позаботится об этом, и о новом тату принадлежности тоже. Но вам стоит приготовиться к тому, что последует после того, как Ли узнают, что ты избавился от их тигра. Это смерть. И только феникс защитит тебя, хотя я предпочитаю не думать о том, насколько далеко готов пойти пока ещё твой альфа из Тигров, чтобы вернуть тебя либо очистить своё имя.
— Спасибо, — надломлено улыбнулся Бэкхён, больно прикусывая губу изнутри.
— Не благодари. Вонхо знает цену и заплатит её завтра.
— Заплачу, — плечи младшего альфы опустились под гнётом грядущего наказания, но исполосованная розгами спина сейчас казалась ничем по сравнению с тем фактом, что его брат согласился принять Бэкхёна в Семью. Пусть и на гораздо худших условиях, нежели планировалось.